Добро должно быть с кулаками

      Ледяной поток не страшен крыльям Золотых Драконов,

      Ведь течёт огонь в их жилах, кровь собою заменив!

      Эпидемия – Остров Драконов

      – Скажи мне, Твайлайт, что ты знаешь о воспитании драконов?..       Глаза мои округлились, а брови поползли вверх.       – Ничего! – выпалила я, чувствуя, как нарастает паника, и стучит в висках кровь.       В глазах потемнело – только бы не заметили промелькнувшее на миг человеческое выражение...       – Тише, тише, моя юная ученица, – оказалась рядом принцесса Селестия, – профессор ни в чём тебя не обвиняет, и не хотел тебя пугать, но ситуация действительно приняла несколько... Неожиданный оборот.       Отпив из подлетевшей к губам кружки, она положила крыло мне на голову и продолжила:       – Дело в том, что новорождённые драконы очень привязываются к своим родителям – первым, кого они видят при появлении на свет...       Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула беленькая земная пони в больших очках и безупречном галстуке – хоть и смотрелось это весьма гармонично и даже красиво, но смысла носить его без пиджака я не видела, отчего и запомнила.       – Что у тебя, Рейвен? – повернулась к ней принцесса.       – Ничего серьезного, просто не могла вас найти. Я подожду в коридоре…       И грациозно просочилась обратно.       – Ах, дела государственные, – пропела Селестия, вновь потрепав меня по голове. – Но вернёмся к делам нашим. Так уж вышло, что ты оказалась первой, кого увидел этот малыш, и единственной, кого он признаёт за родича.       Вот после этих слов я начала понимать...       – Без тебя ему было очень и очень плохо – должно быть, ты слышала, как он кричал. Поэтому Твайлайт... Как ты смотришь на появление младшего брата?       «Поздравляю» – хотела сказать я, почему-то представляя на её месте маму с папой.       – Смотрю оптимистично, – вместо этого ответила я.       – Вот и славно! – хлопнула передними ногами Селестия.       Я бы сказала, что хлопнула она в ладоши, но, во-первых, на лапках у неё были надеты золотые туфли, а во-вторых, пони так не говорили, и я старалась отучать себя от компрометирующих фразочек, не произнося их даже мысленно.       – Сейчас Рейвен всё оформит, мастер Сапфир расскажет кое-что о воспитании драконов, а потом я покажу тебе одно заклинание, думаю, тебе понравится! Мастер, вам слово!       – Ну, это, – начал выползать из-за угла змей. – Звать меня Сапфир, тут понятно...       Собираясь с мыслями, он хотел было поскрести затылок, но задел люстру и втянул голову в плечи.       – По должности, вроде как, посол, но тут сам не уверен. Короче, спуску ему не давай, будь построже... Да ты, вижу, и так не робкого десятка – справишься...       Голос его, глухой и низкий, с рычащими нотками, живо напоминал какого-то егеря из глубинки, но мне было не до того – перенервничав, я смотрела ему прямо в глаза застывшим немигающим взглядом и лишь кивала в нужных местах.       – Да уж, точно... Кушаем мы драгоценные камни, ну, это тебе проф потом лучше объяснит... У тебя, вон, помощников много, подскажут... Батя твой вообще молодец, такую штуку придумал – во!       Вытянув лапу, он пошарил по столу, и вытащил эдакий плакат – большущее фото на палке...       С некоторым запоздалым осознанием я смотрела на собственную фотографию, и начинала понимать, как они малыша всю неделю успокаивали...       – Без картинки-то он цельный день ревел... Нет, я сразу сказал – вас разделять нельзя! Это же вивисекция какая-то получается, ну!       – Мастер, – то ли обратилась, то ли поторопила Селестия.       – А, о чём это я?.. Ну, не поминайте лихом, а ты, мелкая, как подрастёшь – обязательно заходи в гости! Спроси Сапфира, меня там знают!       Неожиданно ловким движением хвоста он поднял шпингалет на окне и попятился.       – Вашество, до свидания, бывайте! Проф, обязательно ещё увидимся!       – Да, да, конечно, – рассеянно кивнул директор Нейсей, склонившись над колыбелью.       Протиснувшись в оконный проём, змей вывалился наружу, взмахнул крыльями, отсалютовал лапой, развернулся, да и был таков, а я осталась наедине с двумя монстрами...       Профессор наколдовал малышу нечто яркое и развлекающее, а Селестия помахала улетающей фигуре крылышком и подмигнула:       – Прости, что попросила твоих родных держать происходящее в тайне – до последнего момента мы не были уверены в собственных выводах, и не хотели попусту тебя беспокоить. Ну как, мир?       На всякий случай я низко поклонилась.       – Ну, ну, – ласково приподняла меня Селестия. – Денёк сегодня выдался, да?..       Усевшись рядом, она прижала меня к тёплому боку и потрепала по макушке.       – Как тебе одноклассники?       – ...Умные, – еле выдавила я.       Силы покинули меня ещё на моменте с макушкой, страх улетучился вслед за ними, и теперь я просто плыла по течению.       Нет, ну правда – что можно противопоставить тысячелетней богине?..       Малыш засмеялся, хватая директора Нейсея за бороду и умудряясь не выпускать меня из поля зрения, а Селестия на краткий, совершенно незаметный миг будто вздрогнула, но быстро расслабилась:       – Знаешь, один мой друг посчитал бы появление такого братика подарком.       – Хм? – невнятно задрала голову я.       – Драконы – чрезвычайно верные создания, – пояснила она, нежно глядя на меня сверху вниз, – один мудрец из племени зебр как-то сказал, что нет друга и товарища более надёжного, чем Великий Змей... Мало кто сможет завоевать их расположение и уважение, но если уж сможет, м-м-м...       Жизнь понемногу возвращалась в мои глаза – намёк был очевиден.       Мне подарили дракона!       Посудите сами – дракон, выращенный и воспитанный лояльной пони! Понимающий тонкости менталитета обоих видов, и навсегда верный понячеству...       Ладно, в русском такого слова нет, но смысл понятен.       К тому же, сила Великого Змея и разум хитрого единорога – воистину опасное сочетание, и если я действительно сумею завоевать его уважение...       Живо представилось, как я облетаю Кантерлот, стоя на спине огромного ящера, а потом показываю куда-то в сторону и говорю ему на ухо:       – Вон того сожги.       И надеваю тёмные очки.       От перспективы захватывало дух, но размечтаться мне не дали – не успела я раскрыть рот, как дверь снова приоткрылась, и в проходе появилась мамина челка, вихры брата и папин рог.       – Ваше величество, – на ходу поклонилась мама, – профессор... Твайлайт! Нет, чтобы отец о своих детях не знал, я слышала, но вот чтобы и мать их не видела – такое у меня впервые!       – Поздравляю, сестрёнка, – улыбнулся брат, – теперь ты не самая младшая.       – Да уж, – расплылась я.       Жизнь определённо налаживалась...       

***

      Ну а дальнейшие события за давностью лет почти выпали у меня из памяти – потому что было это скучно, неинтересно, и слишком просто.       Нас с братом выставили в коридор – меня снова отправили на урок, а Шайнинг остался караулить кактус – иных причин брать его с собой и затем оставлять за дверью я не видела...       ...Что ж, фатальная ошибка – брат всегда был для меня идеальным источником информации!       Ему хватило минуты немигающего взгляда – и я выяснила всё, что хотела и даже больше.       Посланники принцессы, оказывается нашу семью чуть ли с самого экзамена окучивали на предмет усыновления дракончика, а мама, и без того будучи личностью авантюрной, без разговоров согласилась – уж больно её впечатлило, как малыш при виде моей фотографии успокаивался.       Но к мысли о приёмной семье принцесса пришла не сразу – пока вызвали Сапфира, пока Нейсей убеждался, что плачет ребенок действительно от тоски, а не от колик... В общем, как раз неделя и прошла.       Теперь же Селестия решила узнать моё мнение о сложившейся ситуации – мол, если я буду настроена негативно, то и толку не выйдет, а если добровольно, то другое дело и вообще.       Похвалив брата – взрослых подробностей он более не опускал – я наконец побрела обратно в класс...       

***

      Следующим уроком у нас была биология... Ладно, ладно – природоведение.       Шла я специально медленно, и подгадала время, чтобы вернуться точно к перемене, так что лишнего внимания к себе, вроде бы, не привлекла, и из коллектива не выбилась.       Рыжая Мундэнсер уже поправляла очки и читала учебник, и я неторопливо прошла к нашей парте...       – Твайлайт, Твайлайт! – откуда ни возьмись, выскочила синенькая Менуэтт. – Пошли бегать!       Прыгая вокруг и припадая на передние лапы подобно щенку, она широко улыбалась и явно хотела выплеснуть накопившуюся энергию путём различных деструктивных занятий... Таких как прятки, догонялки, и игра в футбол, но я была непреклонна:       – Нет, спасибо, давайте без меня.       – У-у-у, – разочарованно надулась она. – Лира! Лира! Твайлайт не хочет, мы вдвоём!       Что ж, интерес её пропал быстро, и вскоре в классе никого, кроме нас, не осталось – заполняющую журнал мадам Пин я благополучно отнесла к предметам интерьера, хоть и следила за её реакцией краем глаза.       Убедившись, что никаких санкций, заданий или вопросов не последует, я раскрыла свой учебник – ну-с, что там пишут о природе Эквестрии?..       – Почему не стала бегать? – не отрывая глаз от книги, неожиданно спросила меня Мундэнсер.       – ...Лень, – также равнодушно перевернула страницу я.       Кто бы мог подумать, что одна летучая мышь-вампир способна выпить яблочного сока в два раза больше собственного веса? Природа Эквестрии удивительна!       И мне определённо нравятся приведённые в конце параграфов интересные факты...       – Выглядишь адекватной, – неохотно признала моя соседка, – хочешь дружить?       Будь у меня во рту чай – я бы немедленно им прыснула, выпучив глаза и закашлявшись, но во рту с утра не было ни капли жидкости, и потому я лишь окинула её ничего не выражающим взглядом.       Так меня ещё никто не называл!       – Ты тоже на вид адекватнее прочих, – согласилась я. – Пожалуй, от дружбы не откажусь.       Бедная мадам Пин спрятала умиление за строгим и серьезным «кхм» и сделала какую-то пометку, а я... Я только лапками с новой подругой стукнулась, да в книгу-то и уткнулась – чем ещё заняться на перемене?..       ...       Вот то-то и оно!       

***

      Да уж, права была Селестия – денёк выдался что надо, я, когда домой пришла, думала, так под порогом и упаду, вытянув лапки и высунув язык.       События сливались в какую-то неразличимую кашу, и я ошалело перескакивала с одного на другое, словно в кошмарном сне.       Вот мы с Мундэнсер обсуждаем, кто что читал – ей нравились комиксы, а я предпочитала более твёрдую фантастику, но пересказ сюжета некоторых вещей она всё равно слушала с удовольствием.       Вот к нам заглядывает Шайнинг Армор – отведя меня в сторонку, передаёт, что дракончик устроен по всем правилам, и уже поел, а сам он возвращается в свою военную академию и вернётся ближе к вечеру.       Вот уроки заканчиваются, я ползу к выходу, Мундэнсер ползёт в некотором отдалении, и вдруг меня окликает Селестия – она обещала показать заклинание, и слово намеревается сдержать.       Вот она приводит меня в пустую аудиторию, достаёт большую колбу и учит изготовлению кристаллов алхимическим путем. (Сросшаяся с диковинной призмой колба долго стояла у меня в комнате как сувенир)       Потом Селестия спрашивает, как прошёл день, и нет ли чего-нибудь непонятного, на что я с усталости одариваю её скептическим взглядом...       Селестия смеется и улыбается, а я горю – пылают щёчки, пылают виски, стучит в ушах... Я оскорбила богиню-императрицу!       Наконец экзекуция заканчивается – меня отправляют домой, выделив гвардейца в качестве охраны. Не то, чтобы ночью в городах пони было опасно – темнеет, и малышка может просто-напросто заблудиться...       Дома я обнаруживаю, что рядом с моей удобной кроваткой стоит плетёная корзина, где беспокойно шуршит пеленками дракончик – гребешки его блестят в лунном свете, и он тянет ко мне свои когтистые ручонки...       Завидев меня, он смеется и немедленно засыпает, и я засыпаю следом...       

***

      Взгляд со стороны – Селестия       Охваченная золотым сиянием тряпочка скользит по столу – Селестия прибирается за ученицей.       Пожалуй, учить её сегодня было ошибкой – маленькую пони явно перегрузили впечатлениями, и хоть это и помогло на секунду вытащить её из скорлупы... Нет, обязательно нужно скорректировать программу – это не взрослая Сансет Шиммер, это маленькая Твайлайт Спаркл... Она сможет идти с ней в ногу, но позже, когда подрастёт.       Расколотая, но не развалившаяся благодаря выращенному изнутри кристаллу колба взлетает и отправляется в мусорное ведро, но замирает на полпути.       А что, если?..       Рог разгорается, и сложная магия стачивает острые углы и убирает опасные осколки, превращая результат неудачного опыта в дивное произведение искусства... Да, ученице должно понравиться!       Селестия напевает спокойную мелодию и открывает шкаф – осталось во что-нибудь запаковать, и можно дарить...       – Тётушка?..       На лицо само собой наползает зловещее выражение начальника, что застал подчинённого спящим в рабочее время.       – Кейденс, – оборачивается Селестия, доставая крылом старую коробку из-под бумаги. – Тебя-то я и ждала!       – Что-то у меня дела появились, – занервничала младшая принцесса, – я-пойду-спасибо-до-свидания!       – Ста-аять, – обхватывает её золотая магия, – а как же вечерние обнимашки?       Розовая пони сглатывает и осторожно приближается к наставнице... Или злобной начальнице, что внушает страх одним своим видом?       «Поменьше думай о всякой ерунде» – приходит мысль из глубин разума. – «Тебе тысяча лет, если б они тебя действительно боялись – ты бы заметила!»       – Ну, рассказывай, Кейденс, – мысленно кивнув самой себе, кладёт крыло ей на голову Селестия. – Как же так вышло, что Твайлайт Спаркл при виде меня едва ли в обморок не падает? И про детский сад «Солнышко» для одарённых единорогов тоже расскажи, мне любопытно...       Кейденс открывает и закрывает рот как выброшенная на берег рыба, закатывает глаза... И теряет сознание, вытянув ноги.       «И всё же, где-то мы накосячили по части здравоохранения, раз пони так часто в обморок падают. Срочно нужна всеобщая диспансеризация!»       Селестия улыбается – она-то видит, что Кейденс искусно притворяется, наполовину шутки ради, наполовину чтобы собраться с мыслями...       Но разговор ей всё равно предстоит долгий.