С ветром наперегонки

      Тихие шаги раздавались в резиденции Каге. Вокруг — ни души, ну кроме разве что нескольких засевших на верхнем этаже АНБУ. Нагиса устала и еле волочила лапки, АНБУ беззвучно следили за ней, переговариваясь жестами. Кивнули и спрыгнули вниз: — Что-то ты припозднилась, три часа ночи, — покачал головой парень в маске кота. — Увлеклась немного, — махнула девушка рукой, — Все равно Гаара все еще работает, — помахала она свитком, — Как не вернусь с отчетами с главного поста — он все работает и работает, — пожаловалась девушка, — Вы же вроде телохранители Казекаге, сделайте что-нибудь. От истощения свалится, окуклится прям в кабинете — ваш косяк!       Мужчина в маске мыши по-доброму рассмеялся. — И это говорит девчонка, возвращающаяся с тренировок в три часа ночи… ну-ну. А вообще он только после твоего отчета уходит, я бы об этом сначала задумался. Мы вот ему точно не указ. Правда, кот? — кот покачал головой и тяжело вздохнул. — Идем уже, пигалица ты мелкая, — сказал он, поднимаясь по лестнице, — Казекаге даже Темари не особенно слушает. Нас и подавно. — Вы просто боитесь, сыкуны! Хаяте на него натравлю, его инстинкт ирьенина не подавить даже инстинкту самосохранения, — мстительно щелкнула Наги пальцами и с улыбкой посмотрела на АНБУ. Ребятки недавно с задания вернулись раненые. В качестве врача им достался Хаяте. Поэтому мальчики нервно сглотнули и так же нервно посмеялись. — Зато лечит отлично… — начал было кот. — А мозг-то как знатно выносит… — Горжусь своим братаном. Ну бывайте, — они остановились напротив массивной двери, АНБУ встали по разные стороны проема, а я постучала, дождавшись ответа, озвученного усталым в край заебавшимся голосом: — Входи, Нагиса, — показала она язык парням и вошла в пространство из мягкого цвета и тепла. Дверь сзади щелкнула, вставая в пазы, — Не думал, что скажу это, но ты слишком много тренируешься. Тебе надо следить за своим телом и поддерживать дух, — Наги не выдержала и засмеялась. Вынос мозга намечался взаимный. — Оооо, и это говорит мне главный трудоголик всея Суны? Серьезно? Твои круги под глазами скоро вырастут настолько, что захватят соседние страны. Измором. — На мне песчаная маска, ты не можешь видеть мои круги под глазами, — вот зануда занудная! — Но ты только что признал, что они есть, — кинула девушка в него свитком с отчетом. — Благодарю, — Гаара, словно так и надо было, и в него постоянно летят свитки раз по двадцать на дню, положил его на стол и скрестил руки. Перевязь зеленая, значит, без происшествий, — Скоро назначу нам с тобой особую тренировку. Индивидуальную. Канкуро провел по одной с Хаяте и Реем. Пора и тебе, — его внимательный взгляд изучал Нагису, стараясь угадать, что скрывалось за каждым жестом и улыбкой. Так было уже всегда, совершенно непроизвольно. Нагиса без зазрения совести уставилась на парня в ответ. Такие взгляды ее нервировали, заставляли чувствовать себя неловко и, если честно и откровенно, смущаться. Но только если перед ней был Гаара. — Оооо, что-то особое брать? — Нет, просто учти, что понадобится двое-трое суток, — Наги скривилась. Гаара редко брался кого-то тренировать, но если и брал - был беспощаден аки демон из самых глубин Преисподней. Уж она-то знала, ее почему-то он тренировал особо изощренно по методу "сдохни, мелкая". Но потом неизменно угощал вкусненьким. А вкусненькое Наги любила. — Гонять будешь? — Еще как, — ухмыльнулся Гаара, — Но ты сама себя до обморока загнать готова, так что наши желания совпадают. Не в плане обморока. В плане интенсивности. — И кто выдал? — фыркнула Нагиса. — Хаяте и Рей. Наехали, что я тебе слишком высокую нагрузку даю. Они беспокоятся. — Темари и Канкуро тоже, — плюхнулась я на диван и сразу приняла лежачее положение. Стоять или сидеть было уже выше моих сил. Болело абсолютно все, — за тебя беспокоятся. Ты себя не жалеешь. Я серьезно. Заботишься обо всех кроме самого себя, — в голосе явственно слышалась обида. Гаара скривился. Не говорить же реально о том, что пока задница ее светлости, развалившейся на диване, не припрется с отчетами — он идти отдыхать просто не может. Точнее не хочет. Об инцидентах и подозрительных людях ему в любом случае доложат сразу, а отчет с главных ворот - не более чем формальность. А вот перед сном немного пообщаться с рыженькой немного хотелось. Настроение неизменно улучшалось, какие бы гадости и бред она не мела с самым умным видом. Хотя... все это перемежалось и обыкновенными разговорами, и он тоже их ждал. С Наги было неожиданно тепло и приятно. — Выбора особенно нет, — тяжело вздохнул мужчина, — каждый день идет информация по предполагаемым шпионам из других деревень. — Значит, никого реально не вычислили? — Нет, а наш… особо не подает никакой новой информации. Хоть слежка за ним и постоянная. — Ну не просто так он сначала твоему батяне мозг дурил, а теперь и тебе. Профи высшего пошиба. Винишь себя? — Гаара поднял взгляд на девушку, беспокоящуюся за него. И внутренне улыбнулся. Зародилась мысль, что в то время, пока он частенько подгадывал свой уход домой с приходом Наги, она делала тоже самое. Подозрение. На этот раз очень приятное подозрение. — Не уверен… — Дурак ты. Твой батяня и весь твой сонм старейшин во сто крат опытнее в таких делах, чем ты. Возьми это как собственный опыт — и не истязай себя лишними подозрениями. Так плюнь и живи дальше, иначе самое важное упустишь. — Тебе точно пятнадцать? — попытался съехидничать Гаара, улыбаясь уголками губ. — А тебе точно не пять? — ехидно улыбнулась девушка, — Пошли уже, сдам тебя на руки сестре твоей. Все равно по дороге, — махнула она рукой, встала и сердито посмотрела на парня. Гаара подпер рукой щеку и еле удерживался от смеха. Девочка была похожа на злобного, но милого хомячка, надувшего щечки и готового к драке. — Уговорила. Подожди минуты три — поставлю подписи… — Время засекла, — широко улыбнулась девушка. — А почему это не я тебя Рею сдам, а ты меня Темари? — Во-первых, твой дом по пути к моему. А во-вторых, обожаю, когда Темари ругается на кого-то, но не на меня конечно. Экшн, психологическое давление и террор. Как же это прекрасно, — Гаара в это время закрывал дверь на ключ и резко обернулся посмотреть в наглые очи девчонки. Очи оказались слишком близко, и их щеки практически касались друг друга, ее теплое дыхание прошлось по его шее, вызывая дрожь. Испуг промелькнул в глазах Нагисы. Слишком близко… это ошеломляло. Она прикрыла глаза, лишь бы успокоиться и замедлить ритм сорвавшегося в бег сердца. — Думал, ты дальше, — прошептал он, — Тебя легко испугать. — На самом деле, нет… просто слишком близко, знаешь ли, — неловко пролепетала она. И тут же, вопреки своему страху, подалась вперед, ближе, утыкаясь лбом в его ключицу, лишь бы услышать его дыхание… — А так, значит, уже не слишком близко… Что, уже не страшно? — резко выдохнул Гаара, приобнимая девушку за голову и чувствуя аромат ее волос. Корица и имбирь… так похоже на ее характер. Он прикрыл глаза, стараясь хоть как-то продлить этот миг, наполненный теплом и спокойствием. Ведь завтра все будет, как и прежде. Как и всегда после таких вот случайных моментов с Наги. Словно они договорились не обращать на подобные "случайности" внимания. Но каждый отчего-то стремился к ним, но был неизменно к ним не готов. Впрочем он был рад, что они хоть были, как маленькая награда перед тем, что когда-то возможно будет в будущем. Нет. Не правильно. Сейчас не время. Совсем не время. И его происхождение... статус... превратит "возможно" в горькое "никогда". Но сейчас можно об этом не думать. — К своему страху нужно идти с гордо поднятой головой. Иначе никогда его не поймешь и не победишь, — прошелестела Нагиса, опаляя дыханием шею. Так тепло и спокойно было в его полуобъятиях, дрожь прошла, а по телу струилась нега, — Знаешь, — внезапно начала она, — мне в последнее время каждую ночь снится кошмар. А я вот от него и бегаю, лишь бы не засыпать. Противоречу сама себе. Забавно, да? — голос дрожал, Нагиса прижалась плотнее и обняла Гаару, напрочь забыв обо всех приличиях. — Кошмары и страхи, — внезапно посерьезнел Гаара, вдыхая запах ее волос и начиная гладить девушку по голове, — Они заставляют совершать не только противоречивые, но и ужасные вещи. Мучают, постоянно находятся в голове и в самом себе… — Ты не пробовал убежать? — Куда ты от самой себя убежишь, Наги? — тяжело выдохнул он и закрыл глаза. Прижался губами ко лбу девушки. И начинающие просачиваться отвратительные, страшные, болезненные воспоминания сменились спокойствием, — Но ты можешь выбрать. Ты всегда можешь выбрать. Я сделал два выбора. Первый был ужасный и неправильный, а второй — помог мне стать самим собой. — И… ты теперь счастлив? Тебе больше не больно из-за кошмаров? — Иногда. Бываю. Почти не больно, — прошептал он, крепче приживая девушку к себе. Наги удивленно посмотрела на него и зарделась румянцем от смущения, — Еще пару минут. Как раз вспомнил. — Извини, я не хотела. — Неважно, просто отдохни, Наги… И расскажи про свой кошмар, — и Гаара почувствовал, как девушка болезненно сжалась в его руках. Придется оставить «на потом». Не расскажет.

***

      Про свои кошмары я тогда так ничего и не рассказала. Меня молча проводили домой, молча попрощались и ушли, сдав на руки что-то не то подозревающему, и потому злобному Рею. Допросов парни мне пока не устраивали, и на том спасибо. Зато выволочку получила знатную что от Хаяте, что от Рея. И если первый больше волновался о моем физическом здоровье, то второй — о морально-нравственном, почти открыто намекая на Гаару. Мдааа… Рей и его ревность к сестре даже в академии была притчей во языцех. На серьезный, мужской разговор можно было нарваться даже за «не тот», по мнению брата, взгляд. Не то, что шляние по ночам с каким-то подозрительным типом. А в роли подозрительного типа выступал, конечно же, Гаара. Ох… чувствую, что скоро весело будет.       Лекцию мне, а заодно сочувствующему Хаяте, о моем нравственном облике на свой бы посмотрел, придурок читали часа два. Пока я наконец не решила озвучить, причину ночных блужданий. Рей виновато посмотрел на меня, Хаяте ласково распушил волосы требуя, чтобы о своих кошмарах я всегда говорила им. Только вот не помогало оно никогда… просто говорить о кошмарах. Тем более я боялась рассказывать о них при Рее, ведь именно его отрубленную голову я видела рядом с собой в снах. Брат знал об этом и бесился, что не может помочь. И мне пока не помогала ни одна микстура, тем временем как кошмары, приходящие изредка, но очень «вовремя» выжирали меня изнутри, высасывали словно пиявки… и не отпускали порой неделями.       Итого прошло дней пять, прежде, чем нам мою тренировочную площадку заявился Гаара. Он стоял, скрестив руки, на парящем песке и с интересом смотрел на меня. Я медленно выводила чакрой узоры на красном ликорисе. Мне было интересно, как они будут влиять на параметры взрывов. Например, я уже выяснила, что если вязью начертить наши семейные руны в нужном порядке на одной стороне лепестков, а на другой нет — то на вязевой стороне можно добиться эффекта массовых взрывов и даже с отсрочкой во времени. Было бы полезно, но для этого надо все узоры запомнить, чтобы быстро создать такой лепесток. Концентрации на это пока не хватало. — Не сможешь быстро делать, — тут же встрял Гаара, — займись пока тем, что на экзамене пригодится. Вернешься — продолжишь работу. — Хааааай, мистер зануда! И чего это вы, о великий, польстили столь ничтожного человека как я визитом? Да верхом на собственном песке, а не на спине презренного раба из АНБУ? - Гаара закатил глаза и устало выдохнул, потребляя очередную порцию моего ехидства. Не нравится мое ехидство - терпи, сам полез меня тренировать иногда. — Запрыгивай, Наги. Тренировка. Помнишь, я говорил? — было так лень, что лень было не то, что думать, но и вспоминать. Тем не менее, я потушила цветок в ладони и прыгнула на песок, чуть не упала с непривычки, но вокруг щиколоток тут же сжались цепкие песчаные лапки. Я легко от них освободилась и села, свесив ножки и болтая ими. Этот летучий песок гораздо медленнее воздушной платформы, поэтому я с наслаждением обозревала местность, залитую лунным светом. — Красиво, — улыбнулась я, — По ночам мне пустыня гораздо больше нравится, хоть и холодно. — Видимо именно поэтому ты вечно разводишь полуночную деятельность. И пугаешь дозорных. — Это когда я пугала дозорных? И чем? — праведно возмутилась я, возмущенно фыркая. — Вчера. Устроила лавовое поле посреди пустыни со спецэффектами. Побежали ко мне, думали, на нас напали. — Да ладно тебе, милое лавовое поле 100 на 100 метров. Я только забыла, что при слишком интенсивном выходе магмы может вихрь огненный образоваться. С молниями, — пожала я плечами, — Но я же его быстро свернула. Думала, что и не заметит никто, — Гаара стрельнул глазами и тихо выдохнул. — Надеюсь, ты понимаешь, насколько это опасно… С тренировкой попробуем в один вечер уложиться. Не получится — полетим в другие локации, где сможешь пройти тест. Для тебя он не должен составить труда, я думаю. — Так что за тест-то? — Мы на месте — парень завис над землей и быстро взвился в воздух, — В общем, вот это место — один из «магнитов» для чакровых монстров-насекомых. Иногда мы их истребляем, чтобы и на людей не нападали и в качестве тренировки, — «насекомых» «монстров»! Я почувствовала, как в горле пересохло. Лихорадочно оглядела местность, но ничего не увидела, — размером как от стандартных до метров десяти-двенадцати. — Ннно я их не вижу, — промямлила надеясь, что тренировка отменится. — Они таятся в барханах, мимо проходит человек или животное — нападают. Но самое большое скопище должно быть в ущелье, — меня бросило в холодный пот. Показалось, что я слышу из раззявленной "улыбки" вулканического камня, падающего вниз, шебуршание миллиардов хитиновых лапок. Я отчаянно старалась успокоится и выглядеть веселой, — твоя задачи их уничтожить. Замерзла? Тебя трясет. Сколько раз говорить брать с собой что-то теплое, Нагиса? — начал он снимать свой плащ, но я остановила. — Спасибо, мамочка. Но, похоже, я сейчас быстро согреюсь. Ну так что в меню? — нервно рассмеялась я. — Ничего особенного: пауки, скорпионы, жуки и, конечно, песчаные гусеницы, — от ассортимента меню я была на грани обморока, жалобно посмотрела на Гаару. — А может не нааадо? — В смысле не надо? Говорю же, … Так, в чем дело? — присел он рядом, пристально смотря в глаза, — Наги? Ты… бои… — и я тут же его прервала. — Паучков и скорпиончиков жалко… они такие милые, — нагло соврала я. Милыми они для меня казались разве что в сдохшем и покоцанном виде. Да и то сомнительно. Гаара закрыл глаза, видимо не понимая, зачем он вообще со мной связался. — Нагиса, эти «милые» людей убивают, еще более «милых» львов, а особенно львят, волков, которые тебе так нравятся. А знаешь, меня вообще беспокоит твоя любовь ко всему опасному… — Ну Рей ведь тоже опасный, Шу-тян, Ма-тян… Эндо сенсей. А львица мне дала львенка понякать. И ничего. И вообще… Ты вот вроде как тоже опасный, и ты мне все равно нравишься как человек. И тоже меня не убиваешь… пока что, — у Гаары мило вспыхнули щеки. Буквально на секунду… — Все, что ты перечислила во много раз опаснее всех этих существ здесь. Кроме льва и львенка… Так, вперед. Время пошло, — и гаденыш одним легким движением обрушил песок подо мной.       Вот теперь стало очень страшно. Факт наличия скрывающихся гадов был хуже, гораздо хуже наличия их вообще. Перед глазами поплыло, когда прямо передо мной показался огромный паук со своим паучьим семейством. Я закричала, и тут же создала смерч, вышвырнувший насекомых на добрую сотню метров в разные стороны. Из барханов начали показывались жвалы и мерзкие лапки. Хотелось кричать — но нельзя. Я еле подавила рвотный рефлекс. Дрожь не утихала, зубы отстукивали кадриль. Пока до меня не дошло, что я все-таки сильнее. В состоянии, близкой к истерике, сформировала сотни огненных копий и они ринулись на звук жвал, разрывая на куски, поджаривая плоть. Аппетитный аромат приготовленного мясца, смешанный с отвратительным запашком поджаренной хитины меня добил окончательно: я упала на колени, меня выворачивало наизнанку, из глаз текли слезы. Я и забыла о существовании Гаары, зависшего где-то высоко в небе.       Обняв подрагивающие плечики руками, встала. Трясло до сих пор… Но я уже устала бояться, устала зависеть от кошмаров, которые портили мне жизнь. Портили внешность седыми волосами, в конце концов. Портили психику и сон. Надоело. Я боюсь, очень боюсь, но еще больше я хочу пройти через свой страх. Папа всегда говорил, «Если пройдешь через свой страх — то на той стороне найдешь удивительную силу. И эта сила — преодоление, изменение себя и достижение новой ступени развития личности. Так дерзай, моя принцесса». Последнюю фразу я услышала будто вживую и даже смогла криво улыбнуться.       «Смотри, куда страшно,» — снова нежный шепот в моей голове. Я встала, ноги дрожали и подгибались, но я стояла. Здесь больше врагов не было. Подлетела к ущелью, с опаской заглянула в его глубины, и меня снова чуть не вырвало: внутри все копошилось, извивалось, ползало и раззявало на меня голодные, жуткие глаза. Отвратительными телами было усыпано и все дно ущелья, на сколько хватало глаз, все стены — их выбрали жилищем плоские, серые гусеницы. С появлением меня внизу зашуршало еще активнее, словно желудок при виде аппетитного обеда. А еще им надо меня поймать и поделить, что вызвало несомненный азарт во вражьем стане, ведь моей мелкой тушки явно бы на всех не хватило.       Закончить одним ударом. И к черту. Я уже начинала рвано дышать. Панический приступ не заставит себя ждать — но начну задыхаться — и мне конец. На секунду смогла расслабиться, словно взывая к небесам. Подняла руку вверх, ощущая потоки чакры, будто скрещивая их друг с другом. Нарастающее напряжение — словно затишье перед бурей. Довести давление на максимум — но не перейти его — иначе все усилия напрасны. Пора! — Вермиллион… — и резко опускаю руку вниз. Где-то наверху прокричала птица, и тут же в ущелье с небес хлынул сплошной поток черного ветра и черного огня, создавая при соприкосновении друг с другом небольшие смерчи с коготками-молниями. Одна из самых сильных и масштабных техник клана. Никто бы не смог выжить. Я бессильно опустилась на землю, робко посмотрела в ущелье — техника стерла с лица земли даже многие камни, ни то что насекомых. Отползла и схватилась за плечи, дыхание постепенно восстанавливалось, но слезы не могли перестать течь. Перед глазами — мертвые глаза Рея. — Зачет, — послышался спокойный голос Гаары, он навис надо мной и оглядывался, — Последняя техника? Еще не видел. Она только в больших масштабах работает? — Нет, на индивидуальную цель тоже. Но это сложнее, — вытерла я глаза нарукавником. Гаара присел рядом и погладил меня по волосам. — Твои братья сказали, о чем твои кошмары. Я подумал, что встреча вживую — лучшее решение. — А еще не хочешь, чтобы я случайно леса Конохи истребила? — Да, я рассудил, что Пятая будет очень скучать по одному из милых ее сердцу лесочков… По силе зачет, но надо будет еще несколько таких вылазок сделать. Ты не должна не бояться, я не требую невозможного, но тебе надо научиться работать со страхом. — Но у меня же получилось!!! — возмутилась я. Перспектива встречи с чудовищами нисколько не прельщала. — Да, но попутно… из-за своего страха ты останавливалась. Например для того, чтобы с обедом расстаться, — безапелляционно сказал садист хренов. — Сволочь ты! — Трусиха! — обменялись мы любезностями. Посмотрели друг на друга и улыбнулись, — подожди секунду, не двигайся, — Потянул он руку ко мне. — Оооо, добить хочешь? — улыбнулась я, смотря, как парень придвинулся ближе и запускает руку в волосы. — Разве что хвостом с жалом скорпиона, — неожиданно серьезно сказал Гаара, — Наги, как себя чувствуешь? — Да нормально. А что такое-то? — Тебе в волосы залетел хвост скорпиона. С жалом. Запутался. Я вижу прямо капельку яда на конце. Не двигайся, — резко переместил он меня к себе на коленки и зафиксировал. Словно миллион раз так делал. Его губы скользнули по моему виску, рука бережно держала за противоположную от себя щеку, в то время как вторая очень аккуратно копошилась в волосах, — Надеюсь, у тебя ранок нет, куда бы яд мог капнуть… — Что, часто оказываешься в подобных ситуация? — засмеялась я. — Девушки любят задавать вопросы с подвохом. Где нет правильного ответа. Нет, не часто, почему спросила? — Ты меня надежно зафиксировал, кажется, вообще без усилий. — Вот оно что… я про другое подумал, — его губы били настолько близко, что я ощущала дыхание еще острее, а мягкий, бархатный голос, казалось, отзывался в каждой клеточке тела, — Дело практики, с песком в принципе волей-неволей учишься фиксировать человека. — Будешь скучать? — неожиданно перевела я тему, вспомнив кое о чем. — Не понял… — Ну, Темари уже в Конохе до самого окончания экзамена. Канкуро завтра с моими обалдуями уходит… и встретимся только в Листе уже. — Насчет Темари я привык. Свыкся с мыслью, что отдаю ее замуж. А Канкуро… да, это грустно будет. Но у вас все тяжелее. У них вода, Нагиса, обоим необходимы соответствующие тренировки. Мы в Песке их при всем желании обеспечить не можем. А вот и оно, — выдернул Гаара у меня волос хвост, — сожги. — Кидай, — хвост скорпиона вспыхнул прямо в воздухе, — я понимаю. Но… мы никогда не разлучались. С Реем так вообще еще в животике у мамы время вместе проводили. Уже сейчас чувствую, будто половину сердца как ампутировали. — Загружу тренировками по самое не балуйся, — многообещающе пообещал Гаара. — Правда? — обрадовалась я, щенячьими глазками смотря на улыбающегося Гаару. — И Баки приставлю, чтобы следил, чтобы ты не филонила, и вовремя уходила домой. — Зараза ты, фу! Не боишься, что я Баку мозг чайной ложечкой выем? — В отношении тех, кто тебе нравится, это больше похоже на… как бы выразится, чтобы не убила, — получил он весомый тычок под ребра, — на что-то скорее милое и согревающее, чем бесячее. И чем хуже ты себя при этом ведешь — тем интереснее кажешься. — Рей так не думает, — засмеялась я. — Рей, такое впечатление, что вообще частенько не думает, — горько вздохнул Гаара. — Поцапались? — Да не то чтобы… — поморщился парень, — не вмешивайся, сами разберемся, — я скептически посмотрела на Гаару, ничем потенциально хорошим ссора с Реем не могла грозить никому. Братец он хороший, но, сука, мстителен по принципу работы кармы. И изобретателен как боженька.