— V —
7 ноября 2022 г., 14:55
Скорпиус не вылезал из кровати до самого утра. Сегодня вечером Сочельник. Они должны были провести его вдвоём: только он и Джером. Пусть как друзья, но мальчику этого бы хватило. Стук в дверь вывел из раздумий. Блейз хмыкнул, увидав в десять утра парня всё ещё в кровати. Скорпиус же сразу оживился, заметив во что одет мужчина. Как всегда всё чёрное.
— Доброе утро, Скорпиус. Не желаешь составить компанию?
Мужчина держал белый костюм и такую же маску в правой руке, а в левой была шпага.
— Уверен, Драко обучал тебя фехтованию.
— Да! — серые глаза не переставали блестеть. — Дайте мне десять минут.
— Хорошо.
Блейз положил на кровать вещи и оставил комнату, а Поттер молнией умчался в ванную приводить себя в порядок.
Блейз ждал пуффендуйца у лестницы, а после повёл в зал. Иметь общее занятие было полезно и увлекательно. Конечно, Блейз не был уверен, что Скорпиус умеет фехтовать, он хотел предложить ему частный урок, но быть его соперником даже интереснее: опыт против юности.
Они фехтовали по меньшей мере час, не уставая от занятия. Каждый несколько раз проиграл. Блейз даже показал Скорпиусу очень изворотливый приём, на который позже сам и попался. Аплодисменты отрезвили дуэлянтов.
— Поттеры! — Блейз снял маску, ухмыляясь. — Я вас ждал.
— Правда? — недовольно спросил Гарри, который перестал аплодировать.
— Конечно. Кикимера только слепой не заметит утром, — засмеялся Забини. — Я специально не закрывал камин. Вы же параноики.
— Попробуй с тобой не быть параноиком, — рыкнул Драко. — Где Джером?
Скорпиус снял маску и печально покосился на родителей. Он не желал объясняться. Минуту назад ему было хорошо. Он забылся. А теперь ему напомнили о лучшем друге.
— Спасибо за урок, мистер Забини. Я приму ванные процедуры.
— Конечно. Дудя, когда обед?
— Через двадцать минут, хозяин.
— Отлично. Располагайтесь. Мне тоже нужно принять душ, а после поговорим. Кстати, Драко, отличный дуэлянт твой сын. Молодец.
Драко закатил глаза. В прошлом он всегда побеждал Блейза.
— Дудя, проведи гостей к столу, — Блейз нагло ухмыльнулся мужчинам, проходя мимо.
Ему не спалось. И не заметить в шесть утра Кикимера, который попытался спрятаться, когда Забини проходил мимо, было трудно. Он не собирался рушить свои планы касательно Скорпиуса, появление Поттеров было вопросов времени.
Скорпиус стоял под струями тёплого душа, не желая оттуда вылезать. Он не хотел думать о Джероме. Он не хотел в это утро видеть родителей. Он хотел только быть счастливым. Последний раз он сражался с Драко на шпагах перед четвёртым курсом. После как-то не до этого было.
Перед родителями нужно выглядеть презентабельно, но по-домашнему. Надев изумрудный теплый свитер и темные джинсы, он спустился вниз. На ноги набросил домашние уги. Всё-таки не с журналистами обед.
Драко и Гарри сидели справа от места хозяина дома. Конечно, ближе сидел Гарри, не желая травмировать мужа. Оба Поттеры оделись в официальные черные костюмы с белыми рубашками, а вот Блейз набросил поверх брюк обычную бордовую водолазку. Скорпиус явился последним и сел слева от Забини.
— Прошу прощения, что заставил ждать.
— Всё в порядке, — ответил Блейз, тепло улыбнувшись.
— Где твой сын, Забини? И почему ты в Англии? — перешёл к допросу Гарри, но мулат не спешил отвечать, медленно потягивал вино.
— Поттер, у тебя склероз? Ты сам разрешил мне бывать в Англии до 18-тилетия моего сына на всех каникулах. И даже на выпускном, а уже после змея меня убьёт, если я сюда заявлюсь, — Скорпиус аж сглотнул, узнавая подробности метки.
— Я думал, метка просто держит Вас в заложниках.
— Почти так, — засмеялся Блейз. — А Джером пошёл к Брону…
— Уэсли, — добавил Скорпиус, наливая себе вина, что не утаилось от родителей. — Он пошёл помочь ему провести первый день течки.
— Альфы от течных омег так легко не уходят, — заговорил Драко, наблюдая, как Скорпиус осушил наполовину бокал.
— Я приехал всего на три дня. Завтра после полуночи улетаю, — заявил Блейз, привлекая к себе внимание. — Скорпиусу ничего не угрожает.
— Благодаря мне, — напомнил Гарри.
Блейз закатал левый рукав и посмотрел на мирно спящую змею. Метка с годами научила его изворотливости, за что мулат был благодарен Поттеру.
— Всем привет! — крикнул Джером, забегая, а после удивлённо хлопая глазами, видя старших Поттеров, но он спешил поделиться новостями, поэтому быстро пришёл в себя. — Это была моя лучшая ночь! И к Брону я не дошёл, — засмеялся парень, садясь возле друга.
— А с кем ты тогда развлекался? — удивился Скорпиус, а после вдохнул запах сливы. — Гейл Долиш?
— Дружище, я знаю, что она твоя истинная, но тебе ведь парни нравятся, так?
Блейз только с ухмылкой потягивал вино, наблюдая за этой сценой. И он видел, что Поттеры тоже всё поняли. Когда Забини переглянулся с Драко, то итальянец расплылся в улыбке, говоря, что судьбе виднее, с кем будет лучше платиновому блондину, и что сам Блейз когда-то предлагал Драко такой вариант отношений.
— Д-да… — едва слышно прошептал Скорпиус.
— Так вот, я шёл к Брону, который снял в отеле «Ракушка» на весь день и всю ночь номер. Встретил там и Гейл, которая была там с матерью. Они хотят устроить кому-то пир в отеле на днях. Мы разговорились. Выпили. Прогулялись у моря. И я снял нам общий номер. Во-первых, она была невинна. Во-вторых, она чудесная! Я предложил ей вечером свидание и она согласилась! — воодушевлённо рассказывал Джером.
— В Сочельник? — рыкнул Скорпиус, отчего слизеринец дёрнулся.
— Забыл… Дружище, прости… Я же не думал, что моя личная жизнь пойдёт вверх! Я не думал, что мне понравится Гейл.
— Я соберу вещи. Вы подождёте меня?
— Да, милый, — ответил Драко, видя боль сына.
— Скорпиус, — Блейз поднялся с места, — позволь тебя проводить до спальни и кое-что сказать?
После вчерашнего поцелуя и заботы пуффендуец не считал старшего Забини таким опасным, как прежде. Мальчик согласно кивнул, а Гарри недовольно проводил взглядом итальянца.
Драко же не сводил глаз с Джерома, которому и есть перехотелось. Он так упрашивал Скорпиуса провести с ним каникулы и так подло бросил.
Скорпиус вошёл в свою спальню и замер. Ему и дышать не хотелось. Крепкие руки легли на плечи и обняли мальчика. Поттер заплакал, ухватившись за руки мужчины.
— Не уходи.
— Мне и дышать трудно здесь. Простите…
Блейз обошёл пуффендуйца, чья душа только училась жить, чьё сердце только что растоптал его собственный сын.
— Я был на твоём месте. Я знаю, как тебе больно. Останься, я утешу тебя.
Скорпиус понимал, что подразумевало слово «утешу». Он не был к такому готов. Он не может забыться в чужих объятиях. По крайней мере, пока он этой системы не понимал.
— Я так не умею.
— Тогда можно я буду писать тебе? Совой. Раз в месяц?
Мальчик не видел в этом чего-то криминального, поэтому согласно угукнул. Блейз улыбнулся и приобнял блондина за талию.
— Позволишь? От одного поцелуя запаха не останется. Я не буду выпускать феромонов.
— Давайте пока… — Скорпиус убрал его руки с талии, — не будем торопиться. Я Вам не отказываю, но… не соглашаюсь.
— Это хорошо, — промурлыкал Блейз, нежно целуя парня в щеку. — Надеюсь, ты не откажешь мне во встрече на весенних каникулах.
— На Пасху, скорее всего, останусь в Хогвартсе.
Блейз не стал комментировать то, что Скорпиус пытается сбежать не только от обоих Забини, а от самого себя.
— До встречи.
Блейз закрыл за собой дверь, а мальчик быстро собрал вещи. Родители ждали его у камина. С Джеромом Поттер не хотел прощаться, пусть тот и попытался его поймать на лестнице.
Стоило выйти из камина Певерелл-мэнора, Скорпиус приложил ладонь к груди, где билось разбитое сердце. Гарри первым обнял сына, а Драко обнял со спины, целуя. Они не комментировали происходящее в мэноре. И так всё было ясно. Скорпиус рыдал, сжимая рубашку отца. Ни Гарри, ни Драко не будут спрашивать ни о чём, ведь даже Блейз не обижал барсучка, а пытался его заставить улыбаться. Тот тоже всё видел.
***
Робин сидел в гостиной Слизерина, глядя на языки пламени. Лиам Пьюси поехал на каникулы, что упрощало задачу жить. Ему нужно как-то ещё сблизиться с Тео. Вчера они не писали друг другу. Патронус-медведь влетел в гостиную, где сидело по меньшей мере человек десять. — Мистер Малфой, живо зайдите ко мне! Голос Нотта был недовольным, отчего Малфой поёжился. Что он успел натворить? Поднявшись с дивана, парень попытался вспомнить чем мог провиниться, а после громко засмеялся, привлекая внимание. Да, он вспомнил, что учудил в официальном документе десятого декабря. Поправив белый свитер, осмотрев свои белые джинсы и кроссовки, Робин остался довольным и постучал в дверь декана. Личные комнаты отличались тем, что сначала шла гостиная, в которую профессора иногда запускали студентов. Дверь открылась сразу, Тео всё ещё сидел за столом, держа в руках палочку. Такой расслабленный преподаватель в белой рубашке с галстуком возбудил слизеринца. — Добрый день, профессор. — Здравствуй, Робин. Присаживайся, — мальчик сел на стул перед столом. — Есть догадки, почему ты здесь? — Да, — нагло ухмыльнулся Робин, подперев бороду рукой. — После профконсультации, мы писали заявление, какие предметы нам нужны на следующий год. От трёх до восьми нужно выбрать, верно? — Тео расплылся в ухмылке, говоря, что Малфой и так хорошо знает правила школы. — Здесь же чётко написано: «Я хочу управлять отцовской шоколадкой фабрикой, поэтому мне нужна экономика, а значит, я выбираю только Маггловедение». Что не ясно, профессор? — озорно блеснув глазами, спросил Робин. Тео резко поднялся с места, заставив поёжиться Робина. Тот больше не улыбался, а сел ровно, положив ладони на колени. Нотт подошёл к студенту и присел перед ним на корточки, накрывая своими ладонями его руки. — Прости меня, — взгляд мальчика из перепуганного становился нежным и удовлетворённым. — Прости, Робин. Я очень боюсь сделать тебе больно, — Тео коснулся губами одной руки мальчишки. — Всё хорошо, — второй рукой Робин зарылся в иссиня-черные волосы любимого. — Ты не воспринимал меня, как серьёзного партнёра, да и возраст играл роль. Мне только месяц назад шестнадцать исполнилось. Мальчишка в твоём понимании, да? — Да. Твоё откровение меня поразило в самое сердце, — Тео поднял на него свой взгляд океана и улыбнулся. — С каждым годом ты привлекал всё больше внимания, истинность тут не при чём. — Я рад, что мы всё прояснили. Тео смотрел на розовые губы Робина, о которых столько мечтал. Малфой заметил этот взгляд, провёл ладонью по скулам мужчины, который уже нависал над слизеринцем, будто зверь над жертвой. — Ты не против, что я начну с малого? — Только не отталкивай меня и не бросай, — прошептал в губы Робин, которые через мгновение накрыли студенческие. Робин часто представлял, как это будет, но настоящий, манящий, нежный поцелуй оказался во сто крат лучше грёз. Робин обхватил шею Тео, поднялся на ноги и прижался всем телом к телу любимого, чьи объятия крепко удерживали. Второй рукой Тео зарылся в платиновую макушку, пока его губы нежно целовали юношеские губы. Но стоило Робину провести язычком по зубам мужчины, как Тео учуял лакомый кусочек. Он углубил языком поцелуй, проникая в шальной ротик Робина. Языки буквально сплетались, играя. И Тео искреннее себя ненавидел, что не он научил мальчишку целоваться. Резко отстранившись, он обнял Малфоя, который тяжело переводил дыхание. — Мой мальчик, — шептал, как в бреду, Тео, целуя участки шеи. — Твой, — самодовольно ответил Робин, вдыхая запах авокадо на профессоре. — МакГонагалл не учует мой запах на тебе? — Не учует. Подавители запаха ещё никто не отменял, — Тео поцеловал макушку Робина, взял за руку и повёл к своему стулу. Первым сел мужчина, усаживая Малфоя на колени. — Мне сегодня сдавать бланки. Держи чистый бланк, заполняй. — Ладно, — сдался Робин, беря в руки перо профессора. — «Имя: Робин Валентайн Малфой. Дата рождения: 20 ноября 1999». — Ты всё будешь комментировать? — засмеялся Тео, поглаживая бёдра слизеринца. — Да! — ухмыльнулся мальчишка. — «Школа: Хогвартс. Факультет: Слизерин. Курс: 5. Список предметов, которые хотите изучать на 6-7 курсах: 1. Маггловедение. 2. Нумерология. 3. Защита от Тёмных искусств». Сойдёт? — Тео засмеялся, отрицательно качая головой. — Чтобы создавать шоколадные букеты или цветочные, или комбинировать их, нужно знать Травологию, Чары, Трансфигарцию и, возможно, Зелья. Робин застонал. Встал с колен Тео и сел так, чтобы обхватить профессора ногами. Мальчик сразу нашёл любимые губы, жадно впиваясь в них. Оба слизеринца возбуждались, Робин неосознанно начал тереться членом о член Тео, застонав в губы профессора. — Остановись, молю, — едва прошептал Тео, когда Малфой начал вылизывать шею Нотта, а на руку накрутил чёрный галстук профессора. — Робин… Малыш… Пожалей меня, у меня совещание через десять минут. Робин хмыкнул, отстраняясь от Тео, а после нежно проведя пальчиком по губам, приоткрыл от удивления рот. Тео, не отводя сапфировых глаз от серебряных, начал играть с пальчиком Робина губами и языком. Тот сглотнул от возбуждения, убирая палец и с рычанием припадая к губам Тео. Их состояние было пьяным, они желали друг друга. — С ума схожу от тебя, — шептал Тео в губы. — Я раньше сошёл с ума и рад этому. — Мне нужно успокоиться, — Тео потянулся к ящику в столе и достал оттуда серебряный портсигар. — Кстати, сигареты перебивают любой запах на теле, кроме того, после которого был оргазм, — поделился открытием Тео, затягиваясь. — Хочешь? — А не будешь говорить: тебе же ещё рожать. Тео фыркнул. Он не принимал стандарты общества. Считал, что альфам и омегам навеяли, что главная ценность — продление рода. Главная ценность у человека — жизнь. И прожить её надо в первую очередь для себя. — Как-то папа застукал этим августом меня у себя в мастерской, где я курил сигару в открытое окно. Я очень кашлял, — оба слизеринца засмеялись, а Робин сделал первую затяжку. — Не думаю, что Люциус тебя наказал. — Нет, он научил курить, чтобы я не задыхался. Робин сделал затяжку, но дым выдохнул в поцелуй. Тео ухмыльнулся, выпуская дым, забирая свою сигарету из рук Робина, который слез с него и сел напротив, забирая бланк. — Согласен на Травологию и Чары, но не на Трансфигурацию. Она меня раскусит. Сам не знаю, как доучиться этот год, чтобы у меня на лбу не было написано: «Теодор Нотт меня любит». Тео засмеялся, вставая из-за стола и выбрасывая окурок в горящий камин. — В следующем году племянница Минервы, которая жила в Нью-Йорке последние 37 лет, сменит её. Ей сразу после школы предложили должность в американском Министерстве. Она недавно стала вдовой. Дочки уже взрослые, замужем, старшей тридцать лет, младшей двадцать восемь, имеют детей. В общем, вдове Гройс там делать нечего. — Гройс? Александр Гройс был Министром магии США. Дважды, — Тео согласно кивнул. — Он умер полгода назад в возрасте 85-ти лет от проклятия! — Теперь понимаешь, как она получила должность? Познакомилась с ним, когда училась на шестом курсе. Он прилетал познакомиться с Олливандером, а Диана МакГонагалл как раз покупала новую палочку, ведь старую сломала. Она разрушила семью. У Гройса от первого брака сын и дочь. — Он не лучше, раз бросил жену и детей. Сколько было на то время его детям? — Тринадцать девочке и семнадцать мальчику. Это не наше дело. — Я бы не разрушил семьи. Она не вторая Амбридж? — Не знаю. В общем, она будет профессором Трансфигурации для 1-5-х курсов. — Но не 6-7, — протянул отчаянно Робин. — А ты в Трансфигурации шаришь? — ухмыльнулся мальчик. — Да. — Может, ты станешь моим персональным профессором? — невинно хлопая ресницами, спросил Робин. — Или у тебя времени нет? — сразу стушевался слизеринец, понимая, что профессор может быть очень занятым. — Я так втянулся, что мне даже скучно. Покупай учебник за 6 курс Трансфигурации на следующий год, я готов быть твоим личным профессором. — Во всех смыслах? Всё-таки, я невинная змейка. — В плане интима, но невинность в твой характер не входит, — Робин засмеялся, пошло облизав губы. — Робин, мне через две минуты на собрание. — Хорошо, я дописываю Гербологию с профессором Лонгботтомом и Чары с профессором Флитвиком. Дату ставить за десятое число? — Да. — Итого, пять предметов. Директриса и так поймёт, что я не хочу видеть её, а хочу любоваться тобой. Она уже глаз с меня не сводит второй месяц, ведь мне исполнилось 16, — дул соблазнительные губки Робин. — Напрасно папочка рассказал ей о нашей истинонсти, пусть он хотел как лучше. — Я буду искать себе замену. Твои слова о воле, — Робин искренне улыбнулся, — заставили задуматься. Мне все твердят, что я никому ничего не должен. Я хочу счастья и любви, Робин. Поэтому после твоего выпуска, я уйду. Я больше не буду профессором. Мы сможем открыть общий бизнес. — Люблю тебя, — со слезами на глазах прошептал Робин. — И я тебя люблю, солнышко моё. Тео забрал из рук Робина бланк, нежно коснулся его руки губами, и с папкой в руках пошагал к камину. — Ах, да, пароль от моих комнат: «Искушение в Раю». — Это ведь персиковый торт, — восторженно произнёс Малфой. Тео тепло улыбнулся слизеринцу, становясь в камин и чётко произнеся: «Кабинет Директора МакГонагалл». Стоило Нотту исчезнуть, как Робин запищал от восторга. Даже есть захотелось. Оставаться в личных покоях, когда открыт камин, опасно, поэтому Малфой решил сделать набег на кухню, папочка ему ещё перед 1 курсом рассказал, где кухня в школе и как туда попасть. А дядя Джордж даже наводку дал, как не попасться.***
Ровно минута в минуту явился слизеринец, для которого и было назначено собрание. Остальные деканы отпросились домой и сдали папки позавчера вечером. Лонгботтом и Целлер состояли в браке, а Пенелопа Кристал начала встречаться с Фламелем, только Тео был одинок. Мужчина положил папку с бланками на стол и Минерва сразу пробежалась глазами по первому бланку, который, кстати, и хотела осмотреть. Робин Малфой взял 5 предметов. В самом низу, где было поле «Приоритетная работа», написано: «Шоколадная фабрика. Шоколадные букеты». Подпись была широкой, как у начальника. Нотт хмыкнул и сел напротив Минервы, которая, закрыв папку, тяжело вздохнула. — Что-то не так, Директор? Я слышал, что Скорпиус Поттер вообще выбрал предмет Полёты на мётлах. — Да, это так. А ещё Арифмантику, Трансфигурацию, Чары и ЗоТИ, вписав внизу, что хочет стать спортсменом. От Существ он отказался. У меня полчаса назад был Гарри. Скорпиус выглядел ужасно, — призналась Минерва. — Гарри не сказал, что случилось, но заплаканные глаза мальчика говорили явно о боли. В общем, я пока не отправляла бланки в Отдел Образования, поэтому позволила Скорпиусу переписать свой, само собой пришлось вызвать и профессора Целлер, а то декан была бы не проинформирована. — Хм… Он гостил у Забини, — по спине Тео пробежались мурашки. Блейз не мог обидеть Скорпиуса, даже если бы приехал. Метка не позволила бы. Значит, что-то натворил Джером. Друзья обожали выбирать одинаковые предметы. — Простите, Директор, можно я пересмотрю бланк Джерома Забини? Минерва кивнула и Тео быстро нашёл его. — Они поссорились. Скорпиус и Джером. Глядите на предметы Забини: Существа, Гербология, Зелья, Древние Руны, Артефакторика, Чары, ЗоТИ. Джером хочет работать с Тварями. Поттер взял ЗоТИ и Чары потому, что они могут пригодиться в жизни, оттого и не отказался от них. Готов поставить на кон свою должность, что между ними стала омега, — ухмыльнулся Нотт, закрывая папку слизеринцев. — Вы очень хорошо разбираетесь в любовных похождениях? — выгнула бровь Минерва. — Я знаю студентов. И не только со своего факультета. — Вы снова курили? — Я помню, что нельзя ходить накуренным к студентам. В своих личных покоях я волен делать, что пожелаю, Директор. — Профессор Нотт, я вызвала Вас не только из-за бланков. Джон Долиш писал мне. Вы ведь знаете, его старший сын Макс — начальник Азкабана, а младший работает в Министерстве, — Нотт согласно кивнул. — Его средний сын Зак заявил, что хочет бросить Мракоборческий центр и пойти работать в школу профессором ЗоТИ, — Тео притворился, что новость не обрадовала его, а только удивила. — Он хочет начать работать немедленно. После рождественских каникул. Что скажете? — Для первого полугодия я могу дать ему 1 и 2 курсы. — То есть, Вы не против? — выдохнула МакГонагалл. — Нет. Это развяжет мне руки, я смогу наладить отношения с кем-то. Мы ведь расстались с профессором Эджком со скандалом. — Да. Очень сложно соединять личную жизнь и работу, если ты профессор. Поверьте, я Вас понимаю, — сочувствующе прошептала женщина последние слова. — Если он справится, я ему ещё сплавлю и третий курс на следующий год. — Он хочет не менее четырёх, — Минерва прикусила губу, ожидая взрыва. — Но за Вами остаётся деканство. — Хорошо, но 5-7-е курсы мои, — рыкнул Тео, ведь не отдаст своего мальчика какому-то Долишу. МакГонагалл ожидала подобной реакции, но всё равно дёрнулась, видя злость и решительность в глазах Тео. — В этом семестре могу отдать 1-3 курсы, пусть наслаждается, — шипел Тео. — Но выпуск Поттера-младшего я не дам. Там оторвы. — Согласна. Этот четвёртый курс каждый день попадет на баллы и отработки, — тяжело вздохнула женщина. — Их почти восемьдесят человек и они кошмарны. — И передайте Долишу, что если полезет в мои дела, то его сестра, учащаяся на 5-м курсе, экзамен не сдаст. — Он будет это иметь ввиду, — пообещала анимаг. — Вы остаётесь на каникулы? — Да. Люциус и Рон взяли отгул. У них сегодня вечером сработает портключ в Альпы. Гарри и Драко собирались отдохнуть в горах Франции, но раз Вы говорите, что со Скорпиусом что-то стряслось, думаю, о поездке можно забыть. Кстати, я, наверное, к ним заскочу. Поздно вечером. — Будьте добры. И узнайте, что случилось. Возможно, профессорам придётся бдить эту парочку. Мало ли, до драки дойдёт, — переживала Минерва. — Я Вам всё перескажу завтра. — О, нет. Моя племянница Диана, которая заменит меня на посту профессора Трансфигурации на следующий год, зовёт отметить Рождество. Я сейчас забегу в Министерство, они сегодня работают до четырёх, сокращённый день, ведь вечером Сочельник. В общем, я отбываю в Америку в семь вечера. Доклад жду третьего января. — Хороших каникул, Директор. Тео был искренне рад, что на эти каникулы, им с Робином никто не помешает. Да и Робин будет несказанно рад пожить до 3 января в покоях любимого профессора. Сегодня Нотт навестит Поттеров, а завтра вечером обрадует змейку.***
Дани проснулся на Рождество от того, что услышал стук в дверь. Вошёл Том, держа в руке подарок. — С Рождеством, Дани. — С Рождеством, Том, — мальчик обнял Реддла, присевшего на кровать. — Ты открыл мой подарок? — Да. Спасибо. Когда ты просёк, что я начал курить? — Я всё замечаю, да и на обоняние не жалуюсь, — ухмыльнулся Поттер. — В портсигаре хорошие сигареты. Кстати, почему не сигары? — Но я ведь полукровка, кое-что люблю маггловское, — улыбнулся Том. — Это тебе. Пришлось подключить Рона, но тот только рад, что открыл очередное дело, за что получил недельный отгул. — Он сам себе его выписал, — засмеялся Дани, открывая книгу. — Мерлин… — мальчик сглотнул. — Она хранилась у того контрабандиста, которого накрыл дядя Рон? — Да. И Рон её скрыл от экспертов. Я в прошлом знал многих засранцев, — Том был очень рад угодить, ведь слёзы на глазах Дани, говорили, что подарок удался. — Она принадлежала Кандиде Когтевран. Я не имею на неё прав. Благодаря этим знаниям и рунам, была построена Выручай-комната! Я и так благодарен, что ты дал почитать мне книгу Салазара, благодаря которой была скрыта Тайная комнаты от любых чар. — То не подарок, то моё наследие, которым я дал попользоваться змееусту, учитывая, что она написана на парселтанге. А эту книгу я хочу подарить тебе. Я её сам отдал тому гаду, чтобы он помогал мне с контрабандой. Эту книгу я нашёл в Албании, когда мне было 19 лет. Елена Когтевран оставила её на хранение одной семье перед смертью. Когда я нашёл эту семью, от неё ничего не осталось. Только сундук с книгой. — И тебе не жалко? Она бесценна, Том! — Как и ты. Дани улыбнулся и обнял Реддла, который вдыхал запах мальчишки у шеи. Самого важного и дорогого мальчишки в его жизни. Он это знал. Благодаря проклятию Госпожи, признал. Том не хотел никому рассказывать об этом проклятии, ведь оно кануло в Лету, но если кто-то из друзей догадается, спросит, он расскажет. Скрывать не станет.
