Гарри Поттер и Святой Грааль

Фальшивая Жанна, с холодной усмешкой наблюдая за реакцией героев, медленно повернулась к толпе Смитов и Стражей. Те, словно по команде, расступились, образуя широкий проход. — Идите, — прошептала она, её слова тонули в шуме дождя и ветра. — Распространяйтесь. Поглотите этот мир. Смиты и Стражи двинулись вперёд, словно волна тьмы, захлёстывающая город. Рон, Вейвер и Александр, превозмогая боль и усталость, встали на их пути, готовясь к последнему бою. Медуза, опустившись на колени рядом с телом Гудако, закрыла лицо руками, её плечи содрогались от беззвучных рыданий. — Это конец… — прошептал Рон, сжимая в руке волшебную палочку. — Мы проиграли… — Нет! — внезапно раздался голос настоящей Жанны. — Ещё не всё потеряно! Она показала на небо. Все подняли головы, и то, что они увидели, заставило их затаить дыхание. В ночном небе, прорезая тучи, появилась яркая точка. Она быстро приближалась, оставляя за собой огненный след. Точка становилась всё больше и больше, превращаясь в фигуру человека, летящего с невероятной скоростью. Вокруг него закружился вихрь, поднимая в воздух листья, мусор, даже небольшие камни. Автомобили, припаркованные на площади, затряслись, их сигнализации завыли в ужасе. Смиты и Стражи, словно почувствовав опасность, остановились, повернув головы к небу. Фигура приземлилась на площади с грохотом, от которого задрожала земля. Воздушный вихрь рассеялся, и перед ошеломлёнными магами предстал молодой человек с длинными, тёмными волосами и пронзительными карими глазами. На нём был длинный, чёрный плащ, развевающийся на ветру, а на лице застыло выражение холодной, непреклонной решимости. — Я здесь, — сказал он, и его голос был спокоен и уверен. — Я пришёл, чтобы помочь. — Нео… — прошептал Фуджимару, с трудом приподнимаясь с земли. — Ты пришел… — Это не важно, — ответил Нео, его взгляд был прикован к фальшивой Жанне. — Важно то, что мы должны её остановить… сейчас. В этот момент рядом с ним материализовался ещё один человек. Это был высокий, импозантный мужчина в тёмном костюме и солнцезащитных очках. Его лицо, с высокими скулами и пронзительным взглядом, излучало спокойствие и силу. — Морфеус? — спросил Фуджимару, не веря своим глазам. — Да, — кивнул Морфеус. — Мы почувствовали, что ты в беде, Мастер, и пришли помочь тебе, Рицука Фуджимару. Мы знаем, с чем вы столкнулись… и мы знаем, как с этим бороться. На лице фальшивой Жанны промелькнуло выражение недовольства, но она быстро взяла себя в руки. — Ещё двое героев? — прошипела она. — Как мило… Но думаете, вы что-то измените? Смиты и Стражи, до этого застывшие в нерешительности, словно по команде двинулись вперёд, окружая Нео и Морфеуса. Красные глаза Смитов горели в темноте зловещим пламенем, а металлические щупальца Стражей извивались, словно голодные змеи. — Томас Андерсен, — раздался из толпы Смитов голос, холодный и безжизненный, словно голос машины. — Ты вернулся… Нео, не отрывая взгляда от фальшивой Жанны, медленно повернул голову в сторону голоса. — Ты знаешь меня? — спросил он, и в его голосе не было ни удивления, ни страха. — Мы все тебя знаем, — ответил Смит, делая шаг вперёд. — Мы знаем твоё прошлое… твоё настоящее… и твоё будущее… — Тогда вы знаете, чем всё закончится, — тихо сказал Нео, и на его лице появилась лёгкая улыбка. Морфеус, встав рядом с ним, снял солнцезащитные очки. — Пора покончить с этим, Нео, — сказал он. — Пора освободить этот мир. Нео кивнул. — Пора. И битва началась. Нео двинулся вперёд, словно призрак, проходя сквозь ряды Смитов. Его удары были молниеносны, точны и беспощадны. Он уворачивался от лазерных лучей Стражей с невероятной ловкостью, и казалось, что он предвидит каждое их движение. Смиты, словно марионетки с оборванными нитками, падали на землю, не в силах ему противостоять. Морфеус, сражаясь плечом к плечу с ним, отражал атаки Стражей своими кулаками, его движения были плавными и мощными, словно движения древнего мастера боевых искусств. Рон, Вейвер и Александр, воодушевлённые примером Нео и Морфеуса, вновь бросились в бой. Юные маги отбрасывали Смитов заклинаниями, а Александр и подоспевшая Мордред рубили их мечом и пытались задушить голыми руками, невзирая на всю тщетность этих действий. Настоящая Жаннa, превозмогая боль, вновь подняла знамя, направляя его на фальшивую Жанну. Фальшивая Жаннa, вместо того, чтобы злорадствовать или сыпать угрозами, молча наблюдала за разворачивающейся схваткой. В её глазах, мерцающих холодным, металлическим блеском, отражалось нечто большее, чем просто злорадство. Это было похоже на любопытство ученого, наблюдающего за экспериментом, исход которого ему уже известен. — Интересно, — прошептала она, её слова были едва слышны сквозь шум битвы. — Насколько долго они продержатся? Она повернулась к телу Гудако и, наклонившись, взяла её за руку. Её пальцы, холодные, словно лёд, ощупали пульс. — Жаль, — прошептала она, поднимаясь. — Ты была интересным экземпляром… Рицука Фуджимару… Она взглянула на Нео, который в этот момент отшвырнул в сторону очередного Смита. — Ты думаешь, что ты особенный, Томас Андерсен? — спросила она, и в её голосе зазвучала сталь. — Что ты — избранный? Нео, не останавливаясь, ответил, не поворачиваясь к ней: — Я не избранный. Я просто делаю то, что должен. — О, как благородно… — фальшивая Жаннa усмехнулась. — Но ты забыл одно, Томас. В этом мире нет героев… есть только программы… Она вновь взмахнула рукой, и из-под земли вырвались новые полчища Смитов и Стражей. Теперь их были сотни… тысячи… Они заполнили всю площадь, превратив её в кишащее море чёрных фигур и мерцающих красных глаз. Маги, окружённые со всех сторон, сражались отчаянно, но силы были неравны. — Мы не продержимся долго! — крикнул Рон, отражая атаку двух Стражей одновременно. — Нужен план! — План есть, — ответил Морфеус, спокойно перезаряжая свой пистолет. — Нео, отвлеки их… Нео кивнул, и, раскинув руки, выпустил в небо волну энергии. Смиты и Стражи, словно почувствовав опасность, повернулись к нему, и он бросился вперёд, увлекая их за собой. — А теперь… пора закончить это, — сказал Морфеус, направляя пистолет на фальшивую Жанну. Фальшивая Жанна, заметив движение Морфеуса, лишь презрительно усмехнулась. — Думаешь, пуля может убить того, кто уже мертв? — прошипела она. Но Морфеус, не отвечая, нажал на курок. Выстрел прогремел на пустынной площади, словно удар грома. Пуля, оставляя за собой огненный след, устремилась к фальшивой Жанне. Но та, словно предвидя траекторию выстрела, отклонилась в сторону. Пуля пролетела мимо, с рикошетом отскочив от стены дома. — Промахнулся, — сказала она, и на её лице появилась злобная улыбка. — Я же говорила… пули бессильны против меня. — Может быть, — ответил Морфеус, спокойно перезаряжая пистолет. — Но у меня ещё есть козыри в рукаве… В этот момент в небе появилась яркая вспышка, и на площади материализовались две новые фигуры. Первым был Вояджер, его скафандр блестел в свете уличных фонарей, а шлем был приподнят, открывая юное, любопытное лицо. — Вау! — воскликнул он, оглядываясь по сторонам. — А тут весело! Второй фигурой был Астольфо, его розовые волосы развевались на ветру, а яркий, праздничный наряд резко контрастировал с мрачной атмосферой битвы. — Что за безобразие?! — воскликнул он, увидев лежащее на земле тело Гудако. — Кто посмел напасть на такую милую девушку?! — Я, — холодно ответила фальшивая Жаннa. — А что? — Ты пожалеешь об этом, ведьма! — закричал Астольфо, выхватывая свой меч. — Я тебя накажу! — Попробуй, — усмехнулась фальшивая Жаннa. — Если сможешь… Она взмахнула рукой, и Смиты и Стражи с новой силой бросились в атаку. Нео, уворачиваясь от ударов, отступал назад, прикрывая Морфеуса и остальных магов. Вояджер, словно ракета, взмыл в небо, и, пикируя на Стражей, атаковал их лазерными лучами из своих рукавиц. Астольфо, сражаясь плечом к плечу с Александром, отражал удары Смитов своим волшебным мечом. Медуза, вскочив на ноги, оттолкнулась от земли и взмыла в воздух. Она мчалась над крышами домов, словно тень, оставляя за собой следы фиолетового дыма. Её глаза, холодные и бесстрастные, сканировали городские улицы, ища нужные ей точки. — Что она делает? — спросил Рон, не отрывая взгляда от битвы. — Не знаю, — ответил Фуджимару, с трудом отбиваясь от атак Смитов. — Но кажется, она что-то задумала… В этот момент земля под их ногами задрожала. Здания вокруг закачались, а из-под земли вырвались фонтаны чёрного дыма. — Что это?! — вскрикнул Вейвер, едва удерживаясь на ногах. — Он пробуждается… — прошептала фальшивая Жаннa, и на её лице появилась злобная улыбка. — Он пробуждается… Площадь вздыбилась, словно живое существо, раздираемая невидимой силой. Асфальт треснул, образуя глубокие пропасти, из которых вырывались фонтаны чёрного дыма и языки пламени. Здания вокруг затряслись, их стены покрылись трещинами, а затем, не выдержав нагрузки, начали рушиться, превращаясь в груды обломков. — Он пробудил Архетип Земли! — закричала настоящая Жаннa, её голос тонул в грохоте разрушений. — Бегите! Спасайтесь, пока не поздно! Но бежать было некуда. Весь город содрогался, словно в лихорадке. Мосты рушились, дороги вздымались, словно волны в шторм. Небо заволокло чёрными тучами, и на землю обрушился ливень, смешанный с пеплом и пылью. — Это… это конец света… — прошептал Рон, прикрывая голову руками. — Нет, Рон, — сказал Морфеус, его голос был спокоен и твёрд. — Это ещё не конец. Но нам нужно действовать… быстро. Нео, пробиваясь сквозь хаос, устремился к фальшивой Жанне. Она стояла посреди разрушений, её фигура, окутанная тёмной аурой, казалась неприкосновенной, словно она была частью этого хаоса. — Ты выпустила силу, которую не можешь контролировать, — сказал он, останавливаясь перед ней. — Останови это, пока не стало слишком поздно. — Ты думаешь, я боюсь? — усмехнулась она. — Я — часть этой силы! Я — её воплощение! — Тогда ты обречена вместе с этим миром, — сказал Нео, и его глаза вспыхнули золотым светом. В этот момент настоящая Жаннa, с криком бросилась на фальшивую. Её знамя, пылающее белым пламенем, рассекло воздух, словно меч. — Я не позволю тебе это сделать! — кричала она. — Я не позволю тебе уничтожить всё, что нам дорого! — Отойди, глупая девчонка! — ответила ей фальшивая Жаннa, отражая её удар своим чёрным мечом. — Это не твоя битва! Медуза, продолжая свой безумный полёт над городом, устанавливала магические печати на крышах зданий. Её движения были точны и быстры, словно она танцевала в воздухе. Она знала, что у неё очень мало времени. Сила Архетипа Земли росла с каждой минутой, и скоро она станет неуправляемой.

***

В Вестминстерском Дворце, Волдеморт, разбуженный грохотом и подземными толчками, вскочил со своего кресла. Он задремал, сидя над картой города. — Что происходит?! — закричал он, схватившись за волшебную палочку. — Что за…?! Беллатриса, бледная и испуганная, вбежала в его комнату. — Мой Лорд… — прошептала она. — Там… там… — Говори же, глупая женщина! — В городе… какая-то битва… землетрясение… Волдеморт бросился к окну, и то, что он увидел, заставило его затаить дыхание. Весь Лондон был охвачен хаосом. Здания рушились, дороги вздымались, а в небе бушевала буря, смешанная с огнём и пеплом. — Это они… — прошипел он, сжимая кулаки. — Эти проклятые Смиты… Они разрушают мой город! — Мой Лорд, что нам делать? — спросила Беллатриса. — Мы должны их остановить! — рявкнул Волдеморт. — Соберите всех Пожирателей! Призовите всех Слуг! Мы идём на войну!

***

На землю начал падать снег. Крупные, пушистые хлопья медленно кружились в воздухе, оседая на разрушенных зданиях, на оборванных проводах, на телах погибших… Наступил декабрь. Фуджимару, едва удерживаясь на ногах, отражал атаки Смитов. Он был ранен, измучен и почти лишён сил. Но он не мог сдаться. Он должен был защитить своих друзей… защитить мир. Он сам не заметил, как к нему подбежала Лили, её лицо было бледным, а в глазах застыл ужас. — Рицука… — прошептала она, схватившись за его руку. — Джейсон… они его взяли… Я видела… он… он стал одним из них… Я чудом спаслась… Фуджимару, с трудом удерживая сознание, опустился на колени. Его руки, покрытые ссадинами и ожогами, дрожали, а голова кружилась, словно карусель. Он видел, как Смиты и Стражи, словно волны чёрного прилива, захлёстывают площадь, не оставляя ни единого шанса на спасение. — Джейсон… — прошептал он, глядя на Лили, её лицо было бледным, словно полотно, а в глазах застыл ужас. — Прости… я не смог… — Это не твоя вина, Рицука, — прошептала Лили, прижимаясь к нему. — Ты сделал всё, что мог… В этот момент рядом с ними приземлился Морфеус. Его лицо было сосредоточенным, а в глазах горел огонь решимости. Он протянул Фуджимару руку, помогая ему встать. — Вставай, Рицука, — сказал он. — Битва ещё не закончена. — Но… но их слишком много, — прошептал Фуджимару, оглядывая кишащую толпу Смитов и Стражей. — Мы не сможем их остановить… — Сможем, — ответил Морфеус, и его голос был полон стальной уверенности. — Мы должны. Ради этого мира, ради всех, кто нам дорог. Поверь в себя, Рицука. Поверь в нас. Фуджимару взглянул на него, затем на остальных магов. Настоящая Жаннa, с отчаянием в глазах, продолжала сражаться с фальшивой. Нео, словно молния, метался между Смитами и Стражами, его удары были точны и беспощадны. Александр и Астольфо, спина к спине, отражали атаки врагов. Рон и Вейвер, выкрикивая заклинания, пытались пробить себе путь сквозь толпу. И в эту минуту, глядя на их лица, искажённые усталостью и болью, но всё ещё полные решимости, Фуджимару почувствовал, как в нём вновь возрождается надежда. Он вдохнул полную грудь холодного, пропитанного дымом воздуха, и сказал: — Хорошо. Я с вами. До конца. — Тогда в бой! — крикнул Морфеус, и, выхватив из кобуры второй пистолет, открыл огонь по Смитам. Нео, увидев, что Фуджимару вновь вступил в бой, улыбнулся, и его атаки стали ещё более мощными и беспощадными. Он двигался с такой скоростью, что казалось, словно он находится сразу в нескольких местах одновременно. Смиты, не успевая реагировать, падали на землю, словно скошенные косой. — Рррааа! — раздался над полем боя громовой голос, и на площади материализовался Геркулес, тут же разразившийся еще более яростным рыком. Его гигантское тело, окутанное красной аурой ярости, казалось несокрушимым. Он с рёвом бросился в толпу Смитов, разбрасывая их в стороны, словно кегли, не касаясь их. Каждый его удар вызывал мини-землетрясение, от которого трескался асфальт и падали деревья. — Мордред! — крикнул Рон, призывая свою Слугу. Из вихря магической энергии появилась Мордред, её зеленые глаза горели боевым азартом, а в руке сверкал огромный меч Кларент. — Наконец-то! — усмехнулась она, оглядывая поле боя. — А я-то думала, вы тут без меня совсем заскучали… Она с боевым кличем бросилась в бой, её меч с свистом рассекал воздух, оставляя за собой кровавые следы. — Пассионлип! Джек! — крикнул Фуджимару, призывая остальных своих Слуг. Пассионлип и Джек материализовались рядом с ним. Пассионлип, с печалью в глазах, оглядела разрушения и тело Гудако. — Какой ужас… — прошептала она. — Неужели этот мир обречён? — Ещё нет, — ответил ей Фуджимару. — Мы должны сражаться… до последнего. Джек, оскалившись, выхватила свои ножи. — Ну, что, мальчики, поиграем? — прошипела она, и её глаза вспыхнули злобным огоньком. Она стремительно бросилась в толпу Смитов, её ножи мелькали в воздухе, словно молнии. Смиты, словно куклы, разваливались на части, не в силах ей противостоять. Внезапно над полем боя пронеслась тень. Это был Джеймс Мориарти, его цилиндр был сбит набекрень, а в глазах светился азарт охотника. Он прицелился из своего револьвера и выстрелил в одного из Стражей. Пуля, оставляя за собой огненный след, попала Стражу прямо в «глаз», и тот, взорвавшись, разлетелся на куски. — Ха! — рассмеялся Мориарти. — Попался, голубчик! В этот же момент в одного из Смитов влетел Эдмон Дантес. Его кулак, окутанный чёрным пламенем, пробил грудь Смита, и тот, вскрикнув, растворился в воздухе. — За Гайде! — прорычал Дантес, его глаза горели яростью. Но несмотря на все их усилия, маги проигрывали. Смитов и Стражей было слишком много. Они наступали со всех сторон, не зная ни страха, ни усталости. Земля продолжала трескаться и рушиться, а небо было затянуто чёрными тучами, из которых падал снег, смешанный с пеплом и кровью. На одной из немногих уцелевших крыш стояла фигура, закутанная в длинный, тёмный плащ. Король Артур Пендрагон молча наблюдал за разворачивающейся в низу бойней, его лицо, скрытое под тенью капюшона, было непроницаемым. Что он думал в этот момент? Сожалел ли о содеянном? Или же наслаждался хаосом, поглотившим его город? Никто не знал ответа на этот вопрос. Тем временем, в самом центре битвы, Нео вновь продемонстрировал свою невероятную силу. Он на полном ходу врезался в одного из Смитов, и тот, словно фарфоровая кукла, разлетелся на осколки. Но в тот же момент пространство вокруг них исказилось. Воздух задрожал, словно водяная гладь, и Нео, на мгновение исчезнув, вновь появился на том же месте. Но теперь он выглядел… иначе. Его одежда превратилась в чёрный костюм, а лицо стало бледным и безжизненным, словно маска. — Что… что произошло? — прошептал Фуджимару, не веря своим глазам. — Он стал… одним из них, — ответил Морфеус, его голос был полон тревоги. — Смит его поглотил… Но Смиты, словно не заметив произошедшего, продолжали атаковать. Они бросились на Нео с ещё большей яростью, их кулаки и лазерные лучи били в него со всех сторон. Нео, словно в трансе, отражал их атаки, его движения были механическими, лишёнными всякой эмоции. — Нео! — закричала настоящая Жаннa. — Очнись! Сражайся! Но он её не слышал. Он был поглощён системой, стал её частью. Геркулес, видя, что Нео перестал сражаться, с рёвом бросился на Смитов. Его кулаки, окутанные красной аурой ярости, дробили кости и металл. Он был словно неуправляемая стихия, сеющая вокруг себя хаос и разрушение. Мордред, с криком ярости, атаковала Стражей. Её меч, Кларент Кровь Артура, пылал красным пламенем, рассекая металлические тела на части. — Умрите, железки! — кричала она. — Умрите! Но их было слишком много. С каждым убитым Смитом или Стражем на их месте появлялись новые. — Это бесполезно… — прошептал Рон, опуская волшебную палочку. — Мы проиграли… Медуза не слышала слов Рона, и продолжала свой безумный бег по городу. Её фиолетовые волосы развевались на ветру, а на лице застыло выражение нечеловеческой сосредоточенности. Она перепрыгивала через разрушенные здания, скользила по обледеневшим тротуарам, взбиралась на стены домов с ловкостью паука. Каждая остановка была молниеносной: она прижимала руку к стене, в воздухе вспыхивал фиолетовый символ, и она снова мчалась дальше, не теряя ни секунды. Наконец, добравшись до очередной точки, она остановилась. Это была крыша старой церкви, её шпиль устремлялся в небо, словно палец, указывающий на грозовые тучи. Медуза, тяжело дыша, оперлась на парапет, глядя на бушующую внизу битву. — Ещё немного… — прошептала она, сжимая зубы. — Ещё совсем немного… Она взглянула на свою ладонь, а затем, не раздумывая, провела по ней острыми ногтями. Кровь, тёмная, почти чёрная, хлынула из раны, капая на каменные плиты. Медуза, не обращая внимания на боль, быстро нарисовала на полу сложный символ, в центре которого поместила каплю своей крови. Символ вспыхнул ярким, фиолетовым светом, а затем исчез, словно растворившись в воздухе. — Готово, — прошептала Медуза, и на её лице появилось выражение удовлетворения. — Теперь у них появился шанс… Она снова оттолкнулась от земли и взмыла в воздух, направляясь к следующей точке. Ей нужно было успеть до того, как сила Архетипа Земли разрушит весь город… до того, как станет слишком поздно… Площадь превратилась в настоящее поле битвы, где беснующиеся силы природы не знали пощады. Смит, слившись воедино с Архетипом Земли, стал непреодолимой, разрушительной стихией, управляющей реальностью по своей прихоти. Земля под ногами магов вздымалась и обрушивалась, разверзая смертоносные пропасти и воздвигая угрожающие холмы. Здания, будто ничтожные игрушки, складывались в руинные груды, стираемые с лица земли бушующей мощью. Небо над городом затягивалось зловещими черными тучами, из которых обрушивался жестокий град и снежные вихри, сменяясь вновь мерцающими звездами, будто насмехаясь над тщетными попытками магов противостоять этим разрушительным силам. Смит, подобно всемогущему титану, властвовал над стихиями, играя с реальностью, словно ребенок — с песчаными замками. Его воля была непреклонна, а сила сокрушительна, как удар молнии. Магам оставалось лишь беспомощно наблюдать, как их мир рушится под напором необузданной мощи Архетипа Земли. — Он… он контролирует всё… — прошептал Фуджимару, с трудом удерживаясь на ногах. — Землю… небо… даже… время… — Это сила Архетипа, — ответил ему Морфеус, прикрывая глаза от летящих в них осколков. — Она безгранична… и беспощадна. В этот момент часть Смитов, словно по команде, начала превращаться. Их тела вытягивались, покрывались шерстью, а лица искажались, превращаясь в звериные морды. Через мгновение на площади уже рыскали десятки огромных, чёрных волков, их глаза горели красным пламенем, а из пастей капала ядовитая слюна. — Фенрир! — вскрикнула настоящая Жаннa, отражая атаку одного из волков. — Он использует силу Фенрира! Свирепые волки, одержимые неудержимой яростью, стремительно ринулись на магов, их клыки опасно сверкали в воздухе. Рон, едва увернувшись от атаки одного из оскалившихся хищников, отбросил его заклинанием Остолбеней. Но невероятное произошло — волк, будто не почувствовав удара, вновь бросился на него, глаза его пылали дикой, безумной жаждой крови. Вейвер, объятый ужасом, отчаянно отбивался сразу от двух волков, его волшебная палочка едва успевала выпускать защитные заклинания, с трудом сдерживая напор свирепых тварей. А Александр, раненый в руку, отступал назад, его сабля была покрыта алой, еще горячей кровью. Казалось, эти обращенные в волков твари не ведали боли и страха, сметая на своем пути всё живое. Их клыки рвали плоть, а глаза пылали первобытной, животной яростью, которую невозможно было усмирить. Воздух наполнился леденящими душу воплями магов, пытавшихся противостоять неудержимому натиску. — Держитесь! — крикнул Морфеус, стреляя по волкам из своих пистолетов. — Не сдавайтесь! Но силы были неравны. Волки, поддерживаемые Смитами и Стражами, наступали со всех сторон, не оставляя магам ни единого шанса. В воздухе сверкали лазерные лучи, смешиваясь с заклинаниями и криками боли. Фальшивая Жаннa, словно наслаждаясь хаосом, начала атаковать. Из её рук вырывались волны огня, льда и молний, обрушиваясь на магов с небес. — Умрите! — кричала она. — Умрите все! Фуджимару, прикрывая Лили своим телом, уводил ее с поля брани. Он был на грани изнеможения, но не мог сдаться. Он должен был защитить Лили, увести ее в безопасное место. — Рицука! — раздался над головой Фуджимару знакомый голос. — Оставь её мне! Медуза, словно призрак, материализовалась рядом с ними, её фиолетовые волосы развевались на ветру, а на лице застыло выражение холодной решимости. — Беги, — сказала она, беря Лили за руку. — Я её уведу. Найди укрытие как можно скорее. И остальных уводи. И, не дожидаясь ответа, она увлекла Лили прочь, лавируя между рушащимися зданиями и атакующими Смитами. — Но… — Фуджимару хотел было возразить, но Медуза, не оборачиваясь, бросила ему через плечо: — Доверься мне, Рицука. Я знаю, что делаю. Фуджимару, сжав кулаки, повернулся к врагам. У него не было времени на сомнения. Он должен был сражаться. А битва между тем становилась всё более жестокой и беспощадной. Земля под ногами магов продолжала трескаться и рушиться, из пропастей вырывались фонтаны огня, а с неба падали осколки камней и льда. Смиты и Стражи, словно бессмертные, наступали со всех сторон, не давая магам ни единого шанса на передышку. — Конфринго! — крикнул Гарри, направляя палочку на одного из Смитов. Но Смит даже не чихнул. — Блин! — выругалась Гермиона, отражая атаку Стража своим щитом. — Их слишком много и их ничего не берет! Тесла, стоя на обломках разрушенного здания, поднял руку к небу. Его глаза, обычно спокойные и мечтательные, теперь горели фанатичным блеском. — Пришло время показать этим машинам истинную силу науки! — провозгласил он. — System Keraunos! Над головой Теслы стремительно возвысилась величественная, сверкающая башня, подобно грозному громоотводу. Яростные молнии срывались с её вершины, озаряя небеса ослепительными разветвленными разрядами, поражавшими всё на километры вокруг. Воздух сгустился от озона, а грохот грома слился с оглушительным треском электрических вспышек. Под градом этого яростного небесного огня содрогалась сама земля, будто в агонии. Смиты и Стражи, оказавшиеся в зоне поражения, испускали пронзительные вопли, обращаясь в дымящиеся руины. Мощь высвобожденной энергии была столь ужасающа, что казалось, сам воздух сгорает в этом адском пламени. Тесла стоял невозмутимо, словно грозовая буря была его верным слугой, подчиняющимся малейшему его жесту. Его губы тронула зловещая усмешка, когда он наблюдал, как враги тщетно пытаются скрыться от неумолимого электрического гнева. — А-а-а-а-а! — звучал в небе нечеловеческий крик Теслы, сливаясь с грохотом грома. — Получите же свою порцию электричества, ничтожества! Но даже эта невероятная сила не могла остановить наступление Смитов. Они продолжали наступать, словно зомби, не обращая внимания на потери. Их было слишком много. Пассионлип, защищая Фуджимару от очередной атаки Смита, вскрикнула. Заостренное щупальце одного из Стражей, насквозь пробило её грудь. Она пошатнулась, и её тело, словно кукла, обмякло, упав на землю. — Пассионлип! — закричал Фуджимару, бросаясь к ней. Но он не успел добежать, как ее тело рассыпалось тысячами ярких искр. Лицо Фуджимару застыло в немом отчаянии, в глазах стояли слезы. Он протянул руку, пытаясь удержать ускользающие искры, но они рассыпались, сгорая в воздухе. Пассионлип, верная до последнего вздоха, пожертвовала собой, чтобы защитить его. Небо над Лондоном вспыхнуло ярким, неестественным светом. Солнце, которое ещё минуту назад скрывалось за тучами, вдруг оказалось в зените, обрушивая на город волну обжигающего жара. Снег, только что упавший на землю, начал таять, превращаясь в грязные лужи. — Что… что он делает? — прошептал Фуджимару, щурясь от яркого света. — Он играет со временем, — ответил Морфеус, его голос был напряжён. — С днём и ночью… с самими сезонами… И в подтверждение его слов, небо вновь потемнело, солнце исчезло, словно его и не было. На землю обрушилась новая волна холода, а ветер, поднявшись, закружил снег в бешеном вальсе. Внезапно земля под ногами магов вновь задрожала. На этот раз толчки были сильнее, чем прежде. Асфальт треснул, образуя широкие пропасти, из которых вырывались фонтаны огня и раскалённой лавы. Из одной из пропастей, с грохотом и скрежетом, вылезла огромная землеройная машина. Её металлическое тело было покрыто шипами и лезвиями, а вместо ковша у неё была гигантская, зубастая пасть. — Землеройная машина?! — закричал Рон, отпрыгивая в сторону. — Ещё одна игрушка Смита, — ответил ему Александр, поднимая саблю. — Приготовьтесь к бою! Землеройная машина, с рёвом, бросилась на магов. Её пасть щёлкала, словно капкан, а лезвия вспыхивали в воздухе, оставляя за собой огненные следы. — Инсендио! — крикнул Гарри, направляя палочку на машину. Огненный шар ударил в металлическое тело, но не причинил ему никакого вреда. — Это бесполезно, Гарри! — закричала ему Гермиона. — Обычные заклинания на неё не действуют! — Тогда нужно что-то сильнее! — ответил Гарри, отпрыгивая в сторону, чтобы уклониться от атаки лезвий. Морфеус, видя, что маги не справляются, достал из кармана небольшую, металлическую сферу. — Нео! — крикнул он. — Лови! Он метнул сферу в Нео, который в этот момент отбивался от атаки десятка Смитов. Нео, не оборачиваясь, поймал сферу на лету и, сжав её в кулаке, резко повернулся к землеройной машине… Нео, сжав в руке металлическую сферу, сосредоточился. Глаза его, на мгновение, вспыхнули зелёным светом, а затем он резко выбросил руку вперёд, направляя сферу в землеройную машину. Сфера, словно живая, устремилась к цели, оставляя за собой яркий, огненный след. В следующий миг она врезалась в машину, и раздался оглушительный взрыв. Металлическое тело машины разорвало на части, осколки разлетелись во все стороны, словно шрапнель. — Есть! — закричал Рон, увидев это. — Получилось! Но радоваться было рано. Из пропасти, откуда вылезла первая машина, с грохотом появились ещё две. Они были ещё больше и страшнее предыдущей, их пасти были ощетинены рядами острых, как бритвы, зубов, а лезвия вспыхивали в воздухе, словно языки пламени. — Проклятье! — выругался Александр, отбиваясь от атаки Смитов. — Откуда их столько?! — Неважно! — крикнул Морфеус. — Сражайтесь! Не сдавайтесь! Нео, увидев новых противников, приготовился к бою. Но в этот момент его внимание отвлекла новая опасность. Две Жанны Альтер, с криками ярости, схлестнулись в ожесточённой схватке. Их знамёна метались в воздухе, словно языки пламени, а мечи с свистом рассекали воздух, высекая искры. — Я тебя уничтожу! — кричала настоящая Жаннa, её глаза горели праведным гневом. — Ты уже мертва, глупая копия! — отвечала ей фальшивая Жаннa, её голос был полон холодной ненависти. — Я — настоящая Жаннa д’Арк! И я не позволю тебе осквернять моё имя! Их фигуры, окутанные магическим сиянием, казались призрачными, нереальными. Они двигались с такой скоростью, что глаз не мог уследить за их движениями. Вокруг них закружился вихрь, поднимая в воздух снег, камни и обломки…