Love me right now

— Боже, как я устал, — Нико упал на широкую двуспальную кровать отельного номера полу-люкс. Жизнь в туре весёлая, но нелёгкая. Все парни, включая команду, безумно устали, и единственным желанием сейчас было лечь в уютную постель, чтобы проспать все оставшиеся пять-семь часов и утром отправиться в новый город за новыми приключениями и на новый концерт. Но у Кевина были другие планы на эту ночь. И если Нико, успев раздеться до боксеров, уже собирался провалиться в сладкий сон, то он решил отдохнуть и расслабиться другим способом. Скинув с себя рубашку, парень подошёл к кровати и взял возлюбленного за руку: — Ник, — позвал он его. — Кев, я спать, — Саллах попытался отвернуться, но старший был чуть сильнее. Он потянул его за руку наверх, заставляя подняться: — Ник, иди ко мне, — в туре редко выпадала возможность уединиться и провести время вдвоём. И если, находясь дома, они могли удовлетворять друг друга различными способами хоть каждый день, то когда у них концерты каждый день в разных городах и странах, на любовь остаётся всё меньше и меньше времени. — Кев, я очень устал, — после выступлений у парня постоянно болело горло и хрипел голос из-за длинных вокальных партий и скримов. Сейчас ему хотелось просто лечь и уснуть. Но противиться Кевину было очень сложно — если этот парень что-то хочет, он обязательно этого добьётся. В ту же секунду Нико, до этого обессилено полулежавший на кровати, уже стоял на коленях на полу. — Такие сладкие губки, — Ратайцак провёл пальцами по щекам и проник ими в рот младшего, — Так влажно и горячо внутри. Хочу. — Кевин… — выдохнул тот, принимая длинные пальцы в рот и начиная их посасывать с причмокивающим звуком. — Будь потише, милый, — томно сказал старший, — Нас могут услышать, — он положил вторую руку на затылок парня и стал перебирать его спутанные волосы, — Ты неплохо справляешься, — Нико выпустил пальцы изо рта и положил свои ладони на бёдра Кевина: — Можно? — ловкие руки потянулись к ширинке. — Нужно, — рыкнул Ратайцак. В этот же момент молния издала лёгкий скрип, и джинсы вместе с боксерами упали к щиколоткам, освобождая наливающийся кровью половой орган. Саллах с глухим стоном провёл по нему влажным языком от основания к головке и оставил на ней лёгкий поцелуй. Кевин сжал волосы парня и насадил его рот на свой член, сразу толкаясь глубоко внутрь: — Никаких нежностей, — требовательно сказал он, — Делай то, что должен делать твой грязный рот, когда ты рядом со мной, — от ощущения теплоты и влажности губ и языка на самом чувствительном месте своего тела ему хотелось стонать в голос и признаваться в чувствах парню, но Ратайцак сдерживал свои желания, чтобы сохранить образ жёсткого и холодного мужчины, поэтому продолжал грубо вбиваться в горячий рот Нико, который даже с немаленьким органом внутри себя не мог сдерживать постыдных звуков, вырывающихся из груди: — Мм… аах… боже, обожаю… — проскулил он, на секунду выпустив член изо рта, продолжая ласкать его ладонью. — Молчать, — Кевин опустил его голову до основания, ускоряя движения. Про рвотный рефлекс Саллах уже давно забыл, а вот слёзы на глазах всё же выступили, и горло начало слегка саднить от напряжения, — Не реви, я постараюсь быть нежнее, если ты будешь хорошим мальчиком, — старший ускорился и, войдя по самое основание и сжав пальцами волосы парня, излился внутрь, заставляя проглотить всё до последней капли. — Кев… Кевин… — еле дыша, позвал возлюбленного Нико, но не успел он сказать, что хотел, как Ратайцак прошипел: — На кровать! Живо! — единственным вариантом было подчиниться и послушно лечь на кровать, борясь с лёгким головокружением. Старший рывком снял с него боксеры и перевернул на живот. — Ммх… мхм… — тихо постанывал Саллах, боясь сделать лишнее движение — Кевин сегодня уж слишком грубый. — Ноги раздвигай, — вдруг рыкнул тот, — Шире, — Нико послушно развёл ноги в стороны, негромко хныкнув. Он слегка побаивался, ведь с таким жёстким настроем парень может сделать ему больно. Младший уткнулся лицом в подушку и стискивал в пальцах белоснежные простыни, готовясь к худшему, но ожидая лучшего. Почувствовав влажные пальцы у самого входа, он вздрогнул. — Трясёшься, как девственник, — хмыкнул Кевин, вводя внутрь сразу два пальца, — Мы вместе уже больше года, и за это время ты был подо мной сотню раз, — он задевал каждую чувствительную точку внутри и поглаживал тугие стенки, — Тебя пугает моя грубость? — Ратайцак наклонился к его уху, проскальзывая языком по шее, не прекращая движений. Нико еле заметно закивал головой, признаваясь в том, что ему немного страшно, но в то же время он покусывал губы и жмурил глаза от удовольствия, которое ему доставляют длинные и влажные пальцы возлюбленного. Увидев лёгкий испуг на лице любимого, Кевин решил быть помягче: — Если хочешь, я могу остановиться, — сказал он, — Но тогда я не позволю тебе кончить, — Саллах отрицательно замотал головой и прошептал: — Продолжай… — он простонал, почувствовав третий палец в себе, — Я… доверяю тебе. — Послушный мальчик, — довольно улыбнулся старший и стал интенсивнее двигаться внутри податливого тела. Несмотря на небольшой страх, Нико совсем не сопротивлялся. Он давно знает своего парня и понимает, что если что-то будет не так, как он скажет, будет только хуже. Через пару мгновений пальцы сменились на возбуждённо пульсирующий член. Истекающая смазкой головка резко оказалась внутри узкого тела. — Аах… мммх… — младший зажмурился от дискомфортного натяжения. — Больно? — спросил Кевин. — Нет, — прошипел в ответ Нико. — Не ври, я чувствую, что что-то не так, — чуть строже сказал Ратайцак. — Слегка дискомфортно… — он тяжело выдохнул, не переставая сжимать в руках постельное бельё, — Привыкну, — старший медленно толкнулся глубже: — Всё нормально? — Да… ммх… — младший не сдержал стона, — Продолжай, — попросил он. Кевин смутился, но стал двигаться, устраивая ладони на талии парня, и нежно поглаживать по бокам, противореча своим предыдущим действиям. Он наклонился, входя глубже, почти по самое основание, и начал покрывать невесомыми поцелуями плечи и спину возлюбленного: — Не бойся, я не сделаю тебе больно, — грубость стала покидать его, с каждым движением Кевин становился нежнее и заботливее, но толчки внутри расплавленного под ним на кровати тела напротив ускорялись и набирали интенсивность, член проникал всё глубже и глубже, проходясь по каждой чувствительной точке, доводил Нико до тряски и до мурашек по коже и заставлял стонать на весь номер посреди ночи: — Кев… ах! Кевин… ещё… пож-жалуйста… — просил он, на что старший лишь перевернул его на спину и, приподняв округлые бёдра, снова вошёл внутрь. Не обращая внимания на короткие пушистые волоски, Ратайцак стал покрывать поцелуями вздымающуюся от нехватки кислорода грудь возлюбленного, успокаивая нежными поглаживаниями по торсу: — Тшш, Ник, нас услышат, — шёпотом сказал он, впиваясь в губы младшего ласковым поцелуем, — Не кричи так громко, — почувствовав, что от грубости Кевина уже практически ничего не осталось. Нико обхватил его плечи обессилевшими руками и провёл ногтями по спине, оставляя еле заметные розовые царапины. По телу старшего пробежал электрический разряд: — Ммх… — несдержанно простонал он в поцелуй, неосознанно замедляя движения внутри, тем самым доводя парня до дрожи от перевозбуждение: — Кев… — вполголоса позвал он возлюбленного, — Я сейчас… — А сам не хочешь попробовать? — улыбнулся тот, на что Нико негромко взвыл: — Пожалуйста… ах… — Ладно, не буду тебя мучать, — Кевин опустил ладонь на болезненно стоящий и влажный от предэякулята член младшего и стал медленно двигать ей по стволу вверх и вниз, намеренно задевая подушечками пальцев мошонку. Он и сам был почти на пике, сдерживаться и оттягивать самый желанный момент нет никакого желания. Вбиваясь в ватное и размякшее тело Нико изо всех сил, Ратайцак резко вытащил орган из растянутого колечка мышц и излился на живот парня. Член младшего запульсировал, и Кевин убрал с него свою ладонь, позволяя тому излиться себе на живот и смешать их сперму. Парни упали на кровать, не в силах пошевелить не единой частью своего тела. Приятное тепло разливалось по венам и набивало мышцы ватой, от чего становилось сложно двигаться. Они так и легли спать раздетыми, только вытерев с торса и рук липкую жидкость салфетками, лежащими на прикроватной тумбочке. — Спокойной ночи, — тихо сказал Кевин, целуя возлюбленного в ушко. — Спокойной ночи, — тот прижался к его груди и устроился поудобнее в тёплых объятиях.

***

В семь часов утра раздался ненавистный звук будильника. Кевин протянул руку к телефону, чтобы отключить невыносимую трель в столь ранний час. — Ник, вставай, — спросонья прохрипел он, нежно поглаживая возлюбленного по плечу в попытке разбудить. — Ммм, — тот нахмурился и потеплее укутался в одеяло. — Родной, нам скоро ехать надо, — старший начал уже немного просыпаться, — Иди в душ. — Ты первый, — мило дёрнув носиком и надув губки, Нико поуютнее устроился в кровати. — Если я выйду, и ты по-прежнему будешь отлёживать бока, я тебя в автобус в одеяле понесу, — усмехнулся Ратайцак и, нехотя поднявшись с кровати, отправился в душ. Саллах понежился в уютной постели ещё около пяти минут, после чего встал и стал одеваться. Тело приятно ныло после жаркой ночи, сил в мышцах было всё ещё мало, а сонливость и лень брали верх над желанием поехать в другой город на новый концерт. Как только ванная комната освободилась, он пошёл в душ, надеясь, что это хоть как-то поможет прийти в себя и вернуть прежнюю продуктивность и работоспособность. Но когда Нико увидел Кевина, вышедшего из душа в одном полотенце, у него сбило дыхание. С длинной чёлки парня стекали капли воды и бежали по обнажённому торсу. Вид завораживающий. Член младшего требовательно дёрнулся, намекая на продолжение прошлой ночи, но, к счастью, Ратайцак этого не заметил. Парень попытался успокоить крепко вставший член потоком холодной воды, но это не помогало. Орган требовал внимания к себе и сдаваться не собирался. Даже через полотенце его было очень заметно, и сейчас это уже не ускользнуло от взгляда Кевина: — Чё стоим? — с улыбкой спросил он, когда Нико вышел из душа, — Кого ждём? — Видимо, тебя ждёт, — ответил младший, намекая на то, что пытался усмирить живущий своей жизнью половой орган, но не удалось. Ратайцак в пару шагов оказался вплотную к парню, а его рука легла на выпирающий из-под махровой ткани член: — Тебе было мало ночью? — он пошло ухмыльнулся, поглаживая плоть шершавой ладонью. — Я не знаю, почему он стоит, — в глазах Нико блестели искорки похотливого желания. Кевин не смог устоять. В тот же момент он опустился на колени, оттягивая полотенце вниз. Некрепкий узел на бёдрах мгновенно развязался, и ткань упала на пол, полностью обнажая тело парня и его требовательно стоящий половой орган с поблёскивающими капельками предэякулята на головке. — Выглядишь безумно соблазнительно, — старший горячо выдохнул, обдавая дыханием член возлюбленного и обводя головку кончиком языка. Саллах вплёл пальцы в его волосы и резко насадил на свой орган, заставляя принять его полностью, и томно вздохнул от ощущения приятной теплоты и влажности. Кевин же отстранился, выпуская его изо рта: — Бессовестный, — усмехнулся он, — Ты что себе позволяешь? — Ты можешь быть жёстким, а я нет? — с упрёком спросил Нико, всё ещё сжимая волосы парня. — Ладно, сдаюсь, — Ратайцак демонстративно поднял согнутые в локтях руки и снова насадился ртом на член младшего, смачивая его обильным количеством слюны и сладко причмокивая. Помогая себе ладонью, он двигал головой вперёд и назад, закатывая глаза от удовольствия и слушая приглушённые стоны Нико. Саллах толкался глубже в горячий рот, изучая его изнутри. По телу разливалось приятное тепло, перед глазами уже прыгали звёздочки, от электрических разрядов, бегущих по венам, подкашиваются ноги. — Как же в тебе хорошо, — тихо проскулил он. Кевин на мгновение выпустил его член изо рта и, облизнувшись, сказал: — Ты просто не знаешь, как хорошо в тебе, — младший ничего не ответил, он лишь притянул возлюбленного за волосы и направил голову к мошонке, заставляя тщательно вылизать. В удовольствии закатив глаза, Ратайцак обхватил её губами, с причмокиванием вбирая каждое из яичек в рот и увлечённо посасывая их по очереди. У Нико потемнело в глазах. Член болезненно запульсировал и предупредительно дёрнулся. Он насадил Кевина ртом на свой орган, входя так глубоко, как только мог. Тот послушно принял его в себя и буквально в несколько движений довёл возлюбленного до одного из самых мощных оргазмов за последнее время. Он с хриплым звонким стоном излился в рот парня: — Кев… боже… даа… аах… — старший послушно проглотил всю сперму, слегка поморщившись от специфичного вкуса: — Ты шикарен, — он с восхищением посмотрел на Саллаха и провёл широкими ладонями по его торсу. — Нет… ты… — тяжело дыша, ответил тот, — Кстати, а ты как? — А что я? — не понял Ратайцак, поднимаясь с колен. — Тебе нужна… помощь? — смутившись, спросил Нико. — Нет, он не стоит, — ответил старший, направляясь к шкафу и начиная собирать вещи в дорогу. — Как это? — Ник, у меня уже не тот возраст, чтобы он вставал от дуновения ветерка, — рассмеялся Кевин, — Давай собираться, нам ехать скоро. — Ну ладно, — усмехнулся младший и стал одеваться. Уже буквально через полчаса парни сидели в тур-автобусе, а о том, что происходило в отельном номере, кроме них, никто так и не узнает.