Что я забыл в Конохе, или перерождение бедного ублюдка.

      Ли и Чхве Хан встали друг напротив друга, готовые к предстоящему поединку. Толпа ревела, ожидая хлеба и зрелищ, от чего Хан вспомнил свой поединок с Тункой в прошлом мире. Возможно, в этом были некоторые сходства.       — Давайте уже, начинайте! — крикнул кто-то из толпы, и это послужило своеобразным стартом.       Мальчики одновременно сорвались с места; Чхве Хан сразу занял оборонительную позицию: он не ставил перед собой цели одержать победу, только собрать информацию о противнике. Ли наступал, совершая одну серию ударов за другой, очевидно, желая всем показать, насколько он силён. Мальчик в зелёном костюме, пользуясь только тайдзюцу, поражал своей скоростью. Наступление всё продолжалось и с каждой секундой лишь увеличивалось в своём давлении. Чхве Хан едва успевал уклоняться и парировать удары, хоть и не на своей максимальной скорости. Он сталкивался с тайдзюцу и сам немного практиковал его в комбинации с катаной, но противник был в нём по-настоящему силён. Не будь Чхве Хан мастером меча — не выстоял бы и пары минут.       Толпа ревела. Противники явно были сильны, некоторые их движения было невозможно увидеть человеческому глазу. Зрители разделились на два лагеря: одни болели за Чхве Хана, другие — за Рока Ли. Они спорили между собой, приводили аргументы в свою пользу, сравнивали стили боя соперников и спорили снова. Для этих детей подобное развлечение было редкостью. Среди присутствующих не было ни одного человека, кто не знал бы о команде Теплейшего Огня Конохи, и теперь они своими глазами могли увидеть мощь учеников одного из известнейших гениев своего поколения.       Саске не болел ни за одну из сторон, но он был тем, кто внимательнее всех следил за спаррингом. Благодаря шарингану последний Учиха видел то, чего не могли заметить остальные. Чхве Хан был мечником, Саске знал об этом, однако для мечника его владение рукопашным боем было даже слишком хорошо. Учиха так же отдавал себе отчёт в том, что этот жирнобровый был сильным соперником. Сила его ударов и их скорость заставляли ужаснуться. Однако ни один из них не использовал ниндзюцу, хотя о запрете речи не было, конечно это было бы нечестно, но в мире шиноби были весьма своеобразные понятия чести. Саске мог только предложить, что Ли, который был хорош в тайдзюцу, не сильно уделял внимание другим дзюцу, да и он не видел, чтобы Чхве Хан занимался чем-то, кроме своих изнурительных тренировок с катаной или без неё. Однако Саске был зол, ведь видел и понимал, что сам не выстоял бы перед натиском столько, сколько это делал Хан. Шаринган не копировал усердие от тренировок и скорость реакции мышц, из-за чего не был безграничен по силе. Весь этот поединок сильно ударил по самолюбию Саске, будто это его прямо сейчас били по слабым местам. Мальчик с силой сжал переданную катану, да так, что на ножнах осталось пару царапин от коротких ногтей.       Чхве Хан решил, что пора заканчивать. Чем дольше длился поединок, тем выше был шанс, что он покажет больше, чем следует. Подгадав момент, он подставился под не особо сильный удар. Ну, не особо сильным он был только для Чхве Хана, любой другой человек едва ли отделался бы синяками. Мальчика отбросило на несколько метров, даже несмотря на то, что он был готов к удару.       Зрители разразились криками. Кто-то подбадривая Чхве Хана, кто-то кричал Ли добить противника. Но соперников эта атмосфера ни коим образом не коснулась, мальчики кивнули друг другу и пожали руки.       — Мы же не собирались драться насмерть, — улыбнулся кореец, вытирая пот со лба. — Это было лишь практикой. Ли, можешь показать мне свой финальный приём?       — Конечно! — мальчик, казалось, был счастлив победе. Его упорные тренировки не прошли даром.       Саске нахмурился сильнее. Он не мог точно сказать, в чём дело, но ему казалось, что что-то не так. Последний Учиха раз за разом прокручивал в голове окончательный удар, сравнивая со всем сражением. Тут до него наконец дошло: Чхве Хан удачно парировал и более сложные удары, но не смог заблокировать такой простой и очевидный. Это было неправильно, и списать всё на усталость он никак не мог — те зверские тренировки не могли так просто выйти из головы Учихи. Тогда оставался только вариант, что Чхве Хан поддался, но этого нельзя было точно утверждать. Саске запомнил, что оба мальчика сильны, и вряд ли в серьёзной схватке он сможет продержаться с ними на равных хотя бы минуту, а это значило, что ему стоило прилагать больше усилий, ведь Итачи точно сильнее каких-то генинов-сопляков.

***

      — Ваши ученики — просто дар свыше, Альберу-сан, — сказал мужчина-сенсей средних лет по имени Мэзэо .       — Право, не стоит, — голубоглазый блондин тепло улыбнулся, изображая смущение. — Каждый ребенок уникален, нужно просто найти подход.       — Однако же дети, которых вы обучаете, довольно смышлёные и практически не доставляют проблем, мои же ученики за несколько лет только-только доскребли до начальной ступени, нужной для подачи заявки на экзамен, — возразил мужчина.       — Знаете, поначалу мне было довольно сложно приспособиться работать сразу со всеми. Создание команды — это огромный труд как для сенсея, так и для юных генинов, — продолжал Альберу, хотя это и было ложью, ведь мужчина изначально знал сильные и слабые стороны тех, кого все вокруг считали детьми. Как бывший кронпринц, он считал, что очень многое зависит от лидера, даже самых талантливых детей можно загубить неправильным подходом, а неспособных вытянуть на нужный уровень в их пределах. — Я, конечно, только начинаю обучать детей и понимаю, что и самому многому ещё следует научиться, но мне кажется, что учитель должен видеть сильные стороны учеников и указывать им на ошибки. Вы можете не соглашаться со мной, но мне кажется, что сенсей тоже должен постоянно совершенствоваться для развития нового поколения и себя как личности. К тому же дети смотрят на мир под иным углом, чем мы с вами. Порой мои подопечные заставляют меня задуматься о вещах, на которые сам раньше не обращал внимания.       — Вы говорите правильные вещи, Альберу-сан. Не зря вас считают гением вашего поколения, — улыбнулся Мэзэо. Как человеку, знающему об этом блондине в основном по слухам, ему было весьма интересно, как тот отреагирует на эту откровенную лесть.       — Вы мне льстите, — отмахнулся бывший кронпринц. — Я считаю, что каждый из нас гений, стоит лишь приложить усилия, чтобы понять, в чём именно.       Альберу мысленно скривился от своих же слов. Почему-то шиноби любили пафосные фразы и длинные воодушевляющие речи. Может быть, дело было в другом воспитании и моральных ценностях, а может, в чём-то другом.

***

      — Что вы читаете, Какаши-сан? — Кейл всё же умудрился потерять Наруто и сейчас стоял перед его сенсеем.       — Не то, что можно читать детям, — невозмутимо ответил мужчина, убирая книгу.       — И что же это такое, раз нельзя читать? Какие-то секретные техники? — Хенитьюс откровенно потешался. Он знал, что это была за книга. — А у Альберу-сенсея нет такой книги.       — Ты же не за этим пришёл, — спокойно заметил Какаши. Кейл не был наивным мальчиком и уж тем более не стал бы творить глупости без причины. Он был довольно интересным кадром.       — Ха-а… Вы правы, — мальчик убрал с лица фальшивую улыбку. — Я хотел побольше узнать об Альберу. Вы же с ним хорошо общаетесь, не могли бы вы рассказать что-нибудь интересное о нём?       — Хм-м… Интересное об Альберу? — мужчина, казалось, на секунду задумался. — Ну, Альберу всегда был правильным и дисциплинированным, так что его редко можно было увидеть не занятым учёбой или чтением, однако на людях он всегда улыбался. Насколько я помню, Хокаге всегда гордился им, хотя они не были особо близки. Хм… Всё же был один забавный момент.       — Правда? — Кейлу стало даже интересно, что за забавный момент мог быть связан с идеальным во всём членом королевской семьи в прошлом.       — Альберу очень трудно пользоваться палочками, ты знал? Однако он такой педант и перфекционист, что на людях всегда использует именно палочки. Так получилось, что в своё время я был довольно близок к Четвёртому Хокаге. Третий Хокаге решил познакомить Альберу с только вступившим на пост Четвёртым, я тоже там был. Твоему сенсею тогда было лет девять, наверное. Знакомство шло великолепно ровно до того момента, пока в руки нашего знакомого не попали палочки. Вся еда из его тарелки оказалась в воздухе, — сквозь маску виднелись очертания губ, да и по голосу было слышно: Хатаке улыбался. — Только не говори Альберу, что я рассказал это тебе.       — Конечно, — кивнул мальчик. Столовый этикет — первое, чему обучают аристократов. Для королевской особы подобная ошибка была непростительна.       — Что не говорить мне?       И Кейл, и сенсей седьмой команды вздрогнули от неожиданности.       — Ничего особенного, сенсей, — мальчик посмотрел на блондина нечитаемым взглядом.       Альберу окинул взглядом своих товарища и подопечного. Отчего-то его злило то, как хорошо они общаются между собой. Конечно, мужчина понимал, что ревновать Кейла к Какаши глупо. Всё же Хатаке был известен как одиночка, к тому же физически был почти вдвое старше Хенитьюса, но ничего не мог с собой поделать.       — Что же, вам виднее, — кивнул Кроссман, решив не тратить время на что-то бесполезное. Если бы это было хоть сколько-нибудь хлопотным, Хенитьюс и так скинул бы всё на него.       — Такой вопрос, — Кейл решил, что раз уж он здесь, можно собрать немного информации о предстоящем экзамене у других людей, — В последнее время я заметил, что шиноби в деревне засветились. Альберу-сенсей ничего мне не говорит, может быть Вы что-то знаете, Какаши-сан?       — Ты довольно наблюдательный, — заметил мужчина. — Смотри-ка, кажется, там что-то происходит. Ну, бывай.       Кейл ненадолго отвёл взгляд, глядя туда, куда показал Какаши, а когда повернул голову обратно, того уже и след простыл.       — Да ладно! — больше Хенитьюс не попадётся на его банальный манёвр.       Альберу тихо усмехнулся, Какаши был мастером придумывать отговорки. Кроссман, кажется, не знал никого, кто так же часто опаздывал и так же часто придумывал отмазки. Хоть эта привычка появилась у него в связи с довольно печальными событиями, однако к Альберу никакого отношения не имела.       — Кейл, мы же купили тебе нормальную одежду. Как так получилось, что ты опять не пойми в чём? — светловолосый мужчина переключил внимание на своего «сына».       Он уже давно заметил за этим ублюдком небрежность к своему внешнему виду, но никак не мог привыкнуть к этому, стремясь одеть своего дражайшего донсена подобающим образом. Не так давно Альберу протащил Кейла по магазинам одежды и купил несколько свободных футболок тёмного цвета, бриджи, новые ножны и несколько кофт, хотя о том, что этот несносный мальчишка заболеет, благодаря древней силе волноваться не приходилось. Хенитьюс всю дорогу недовольно ворчал, что если «Его Высочеству» так уж хочется тратить деньги на бесполезную ерунду, пусть ходит один.       — Мне так удобнее, к тому же так мне не придётся лишний раз вступать в драку, — спокойно заметил Кейл, в очередной раз напоминая, что он не ребёнок.       Правильно. Вокруг Хенитьюса было и без того много сильных людей, так зачем же лишний раз лезть на рожон. Всё же, хоть его и считали героем, сам Кейл себя к таковым не причислял. Он был слабаком и трусом, да и ввязался во всё это дерьмо лишь из-за страха за жизнь его близких и свою. Прошло уже так много времени, а он, кажется, совсем не изменился.       — Ха-а… Ладно, будь по-твоему, но в следующий раз выбери что-нибудь себе по размеру, — сдался Альберу. Спорить с Кейлом открыто — заведомо проиграть.       — Хорошо, — согласился Кейл, понимая, что от него так быстро не отстанут. — Что думаешь насчёт наших потенциальных соперников?       — Я видел не всех, но высока вероятность, что до третьего этапа дойдут команда Гая и команда Асумы, также, возможно, номер восемь. Могу предложить, что седьмая команда тоже пройдёт хотя бы первый этап, но насчёт леса смерти не уверен: у них не самая лучшая командная работа. К тому же для так называемого главного героя это не может быть всего лишь парой пустяков, — подытожил то, что видел Альберу.       — Согласен, — кивнул Кейл. — Кстати, пока ходил с Наруто, встретил одного занятного человека. Парень в очках со светлыми волосами, кажется, его кто-то назвал Кабуто. Он просто наблюдал, но я не думаю, что достаточно смышлёный парень с, насколько я понял из разговора, довольно неплохими способностями мог так долго задержаться в генинах. Если он только не использует экзамены на чунина как способ сбора информации.       — Кабуто, говоришь… — Альберу нахмурился. — Насколько мне известно, он каждый раз пасует перед третьим этапом. Вероятнее всего ты прав, но это ничем не доказано, так что мы не можем быть в этом уверены.       — Каждый раз пасует? Ты говорил, что третий этап чаще всего бой один на один, значит он, вполне вероятно, не хочет демонстрировать свои силы, — Кейл обдумывал, что ему в этом случае лучше предпринять. Конечно, он тоже ни разу не показывал свой полный боевой потенциал, да и Розалин и Чхве Хан были далеко не дураки, чтобы направо и налево кричать всем об их силе. — Пока это не касается нас напрямую, предпринимать что-то бессмысленно. Подождем, что он выкинет дальше.       — И то верно. Будем решать проблемы по мере их поступления, — согласился Альберу. На них стали коситься другие люди, поэтому разговор следовало прекратить. — Ты уже неплохо овладел шифром. Продолжай в том же духе, — солнечно и ободряюще улыбнулся Кроссман.       — Да, сенсей, — с серьезным видом кивнул Хенитьюс и направился к своему товарищу по безделью. На сегодня он довольно плодотворно поработал, так что можно было насладиться заслуженным отдыхом.