Его личное Солнце.

      - Доброе утро, взрослый Джинни! Ты не забыл про нас!- выкрикнул издалека, увидев знакомый силуэт, Ликс.       На его волосах маленькие заплетенные косички с разноцветными бусинками. Его любимые цвета: синие, красные и розовые. На пальцах те же кольца из бисера, и маленький кулончик на худой бледной шее. Большой желтый свитшот идеально сочетающийся с его вселенной из веснушек и чёрные шорты.       - Забудешь про вас,- ухмыляясь и решительно идя в сторону друга, кричит Хван. - Про ваш парк весь день сюжеты крутят.       Наконец дойдя до расстояния 10 шагов, Хенджин мгновенно оказывается в теплых объятиях Феликса, как старый добрый друг. Хотя, зная его ребячество и непосредственность, наверно, для него это вроде нормы. Дети же всех новых знакомых друзьями называют? Значит Ли - большой ребенок.       - Я уже подумал ты испугался моих ребят, - с по-детски оттопыренной губой, обозначавшей обиду, возразил младший.       Его ребята?       Значит..       - Нет, нет, глупый Джинни. Ты не о том подумал, - смеясь продолжает блондин, всё ещё оставшийся обнимать друга, - мы просто родственные души. Это все необычно и странно, но когда-нибудь ты сможешь меня понять.       Мальчишка наконец освобождается от Хвана и, взяв его за руку, подводит поближе к уголку с мороженым. В 8:00 праздник официально начался: сотни семей с пестрыми шарами и сладкими ватами, звучание какого-то бэнда где-то в самой глубине и аромат свободы.       Ли смотрит на свою руку с детскими часами и беспокойно оглядывается по сторонам.       - Я думал, они должны были прийти к восьми, как мы и договорились вечером, - продолжая высматривать свою «шайку», сказал парень.       Хван неоднозначно напрягся, чувствуя внутреннее напряжение его нового друга, и стал трясти ногой от нервов. Заметив это, подросток встряхивает голову и возвращает свою прежнюю беззаботную улыбку, довольно наблюдая за успокоившимся мальчиком в строгом чёрном костюме. Ликс кажется ему довольно странным, потому что ни одному человеку не давалось так понимать Хвана. Ни один человек не мог читать его мысли. Ни один человек не стал для него солнечным Феликсом.       Страшно признавать, что этот мальчишка будто бы знает каждую мелочь о нем, а это одновременно гнетет и умиляет старшего.       - Переставай молчать, Хван. Я не люблю тишину,- по-доброму предъявил ему мороженщик. - Тишина означает одиночество, а одиночество - боль, но ты, наверно, не дорос до такого.       Ошеломленный наследник смог лишь усесться на стул рядом с прилавком и удивленно осмотреть блондина снизу вверх, будто увидев его в первый раз. Получается, что не такой уж Феликс и ребенок. Либо притворяется, либо..       .. либо хорошо скрывается.       Перечить младшему не захотелось, поэтому они начали болтать о всякой ерунде, городе, работе и много о Феликсе. Парень узнал про его аллергию, собачку Джеки с розовыми ушками, про любимое клубничное молоко и сорт мороженого. Такая разговорчивость явно забавляла брюнета и дала повод наконец показать свою искреннюю улыбку.       - Тебе очень идёт улыбка, делай так почаще, молю! - усмехнулся Ликс.       Спустя двадцать минут наконец все чудаки были в сборе, никто так и не собирался обсуждать их странное опоздание и испачканные футболки.       Джисон с Минхо принесли каждому по бутылке ванильной газировке в какой-то праздничной упаковке.       - Я говорил, что Хёнджину больше понравится кола с цитрусом, - неожиданно начинает парень с милыми щеками.       - С чего это? Видишь как он ванильную пьет? И его все устраивает! - живо возражает и жестикулирует мальчик с холодным внешним видом.       Неожиданное спокойствие остальных ребят и мороженщика странно успокаивает, ощущение, что такие сцены привычны для них. Будто бы они знают, к чему они приведут.       - Ты меня хоть раз в жизни можешь послушать? Ему нравится цитрусовая, дурак.       - Нет, это ты послушай, мистер Хан Джисон, твое упрямство бесит меня больше всего на свете! - уже переходя на грубый крик, отвечает ему парень, похожий на кота.       Смотря на Ликса, Хван как бы мысленно спрашивает, не помочь ли ему ребятам, на что блондин склоняется к уху юноши и отвечает: «все будет хорошо, взрослый Джинни, такое часто бывает». Из сердца уходят все тревоги от умиротворенного голоса.       - Потому что ты - глупый, самовлюбленный, надменный, жестокий сучонок!- на весь парк прокричал Хан.       Осмотрев поле боя, Феликс встает и берёт ребят за шкирку.       - Так дела не пойдут, в этот раз на минуту больше обычного, голубки, - ведя парней в сторону гаража на холмике, Ликс не выпускает из виду Хёнджина, окончательно забывшего о расписании и работе.       За ним поспевают остальные ребята, Бан Чан как старший брат встал в самый конец, чтобы никого не забыть и не упустить из поля зрения. Вымотавшийся Чонин почти лег на Сынмина, которому было и так тяжело идти из-за неудобной обуви. В больших чёрных вещах Чанбин всё осматривал наследника со всех углов, словно оценивая его и прикладывая у себя в уме, как так получилось, что он слишком быстро влился в их шайку.       - Хёнджин, ты уже слышал про уголок мира? - увидев отрицательный ответ в глазах Хвана, Бан Чан продолжает, - Когда эти не могут долго помириться, Феликс ведёт их в наш гараж. Мы их запираем и ждём, пока не помирятся.       - Какие-то детские методы, - наконец отвечает парень.       - Зато до жути эффективные.       Добравшись до верхушки, с которой можно было наблюдать за всем парком, подросток ненадолго останавливается и восхищенными глазами оглядывает свой городок сверху. Как жаль, что он столько лет жил здесь, и никогда не видел такого.       Как жаль, что он никогда не замечал всех прелестей этого мира.       Как жаль, что он раньше не подружился с чудаками.       Последнее, что волновало его в тот момент - работа и отец. Он наконец почувствовал свободу. Он наконец проявляет свой подростковый протест. Он наконец снова стал Хван Хёнджином.       - Так-с, а теперь посидите-ка тут и подумайте над своим поведением, - блондин заталкивает их внутрь и закрывает на ключ, обклеенный стразами и блестками.       - А ну открой! Не буду я с этим придурком мириться! - доносились приглушенные звуки из гаража.       Они просидели там ровно семь минут, подросток отдалился от новых знакомых и сел в своем черном костюме на зеленую траву, осматривая завораживающий пейзаж. Увидев это, к нему подбегает мороженщик и садится рядом.       - Тебе ведь нравится с нами, да? Ты ведь будешь приходить? С нами ведь интересно?       Хван радостно улыбается и поправляет прическу, убирая волосы за ухо.       - Значит нравится?- счастливый Ликс улыбается светлее обычного и обхватывает свои тонкие ножки, прижимая к себе и принимая позу беззащитного ребёнка.       Где-то через три минуты из мирного уголка послышались странные звуки и, поняв это, блондин со своей компанией погнались открывать дверь. Разгоряченный Минхо прижал к себе Джисони, обхватив пальцами его талию, и нежно, аккуратно целовал губы своего друга-значит не друга. Медленно и уверенно он овладевал все большим пространством губ Джисона. Застывшие руки Хана медленно расслабляются и притягиваются ближе к мальчику в белой футболке, прислоняя руки к щеке. Еще несколько движений губами, совершаемые видимо лидирующим Ли, пока они наконец не увидели умиляющуюся компанию с открытой дверью.       - И почему эти каждый раз так происходит?- спрашивает красный подросток, пытающийся отдышаться и отдалиться.       - Хорошая у вас дружба, ребят,- начал язвить Чанбин,- крепкая, мужская..       Не дождавшись конца фразы, Бан Чан резким движением руки ударяет его по голове и показывает всем видом, что продолжать мысль не стоит.       - Если все помирились, тогда можно остаться тут ненадолго, я еды притащу, пикник сделаем!- улыбаясь выкрикнул веснушчатый мальчик, очаровывающий Хёнджина с каждой минутой все больше и больше.       Миллионные по счёту звонки на телефоне парня, который он намеренно забыл дома, не прекращались. У отца Хвана больное сердце, волновать его не хотелось, однако так было нужно. Всем.