– хочешь колу?

в очередном порыве отчаяния меня не перестает покидать ощущение, что я жду чего-то, чему не суждено случиться. ты стоишь чуть поодаль справа от меня. эта твоя стандартная поза : непринужденный и вечно расслабленный вид, ладони лежат в карманах мешковатых джинс, отрешенный взгляд. ты безучастно наблюдаешь за происходящим. вечные подколы и разговоры ни о чем. ты поджигаешь сигарету. все начинают прощаться и договариваться о завтрашней встрече : решают, кто за кем заходит, где встречаемся, кто кого проводит. но с тобой так никто и не заговорил. ты всегда отстранён от всех и большую часть времени молчишь. и все же, пока толпа наших приятелей строили планы назавтра, попутно буйно что-то обсуждая, я удивлялся, что я единственный, чьё внимание привлекала твоя одинокая безучастная фигура. о чем же ты думаешь? что гложет твое сердце? минута, и все уже расходятся. я оборачиваюсь в твою сторону и стараюсь говорить как можно спокойнее, как можно безучастнее. я всегда волновался, когда мы с тобой вступали в контакт. ты никогда со мной не разговаривал, лишь односложно отвечал. ты, кажется, замечал меня лишь тогда, когда я к тебе обращался. а по умолчанию ты даже не смотрел в мою сторону, будто меня нет. – до завтра, – я бросаю это небрежнее некуда, но звучало это все так же неуверенно, и мне стало стыдно, что я вообще осмелился на этот шаг. ты быстро устремляешь ко мне взгляд, твои глаза сразу же покрываются льдом. классика. за долю секунды они становятся бездонными ледниками. что же ты прячешь? отчего твой взгляд так холоден и непроницателен? каждый раз, когда я задумываюсь об этом, я нахожусь в недоумении и злюсь на то, что это вообще морочит мне голову. смотрю в твои холодные глаза. ты беспечно отвечаешь, туша сигарету : – я уезжаю. мне стало не по себе от твоей пренебрежительности и холодного взгляда, который режет меня как перочинный нож. показать мое огорчение от случившегося было бы глупо – будто тебе есть дело, что мне грустно. грустно из-за тебя. – вот как… удачи и до скорого. я натягиваю на лицо свою самую дружелюбную легкую улыбку с огромной тяжестью в голове и на сердце. все внутри кипит. но я держусь. прохожу мимо тебя и не оборачиваюсь. я чувствую себя, словно в тумане. старательно игнорируя эту напасть, я шагаю дальше. – хочешь колу? – от неожиданности меня передернуло. ты поравнялся со мной и, как мне показалось, сосредоточенно смотришь вперед, словно высчитываешь новый ход в шахматах. я старался не выдавать своего удивления и волнения, поэтому ответил так сухо, насколько это возможно : – хочу. на последнем слоге я запнулся и моя нервозность показалась наружу. но ты, казалось, не обратил на это внимания, в то время как я готов был локти грызть от стыда. меня потряхивало, словно оголенный нерв. какую игру ты задумал? и почему ты выбрал для нее самый нелепый вариант из всех возможных – меня. в тот вечер ты купил мне колу и пригласил к себе. мы сидим на огромном диване рядом друг с другом и смотрим фильм. полагаю, ни один из нас не вникал в него. ты периодически отвлекался на телефон, я же либо блуждал глазами по комнате, либо смотрел на свои руки, стараясь не трепать ими край толстовки. мой взгляд зацепился за пачку сигарет слева от тебя. ситуация до жути тривиальная. пока я тянулся через тебя за сигаретой, а ты, отвернувшись, печатал что-то в телефоне, я чуть приподнялся, взяв сигарету между средним и указательным пальцами. собираюсь возвращаться на свое место, но именно в этот момент ты оборачиваешься, а я зависаю на месте, встретившись с уставшим и замученным взглядом, на секунду я даже увидел в твоих глазах интерес и любопытство, но все это по классике жанра должно было быстро смениться безразличием, однако, что было после, я так и не узнал, потому что ты меня поцеловал. это длилось меньше десяти секунд, но башню мне снесло сразу же. я не осознавал реальность происходящего. в ушах звенело. уже спустя несколько мгновений я сам тебя целовал. я пересел к тебе на коленки, в прежней позе у меня ужасно затекла шея. на какое-то мгновение мы остановились и изучали друг друга глазами. от прежних ледников не осталось ничего. я видел давящую усталость, тревогу и что-то еще. я не мог подобрать этому название. но я это чувствовал. ты медленно вытаскиваешь сигарету меж моих пальцев и кладешь обратно. – нечего тебе этого делать. ты не куришь. – не курю. я сглотнул, ожидая дальнейшего развития событий. что же будет? и почему твои глаза такие вымученные? что ты в них прячешь? узнаю ли я это когда-нибудь? пока поток лихорадочных мыслей проносится в моей голове, словно быстрая перемотка, ты поправляешь мои непослушные волосы, а затем… казалось, весь спектр чувств, которые в тот вечер были во мне, не успевал срабатывать вовремя, потому что все эмоции проносились с бешеной скоростью. ты обнял меня за плечи. я не видел твоего лица. как же мне хотелось видеть тебя в этот момент. я аккуратно обнял тебя, боясь испортить момент. меня молотило. и это было заметно. обнять тебя так бережно, как это сделал ты со мной, мне, чьи эмоции не поддаются контролю, было невозможно. на секунду мне даже показалось, что ты дрожишь. показалось ли? – куда ты уезжаешь? – я кое-как осмелился спросить об этом, мне все еще казалось, что любое мое движение, любая эмоция или слово способны испортить момент. – за лучшей жизнью. – ты вернешься? перед тем, как ты ответил, я почувствовал, что ты замер. перестал дышать. – сомневаюсь. больше мы не говорили. остаток вечера мы провели в громкой тишине. громкой от моих лихорадочных мыслей. и твоей недосказанности. на прощание я хотел снова поцеловать тебя, но испугался. ты бросил на меня такой отчаянный взгляд, который я тогда видел от тебя впервые. как много ты прячешь? стоя у двери, я с тяжестью на сердце улыбнулся и шепнул : – пока. береги себя. в твоем виде мелькнуло удивление. ты еле заметно кивнул. я вышел. сегодня ровно год, как ты покончил с собой. каждый день я вспоминаю наш последний вечер. я цепляюсь за эти воспоминания, обсасываю их, как таблетку. я не плачу уже месяц. слез у меня не осталось. но душа моя разрывается на части. как ты там? нашел ли ты ту лучшую жизнь, которую так хотел? счастлив ли ты теперь? обрела ли твоя душа покой, или ты все так же скребешь со своего тела болячки? зачем ты притворялся сильным? почему ты погубил себя? что касается меня. сейчас я страшно помятый и разбитый человек. и я ужасно скучаю по тебе. ты въелся в мое сердце. стал частью его. моего несчастного и потухшего сердца. меня уже долго мучает бессонница. я совершенно пуст. есть лишь тоска по тебе, которая кровоточит каждую ночь, как только я остаюсь наедине с самим собой. только я и луна за окном. со временем я многое понял. ты пытался быть сильным слишком долгое время. и, закапывая весь стресс где-то глубоко в себе, ты медленно губил себя. ты боялся своих чувств и пытался сбежать от этого. но от себя не убежишь. я знаю, когда ты сделал это, ты понял все. и не принял. мне жаль, что осознание всего этого пришло ко мне после случившегося. мне жаль, что я мог лишь видеть это. видеть, но не понимать. ты был такой несчастный. и потерянный. жалеешь ли ты о том, что сделал? или твоя душа теперь навеки окутана покоем? знаешь, я делал все, чтобы обмануть себя. обмануть и внушить, что мне не больно от случившегося. но я – не ты. я может и могу солгать окружающим и убедить их, что все в порядке, но я не умею лгать самому себе. чего же я жду? найду ли я тебя, отправившись за лучшей жизнью? обретем ли мы желанный покой? забудем ли о безумии? или навсегда останемся побитыми, отчаявшимися странниками нашей негласной любви?