Freedom through captivity

Странная смесь чувств кипела в молодом солдате — гордость, нетерпение, усталость и…раздражение. Скулы девушки уже болели от натянутой улыбки которую она держала на лице выслушивая представления друзей об идеальной женщине. Готовь, убирайся, рожай, помалкивай, восхищайся, мило улыбайся и хлопай глазками. Все по учениям свахи. Такая жизнь для Мулан была куда страшнее, чем какая то армия кровожадных дикарей. — Хей! А ты, Пинг? Чего молчишь? Неужели у тебя нет фантазий? — Линг, игриво поигрывая бровями, толкает Мулан локтем в плечо. -Нуу…- Девушка отводит газа и неловко чешет затылок- А если девушка умна? И знает все сама? Стоит ли говорить, что друзья восприняли это как абсурдную шутку. «Да-да… Очень смешно- Мулан тяжело выдыхает и тихонько усмехается себе под нос- по крайней мере от меня отстанут». Отряд медленно но верно продвигался к перевалу Тань-Шао. Местами уже можно было увидеть лежащий небольшими кучками снег, а ветер становился с каждым шагом все более холодным и даже колючим. Несмотря на усталость от долгой ходьбы и минимального количества коротких привалов, никто не жаловался. Солдаты развлекали друг друга шутками, мечтами о героическом будущем и бравадами. Мулан же задумчиво шла возле своей лошади, не особо вслушиваясь в разговоры соратников. Подумать только… Она ведь должна радоваться возможности проявить себя в будущих боях, показать на что способна, отстоять честь семейства Фа и оправдать доверие капитана Шанга. Во время обучения в лагере у девушки было не так много времени обдумать все то, что происходит с её жизнью. В лучшем случае о подвигах Фа Мулан никто и никогда не узнает, друзья будут помнить только о тихом парне Фа Пинге. Она незаметно вернется в родительский дом и… все будет как прежде. Те же правила идеальной невесты и жены, смотрины, свахи и, рано или поздно, замужество. Да, это идеальный вариант для неё. Тогда почему же от него девушке захотелось сжаться в комок и спрятаться от всего мира и его правил? Конечно, вариантов исхода её жизни гораздо больше. Мулан могла погибнуть от случайно пропущенного удара в бою или быть казнённой за обман. Одно она знала точно — жить так же, как прежде теперь уже невозможно. В личине Пинга с ней считались, слушали, уважали. Мулан же просто миловидная молодая девушка, будущая невеста и жена какого-нибудь мужчины, мать… Но и сейчас она вынуждена притворяться другим человеком, не многое и изменилось. Так кто же она в итоге? Мулан начала сама запутываться. Она точно не Пинг, но судьба предстоящая дочери семьи Фа была для неё столь же страшной как тюрьма или плен. Погружённая в тяжелые мысли, Мулан не сразу заметила изменения в отряде. Оглушающую тишину вокруг нарушал лишь медный колокол, качающийся от ветра на воротах деревушки. Вернее на том, что от них осталось. Эта картина навсегда останется в памяти каждого солдата. Черные, обуглившиеся останки деревянных домов на белом и местами красном снеге. Без каких либо слов всем было понятно —они опоздали.