Противостояния и жар любви океана с камнем

      Чжун Ли написал письмо для Чайльда. В нем он рассказал о желания связанных с Аяксом и самое главное… О том, что он сделает с ним, когда его найдёт. Ведь сейчас Чайльд далёко от Ли Юэ вместе с Итэром и парочкой компаньонов путешественника в отряде.       «Здравствуй, Чайльд»       Это первое, что прочитал Тарталья, когда с лёгкой дрожью в руках, но неподдельным интересом открыл конверт с письмом от Чжун Ли. Он и не думал, что тот просто решит ограничится после всех обычным письмом. Но может это ловушка? Предвестник может узнать это только открыв конверт и прочитав письмо, что он и сделал. Сейчас он сидит у костра. Рядом сидит Итэр и парочка его друзей. Их отряд вместе путешествуют по Тейвату, пока Тарталья взял безвременный отпуск от своей службы у Царицы в Снежной. Тарталья был напряжён с самого утра как получил письмо, но своей улыбкой старался не подавать виду до самого вечера. Итэр все равно что-то заметил, но поцелуй быстро его успокоил. Они встречались и нравились друг другу. Поэтому, Чайльд и пошёл с ним и этими его друзьями. В их числе был бард Венти и с подозрением относящийся к Аяксу командир кавалерии из Мондштадта Кэйя. Чайльд редко отвечает на их болтовню друг с другом. Только соврал, что ему нужно прочитать письмо его брата из Снежной и сейчас он немного занят.       «Мы давно не виделись. Прошло уже два месяца с тех пор, как ты покинул Ли Юэ. Признаюсь честно… Я тосковал по тебе. За время твоего отсутствия у меня накопилось масса желаний. Того, что я хочу сделать с тобой, когда мы встретимся вновь. Я решил написать тебе письмо о них, раз пока мы не можем встретится лично.       Если бы ты снова был рядом со мной, то вряд ли бы я смог оторваться на дела ритуального бюро и не трахать тебя круглыми сутками. Будь честен же и ты: вряд ли бы ты смог мне возражать. Твоя пошлая натура не позволила бы тебе сопротивляться и ты бы смирился с ролью насадки на мой член.       Я не смог бы ждать ещё дольше после встречи и повалил бы тебя на первую горизонтальную поверхность при встречи, даже если это голая земля. Только после нескольких раз там я бы переместил бы тебя на одну из самых качественных кроватей в Ли Юэ. Чайльд, я в самом деле считал, что хорошие вещи со вкусом только украшают тебя и что ты их достоин.       Ты был бы прижат с силой, грубо к земле, лежал бы на ней спиной. Не очень гигиенично, но ведь тебя заводит грубость, так? Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой, Чайльд. Даже такое место ты бы оценил.       Мы бы потратили много времени на поцелуи. Ведь мне так нравились твои губы. Я бы дёргал тебя за твои непослушные рыжие волосы, гладил второй рукой по животу и бедрам. Я даже знаю, чтобы захотел сделать ты. Обнять меня одной рукой. Сжимать в объятиях со всей силы, до хруста костей, будто я твоя единственная спасительная соломинка для тебя, утопающего в моих объятиях. А вторая рука сжала бы мою шею… Ты же не надеялся, что сможешь задушить адепта, Архонта и дракона? Каков глупец. Но твоя выходка моего возбуждения не погасила бы.       Думаю, я знаю как бы тебя смог наказать за это. Я бы оставил на тебе кучу своих меток, чтобы показать в первую очередь тебе, что ты мой. Чтобы ты смотрел в зеркало и видел результат моих трудов. Искусал бы твою шею, а затем уши. Сила моего укуса зависела бы от твоего упрямства. Ты знаешь, чего я хотел. Стонов. Приглушенных криков. Ведь твой голос лучше, чем у всех смертных что я встречал. Чем быстрее ты бы дал мне услышать, что я хочу, тем меньше боли бы ты испытал. Но ведь ты любишь адреналин и вряд ли бы стал меня слушать. Кусал бы губы и не давал бы мне услышать ни звука. Но ничего, у нас ведь было бы впереди время всего мира. И я бы получил желаемое. Так или иначе.       Учитывая все, что между нами было, у тебя наверняка есть сомнения в том, позволил бы ты этому случится. А я не сомневаюсь, Чайльд. Ты бы позволил. Позволил бы мне трахать тебя, пользоваться тобой и твоей жизнью, контролировать тебя, а уже когда мы удовлетворили бы друг друга — сбежал. Ведь так, да? Если сейчас это не так, то после этого так было бы точно. Я бы дал проявиться своему драконьему облику. Отрастил бы клыки и укусил бы тебя в грудь рядом с соском, перед этим вырвав бы из твоей рубашки пару пуговиц. Получилось бы больно. Мои зубы острее человеческих. А после своим бы длинным языков прошёлся бы по соску и снова обнажил зубы. Но не укусил. Тебе бы хватило только чувства опасности, чтобы возбудиться и передумать, бежать прямо сейчас.»       Чайльд раскраснелся, как только дочитал до этого момента. Он отвернулся от света костра и сидел спиной к друзьям, прикрыв свое лицо рукой.       — Всё в порядке, Аякс? — интересуется Итэр и склоняет голову на бок.       — Да, да. Я скоро дочитаю. Все хорошо. Не обращайте внимания на меня.       «После этого мне бы окончательно надоела твоя верхняя одежда. Выросшие когти дракона легко бы порвали всю ту ткань, что закрывала подкаченный торс воина, на части. Если бы ты осмелился вставить комментарий про порчу твоей одежды, то я бы намекнул, что мои когти могут рвать не только её. Ты бы наверняка использовал этот намёк. Спровоцировал бы меня на ещё большую грубость. Ведь ты мазохист, Чайльд. И я бы сделал, что ты хотел. Слегка провел бы когтями по твоей обнажённой груди и оставил бы три неглубокие царапины на ней.       Дальше я бы втянул когти. Только чтобы коснуться пальцами твоих сосков и сжать их. Издал бы ты желанный стон тогда или бы лишь вздрогнул, Чайльд? Я бы начал целовать тебя. Спустился дорожкой поцелуев от груди до живота. И вновь бы вернулся к соскам. Все не давали бы они мне покоя. Я бы приник к ним губами и начал бы лизать один, а второй снова сжимать в руках и гладить. Чтобы не терять время зря перед этим я бы приказал тебе, Чайльд, избавить от лишней одежды на мне. И насколько сильно не был бы ты строптивым упрямцем, насколько сильно это сцена не была бы сомнительно добровольной, ты бы это сделал. Начал бы снимать с меня дрожащими руками верхнюю одежду. Пиджак, рубашку, может порвал бы их в отместку за свою. Почему бы ты это сделал? Потому что я видел все, Чайльд. Видел твой вожделенный взгляд на моё тело. На мои руки с темной, почти чёрной кожей и янтарными, светящимися узорами на них. Ты желаешь меня не меньше, чем я тебя, Аякс. Ты ведь любишь когда я зову тебя по имени, да?       Когда я бы переключился на твой второй сосок и начал также его облизывать, то ты бы сорвался, глядя на моё уже раздетое тело. Приподнялся бы пока я буду отвлечен и не смогу это пресечь; прикусил бы уже мой сосок, уткнувшись лбом в грудь. А я в отличии от тебя не держал бы от упрямства свой голос и застонал...»       Тарталья понял, что дела его плохи. В штанах стало совсем тесно, дыхание сбилось, а лицо ещё гуще покраснело. Хотя, казалось бы, куда ещё хуже? Он был возбужден. Он совсем не ожидал, что Сяньшэн опустится до таких невероятно пошлых писем, но продолжал читать.       Он ведь тоже скучает. Просто так выпала карта и теперь он здесь у костра, а Чжун Ли где-то далеко. Этого уже не исправить.       «Долго играть с собой я бы тебе не позволил. Чайльд, не похоже, что ты этого заслужил и теперь ты можешь мечтать о том, чтобы доминировать надо мной, личностью Чжун Ли. Только во снах. Снова прижав тебя рукой к кровати, я бы решил, что с нас хватит прелюдии и приступил бы к главному. Мои руки начали бы снимать с тебя штаны, но мои губы все ещё хотели касаться тебя. Я бы сначала провёл ещё одну дорожку поцелуев по твоему телу. От живота до уже обнажённых бёдер...»       Поняв, что Чжун Ли собрался в письме дойти до конца, Тарталья больше не выдержал. Он резко встал. Итэр снова поинтересовался в порядке ли он, но Тарталья лишь мягко сказал.       — Я… Закончил читать. Письмо долго шло сюда. Тевкр наверняка уже заждался ответа. Пойду напишу его сейчас. Схожу поищу в вещах бумагу и чернила. Я скоро.       Забрав письмо и под обеспокоенные и подозрительные взгляды Чайльд ушёл к палаткам. На ходу он продолжил читать дальше.       «Когда бы ты остался полностью обнажённым, то ничто бы не помешало мне насладится моим любимым видом на твою обнажённую задницу. Ещё мне нравится вид сосущего мой член тебя, Ты бы предпочел обратный расклад, но я уже сказал. Теперь тебе суждено только видеть меня с высоты и опускаться вниз до тебя я больше не буду. Свой шанс ты упустил. Возвращаясь на любимую тему. Я бы резко перевернул тебя. Схватил бы за рыжие волосы и уткнул бы лицом в землю. А второй рукой заставил бы встать на колени. Стоять так с оттопыренной задницей на которую я бы мог смотреть. И не только. Но и по-хозяйски огладить ягодицы, коснутся чёрным пальцем дырочки, а потом убрать его оттуда. Поднести к своему рту и использовать слюну для смазки. Ведь вряд ли в такой обстановке рядом найдётся смазка. С собой я не взял, придётся тебе потерпеть. Да и тебе ведь нравится, когда больнее, Чайльд.»       Чайльд залез в палатку. Он положил письмо перед собой, а сам сел на пол и развел ноги. Расстегнув ширинку он вытащил из нижнего белья свой возбужденный член. Обхватил его ладонью и начал медленно двигать рукой по стволу. Стоило начать ласкать свой перевозбужденный от чтения письма орган, как с губ сразу сорвался невольный удовлетворённый стон. Глаза были затуманены, а дыхание все такое же тяжелое.       «Сяньшэн, вы сводите меня с ума… Вы ведь это знаете, да?»       Чайльд продолжил читать.       «Я бы ввёл в тебя пальцы. Сначала один, но очень скоро и быстро добавил второй. Растягивал бы нетерпеливо и не слишком аккуратно. Рядом с тобой я не отличаюсь терпением, Аякс. Поэтому времени привыкнуть к ним у тебя бы не было. И даже это хилая растяжка длилась недолго. Пока я снимал бы второй рукой свои штаны и белье, обнажая и давая взглянуть тебе на два моих члена. Ящерицы ведь имеют два пениса, и драконы не исключения. Они такие же как и руки. Чёрные, с узорами и немного рифленые и грубые на ощупь, как моя драконья кожа. И зачем я это рассказываю? Ты ведь и так это знаешь. Я просто тянул время на растяжку. И вот оно вышло. Я бы вытащил пальцы, а потом когда ты не ожидаешь, ударил бы тебя по ягодице ладонью. А потом по второй, и ещё раз. Ведь твой вскрик от неожиданности в начале, а потом стон в конце услада для моих ушей.       Я бы придавил тебя с силой в землю. Прижался к тебе и начал бы входить одним из членов в твою дырку. Медленно, но не потому что я хочу быть с тобой нежен. А потому что ты такой тесный, плохо растянутый и ничем не смазанный. У меня едва бы вышло войти. Хорошо хоть расслабленный и послушный. Это тяжело, и мне было бы не менее дискомфортно, чем тебе. Но когда бы я ощутил, что двигается и делать толчки стало проще… Мой темп бы вырос. Стоило бы мне почувствовать что нежным можно и не быть без урона своему удовольствию, и я бы стал грубее. Не потому что я зол на тебя, хотя и это тоже, Чайльд. А потому что твой запах, естественный запах твоего тела сводит меня с ума и рвёт все рамки самоконтроля.       Я бы вбивался в тебя долго. Кончил бы быстро от нашей долгой разлуки, но не остановился бы на одном разе. Заполнил бы тебя без остатка входя пока только одним членом. Ведь самое сладкое я собирался оставить на потом и не делать это на земле. Уже в последующие разы я мог бы превратить тебя в мою послушную игрушку. Делать то, что ты не осмелился бы сделать с Итэром, да?»       Чайльд бы слишком возбужден, чтобы упоминая его нынешнего парня испортило его оргазм. Он ускорял движения рукой по члену, сжимал головку и у основания вместе с тем, как письмо подходило концу и того, как описывал кульминацию их секса Чжун Ли. Предвестник кончил и забрызгал своей спермой письмо, тяжело дыша. Но ведь оно ещё не закончилось. Там было ещё несколько строк.       «Я бы давал тебе и боль, и нежность, богатства, знания, силу сколько бы ты пожелал. Всё было бы у тебя в ногах. Моя любовь, моя новая смертная жизнь как Чжун Ли. Если бы ты не уничтожил эту личность во мне. Не оставил бы меня обманутым, преданным в Ли Юэ глотать обиду и сдерживать ярость, когда ты изменил мне с Путешественником и украл моё сердце бога для Царицы.       Ты убил Чжун Ли. Этой личности больше нет. Ты ведь знаешь, как говорят в Ли Юэ? Нарушишь контракт — и гнев камня обрушится на тебя. А ты его нарушил. Ты предал не только наши отношения. Ты предал моё доверие как и доверия всех людей в Ли Юэ к Фатуям. Воздавать тебе подсчётам будет не Чжун Ли с разбитым сердцем, брошенным на дно океана. А Моракс, как и положено контактом.       Я сделаю все то, что я желаю. Но вместе с этим ты будешь умолять меня о милосердии и смерти. Я найду тебя и не пощажу даже Путешественника, которого ты просто впутал во все это. Ты ведь использовал его просто так? Даже не сказал, что ты украл сердце бога и забрал с собой. Хорошо отыграл плохого парня, Чайльд. Хорошо поменял маску на хорошего. Браво.       Я пишу это письмо у заново разожженного костра. У одиннадцатого оставленного вами привала, что я успел найти. Вы не часто за эти два месяца ночевали под открытым небом. Верно, Чайльд?»       Аякс бросил взгляд из палатки в сторону костра, где все ещё горел огонь и сидели остальные. Двенадцатого по счету, а прошлый они разжигали буквально два дня назад находясь в пути. Письмо утром доставил искатель приключений из гильдии, что сказал, что взял поручения прямо в дороги. Все внутри похолодело от осознания того, что Моракс уже побывал в месте их ночлега два дня назад. Насколько же он сейчас к ним близко.?       — Сяньшэн, вы не перестаёте меня удивлять… Видимо, нам все же придётся проверить кто из нас сильнее.       Предвкушение. Страх. И… Возбуждение. Все же Чайльд и правда был таким мазохистом, когда дело касалось Чжун… Моракса. Он почти чувствуют вину, но долг родине в нем горит сильнее.