he's the art

🐱🐱🐱

совместный лайв начинается спокойно и чересчур как-то софтово. хенджин чувствует тревожность просто потому что он ощущает все эти теплые долгие взгляды. потому что он сам жмётся к феликсу ближе и ближе. а феликс (как и всегда) не имеет ничего против и ответно жмёт к себе или прижимается сам. тревожность скапливается в грудной клетке. ведь хенджин все еще не до конца понимает что происходит между ними и в голове феликса. а ответ он так и не нашел. феликс не дает никаких намёков, ведет себя абсолютно как обычно. и вообще не меняется буквально ничего кроме того хаоса, что селится в голове хвана. ведь он видел все эти взгляды. ведь он все еще думает о той ночи соджу и настолок. больше он не ловил феликса за подобным. но, блять. он не придумал себе это. и хенджин ведь сам себе делает хуже? это он садится так, чтобы феликс оказался прямо между его ног. это он сжимает пальцы на его плечах и жмётся грудью к его спине. хотя он, правда, не любит скиншип. loving you is a losing game звучит точно как вся это ситуация. почти во всех смыслах. феликс говорит о том, что склонен больше фантазировать и куда меньше говорить о том, что происходит в его голове. и хенджин чувствует, как сердце пропускает удар. такой важный удар, на самом деле. он смотрит в экран телефона, на котором запущена трансляция. смотрит на феликса через экран. красивый. такой чертовски красивый и мягкий. его хочется съесть временами просто за то, какой он милый и хороший. и хенджин едва удерживает себя от того, чтобы уйти с головой в эти мысли. но они все еще на лайве, это все еще их работа и он не может себе этого позволить. они слушают музыку, обсуждают любимые фильмы. и это все кажется почти настоящим, если бы это не было в рамках лайва. нет, они не перестали разговаривать вне шоу и работы. но таких моментов становится меньше особенно во время туров. они все просто устают так сильно. джисон вообще не выбирается из кровати почти все свободное время. и только чан продолжает работать даже когда они на редком выходном или после всех съемок и концерта возвращаются в отель. хенджин чувствует себя слишком уязвимым, поэтому отшучивается и смеется. старается не смотреть на феликса слишком много и часто, перекрывая эту потребность разглядыванием его через экран айфона на стойке. хенджин шумно драматично выдыхает, когда феликс нажимает кнопку завершения лайва. откидывается спиной на стену позади себя и прикрывает глаза. слышит тихий смех феликса. тихо сгорая изнутри от количества эмоций. встречается со взглядом этих больших теплых глаз и его улыбкой. закатывает глаза и фыркает, невольно тоже улыбаясь. — тебе понравилось? — феликс спрашивает так, будто кому-то вообще могло не понравиться. — тебе понравилось? — хенджин дразнится, потому что просто не умеет быть серьезным когда речь заходит о его чувствах. тех самых, которые поймут не все. феликс смеется и осторожно хлопает его по бедру, оставляя руку чуть выше колена и мягко сжимая. блять, вот надо же ему- быть таким. — нет, правда. это ведь был твой первый раз? — йонбок, — он закатывает глаза, — не задавай глупых вопросов, — хенджин не умеет разговаривать. феликс снова смеется до того нежно, что хенджина почти тошнит. честно, он сам себя не понимает. ему хочется то ли убить феликса и никогда его больше не видеть, то ли просто схватить и никогда не отпускать. это вспыхивает в нем резко и неожиданно. но почему-то как-то приятно. рука на бедре нервирует и заставляет все внутри выворачиваться и сворачиваться обратно. — да, мне понравилось, — хенджин буквально выдавливает это из себя. звучит почти раздраженно, но очевидно в шутку. он цепляет его руку за запястье и легонько трясет. вновь смотрит на лицо ли и даже не успевает пожалеть об этом. но его мысли все куда-то просто исчезают. и в голове лишь пустота, желание и непонятно откуда взявшаяся смелость. сердце ускоряет свой темп. феликс молча смотрит в ответ как-то- так же непонятно, нечитаемо и любовно? и хенджин не находит варианта правильнее, чем двинуться вперед. осторожно обхватить шею ликса сзади. и трусливо прикрыв глаза накрыть его губы. ох, черт. он не был готов к этому абсолютно. к тому, как мягко и тепло ощущаются губы феликса под собственными. к тому, как абсолютно правильно ощущается его теплая кожа под пальцами. к тому, что феликс тут же прильнет ближе и издаст такое тихое нежное мхм. хенджин чувствует, словно по его телу проносится электричество. поджигает все чувствительные точки. жар вспыхивает даже в кончиках пальцев, которыми он осторожно скользит выше и вплетается в волосы на затылке ликса. губы феликса распахиваются вместе с собственными и ловят горячий вздох, слетающий с губ хенджина. хван вспыхивает и горит от этого еще сильнее. двигается вперед, ближе. ладонь феликса соскальзывает выше, к чувствительной коже. его пальцы сжимаются. хенджин давится тихим едва слышным стоном. внутри все сводит в сладкой судороге. вторую ладонь укладывает на его щеку и ласково оглаживает большим пальцем. чувствует это безумное тепло внизу живота, которое заставляет почти отчаянно заерзать. в голове абсолютно пусто. хенджина разрывает изнутри от всех этих ощущений. настолько новых для него. пальцы спускаются ниже и обхватывают шею феликса спереди. на пробу едва сдавливают его горло. и, блять- хенджин может поклясться, что чувствует дрожь феликса в этот момент. боже боже боже. сердце бьется с бешеной скоростью, пока хенджин из искреннего интереса сжимает пальцы сильнее. чуть отстраняется, чтобы распахнуть глаза. поймать выражение чистейшего удовольствия на лице друга. тихий жаркий стон слетает с приоткрытых розовых губ. хенджин ухмыляется абсолютно довольно и нагло. его глаза полыхают, отражая внутреннее состояние. он облизывается почти хищно, быстро сокращая расстояние между ними и впиваясь в губы феликса новым нетерпеливым поцелуем. большим пальцем давит на его кадык. феликс двигается ближе и первый скользит языком по их поцелую, слизывая их вкус и заставляя хвана приоткрыть рот. хенджин ведет ладонью ниже. цепляется за ворот черной футболки. притягивает еще ближе. мало. феликс стонет громче своим хриплым тяжелым голосом. а хенджин буквально чувствует, как его член отзывается на этот звук. блять. ликса хочется натурально сожрать. с этими его звуками, влажным языком, мягкими до одури губами. в нос резко ударяет его запах. его запах. сладкий, но терпкий. такой мужской аромат. почему-то так идеально подходит ликсу. вызывает глубокую волну удовольствия по всему телу. хенджин не был бы таким уверенным в своих действиях. но, кажется, его голова работает именно так: периодически отключается, давая ему абсолютную свободу действий и массу самоуверенности. ведь он, блять, даже никогда сексом толком не занимался. а прямо сейчас его целуют второй раз в жизни. и, ебать, как же много он упускал. он не может вспомнить, зачем они это делают прямо сейчас, когда так много разных ощущений. хенджин улыбается в мягкие губы и тянется вперед. обхватывает талию феликса. притягивает к себе почти вплотную. мажет губами по его скуле. зарывается лицом в его шею. его рука полностью обхватывает хрупкую талию ликса. теперь хван точно знает, что дрожь в теле ли ему не показалась. это, блять, ужасно горячо. хенджин жмурится. собирает кончиком носа запах феликса с его кожи. распахивает губы и едва ощутимо целует. феликс прижимается, сдавливает в пальцах плечи хвана. тихо-тихо стонет, спрятав лицо в шее хвана. феликс невероятный. какой-то такой- ненастоящий. хенджин если остановится и задумается хотя бы на секунду, абсолютно точно не поверит в происходящее. но феликс буквально в его руках прямо сейчас. во всех смыслах. феликс перебирается на его колени. садится сверху, оседлав хвановские бедра. все так же прячет лицо в плече и сгибе шеи, позволяя целовать себя так открыто и доверчиво. хенджин теряет голову и самообладание от такой отдачи. его руки обхватывают тонкую талию и прижимают к себе так близко, что они оба могут просто напросто задохнуться. ликс прогибается в пояснице. скользит бедрами по бедрам хенджина чтобы быть ближе. ерзает так очевидно и отчаянно, заставляя хвана остервенело сдавливать пальцы на его боках. почти забывая о том, что феликс — самое хрупкое и ценное, что он когда-либо держал в руках. но феликс разрушается лишь в самом хорошем смысле этого слова. подается любым прикосновениям. стонет прямо над ухом хван хенджина. цепляется пальцами за его толстовку на груди и плечах. звучит и ощущается настолько нуждающимся чуть ли не в каждом движении и вздохе хвана, что от этого рвет на мелкие куски. хенджин кусается совсем неосознанно, но нежно. прихватывает кожу на шее и ключицах. оттягивает футболку ниже, чтобы иметь больше доступа к светлой ахуенно нежной вкусной коже. хенджин думает о том, какой феликс на вкус и эта мысль пробивает все его тело тысячей электрических разрядов. хенджин почти робко спускается ладонями ниже поясницы. задержав дыхание проскальзывает ладонями под ткань футболки. сглатывает нервно, когда кончиками пальцев касается горячей — ахуенно горячей — кожи. не сдерживая рвущегося с губ стона. — боже, блять, — шепчет хван. скользит языком по коже прямо под челюстью ликса. прикусывает кожу прямо под ухом. скользит ладонями к его резинке шорт. оттягивает одними лишь кончиками пальцев и пробирается под нее. давая понять, что он действительно имеет право на то, чтобы сделать так. коснуться феликса настолько интимно. с сытой довольной улыбкой упиваясь мелкой дрожью и жалобным скулежом. блять. как можно быть таким, правда-. хенджин плавно дергает бедрами вверх. так, чтобы феликс мог почувствовать его возбуждение и то, как именно он влияет на хвана. феликс скулит. его бедра сводятся вокруг бедер хвана. его дыхание прерывается. он скользит и ерзает так, чтобы снова получить это трение и почувствовать хвана так. хенджин нежно сжимает пальцы в его волосах на затылке и прихватывает губами его кожу на линии челюсти. заставляя ликса кончить ровно в этот момент. хенджин даже не понимает этого в первые секунды. но феликс дрожит сильнее. стонет протяжнее. сжимается в его руках, становясь совсем крохотным. и замирает, сжав пальцы где-то на плотной ткани в районе живота хвана. жарко ужасно. хенджин прикрывает глаза и пытается отдышаться. успокаивающе гладит феликса по волосам. чувствует, как дрожат собственные пальцы от перевозбуждения. медленно возвращается в реальный мир, пока феликс переживает оргазм в его руках. и, ох-. они действительно- сделали это. он действительно сам спровоцировал это. собственная паническая натура почти берет верх, но хенджин быстро душит ее в силу хуй знает чего и придерживается тактики абсолютной уверенности в происходящем. — хей, ликс-и, — хенджин говорит тихо и нежно. сам себе удивляясь. обычно он не звучит так. даже вздергивает брови от удивления. но быстро берет себя в руки и нежно прочесывает темные прядки ли. осторожно отстраняет от себя. сталкивается с влажным взглядом. видит мокрые блестящие дорожки на румяных щеках. сердце в груди останавливается на несколько долей секунды. больно сжимается. хенджин хмурится. неужели- блять, неужели он сделал что-то настолько не так? поджимает губы, скользит большим пальцем по щеке, чтобы стереть дорожку от слез, — хей? ты- в порядке? — да, я- блять, это просто ужасно. прости меня, я- просто- боже, мне так хорошо было. но я- кончил так быстро и глупо и мне так стыдно- прости меня пожалуйста. мне стало так обидно и я- блять, — феликс тихо смеется, поднимая глаза в потолок. хенджин пользуется моментом и тоже отводит взгляд. он просто не был готов ко всему этому, правда, — потом мне стало еще более стыдно от того, что я плачу. и я- надеялся, что просто смогу остаться на всю жизнь лицом в твоем плече. ужас. прости, боже, правда, — лепечет ликс. выглядя при этом так- очаровательно и нежно. что хенджин опять задумывается об убийстве. почти всерьез. хенджин закатывает глаза абсолютно в своей манере и улыбается. возвращает взгляд к феликсу, пока сердце быстро колотится в грудной клетке. — нашел из-за чего переживать, — фыркает хван. облизывает губы. их покалывает все еще ужасно приятно, — тем более извиняться. боже, ты- блять, в общем- не переживай просто, все окей. все очень даже окей, можешь сам убедиться, потому что у меня все еще стоит, — хенджин смеется. вновь сводит все в шутку, хотя у самого внутри пиздец какой-то. нежно сдавливает пальцы на талии ли. проводит большим пальцем по его щеке еще раз и морщит нос в очаровательной улыбке, — думаю, тебе стоит пойти поменять белье как минимум, — хенджин не сдерживает тихий смешок. на что феликс расплывается в улыбке тоже и, окей, вау, хенджин может дышать спокойно. стоит феликсу просто улыбнуться ему. — ты- хочешь принять душ со мной? это сумасшествие. они точно сошли с ума. или он сошел с ума. наверняка лежит уже в больнице, его выслали обратно в корею и там он проходит лечение. серьезное такое лечение, потому что такую хуйню просто так не вылечишь, да. точно. ведь следующее, что срывается с его губ это ужасно очевидное тихое да.