Тысяча и одни сутки 2

      Джеймс аккуратно осматривал повреждённого аниматроника, мрачно нахмурившись. Бело-голубой корпус кролика, некогда сверкавший под прожекторами сцены, теперь выглядел безжизненным, покрытым вмятинами, царапинами и грязью. От былого блеска и следа не осталось. Гитара, столь неотъемлемая часть его образа, отсутствовала, что только усугубляло обстановку. Возможно, она сломалась, и кролик просто оставил её где-то, когда его системы отключились.       Джеймс снял внешнюю оболочку аниматроника, оголив его сложную механическую конструкцию, которую уже поразили годы неиспользования.       — Серьёзные повреждения в области приводов, — пробормотал он, наклоняясь ближе. — Придётся заменить несколько ключевых компонентов. И обязательно нужно проверить центральный процессор. Вдруг с ним тоже что-то произошло. Если сломан, придётся выбросить и поставить новый, а значит, нужно будет обучить его заново.       Он посмотрел на кролика, размышляя о том, сколько ещё таких же душевно пустых оболочек ему придётся восстановить.       Они начали разбирать игрушечного Бонни, с огромной осторожностью, словно боясь случайно нарушить хрупкую границу между жизнью и отключённой машиной. Джеймс аккуратно удалял повреждённые детали игрушечного Бонни, меняя их на новые, блестящие и чистые, словно стремясь вернуть ему утраченный внутренний блеск. Сосредоточившись на замене сервоприводов, он видел, как аниматроник пару раз едва не накренился, угрожая упасть, но удержался. Пришлось его каждый раз поправлять.       Сара в это время работала с процессором и системой памяти. Расшифровка данных Бонни шла медленно, с некоторыми затруднениями, но ничего критического. Её пальцы стремительно скользили по клавишам, вводя команды, проверяя, насколько старые воспоминания и данные ещё можно восстановить. Когда последние строки кода были введены, она посмотрела на экран, замерев в ожидании.       Аниматроник начал медленно оживать. Его механические глаза зажглись слабым светом, суставы слабо шевельнулись. Джеймс и Сара застыли, затаив дыхание. Они обменялись взглядами — неуверенность и ожидание какого-то чуда читались на их лицах. Это был тот момент, когда всё могло пойти как угодно: либо машина вернётся к прежнему состоянию и вырубится, либо будет что-то совершенно иное, непредсказуемое. Возможно, что она упадёт, или же нападёт.       Словно по негласному уговору, они не двигались, наблюдая, как старый и потрёпанный игрушечный аниматроник медленно возвращался к жизни, стараясь «моргать».       Как только Бонни начал шевелиться, издавать разного рода звуки, его суставы начали издавать лёгкий металлический скрежет, словно протестуя против долгого бездействия. Свет в его глазах стал намного ярче, превращаясь в более холодный, более похожий взгляд робота, и на мгновение показалось из-за скрипа, что робот вот-вот рухнет. В мгновение робот выровнялся, медленно повернул голову в сторону техников.       — Кажется, он нас видит и чувствует… — прошептала Сара, отступая за спину Джеймса. Она была готова так же в любой момент отключить аниматроника, если же тот будет проявлять что-то не то.       Джеймс тоже замер, готовый к любому повороту. На экране компьютера начали появляться длинные строки данных, подтверждающие, что система загрузилась, но кое-что настораживало. Процессор Бонни медленно извлекал фрагменты воспоминаний, которые записывались в его систему годы назад, но некоторые из этих данных были искажены.       — Посмотри на это, — тихо Джеймс обратил внимание Сары на экран ноутбука. — Что-то не так с его памятью. — ринулся он к ноутбуку, читая строки. — Его данные повреждены.       — Возможно, повреждён сам процессор, — проговорила она. — Это рискованно, но мы можем попробовать провести глубокий анализ его памяти.       — Риск есть, — кивнул Джеймс. — Но что, если эти искажённые воспоминания как-то повлияют на его поведение?       Её пальцы застопорились над клавишами, на мгновение отталкивая парня.       — Есть ещё один вариант, — сказала она, сделав паузу. — Мы можем попробовать загрузить его в тестовом режиме. Отключим эмоциональный блок и оставим чистую функциональность. Тогда мы сможем провести тесты, не рискуя вызвать что-то более серьёзное. Было ли это разумным шагом? Тестовый режим гарантировал минимальный риск, но если память Бонни всё же начнёт восстанавливаться некорректно, последствия могли быть непредсказуемыми.       — Ладно, — наконец сказал Джеймс. — Давай попробуем. Но будь наготове. Если что-то пойдёт не так, сразу выключай его.       Сара кивнула и ввела несколько команд, погружая аниматроника в тестовый режим. Тот мгновенно застыл, будто бы его отключили посреди его выступления. Рот открыт, глаза будто бы заплыли за веки, хотя до этого Бонни закрывал глаза и успел остановиться на таком моменте. Оба с замиранием сердца следили за аниматроником, ожидая всего, что угодно. Малейшего движения, фразы или чего-то ещё. Внезапно на экране появились данные, Показывающие успешную загрузку основных систем. Внутри аниматроника загудели механизмы, словно старый двигатель, который вот-вот заработает в полную силу.       — Работает, — шепнула Сара, сдерживая облегчение. Но их радость длилась недолго. Игрушечный Бонни начал шевелиться. Сначала медленно, его голова поворачивалась влево и вправо, как будто проверяя свои сенсоры. Руки аниматроника поднялись, словно он проверял, могут ли они двигаться. Внутри раздавались слабые щелчки, как будто старые механизмы возвращались в строй.       — Пока что всё в норме. — пробормотал Джеймс, осматривая Бонни со всех сторон.       Внезапно движения Бонни стали более резкими, почти неконтролируемыми. Он дёрнулся, словно что-то внутри его системы сбоило. Его механическая голова повернулась к Джеймсу и Саре, и свет в его глазах вспыхнул более ярко, ослепляя обоих. Выглядело так, что он включил фонари, чтобы ориентироваться лучше в пространстве. Странные движения Бонни заставили отступить.       — Что происходит?! — оба взглянули на экран, на котором возникали тревожные сообщения: Ошибка памяти. Восстановление воспоминаний прервано.       — Это похоже на конфликт в его системе. Он пытается восстановить воспоминания, но они повреждены… и…       В этот момент Бонни спрыгнул со стола, открыв широко, как только мог, рот, медленно зашаркал в сторону техников, заставляя их отходить.       — Чёрт, отключай его! Скорее!       Сара судорожно забила по клавишам, пытаясь заставить игрушку остановиться, пока провода медленно натягивались между ними. Ещё один шаг и Бонни пригнулся, готовый к прыжку.       — Я не могу! Он не реагирует на команды!       Послышался скрежет, вскрик аниматроника и гул, С которым он ударился о стенку, где стоял Джеймс. Он успел увернуться и быстро отполз в сторону, глядя на то, как кролик приходит в себя. Его тёмные глаза имели лишь две белые точки. Что-то в его движениях было неестественным. Словно он не мог полностью контролировать свои действия. Бонни встал, осмотрел себя, поднял руку, и его металлические пальцы начали разжиматься и сжиматься, как будто он что-то вспоминал, но не мог разобраться, что именно.       — У нас нет времени. Нужно срочно его обесточить вручную.       Сара, осознав, что ситуация вышла из-под контроля, кивнула, не теряя ни секунды, и рванула к панели управления. Она знала, что у неё было всего несколько секунд, чтобы обесточить аниматроника, прежде чем что-то пойдёт совсем не так.       Пальцы едва касались клавиш. Слышался стук по ним. Бонни сделал шаг вперёд. Его движения стали более резкими, повороты головы заставляли думать, что аниматроник кем-то одержим. Он поднял одну руку, словно пытаясь что-то показать, но его рот оставался неподвижным, а глаза мерцали в хаотичном ритме. Сара, дрожащими руками, ввела последние команды, но внезапно на экране появился сигнал об ошибке. Отключение невозможно. Ошибка в системе питания. Её дыхание стало прерывистым, паника охватила тела обоих полностью, заставляя трястись и царапать свою кожу сквозь одежду.       — О-он не отключ-чается! — голос девушки дрожал. Она старалась найти другой способ отключить агрессивного аниматроника.       В этот момент Бонни повернулся к Джеймсу, заметив его. На время провали его белые зрачки, уши свисли назад, оставляя лишь «пустую» оболочку, лишённую чувств, что хотела лишь какой-то мести. Бонни вытянул руку вперёд, а его пальцы хрустнули, сжимаясь в кулак.       — Эй! Отойди от меня! — поднимал руки наверх и перед собой он, понимая, что опасность становится более реальной, чем он представлял.       Бонни неожиданно ринулся к парню, кое-как передвигая своими ногами. Механические суставы хоть и скрежетали, но работали хорошо. В панике Джеймс схватил ближайший инструмент, что лежал на полке. Гаечный ключ я полетел в сторону игрушки и ударился его металлическую руку. Звук удара раздался по всей комнате, но аниматроник даже не замедлился. Его движения были грубыми, дёрганными, но он не останавливался. Было видно, что он очень хотел навредить Джеймсу, схватить его, прижать к стене. Он с трудом увернулся от очередного прыжка в его сторону.       Сара прижав руку к экрану внезапно поняла, что остался последний способ, который она не проверила. Схватив толстый провод питания, ведущий к панели, она с силой дёрнула его. Искорки сразу пробежали по полу и в воздухе раздался треск электричества. Комната на некоторое время погрузилась в темноту. И вскоре свет снова включился, освещая остановленного на полпути Бонни, что застыл в ужасающей позе хищника. Казалось, что его просто так выключили, и он остался в такой позе. Повисла напряжённая тишина, в которой ни Джеймс ни Сара не могли толком ничего сказать. Отступая назад, они переглянулись.       — Ты смогла, — выдохнул он, глядя на Сару, которая всё ещё дрожала после напряжения.       — Чёрт, — сказала она, медленно отводя руку от провода. — Он больше, чем просто повреждён. Что-то серьёзно не так. Мы должны всё пересмотреть, иначе… иначе это может повториться.       Они стояли рядом с обесточенным аниматроником, осознавая, что впереди у них ещё много работы, и даже больше вопросов, чем было до начала восстановления. Пришлось срочно примкнуть обратно к ноутбуку, просматривая все файлы, которые только могли быть у этого аниматроника. Их было очень много, из-за чего невозможно было ничего толком понять. Всё было очень спутано. Сара отдала просматривать файлы своему спутнику, пока находилась рядом с ним, просто бегая глазами по строчкам. Её руки, как и тело, до сих пор тряслись.       Его пальцы скользили по клавиатуре, пытаясь найти хоть какой-то порядок в хаосе данных. Файлы загружались чертовски долго, каждый из них был частично или на половину повреждён, или же наполнен бесполезным мусором. Ещё немного — и система начнёт перезагружаться от такого объёма информации. Сара сидела рядышком, всё ещё дрожала, взгляд бессмысленно скользил по строкам кода. В голове был полный туман, ей никак не удавалось сосредоточиться.       — Слишком много повреждений. — пробормотал Джеймс, его голос был утомлён от того, что произошло. Он постарался кое-как собрать мысли воедино: — Здесь какой-то фрагмент воспоминаний перемешан с системными данными. Они словно срослись, и это могло повлиять на его поведение.       — И что нам делать? — девушка не отрывалась от экрана. — Мы жен е можем оставить его в таком состоянии. Если Бонни снова активируется без нашего контроля, он может кому-то ещё навредить.       — Эх…       Сара тоже вздохнула, пытаясь собрать мысли. Будто тут всё было не просто так…       — Мы должны найти источник проблемы, — сказала она, твёрдо, хоть голос всё ещё выдавал её нервное напряжение. — Может, его можно отключить на уровне кода. Но для этого придётся полностью изучить его память… Блин.       Джеймс кивнул, хотя понимал, что это будет непростой задачей. Даже очень непростой… Но у них не было другого выбора. Парень выдохнул и закрыл ноутбук. Экран погас, погружая комнату в тусклый свет дежурного освещения. Он оглянулся на обесточенного Бонни, который выглядел безжизненно, словно обычная кукла, лишённая всякой угрозы.       — Я думаю, нам нужно немного отдохнуть, — сказал он, поворачиваясь к Саре. — И мы сейчас так нанервничались… Ничего же не произойдёт, если мы отложим это дело на пару часов, как думаешь?       Сара, до сих пор напряжённая, кивнула. Партнёр был прав. Разум и тело требовали отдыха.       — Да-да, ты прав… И он в таком состоянии никуда не уйдёт. — хихикнула она, бросая взгляд на игрушечного Бонни. Она попыталась сделать так, чтобы тело больше не волновалось.       Быстро выключив всё оборудование, проверив запорные механизмы, они выключили весь свет в мастерской. Сара натянула куртку, пытаясь согреться, несмотря на то, что вокруг было тепло, и они вышли на улицу. Как оказалось, никого нигде не было. Уже и ночь… Все разошлись по домам.       — Здесь рядом было кафе, вроде круглосуточное, — напомнил Джеймс, когда они шагнули в прохладный вечерний воздух. — Пойдём? Перекусим и подумаем, как нам быть дальше.       Девушка кивнула, и они пошли по улице в сторону кафе. Мягкий свет фонарей падал на мокрый асфальт, создавая на земле блики, словно дорожные знаки, ведущие их в сторону вкусностей и отдыха. Воздух был прохладным и свежим, что помогло хоть немного успокоить напряжение, накопившееся за последние часы. Мягкий свет уличных фонарей освещал дорогу, а вокруг царила тишина, позволившая хоть немного отвлечься от недавних событий. Оба понимали, что впереди у них ещё много работы, но сейчас им нужно было перевести дух и собраться с силами, прежде чем вернуться.       Приятный запах кофе и свежей выпечки приятно наполнял воздух. Джеймс открыл дверь, пропуская Сару вперёд. Внутри кафе было тихо — только пара ночных посетителей-сов в дальнем углу, погружённых в свои разговоры. Сара выбрала столик у окна. Пока они ждали заказ, она молчала, глядя на ночной город изнутри. В свете фонарей улица казалась спокойной, почти как будто всё, что произошло несколько минут назад в мастерской, было далёкой и ненастоящей частью их реальности. Но её мысли постоянно возвращались к этой мастерской и Бонни.       — Джеймс. — окликнула наконец девушка его. — Тебе не кажется… Что с Бонни происходит то же, что и с Чикой, Фредди… Или… Это более похоже на что-то другое?       Он задумался, пригубив принесённое горячее вкусное кофе, прежде чем ответить:       — Его поведение не совсем похоже на то, что было с теми, кто на нас нападал ранее. Помнишь? — девушка вспоминала, как они спасались от старых аниматрников у Миллера в бункере. — Как будто внутри что-то пытается контролировать его напрямую, а не просто по коду. Может, у нас сбой программного обеспечения, а может… что-то другое.       Сара нахмурилась:       — Может, дело в данных? Мы видели, как его файлы были перепутаны, словно кто-то или что-то вмешалось в работу системы. Как будто он пытался… что-то вспомнить или передать, но не мог. Как будто в нём кто-то сидит, мешает все «мысли» игрушки.       — Возможно, — Джеймс поставил чашку на стол, задумчиво постукивая по ней пальцами. — Мы ведь толком не знаем, кто работал над ним до нас. Это… Это ведь не просто повреждённая игрушка. Если у него что-то там происходит, есть фрагменты воспоминаний, они могут повлиять на его поведение. Хм…       — Не знаю.       Тишина повисла над столом. Даже далёкие разговоры парочки стали каким-то фоном. На стол вскоре милая девушка поставила по два кусочка десерта: чизкейка и пирога «птичье молоко». Парень задумчиво смотрел в чашку, как будто искал ответ в тёмной гуще. Сара заметила это и хмыкнула, понимая, что он, возможно, думает о том же, о чём и она.       — Слушай… — наконец обратила на себя внимание Сара, немного наклоняясь вперёд, чтобы слова звучали, как признание. — Может быть, нам не стоит лезть в это дальше? Вспомни, что было в прошлый раз… Может и в этот раз что-то ещё выйти из-под контроля.       Она передёрнула плечами. Джеймс будто бы ожидал таких слов… Но в такой ли обстановке? Было странно, что он чувствовал. Напряжение, странное облегчение.       — Возможно ты и права. — вздохнул он. — Не нужно в детективов играть… И не нам выяснять, что с этим чудиком не так. Передадим это кому-нибудь другому.       Сара кивнула, чувствуя, как тело постепенно расслабляется, ощущая силу слов парнем. Она уже устала от того ощущения опасности, что преследовало её последнее время.       — Давай просто завершим ремонт, проверим его, и всё. Без глубокого копания. Если что-то пойдёт не так, это уже будет заботой тех, кто выше нас. И пусть ебутся с этим, как хотят.       — Хорошо. — девушка улыбнулась.       Она больше не хотела брать на себя эту ответственность. Слишком много неизвестного, слишком много риска. Иногда просто лучше остановиться вовремя.       — Тогда завтра закончим и всё, передадим его. Пусть разбираются те, кому нужно. — с решимостью ответила девушка.       Постепенно десерты стали заканчиваться. Милые разговорчики стали заполнять пространство, как и лёгкий игривый флирт. Джеймс улыбнулся, словно камень с души свалился. Это было правильное решение — не пытаться контролировать то, что уже выходило за рамки их обязанностей и опыта.