Октябрьская сказка

Какого это быть в числе тех немногих людей, которым от всего сердца нравится осень? Россия испытывал смешанные чувства с каждым наступлением этой золотой поры, когда природа переодевается в яркие и тёплые цвета, нисколечко не похожие на саму осеннюю пору – холод, слякоть и непередаваемое чувство тоски. Ещё в начала сентября отец со щемящим чувством ностальгии глядел в окно и поведал сыну о том, как ему не хватает осенней беготни по саду и огороду. Когда вся семья собиралась большой толпой, чтобы собрать богатый урожай, порезвиться по убранному полю и сделать несколько веселых фотографий. Про фото он упомянул неспроста, потому что загребущие коммунистические руки добрались до старого фотоальбома, где взгляд и зацепился за сильно выцветившие фотографии: куча задорных ребятишек, кто-то чумазый после проделанной работы, а кто-то с пучком желтых листьев. Пусть фото не ахти сколько, но их достаточно, чтобы растрогать любящего отца. А сейчас уже на пятки наступает октябрь. РФ разделил эмоции отца только частично, ибо со многими братьями и сёстрами потерял родственную связь и перестал так тесно общаться, но вот повздыхать рядом с ним за милу душу. И вздыхать долго не пришлось, так как их тоскующий дуэт посетил Российская Империя и оставшись не впечатлённым увиденным, предложил простой вариант решения проблемы. -Так что же вам мешает устроить лёгкую прогулку по золотому лесу? В прошлое это вас не вернёт, но, недаром, наш народ умеет веселиться даже в не самые ясные времена. – царь мягко улыбнулся, наблюдая сверху вниз за младшими. Вот чудеса, совсем отец и сын внешне не похожи, но как же они одинаково смотрят. -Этого попробуй вытащить на улицу, пока слякотно. – Советы дурашливо взъерошил волосы на макушке сына, который с наступлением холодов сразу облачился в кофту, мешковатые штаны и плед сверху накинул, чтобы ещё уютнее стало. И ведь в доме не так уж холодно, обогрев можно контролировать, просто омеге попросту нравится ходить в такой одежде и никто из остальных жителей дома ничего не имел против подобной прихоти. – Сразу начнёт юзжать. Россия возмущённо замычал, прячась от вражеской атаки. Он любит осень, но именно за то, что во время морозного дождя можно уютненько сидеть дома с чашкой какао и весело хихикать с тех, у кого нет машины. В офис и подавно летает, стоит только салону прогреться. -Счас как по-юзжу! – вредно пообещал младший русский, слегка пихнув коммуниста в бок, но штурм не дал желаемого результат и Союз только победоносно хмыкнул. -Да пущай юзжит, потом самый радостный бегать будет. – позабавлено махает рукой Империя, призывно намекая продолжить разговор на улице. СССР бы и рад отвергнуть предложение батюшки, но шибко приятное оно оказалось, чтобы так просто от него отмахнуться. Альфы переглянулись, и, кивнув друг другу, перевели хитрые взоры на омегу. Тот ещё глубже зарылся носом в мягкий плед, но меньше его сверлить не перестали, и, высунув только глаза да нос, театрально обиженно насупился. -Ироды. Поканючив для вида, Федерация всё-таки первый убежал переодеваться в уличную одежду, но по иронии на улицу вышел самый последний. Старшие его уже ждали, одетые и готовые, и как, спрашивается, они это делают? Время останавливать никто не умел, но эти хитрые морды походу заранее о прогулке договорились. Ишь какие! А канючил РФ зря – погода к началу прогулки раздобрела. Солнышко часто выглядывало из-за мрачных облаков, радуя последними лучиками тепла. Лишь лёгкий прохладный ветерок напоминал о приближающихся заморозках. Троица русских неспешно прогуливалась по лесной тропинке, всё дальше и дальше удаляясь от тёплого дома. Хотя неспешно шли только старшие – младший, подтверждая слова РИ, ускакал вперёд, радостный и довольный, что так распогодилось на улице. Дышалось свободно и хотелось бежать вприпрыжку, особенно после начала небольшой осенней хандры. Мельком заметив движение по дереву, Федерация резко остановился, всматриваясь вдаль. И ведь не показалось, белочка по стволу сосны прыгает, шустро-шустро перебирая лапками. Сразу в голове появилась детское прозвище Беларуси и необыкновенно острое желание сделать красивое фото, дабы показать его сестре и похихикать «Смотри, кого встретил!». Не отводя взгляда, парень потянулся к карману парки, нащупав смартфон. Догнавшие его альфы недоуменно уставились на омегу, который словно кошка на охоте, на цыпочках подходил к определённому дереву, выставив перед собой телефон и высунув язык. Задать интересующий вопрос они не успели – Россия матюкаясь, навернулся в небольшой провал, споткнувшись об прикрытую мхом корягу. Мужчины растеряно хлопнули глазами и метнулись к месту пропажи младшего. Белая макушка выглянула почти сразу и тут же пропала, а вслед этому раздалось куда более осмысленное: «Едрить меня через колено...». Союз присел над корягой, с тревогой глянув на сына и проверяя, не сломал ли тот чего? Зная везучесть своего наследника, коммунист не удивился бы тому, что тот и мизинец сломает, упав на задницу. Федерация комфортненько развалился в ямке, полностью заросшей мягким мхом, который и смягчил не запланированное падение. Смартфон закатился каким-то образом в капюшон парки, видимо, брошенный вверх от неожиданности. Держава расстроено простонал, закатив глаза к верху и заметив, что объект его неудавшейся съёмки уже лихо ускакал вглубь леса. -Ты как, Россия? Не свернул ничего? – позвал омегу Совет, но младший только конвульсивно дёрнулся и плюхнулся обратно, подложив под голову руки. -Тебе помочь встать? – беспокойно предложил царь, изогнув брови. Как бы на руках не пришлось нести омегу домой – альфе несложно, всё-таки носить свою омегу на руках приятно, но явно не по такой причине. -Не-е-ет, всё нормально, я просто нашёл прекрасное место для полежать. – весело отмахнулся парень, перевернувшись на спину. Стало резко плевать, что он лежит на земле и что может запачкаться вполне новая парка. Мягкость мха и этот тонкий аромат лесной свежести, напомнил о беззаботных детских деньках прошлого, когда он также мог валяться с братьями и сёстрами в здоровой куче листьев или том же мхе. В груди затеплились эти воспоминания, отдаваясь неясной мотивацией горы сворачивать или улыбаться по все зубы, уставившись в облака. -Успокоил, - потешно фыркнул Советский Союз, устало подперев голову кулаком. – Вылазь давай, иначе спину застудишь. -Ох, что я слышу? – нарочито удивлённо проговорил монарх, приложив ладонь к сердцу. Советы сперва непонятливо покосился на батюшку, не догоняя причины для такого изумления, но заметив пляшущих чертят в зелёных глазах, запальчиво взъелся, с силой отодвинув от себя собрата в сторону, пряча глаза. -Не смей! Даже не вздумай вспоминать при России о моём юношестве! – запричитал коммунист, настойчиво не желая смотреть на по-лисьи довольную улыбку царя. -Ну что же ты так? Я уверен, твоему сыну очень хочется узнать, каким сорванцом ты был в прошлом, которому не дай боже сказать слово поперёк – обида будет страшная! – Империя продолжал улыбаться, отдирая от себя руку наследника и дабы тот не заткнул себе или сыну уши, держал его за ладонь. – И не менее страшна будет месть! -Россия, я сейчас тресну ему! – взвыл коммунист, размахавшись захваченной рукой, в слабой попытке отцепиться от РИ. А Россия смехом заливался, наблюдая за этой картиной. Редкое зрелище – беспомощный перед Российской Империей отец и раззадоренный царь. Оба мужчины в хорошем расположении духа и дурачатся не хуже самого РФ, криво развалившегося в яме мха. Нашарив смартфон уже для того, чтобы навсегда запечатлеть этот забавный момент препираний между монархом и коммунистом, Федерация ошалело застыл, почувствовав, как ему на голову приземлилось нечто живое. Альфы также сразу заметили странное движение и замолчали, повернувшись в сторону омеги. На белой макушке младшего бесстрашно сидел махонький бельчонок. Зверь заинтересованно дёргал носом, перебирая между собой лапками, словно готовясь вновь прыгать, только теперь в руки одного из альф. Но на удивление малыш никуда не торопился и сидел на голове у РФ, как у себя дома. -И всё-таки ты, Россия, принцесса. – прыснул от смеха Союз, позабыв о препираниях с батюшкой. -Ага, диснеевская. – едва пошевелил губами омега, боясь спугнуть лесного соседа. В голове лишь звенела одна мысль: «Хоть бы кто сфоткал! Белка и Казахстан обхохочутся!».