Любовь с запахом жёлтых листьев

      Кабинет мангаки стоял в полумраке, только настольная лампа помогала распознать предметы в достаточно большой комнате. Рохан размял шею, потянулся и пару минут просто постоял, давая возможность пояснице и спине избавиться от напряжения. Неожиданный взрыв вдохновения волной окатил мангаку, так что ему пришлось поспешно убежать к себе, находу извиняясь перед мужем за сорванный ночной марофон новых фильмов, диски которых сам Джоске взял недавно. Тринадцатый год разочаровывал своим количеством мелодрам, так что решено было взять пару комедий для разнообразия.       Про себя Кишибе уже давно отвесил себе парочку смачных оплеух: в их семье ничто не могло идти по плану. Мужчина спускался тихо, подозревая, что любимый так и не дождался его возвращения и просто-напрото заснул на диване. Тихий вздох прервал усыпляющую тишину, на лице Рохана расплылась тёплая улыбка. Конечно же, так и произошло. Хигашиката Джоске, офицер полиции Морио, повсеместно узнаваемый его защитник тихо сопел на небольшом, но удобном диване, подоткнув под голову край подушки. Бывший идеальным, теперь помпадур походил на гнездо больше, чем обычно.       Электронные часы на тумбочке показывали уже за полночь, неудивительно, что, пришедший с работы, его муж не смог побороть желание прикрыть глаза в доме, полном их совместным запахом. Было так тепло и уютно, что Джоске невольно попался в эту ловушку. Сейчас же Рохану ничего не оставалось, как пойти на кухню за кружками, молоком, какао и зефирками.       Чуть сладкий горячий напиток уже совсем скоро стоял на кофейном столике, испуская приятный аромат шоколада. Тёплые руки нырнули под плечи уставшего полицейского, помогая спящему сесть. Лёгкий поцелуй пришёлся в лоб, переносицу, спустился к уголкам губ. Руки всё ещё лежали на плечах, чуть потряхивая бессознательное тело. Нос Джоске сморщился, брови сместились к переносице, выдавая нежелание открывать глаза.       — Ты вернулся, — немного хрипловатым голосом пробормотал Хигашиката и сонно улыбнулся.       Рохан утвердительно хмыкнул:       — А ещё я принёс какао с зефиром. И уже поставил диск. Даже если ты уснёшь где-то на середине, давай продолжим? Хочу провести с тобой больше времени.       Широкие ладони схватили предплечье мангаки и потянули на себя, загребая в тёплые объятия и укрывая лёгким пледом, что позже, правда, придётся скинуть.       — Включай, — вяло попросил Джоске мужа, укладывая голову тому на грудь.       Мерное сердцебиение любимого ещё больше убаюкивало, так что вскоре мужчина лишь вздрагивал на чрезмерно громких криках в пробелах между тишиной без музыки и словами героев. Он даже не заметил, что грудь его мангаки ни разу не вздрогнула от смешков или даже весёлых фырканий.

***

      Усталый вздох ознаменовал окончание фильма. «Ни разу не комедия, » — с такими мыслями Рохан прикрыл глаза, начав легко массировать веки. Сейчас ему казалось даже плюсом, что Джоске всё-таки уснул — не нужно было слушать разочарованные возгласы любимого мужчины.       Но в данный момент не обсуждение просмотренного фильма являлось первостепенной задачей. Даже если сейчас диван вполне удобный, оставаться так на ночь совершенно не хотелось, тем более, что здесь легко можно было заболеть. В мыслях Рохана крутилось лишь два варианта, как перенести этого разомлевшего парня наверх в спальню, не разбудив его. Возможность совершить такой путь с телом на руках на килограмм 15 тяжелее тебя самого была фантастичной, поэтому оставалось только аккуратно перетащить грузное тело на спине. Мысленно попрощавшись со своей спиной, мангака постарался не тревожить спящего и как можно спокойнее перенести его в тёплую кровать. На удивление, оказалось это не так и сложно, благо тренировки в зале и утренние пробежки давали о себе знать.       Уже лежащего под одеялом Джоске чмокнули в нос и прикрыли дверь, чтобы прибрать посуду, всё так же стоящую на столе.       Через полчаса в доме уже полностью погас свет. Кровать чуть скрипнула, одеяло между двумя людьми сначала натянулось, а потом легло на ничем не прикрытую кожу приятным тёплым куполом.       — Спокойной ночи.