Любовь с запахом жёлтых листьев

       — На небе с утра не было ни облачка, так почему же сейчас погода так испортилась? — бурчал себе под нос бегущий Хигашиката.       На самом деле Джоске просто забыл посмотреть сегодня прогноз погоды, поэтому и не знал, что после обеда польёт сильный ливень. У него ведь были планы на сегодня. Очень важные, между прочим! Каким-то образом спонтанное предложение, что выдал школьник около недели назад, приняли. Предложение о ночёвке. И не абы кто, а сам Великий и Ужасный Кишибе Рохан.       В тот день они случайно столкнулись в продуктовом, что было и правда чудом, так как резиденция Кишибе находилась в совершенно другой стороне от дома Джоске и его школы. За взаимными колкостями они и не заметили, как пришли к дому мангаки, что, как тогда показалось Джоске, огорчённо вздохнул при виде собственного жилища. Тогда и вырвалось это заветное «Было бы неплохо устроить ночёвку у кого-то дома», что сейчас и вело школьника далеко от своего дома. Более того, на неожиданный намёк парень получил неожиданное согласие. Помпадур совсем растрепался, школьная форма вымокла до нитки, а портфель наверняка уже давно не защищал учебники и тетради от воды. Начала виднеться крыша трёхэтажного здания, — резиденции Кишибе — которое ни с чем не перепутаешь. Рохан наказал Джоске быть у него к пяти, не раньше, но вот так «опаздывать» и вовсе не хотелось, ведь сейчас единственным желанием было увидеть этого резковатого мангаку. И почему-то это чувство казалось таким правильным, что замечать его Джоске начал только недавно. Учащённое сердцебиение, взгляд, направленный прямиком на мужчину, желание быть лучшим в его глазах — первые признаки влюблённости, очевидно же!       Из окна дома, что уже был совсем близко, напряжённо выглядывала фигура, но как только макушка Хигашикаты начала виднеться, человек отошёл от окна.       Спустя ещё минуту мокрый школьник, весь запыхавшийся и красный, взобрался на крыльцо дома. Только он захотел постучать в дверь, как её тут же распахнул перед Джоске хозяин дома, втащил за запястье парня внутрь и кинул на голову махровое полотенце. Из-под него выглянули два васильковых глаза, что наблюдали занимательную картину: Рохан достал из такой же мокрой как и портфель спортивной сумки домашнюю одежду и унёс на второй этаж. С небольшим скрипом прогнулась под весом гостя половица.        — Сначала вытрись, а потом поднимайся в ванную комнату, — крикнул ему мангака из, предположительно, бельевой.       Уже в просто влажной форме и с полотенцем в руках Хигашиката поплёлся на второй этаж, где встретился с владельцем дома у двери в ванную комнату:        — Иди погрейся в ванной, — с некоторой заботой произнёс Рохан гостю. — Одежда уже сушится, мокрую форму можешь скинуть в корзину с остальным бельём, полотенце туда же, завтра я закину всё стираться. И не запирайся там, не хочу оставлять тёплую одежду под дверью здесь, — он отвёл немного взгляд, пытаясь сохранить невозмутимое лицо старшего, но изумрудные глаза всё равно ярко блестели.       В голове пронеслось: «Вау, а Рохан-сенсей умеет быть таким внимательным к людям…», — но он, конечно же, ничего так и не сказав, глупо мгыкнул, качнул головой, кажется, себе и потопал за дверь, лишь прикрывая её.       После горячей ванны, что помогла расслабиться и согреться после холодного октябрьского ливня, Джоске увидел на столешнице умывальника небольшую корзинку с одеждой.        — Тёплая, — с улыбкой на губах прошептал сам себе парень, поднося домашнюю футболку к лицу и вдыхая приятный аромат. Сразу же он натянул её на немного влажную кожу, отчего та пятнами прилипла к широкой груди и спине. Серые боксеры и свободные штаны он тоже надел на себя достаточно быстро, вскользнул в стоящие у двери тапочки и вышел из влажной комнаты.       С кухни доносился приятный аромат жаренного с овощами и яйцом риса, за которым и последовал школьник. Живот отдался небольшим спазмом, давая знать, что из-за волнения Джоске просто сам забыл про голод.        — Ты же только из школы пришёл, наверняка голодный, — ухмыльнулся мангака. — Как ответственный взрослый, — на слове этом приятно расслабленное лицо Рохана исказилось в некоторой усмешке над самим собой, — я многое предусмотрел. — мужчина приоткрыл дверцы шкафа и холодильника, где виднелись прохладительные напитки и разного рода сладости.       Под радостные возгласы он накладывал в тарелки ужин, положил перед гостем вторую пару палочек, поставил тарелки на стол, уселся сам и приступил к пище. Ситуация настолько невозможная, что поверить и правда было очень сложно, происходила в тот момент. Два человека, что на дух друг друга не переносили, сейчас ужинали в спокойной обстановке за одним столом.       Ужин прошёл в тишине, при том достаточно приятной. Вскоре из кухни они переместились в гостиную, где поставили диск с каким-то совершенно неинтересным фильмом на фон и начали играть в настолки. Шахматы сменялись картами, игры на внимательность переходили в игры на удачу. Так они просидели в комнате около трёх часов, пока оба не начали клевать носом. Рохан поднялся, потянулся, разминая затёкшие конечности, и направился куда-то на второй этаж. Гость откинулся на спинку дивана, достаточно неудобного, чтобы на нём мог уснуть нормальный человек. Парень прикрыл глаза и погрузился в свои мысли. Одному ему там быть не приходилось, всегда появлялся миражами Рохан. Оказывается, он может смеяться. И не так надменно, как это было летом при игре в кости, а настолько искренне, что малые дети бы позавидовали.       Спустя некоторое время хозяин дома окликнул Джоске из какой-то из комнат. Идти приходилось, опираясь на слух, всё же в большом доме легко было потеряться. Он наконец нашёл нужную, заглянул в неё и часто заморгал. От удивления, конечно. Поднятые вверх широкие густые брови смешно смотрелись с распущенными волосами, спадавшими время от времени на лицо, голубые, цвета моря или неба глаза на пару мгновений проснулись и блеснули восторгом. Это была гостевая спальня, ведь так? Такая широкая кровать, шторы, что не пропускали свет уличных фонарей, в пол, пара прикроватных тумбочек и комод с винтажным английским подсвечником на нём. Даже немного казалось, что комната в некоторой степени обжита, хотя и используют её достаточно редко.        — Спать будешь здесь, — скомандовал Рохан. И не успел Джоске даже рта раскрыть, как мангака начал отвечать на все ещё не заданные вопросы. — Знать, где моя спальня, тебе необязательно, всё равно я встану раньше. Сейчас пойду прибираться внизу, а ты ложись спать, я же вижу, как сильно ты устал. Помогать тебя никто не просит, даже не думай припереться вниз снова, — с такими словами он развернулся на пятках и зашагал к дверному проёму, только вот у самого выхода чуть повернулся. — Спокойной ночи, — прозвучало это достаточно тихо, но Джоске всё услышал. Рохан спокойно вышел из комнаты и притворил дверь, оставляя школьника краснеть одного в комнате. Думаю, так было даже лучше, ведь тот скатился по стенке и в мыслях заверещал, словно свинка на убое. Такое не стоило показывать никому.

***

      За дверью послышались тихие шаги. Мангака заглянул в свою комнату, будто опасался чего-то. И эти опасения не были случайными: на кровати мирно сопел школьник, видя, наверное, уже десятый сон. И на кой чёрт Рохан уложил его спать к себе? Спонтанное решение, конечно. Очень хотелось побыть с предметом воздыхания немного больше времени, честно. Необдуманные решения он принимал уже как пару недель: пойти в магазин, что был рядом с домом Джоске, согласиться на небольшую прогулку до своего дома, согласиться на такое странное для него мероприятие, как ночёвка. Хотя это было и правда весело, держаться на расстоянии давалось достаточно сложно.       Кишибе отогнал от себя эти мысли. Сейчас не до этого. Он максимально тихо заполз под одеяло, чтобы не разбудить гостя, повернулся лицом к нему и в голове представил себе невозможную картину. Да, это были всего лишь лёгкие поцелуи в лоб, в нос, в щёку, но они казались такими желанными и в то же время колкими, до которых дотронуться было нельзя, что у Рохана вызывали лишь презрение к самому себе.        — Кажется, я действительно слаб перед тобой, Хигашиката Джоске, — вздохнул тот, шепча. — И что же мне с тобой делать? — мужчина привстал на локтях и оставил поцелуй на переносице спящего, чтобы тот даже ничего не почувствовал. И снова откинулся на подушки, поворачиваясь спиной к парню.

Во мраке ночи открылись два удивлённо сияющих голубых глаза.