Октябрьская коллекция

      Северус любил чай с лимоном. Это его успокаивало. Не столько из-за компонентов, сколько из-за ассоциаций, но важен ведь был результат. И пусть с Альбусом Дамблдором он во многих вопросах был не согласен, но рядом с ним необъяснимым образом становилось спокойней.       Ещё тогда, в юности, когда осознание вины перед подругой тянуло камнем в пучину отчаяния, Северус доверился директору Хогвартса. Сколько литров чая с лимонными дольками тогда пришлось выпить — не счесть, и пусть ненадолго, но у Северуса появилась вера в лучшее.       После смерти Поттеров вернуться к нормальной жизни казалось немыслимым. Зелья не помогали, даже самые сильные. Алкоголь лишь временно притуплял рвущие на части чувства. Доверять Дамблдору наученный горьким опытом Северус больше не собирался, но отказать в нескольких встречах всё же не смог. В то, что эти душеспасительные беседы могут хоть что-то изменить, Северус не верил, половину сказанного пропуская мимо ушей. Однако после нескольких «чаепитий» результат появился. Хотелось бы списать всё на зелья, добавленные в чай, но будучи Мастером в этой непростой науке, он знал — таковых не было.       А дальше долгие годы преподавания в Хогвартсе, и только чай с надоевшими лимонными дольками под пространные рассуждения директора не позволил тронуться умом.       Убив Дамблдора, Северус впервые сам заварил себе чай с лимоном. В чём была причина, он так и не разобрался: может, нуждался в успокоении, может, хотел почувствовать присутствие наставника — поверить, что не остался один. Причины, в общем-то, были не важны. Весь следующий год Северус только этим и спасался, начиная понимать Альбуса. Впрочем, посетителям он чай не предлагал.       Возвращаться к живым ему не хотелось. Он верил, что исполнил свой долг, точнее, все долги. Но знакомый запах чая с лимоном не позволил отмахнуться от суровой реальности. Глаза с трудом открылись, выискивая причину пробуждения. Ей оказался Гарри Поттер. Он сидел в больничной пижаме в кресле напротив постели Северуса и грел руки о чашку с ароматным чаем. Погружённый в свои мысли, Поттер даже не заметил, как бывший профессор открыл глаза.       Страшный скребущий хрип вырвался из горла Северуса, и Гарри, отставив чашку на тумбочку, пересел на край постели.       — Вызвать врача? — предложил Поттер и, дождавшись отрицательного покачивания головой, продолжил. — Воды?       — Чай… — всё так же царапая горло, прохрипел Северус. — С лимоном.       Что произошло, он не понял — сознание всё ещё было словно в тумане — но Поттер вдруг прижался к его груди и разрыдался. Северус лишь обречённо повернул голову к тумбочке, сил дотянуться до вожделенной чашки у него не было.       Что-то, укрывшееся от его восприятия, в тот день точно изменилось, об этом Северус догадался, когда к нему в палату зачастил Поттер. Тот, пользуясь тем, что Снейп не может ответить, без умолку о чём-то рассказывал и много улыбался ему, Северусу. А ещё Гарри приносил с собой чай с лимоном, и за это получал безоговорочное прощение за всё.       Сразу после выписки Северус получил неожиданное предложение — пожить немного у Поттера. Сам Гарри объяснял это необходимостью постоянного присмотра за поправляющимся, ведь Снейп ещё не восстановился в полной мере. Северус был не против — возвращаться в холодный одинокий дом ему не хотелось, а тут какая-никакая компания.       Дни летели, здоровье приходило в норму, а уходить хотелось всё меньше. За их совместные вечера у камина с чашкой любимого чая Северус бы отдал всё, что угодно.       — Может, посадим во дворе лимонное дерево? — предложил как-то за ужином Гарри.       Северус поднял на него удивлённые глаза. Гарри, видимо, поняв значение своих слов, смущённо отвёл взгляд. Но, подумав ещё немного, уверенно уставился на Северуса, ожидая ответа.       Их отношения многих повергли в шок. Впрочем, до мнения общественности им не было никакого дела, а друзья смирились. Рон даже подшучивал над Гарри, называя лимонное дерево в саду их с Северусом совместным ребёнком и расспрашивая, как те собираются назвать «малыша».       — Северус, — выдернул его из раздумий голос Гарри. — Будешь чай?       — С лимоном, — согласился он.