Тебе, моя одержимость

Я думал, что все тревожные звоночки касаемо Амэи сразу же затихли, стоило только перестать отвергать собственные чувства. Однако девушка, сама того не подозревая, продолжала вызывать совершенно несвойственную мне реакцию на свои действия. Ведьма стояла посреди кухни и внимательно вчитывалась в белую бумажку с рецептом, пытаясь понять, что же всё-таки сделала не так. Страсть многих представительниц прекрасной половины человечества к одежде своих парней никогда особо мне не была понятна, однако сейчас, глядя на растянутую безразмерную белую кофту, свисающую с тонких плеч, и мужские шорты, способные свалиться с бёдер в любой момент, у меня радовался глаз. Это был далеко не первый раз, когда я давал девушкам свою одежду, однако вид ведьмы вызывал у меня никогда не виданный восторг. Милашка. — Ну что за ссаное фурриёбство? — несдержанно выругался тоненький женский голос, вызывая на моих губах беззлобную усмешку. Милашка в квадрате. — Нихуя не понимаю. — Мне стоит сказать: «Я же говорил»? — я обвил руками талию колдуньи, крепко сцепляя пальцы в замок на животе. Голова опустилась на хрупкое плечо, и нос уткнулся в белую футболку. Я сделал глубокий вдох. Чёрт, как же приятно чувствовать её запах на своей одежде. — Не смей. Очередным признаком усиливающихся чувств служило отсутствие раздражённости. Ведьма принесла набор для приготовления десерта со всеми необходимыми ингредиентами. Я сразу же взял в руки рецепт, идущий впридачу с набором, однако Амэя тут же заявила, что он нам не нужен, ведь еду необходимо… Э… Чувствовать. Обычно меня ужасно бесят не самые смышлёные люди, однако заторможенность колдуньи вызывала лишь умиление. Она единственная, кто может столь очаровательно объебываться. Глухой резкий звук, в один момент раздавшийся из духовки, заставил девушку дёрнуться от испуга. Тесто допустило ту же ошибку, что и я пару недель назад — решило позлить Амэю. — Что у вас тут происходит? — с нескрываемым раздражением поинтересовалась Морита у десерта, открывая дверь духовой печи. — Приказа лопнуть не было. Злость в её самой забавной манере заставила меня рассмеяться. Обалдеть можно, ведьма сейчас будет ругаться на безе. Встречаясь с Амэей лишь на выходных, я невольно сделал самые желанные дни недели ещё замечательнее. Не хотелось бы портить картину признанием в собственном мудачестве, однако я никогда раньше не встречался с девушками, учащимися со мной в одной школе. Меня пугала не возможность двадцать четыре часа в сутки проводить вдвоём, а вытекающие из этого последствия. Я опасался, что если мы и правда будем видеться слишком часто, мои чувства могут пропасть, а этого допускать нельзя. Во-первых, потому что она прекрасна. Зачарованный взгляд в открытую любовался колдуньей, которая проводила серьёзную беседу со смесью яиц, муки и сахара. А во-вторых, всё между нами тоже прекрасно. Пакет муки, стоящий на кухонной тумбе, приковал к себе моё внимание. Нет, я не стану этого делать. Амэя и без того не в духе. Хотя… Пытаясь не вызвать лишних подозрений, я аккуратно подошёл к пакету и зачерпнул горсть белой муки. Теперь уже поздно передумывать. — Повернись на секундочку, — как можно ненавязчивее попросил я, после чего Морита посмотрела на меня. Она накрашена. Меня точно прибьют. Без малейших колебаний я резко направил руку в сторону ведьмы, раскрывая ладонь. Белая крупа покрыла собой миловидные черты и легла слоем снега на рыжих волосах. — Ринтаро-кун, — тяжело выдохнув, проговорил крайне твёрдый голос. Девушка на миг замолчала, стирая муку с глаз. — Тебе пиздец. — Нет, — как бы я не старался вести себя непринуждённо, мне всё же не удалось подавить смешок. Теперь ведьма действительно самый сладкий десерт. — Но только если ты меня поймаешь. С этими словами и игривой улыбкой на губах я подорвался с места, пытаясь спастись бегством. Сзади послышались твёрдые шаги и угрозы. Чёрт, то, что происходит между нами, действительно прекрасно. Сила — старший аркан, значение которого чётко отражает картинка. Женщина в белом платье усмиряет грозного льва. Приведённая параллель более чем понятна, однако вариантов трактовки может быть множество. Очень часто карта силы показывает борьбу, страсть, секс. Жизнь многому нас учит, однако некоторые её уроки остаются безрезультатными. Я не хотел, чтобы очередной довольно интересный, согласно сюжету, фильм так и не оставил о себе воспоминаний, поэтому благополучно убрал ноутбук, когда ведьма вновь притянула меня к себе для поцелуя. Первая совместная ночёвка, реализованная благодаря отъезду моих родителей, обещала пройти очень приятно. Я рассчитывал, что мы вместе посмотрим фильм, а потом уснём в обнимку, однако как всё до этого дошло? Звуки поцелуев нарушали кромешную тишину тёмной комнаты. Ситуация была до невозможности схожа с эпизодом в кино, однако сейчас всё ощущалось совершенно по-другому. Более смело из-за отсутствия посторонних и более интимно из-за нас. Собственное тело нависало над девушкой, чьи тонкие руки, лежащие на широких плечах, притягивали меня к себе. Я не смог бы отстраниться, даже если бы захотел. Хотел… Странное слово. Я уже тысячу раз подмечал всю очаровательность Амэи, однако умиление ещё не отбрасывало другую сторону наших отношений. Она была девушкой. Моей девушкой. Вполне логично, что я рассматривал её в данной роли во всех качествах. Она нравилась мне своим характером и вызывала желание своим телом. Идеальное сочетание. В этом нет ничего грязного. Это просто природа. Перенеся центр тяжести на одну руку, я освободил другую от напора на матрас кровати. Сердце билось как отбойный молоток, а долгие чувственные поцелуи делали дыхание обрывистым. Кровь ещё никогда так не кипела в жилах. Ладонь, чуть приподняв край белой футболки, легла на талию. Я впервые прикасался к закрытым женским участкам кожи. Послышался короткий стон, и тонкие руки ещё сильнее притянули меня к себе. Мы начали встречаться совсем недавно, поэтому лишь с большим трудом мне удавалось заглушить внутренние моральные нравоучения. Я беспокоился не за себя, ведь чётко понимал, чего хочу и что мне понравится. Мне просто не могло не понравится. Амэя… У девушек ведь всё совершенно по-другому. Не пожалеет ли она? Не сочтёт ли случившееся спешкой? Моим чувствам к ней ничего не грозит, разве что потом я и вовсе не смогу от неё отлипнуть. Разорвав поцелуй, я поймал на себе недоумевающий взгляд. Ладонь крепче сжалась на тонкой талии, придавая мне уверенности. Всю ответственность я беру на себя. — Я могу продолжить? — шёпотом поинтересовался собственный голос. Пальцы аккуратно поглаживали кожу на недоступном для других участке тела, ненавязчиво намекая, что подразумевают мои слова. — Да, — девушка решительно кивнула, но в карих глазах я увидел тень страха. — Эй, — она доверяла мне. Я тоже доверял себе. Осталось лишь добиться максимального уровня комфорта, успокоив Мориту словесно. — Это также будет и мой первый раз. Я тоже волнуюсь. Если ты передумаешь или почувствуешь дискомфорт, скажи, и я остановлюсь. Договорились? — Договорились, — вторила Амэя, расплываясь в улыбке. Слова больше были не нужны. Её рука нежно надавила на горло, вновь привлекая меня к себе, а моя ладонь проскользнула выше по женскому телу, добираясь до груди. Я был аккуратен и неспешен, полностью отдаваясь моменту. Полностью отдаваясь ей — девушке, в эту ночь окончательно завладевшей моим сердцем.

***

Силуэты различных предметов тёмной комнаты за несколько часов стали настолько знакомы, что я видела каждую деталь даже с закрытыми глазами. Неугомонное сердце продолжало биться со страшной скоростью, не давая мне уснуть. Ватная голова, полностью забитая мыслями, неприятно ныла. Что-то было не так, только что? Взгляд вновь зацепился за широкую обнажённую спину Ринтаро, на которой отчётливо виднелись следы от ногтей. Он мирно спал, повернувшись лицом к стене, а внутри меня кошки неистово скребли когтями душу. Суна был настолько близко, что я могла прикоснуться к нему одним движением руки, но создавалось ощущение, будто между нами огромное расстояние, которое не преодолеть даже на самолёте. Мой первый раз был хорош хотя бы тем, что я наконец-то трахнула Ринтаро. Я вовсе не чувствовала себя использованной, но проблема находилась совсем рядом. Я ощущала себя удобной. Как бы обидно не было это признавать, однако я вновь пошла на поводу ожиданий, рассчитывая услышать до, во время или после секса хоть какое-то признание в чувствах. Отделавшись простым: «Спасибо, что доверилась мне», волейболист, сам того не осознавая, нанёс очередную рану. Он проводил со мной время только тогда, когда сам хотел. Я не разочаровалась в Суне. Одержимость предполагает, что моих чувств всегда будет больше, чем у партнёра, но сейчас во мне больше ничего не осталось. Я отдала Ринтаро свою душу и тело. Ничего другого у меня попросту нет. Я пуста. От этой мысли печальная улыбка заиграла на губах. До невозможности красивые черты лица были спокойны и расслабленны. Смотря на них, во мне последний раз что-то треснуло от боли. Прощаться всегда нелегко, но оставаться здесь, в доме Ринтаро, бессмысленно. Я больше ничего не могу ему дать. Быстро накинув уличную одежду, я аккуратно сложила на стуле домашний комплект парня и сверху бросила записку: «Мне нужно домой, прости, что так вышло. Ключ лежит под ковриком входной двери». Я думала, что ещё какое-то время не буду способна на эмоции, но, открыв входную дверь, замерла от изумления. Огненное солнце выглядывало из-за густого леса. Вся чернота ночи постепенно отступала под натиском ярких красок рассвета. Белый туман гулял по улицам вместо людей, а радостное щебетание птиц сообщало о начале нового дня. Я ощутила всё и сразу: теплоту солнечных лучей на лице, запах утренней прохлады на кончике носа и морозный ветер в волосах. Вся пустота души мгновенно заполнилась совершенно иным, ни с чем не сравнимым чувством свободы. Меня больше ничего не держит. Я счастлива. И моё счастье больше не зависит от Ринтаро.