Как приручить кота

С тех пор как Джисон начал жить самостоятельно, каждое его пробуждение сопровождалось мыслью «почему я?». И это утро не было исключением.       Медленно разлепляя глаза, Джисон приходил в сознание. В голове всплывали обрывки вчерашнего вечера: кот, мужчина-кот... На его лице появилась ухмылка. Давно у него не было таких реалистичных снов.       Чего только не придумает мой больной мозг, чтобы не дать мне расслабиться даже во сне, — подумал он. — Хотя... это всё равно не переплюнет тот раз, когда мне приснилось, как я увлечённо ел острых тараканов.       В соседней комнате послышалось шуршание. Сначала Джисон решил, что это отголоски сна или шум проезжающей машины. Но когда раздалось недовольное ворчание и металлический лязг, его словно выдернули из сна.       Он резко сел на кровати, растерянно оглядываясь.       «Минхо...» — это имя всплыло в памяти, напоминая о ночном происшествии.       Джисон судорожно потер глаза, надеясь, что это всего лишь кошмар, но шум не прекращался. Пришлось признать: ночной гость был реальным.       Подойдя к двери спальни, он осторожно выглянул в коридор.       Минхо стоял на кухне и с важным видом рылся в холодильнике. Его хвост нервно подёргивался, а на лице застыло выражение крайнего недовольства.       — Тебе знакомо такое понятие, как «еда»? — язвительно бросил Минхо, не оборачиваясь. — Я обыскал всю кухню. Думал, ты зарыл запасы где-то, как это делают твои сородичи, но нет. Нашёл только... — Он распахнул дверцу холодильника и оглянулся на Джисона с отвращением. — ...какой-то засохший кусок сыра?       Джисон сглотнул, пытаясь привыкнуть к мысли, что перед ним человек с кошачьими ушами и хвостом, который критикует его скромные запасы. Зрелище было настолько сюрреалистичным, что он замер в дверях, не в силах совладать с сонным оцепенением.       — Я... э-э... моим сородичам? — медленно проговорил он, не успевая за потоком претензий.       Минхо окинул его мрачным взглядом.       — Серьёзно? Тебя волнует только это? Может, стоит завести привычку держать в холодильнике хоть что-то? — Он захлопнул дверцу. — Какой смысл в этой штуке, если ты не собираешься ничего туда класть?       Джисон, ошарашенный таким началом дня, вздохнул и потер переносицу, всё ещё не веря происходящему.       Ему хотелось спросить: «Ты правда существуешь?» — но, глядя на кошачьи уши и хвост, он понял, что вопрос был бы риторическим.       — Знаешь, я вообще-то не ждал гостей, — попытался оправдаться он, пробираясь к плите, чтобы вскипятить воду. — Ты вчера так неожиданно появился...       Минхо лишь закатил глаза.       — Не удивительно. Видимо, заведение питомцев ты продумываешь так же хорошо, как и запасы в холодильнике. — Джисон почувствовал лёгкое раздражение от его язвительного тона, но не стал отвечать. Сейчас не было сил спорить с этим «питомцем».       Минхо, всё ещё с кислым видом, сел за стол и лениво облокотился, изучая каждое движение Джисона так, будто был Гордоном Рамзи, а тот — дрожащим участником «Лучшего повара Америки».       Джисон подавил раздражение, открывая шкафчик в поисках чего-то съедобного.       — Так ты теперь мой питомец? — пробормотал он, вступая в словесную перепалку.       Лицо Минхо сморщилось, словно изюм. Вид злобного типа, который понял, что проговорился, не мог не порадовать Джисона.       — Назови меня так ещё раз, и я нассу тебе в тапки, — прошипел Минхо, и его хвост угрожающе взъерошился.       — Нассышь в тапки — и твоя морда окажется в одном из них! — Джисон поставил на стол две чашки чая. — Пей давай.       Несколько секунд Минхо испытывал его свирепым взглядом, но потом всё же потянулся к чашке.       — Думаешь, раз притащил меня сюда, можешь пичкать меня мутной водицей? — ворчал он и, вопреки своим словам, сделал небольшой глоток.       Джисон цокнул языком.       — Это матча.       — Ага, на вкус как моча.       Джисон закатил глаза.       — Ну извини. У меня нечасто бывают гости, из напитков только это и вода из-под крана.       — Правда? Кто бы мог подумать, — пробормотал Минхо, откидываясь на спинку стула и с насмешкой разглядывая Джисона. — Ты выглядишь как человек, у которого полно друзей!       Слова задели Джисона, но он не подал виду. Вместо ответа он сделал глоток из своей чашки.       — А у тебя много друзей? — неожиданно спросил он, решив перевести разговор на Минхо.       Тот прищурился, словно обдумывая ответ.       — Хм, давай подумаем, — начал он с фальшивой задумчивостью. — Сначала я был человеком, потом стал котом, а теперь живу у тебя. Как думаешь, есть у меня время заводить друзей?       Джисон закатил глаза.       — Итак, ты был человеком, — повторил он, опираясь локтями на стол. — Ты сказал, что тебя прокляли. Правильно?       Минхо приподнял бровь, будто удивлённый такой прямотой.       — А ты думаешь, я шучу? — холодно ответил он. — Да, меня прокляли. Так что не хочу тебя огорчать, но, скорее всего, заговоры на понос абсолютно реальны.       — А кто тебя проклял? — Джисон решил продолжить, несмотря на недружелюбный тон.       Рука Минхо дрогнула, и чашка упала на пол, разливая чай.       Джисон вздрогнул от неожиданности.       — Ты чего? — удивлённо спросил он.       Лицо Минхо исказилось от боли. Он инстинктивно прижимал к груди левую руку, стараясь сделать это незаметно. Его хвост взъерошился и нервно бил по воздуху. Джисон заметил синяк на запястье и лёгкую дрожь в пальцах. Он вспомнил, как накануне Минхо в облике кота хромал и тоже прижимал лапу.       — Что уставился? — ядовито прошипел Минхо. — Никогда не видел, чтобы кто-то так элегантно разбивал посуду?       Джисон молча указал взглядом на запястье.       — Покажи руку, — потребовал он.       — Зачем? — Минхо отдалился, словно загнанный в угол зверь. Его хвост взъерошился ещё сильнее.       — Я всё видел, — Джисон скрестил руки на груди. — Ты же вчера в мусорном баке её повредил, да? Когда упал.       Минхо промолчал, что было красноречивее любых слов. Его зелёные глаза избегали встречи с взглядом Джисона.       — Сиди, — приказал Джисон и направился в ванную за аптечкой.       Когда он вернулся, Минхо всё так же сидел, прижимая руку, но уже без прежней агрессии. Он выглядел уставшим и — впервые — уязвимым.       — Не трясись так, — смягчив тон, сказал Джисон. — И покажи наконец руку.       — Не смей подходить! — зарычал Минхо. — Я предупреждал о тапках!       — А я не шучу насчёт руки, — спокойно парировал Джисон. — Хочешь на всю жизнь остаться с кривой лапой? Ты и так не очень приятный, будешь ещё и уродом.       Минхо замер, явно представив эту унизительную перспективу. Его уши прижались к голове.       — Ладно... — он нехотя протянул руку, смотря в сторону. — Я позволяю тебе это только потому, что хочу, чтобы ты заткнулся. И если ты хоть раз проболтаешься об этом...       — Обоссышь каждый угол в моём доме? — ухмыльнулся Джисон, аккуратно ощупывая запястье.       — Нет! Придумаю что-то похуже! — Минхо вздрогнул от боли, но тут же скривился. — Аккуратнее, идиот! Ты вообще знаешь, как это делается?       — Пошевели пальцами, — прервал его Джисон, накладывая шину.       — А ты не командуй! Ты мне не хозяин! — огрызнулся Минхо, но пальцы послушно шевельнулись. — Видишь? Всё в порядке! А ты раздуваешь из мухи слона!       — Конечно, — Джисон туже затянул бинт. — Просто у слона кости потолще.       Минхо зашипел:       — Ты что творишь? Инвалида из меня сделать хочешь?       — Готово, — Джисон отпустил его руку. — Попробуй пошевелить.       Минхо неохотно подвигал рукой. Боль явно утихла, но признавать это он не собирался.       — Ну... сносно, — он брезгливо осмотрел повязку. — Выглядит убого. Люди больше сил вкладывают в завязывание шнурков.       — Не благодари! — саркастически ответил Джисон.       — Я и не собирался! — фыркнул Минхо, но осторожно сжал пальцы, проверяя, насколько легче стало двигать запястьем. Его уши дёрнулись, когда он осознал, что боль действительно утихла. — Просто констатирую факт. Твои навыки первой помощи на уровне детсадовца, который учится клеить пластырь.       Джисон покачал головой, собирая осколки разбитой чашки.       — Тогда в следующий раз позову свою тётю, — бросил он через плечо. — У неё опыта с капризными животными побольше. Она ветеринар.       Хвост Минхо взъерошился мгновенно. Почему-то такая перспектива его очень напугала.       Внезапно живот Минхо предательски урчал, нарушая тишину. Он замолчал, делая вид, что это не он, а где-то просто квакнула лягушка.       Джисон подавил ухмылку.       — Голодный? — спросил он, поднимаясь. — Могу предложить тот самый засохший сыр... Или... — он сделал паузу, наслаждаясь моментом, — я купил вчера тунца. На всякий случай.       Глаза Минхо сузились до подозрительных щелочек.       — Ты что, пытаешься меня подкупить? — прошипел он, но кончик его хвоста предательски дёрнулся. — Потому что это просто смешно. И... у тебя не получится.       — Ага, — Джисон уже открывал «тайник». — Я просто не хочу, чтобы ты сдох с голоду в моей квартире. Придётся объясняться с полицией.       Он поставил на стол банку с тунцом. Минхо сделал вид, что игнорирует её, тщательно изучая потолок, но его нос непроизвольно вздрогнул, улавливая запах.       — Он что, просроченный? — буркнул он, уже не так уверенно. — И дешёвый. Я чувствую запах экономии на мне за километр.       — Что ж, — Джисон пододвинул банку к себе. — Я давно не ел рыбу. И раз уж ты не хочешь...       — Дай сюда! — Минхо выхватил банку так быстро, что Джисон не успел и моргнуть. Он отвернулся, начиная есть с демонстративным презрением, но уши его были расслаблены, а плечи наконец опустились.       За окном слышалось щебетание птиц. Где-то вдалеке проехала скорая, и этот звук напомнил Джисону ту ночь у мусорных баков. Он взглянул на Минхо, который старательно изображал безразличие, но краем глаза следил, чтобы Джисон не отобрал у него рыбу.       «Почему я?» — снова мелькнуло в голове, но на этот раз без привычной горечи. Скорее с лёгким любопытством.       В конце концов, скучно точно не будет.