ММД

Я укрылся в подвале, я резал Кожаные ремни, Стянувшие слабую грудь. Я хочу быть с тобой, Я хочу быть с тобой, Я так хочу быть с тобой, И я буду с тобой В комнате с белым потолком… (Наутилус Помпилиус – Я хочу быть с тобой)

Сяо Чжань. В следующий раз он пришел в себя уже в темноте. Сколько времени прошло, где он находится, и что произошло – он не знал. Сяо Чжань попытался пошевелить рукой, но не получилось, что-то не давало ей это сделать. Нос щекотал едкий запах чистящих средств. Полежав еще немного, он скосил глаза в её сторону. Помня о невероятной боли, что пронзила его в прошлый раз, Чжань старался сделать все как можно плавнее и медленнее. У него получилось. Глаза, немного привыкшие к темноте, смогли различить крепкие веревки, стянувшие запястье. По ощущениям, вторая рука была также жестко зафиксирована. Поерзав, как мог, Сяо Чжань сделал вывод, что и ноги находятся не в лучшем положении. - Пиздец. – только и смог прохрипеть он пересохшими губами. Холодный ветерок прошелся по его обнаженному (ЧТО!?) телу. - Ты уже проснулся? – раздался веселый добродушный голос. Вспыхнул яркий свет, Сяо Чжань зажмурился. Перед закрытыми веками плясали красные кровавые мушки, водя безумные хороводы истерики и паники. - Что… - Тшш. Помолчи. Вот, попей воды. – сквозь зажмуренные глаза мелькнула тень, поднося ко рту стакан с прохладной водой. – Ну что ты, давай, открой ротик, тебе нужно попить. Сяо Чжань попытался приоткрыть глаза. Бедненькие, им пришлось за короткое время привыкать ко тьме, а потом резко перестраиваться к яркому слепящему свету. Чей-то силуэт склонился над ним. Сморгнув непрошенные слезы, Чжань повторил попытку разглядеть незнакомца, который так упрямо тыкал стакан ему прямо в лицо. Когда же разглядел, то предпочел закрыть их вновь. К такому его жизнь не готовила. На кровати, склонившись в заботливой позе, сидел Кэ Цзинсун и ласково улыбался, будто бы ничего необычного не происходило. - Ну не упрямься, Сяосяо. Попей водички. Это твоя любимая марка минералки. Я специально ездил в наш магазин и купил побольше. - Откуда? Кто…кто ты? - Ууу. Мне грустно, что ты так легко забыл меня, Сяосяо. – притворно надулся полицейский. – Посмотри внимательней, разве ты не узнаешь меня? - Ты? – в голове Сяо Чжаня разрозненные кусочки паззла щелкнули и встали на свои места. – Откуда? - Ты повторяешься. Ну же, Чжань. Посмотри на меня и улыбнись, как в старые добрые времена. – он склонился над распластанным телом, запах мяты и табака забился в ноздри Сяо Чжаня. – Давай! Вместо желаемой улыбки, пленник собрался с силами и плюнул в ненавистное лицо, дрожа от страха и ярости. В его положении – это было единственное, как он мог выразить все свое отношение к происходящему и к человеку перед ним, в частности. Его ночной кошмар, призрак прошлого, зло, воплотившееся в человеческое тело – именно им был мужчина, размазывающий его слюни по своему лицу. - Ты разочаровал меня, Сяосяо. Зайчик мой. Ну ничего, у нас с тобой впереди еще достаточно времени, чтобы наладить наши отношения. – безумный взгляд прошелся по голому телу Сяо Чжаня, а свободная рука, вдумчиво втирала остатки слюны в его беспомощные губы. – Отдыхай. Набирайся сил. Они тебе еще понадобятся. Ах да, если захочешь в туалет, терпи. Ты же помнишь, насколько я не люблю грязь? Дверь захлопнулась, щелкнул замок, Сяо Чжань остался один на один с тишиной в пустой белоснежной комнате. Теперь он мог, насколько позволяло положение, оглядеться. Обшарпанные стены, белый потолок и кровать. С массивными ножками и легким воздушным балдахином, она казалась сказочной принцессой, случайно оказавшейся в плену у жуткого монстра. Сяо Чжань чувствовал жесткие накрахмаленные простыни под своим нежным оголенным задом, этот ублюдок не потрудился укрыть его. Промерзший, с урчащим от голода желудком, испачканным в собственной слюне ртом, он даже представить себе не мог, что ждет его дальше. Что ждет их с Ван Ибо дальше. Сейчас ему оставалось лишь надеяться на чудо. Слезы сами собой потекли из распахнутых глаз: - Ван Ибо! Ван Ибо. Ван Ибо. – точно молитву повторял он до боли въевшееся в сердце имя. *** Ван Ибо. Ему было любопытно, кем он будет в тюрьме? Так вот, он передумал! Он больше не хочет этого знать. Ван Ибо хочет лишь одного – поскорее выбраться из этого гнилого места и никогда в жизни больше сюда не попадать! После «гостеприимной» встречи тюремного следователя со своими псами-охранниками, его, еле живого, закинули в общую камеру к пятерым заключенным. По запаху мочи и давно немытых тел, Ибо сделал вывод, что это не самый комфортабельный номер в данной отеле. Он валялся бесформенной окровавленной кучей в дальнем углу, пытаясь оценить обстановку и выбрать линию поведения. Пока, местные зэки не спешили трогать его, предпочитая делать вид, что его вообще здесь не существует. Пусть и дальше так думают, еще разборок с туземцами ему не хватало. Ибо не торопился, он анализировал повреждения своего избитого тела и пытался прикинуть, насколько сильным был причиненный ущерб. Нужно хорошо все подсчитать, чтобы потом по заслугам раздать все долги. Он нарочно позволил сделать все, что они пожелают. Во-первых, не выдавать себя – это одно из главнейших правил, которому его учили с детства, во-вторых, не стоит давать повод отбросам убить его раньше времени. По ощущениям, сломано ничего не было, кровь и ссадины не в счет. Все же тюремные охранники знают толк в избиениях, они наносят удары таким образом, чтобы не оставить следов, ну или на крайний случай, с целью выставить все, как несчастный случай. Ну споткнулся заключенный, ударился лицом о дубинку, с кем не бывает. Лежать в слипшейся от собственной крови одежде было крайне неудобно, но пока его устраивало. Пока тело отходило от стресса, мозг усиленно работал, пытаясь собрать все кусочки мазаики воедино. Исполнитель дал ложные показания и обвинил его в организации убийства Бай Шана. Почему он это сделал? Скорее всего, у человека, который приказал так сказать, есть точки давления на данного персонажа. Обычно, такими вещами обладают лица, наделенные властью или доступом к конфиденциальной информации. Один из полицейских? Возможно. Он же мог с легкостью достать шнурки из рабочего комплекта для дворников. Не стоит забывать и про убийство сестры Фанфана. Странная нелепая смерть со следами спермы на трупе. Кому и зачем понадобилось так глумиться над бедной девушкой? «Вовремя ты уехал к родителям Сяосяо, Фан Лао» - мелькнула мысль. Сяо Чжань! Как он сейчас? С ним все хорошо? Он остался совсем один, скорее всего, сейчас мечется в разные стороны, пытаясь спасти его. Кстати, о нем. Ван Ибо в последнее время постоянно ощущал чью-то слежку. Нет уверенности, а кем именно следили, но раз убрали его – Ибо, то вероятно, чтобы оставить Чжаня одного. Кому это нужно? Опять вопросы. Так много вопросов и безбожно мало ответов. Ван Ибо сжал зубы до скрипа. Он обязательно во всем разберется. Не может быть иначе! - Где вы моетесь? – он с трудом принял сидячее положение и обвел хладнокровным взглядом своих соседей по камере. - Чего? – тут же взъярился один из них. «Шестерка» - подумал Ван Ибо. - Глухой? Помыться мне надо. - Из толчка помоешься. – не унимался все тот же инициатор собственных травм. - Подойди. – тихо, но внятно скомандовал Ибо. - Ты мне? Ван Ибо лениво махнул рукой, подзывая поближе. Тот двинулся в его сторону. Вальяжно поднялся на ноги и завис над избитым чужаком, слишком наглым, чтобы оставлять такое без внимания. Шестерке очень уж хотелось выслужиться перед своим босом. Поэтому, он засунул руки в карман и занес ногу, приготовившись попинать беспомощное, по его мнению, тело. Не удалось. Не прокатило. Казалось бы, только недавно обессиленный новенький валялся на полу в собственной крови, внезапно выбросил ногу вперед и сделал резкую подсечку, от чего Шестерка нелепо взмахнул руками в попытке удержать равновесие. Пока он изображал из себя милую птичку колибри, чужак ударил его по голени, тем самым заставив упасть на колени перед ним. Ван Ибо прямо посмотрел на притихших людей: - Что ж, давайте знакомиться. Умытый, в чистой одежде, он сидел за столом рядом с босом их камеры и пил крепкий чай. - Так ты говоришь, что знаешь того хмыря, что стуканул на меня? - Да, Ибо, он в соседней камере жил. - Когда прогулка? Хочу с его дружками побеседовать. - Без проблем. Сведу тебя с ними. А ты выполни, что обещал. Мне проблемы не нужны. - Я никого не трогаю, без причины. Да? – Ибо зыркнул он в сторону Шестерки, прикидывающимся предметом мебели. Тот лишь отвел глаза. Прозвучал сигнал на выход. Двери камер разом открылись, выпуская заключенных. Охранники прохаживались мимо, прикрикивая и поторапливая всех выметаться. Милая и уютная атмосфера…нет. Во внутреннем дворе тюрьмы ничего не изменилось. За тем исключением, что теперь Ван Ибо был по эту сторону решетки. - Вон те. – указал его новый знакомый в сторону кучки небритых мужиков, скалящих зубы над пошлыми шутками товарища. Ибо кивнул в знак благодарности и неторопливо начал приближаться к их компании. Со стороны казалось, что смазливый пацан хочет подмазаться к бывалым заключенным, для защиты. Такое частенько происходило в мрачных стенах тюрьмы, никто не удивился, когда к ним подошел красавчик с синяками и кровоподтеками на лице и руках. - Малец, тебе чего? – обратил на него внимание самый здоровый из них. - Дяденьки, не подскажите, как пройти в библиотеку? – решил подыграть Ван Ибо. - Чего? – вытаращились они. - Да что вы здесь все такие тупые? – совсем другим голосом ответил Ибо. Не давая возможности опомниться, он схватил здоровяка и перекинул его через здоровое плечо. Затем вырубил прямым ударом в переносицу кинувшегося было на защиту главаря, оглушил хлопком ладоней по ушам третьего и уселся сверху на поверженного первого, предварительно заломив ему руки так, чтобы он и шевельнутся не мог. - Поговорим? – глядя в упор, спросил Ван Ибо. Все произошло настолько быстро, что никто из присутствующих людей не смог отреагировать должны образом. Теперь они лишь могли молча стоять рядом, делать вид слепо-глухо-немых и внимательно прислушиваться к разговору странного парня с местным главным босом, а это был именно он. В итоге выяснилось. Исполнитель играл роль барыги и мог достать все, что угодно. Делал он это через одного полицейского, какого именно, никто не знал. Но всегда после приезда детектива из пятого криминального отдела у зэков появлялись новые плюшки. В последний раз вместо детектива приехал его помощник. Стоило ему уехать, и барыга тут же подался к тюремному следователю признаваться и давать показания против него. - Говорят, за ним изнасилование малолетки висело, но сюда он попал за кражу. - Ясно. – Ибо поднялся с мужика, отряхнул руки, словно от грязи и обернулся. – Спасибо. Вслед удаляющемуся жутковатому парню смотрела куча охреневших глаз. - Ван Ибо. На выход. – донеслось из открытой двери. - Я не закончил шахматную партию. – спокойно отозвался Ибо, развалившись на подушке и переставляя шахматную фигурку на следующую клетку. - Прошу прощения, господин Ван Ибо за беспокойство, зайду попозже. – глумливо извинился охранник. – Тебя не спрашивают. На выход. Быстро! К тебе пришли. - Я запомнил расположение фигур. – сказал он главному их камеры, поднимаясь и выходя за дверь. Следуя за охранником, он прокручивал в голове, кто же мог посетить его. Сяо Чжань? Ву Бэй? Гадать смысла не было, тем более, что они уже пришли. Зайдя в комнату для свиданий, на удивление светлую и с большим, пусть и зарешеченным окном, Ван Ибо убедился, что к повидаться с ним пришел Ву Бэй. - Что, не меня ожидал тут увидеть? – вместо приветствия попытался пошутить полицейский. - Вы тоже были в моем списке. – не остался в долгу Ван Ибо. – И так, капитан, что вас привело ко мне? Ву Бэй оценивающе осмотрел стоящего перед ним молодого человека. Тот не казался запуганным, сломленным или уставшим. Вполне цветущий вид, на сколько это было возможным в тюрьме. От опытного взгляда полицейского не ускользнули исчезающие следы синяков на лице, но больше никаких отклонений от нормы не выявил. - Смотрю, ты тут веселишься вовсю. - Да уж. В интересное место вы меня отправили, капитан. – Ибо уселся на стул напротив Ву Бэя. – Скучать не приходится. - Надеюсь, ты с пользой здесь развлекаешься. – детектив достал документы, принесенные с собой. – Поделишься, что удалось выяснить? Ван Ибо хмыкнул: - Все же я оказался прав. Господин полицейский ничего не делает просто так. Вам нужен был свой человек в этом месте, не так ли? – Ибо прямо почувствовал, как внутренний Сяо Чжань поднимает голову и начинает говорить вместо него. - Раз ты уже все понял, то давай. Выкладывай. – поторопил его полицейский Ву. - Хорошо. На этот раз, я начну первым. Мне удалось выяснить, что исполнитель, убивший Бай Шана, в данном прекрасном месте исполнял роль барыги, доставал все, что душе угодно местным туземцам. Проворачивал он это через кого-то из полицейских. – Ван Ибо внимательно следил за любым изменением микромимики лица полицейского. – Всякий раз, после вашего приезда сюда, у него появлялись новые плюшки. И еще, он сел за кражу, хотя изнасилование им несовершеннолетней было доказано абсолютно точно. - Не думаешь ли ты, что это я? - Я не думаю, я делаю выводы. Повисла гнетущая тишина. Двое мужчин сверлили друг друга недобрыми взглядами. Первым сдался Ву Бэй: - Я тебя понял. Выясню, кто занимался его делом. - Кстати, вы сегодня один? Где ваш бессменный помощник? – внимательно наблюдая за реакцией, спросил Ван Ибо. - Он взял пару дней выходных. – начал было капитан, но тут же осекся. – Почему ты спрашиваешь? - В последний раз, когда у барыги появились новые вещи для заключенных, Кэ Цзинсун приезжал сюда один, без вас. - Что ты этим хочешь сказать? – напряженным тоном в голосе спросил Ву Бэй. - Не в моем стиле давать размытые вопросы. Пока я просто спрашиваю. – Ван Ибо было сейчас не до шуток. – Вам не удалось выяснить, каким образом шнурки попали сюда из склада домоуправляющей компании? - Возможно, покойный Бай Шан поспособствовал этому и выкрал их при очередной проверке, сейчас уже не разобрать. Ты все равно пока останешься здесь, слишком мало доказательств твоей невиновности. Если бы ты не хранил столько секретов, все было бы проще. – тут у капитана не выдержали нервы. – Слушай, твой Сяо Чжань – пугающая личность. Он нам весь отдел полиции чуть не разнес. Что за черт в него вселился? - Черт пока в нем не бывал, но планирует это сделать, как только вернется домой. – с теплотой в голосе ответил Ван Ибо. - О чем ты? - У вас еще что-то есть для меня? – перевел тему парень. - Нет. Сейчас планировал выяснить на счет шнурков. Потом дам тебе знать. Странные отношения установились между этими двумя: разведчиком в отставке и матерым полицейским. Оба признавали заслуги друг друга, но и равноправия не получалось, каждый пытался подмять другого. Такая своеобразная игра: кто круче. - Успехов. – попрощался Ван Ибо и откинулся на спинку неудобного стула. Его Сяо Чжань. Как же приятно звучат эти слова. *** Сяо Чжань. - Тебе, наверное, интересно, почему только сейчас я пригласил тебя к себе в гости, не так ли? –вкрадчивый ласковый голос звучал прямо над самым ухом, пока его мучитель гладил Сяо Чжаня по голове, вороша шелковые волосы, время от времени натягивая их у корней, так сильно, что у мужчины начинала болеть кожа. – Тшш. Молчи, я по глазам вижу, что любопытно. Сяо Чжаню было холодно, мерзко и страшно. Он не понимал, сколько времени провел здесь. В комнате не было окон, а этот человек приходил, как ему вздумается. - Постирал бы фальшивые занавески и кровь со стен оттер. - прошипел разъяренным котом Чжань. - Зачем? Мне и так нравится, а ты привыкнешь. Ты же легко привыкаешь к новым обстоятельствам. Да, мой милый? – «Кэ Цзинсун» наклонился еще ниже и с наслаждением облизнул бархатную щеку Сяосяо, от чего у того мурашки покрыли все его тело. – Я вижу, тебе до сих пор нравится такое. С удовлетворением произнес мучитель и дунул мятным дыханием прямо в нос. Сяо Чжань закашлялся. - Так мне рассказывать или нет? – с наигранным любопытством спросил он у лежавшего. - Иди на хрен. – ослабшим голосом ответил Сяосяо. - Так не пойдет. Если ты будешь ко мне столь груб, то еды ты не получишь. – резко изменившимся тоном ответил «лейтенант Кэ», наматывая на кулак непонятно откуда взявшийся ремень. – Мне придется преподать урок непослушному мальчику. Острая беспощадная боль, проникающая в самые дальние уголки разума, от хлестких ударов кожаного ремня с тяжелой бляшкой на конце пронзила все существо Сяо Чжаня. Он выгнулся изломанной дугой, пытаясь хоть как-то увернуться, спастись от неминуемого наказания. Изголодавшийся, обессиленный, он не мог понять, как долго его истязали. Казалось, на теле Сяо Чжаня не осталось ни одного здорового места – все горело огнем и кровоточило, превращаясь в мясо. Но этот человек не останавливался, равнодушно и методично вырезая кровавые вечные узоры на бледной коже. - Назови меня папочкой, тогда я остановлюсь. Ну же. – приговаривал он, замахиваясь для очередного раза. – Скажи, мне очень интересно, папочка, почему ты не забрал меня к себе, папочка. Сводящая с ума боль, доводящая до ужаса неизбежность, ощущение ломающихся костей, мокрых от крови простыней - не давали сосредоточиться и как следует подумать над ответом. Все, что сейчас хотел Сяо Чжань, чтобы это прекратилось. Хоть на мгновение. - Пожалуйста. Прекрати. – опухшим языком еле выдавил он из себя. - Не правильный ответ. Плохой мальчик. – новый удар, еще более безжалостный настиг исполосованное тело. - Мне очень интересно, папочка, почему ты не забрал меня к себе, папочка. – наконец сдался Сяо Чжань. Он презирал себя за это, за свою слабость, за бесхарактерность, но ничего не мог с собой поделать. Этот человек всегда внушал в него ужас. Чжань знал, что не справится с ним, не убежит от него, как сильно бы он не старался и не желал этого. - Вот и хорошо. Молодец. А то я уже начал сердиться на тебя. Удары прекратились, Сяо Чжань закашлялся, выплевывая изо рта сгустки крови. Довольно усевшись на постель и поставив миску с водой рядом для обтирания, начал мурлыкать «Кэ Цзинсун»: - Раз ты меня так сильно просишь рассказать тебе, то я, пожалуй, расскажу. Дело в том, что ты, негодный, спутался с этим дворником. –– его голос задрожал от ярости, и он с силой надавил на одну из образовавшихся ран, так сильно, что слезы брызнули из глаз Сяосяо с новой силой. Тот вытер их двумя пальцами и смачно их обсосал. – Когда я тебя нашел, этот мерзкий Ван Ибо все время крутился вокруг тебя, мой дорогой. Представляешь, как мне было грустно? Я мог лишь издалека наблюдать за тобой. Как же хорошо, что теперь нам никто не мешает, не правда ли? Сяо Чжань молчал, у него не осталось сил. - Я задал вопрос, будь добр, ответить мне. – начал опять заводиться «полицейский Кэ» - Да. – одними губами, переступая через себя, ответил Сяо Чжань. Это человек довольно погладил его по голове и поднялся с постели. - Ты пока полежи тут, а папочка принесет тебе новые чистые простыни и покушать. Я специально приготовил вкусняшку для тебя. Никуда не уходи. – уже где-то у входа донесся его голос. Свет выключился и Сяо Чжань вновь погрузился в беспросветную тьму. *** Ву Бэй. Ву Бэй вел машину обратно в город и размышлял над разговором с Ван Ибо. Что же получается? Этот свидетель и правда дал ложные показания, чтобы не угодить за одну из самых стремных статей? Вот урод. Полицейский остановился перед светофором и похлопывал по рулю. Да еще и темная история с его помощником, Кэ Цзинсуном. Детектив даже не подозревал, что тот один, без него посещал тюрьму. - Интересно, сколько таких визитов у него было? – вслух произнес он, набрая нужный номер. Включилась умная система в машине и гудки раздались по всему салону, через пару секунд ожидания ему ответили: - Господин Ву, лейтенант Кэ слушает. - Цзинсун, привет. Ты как, отдохнул? - Да, спасибо. - Отлично. Больше не бери выходные в самый разгар расследования. Понял? - Так точно. – голос подчиненного был спокойным и расслабленным. - Ну и молодец. Слушай, до меня дошла информация, что ты посещал тюрьму без меня, не подскажешь, зачем? – задал вопрос капитан, как раз проезжая мимо района, где располагался злосчастный элитный жилой комплекс. - Виноват. - Ладно. Завтра жду на работе, там и поговорим. Отключаюсь. – повесив трубку, Ву Бэй решил проверить сам слова своего помощника и завернул к нужному дому, он захотел лично проверить Сяо Чжаня. Полицейский был человеком чести, и чувствуя вину перед Ван Ибо, решил пока присмотреть за близким человеком парня, которого самолично посадил за решетку. Человеческая совесть – удивительная вещь, иногда хватает одного хорошего поступка, чтобы в своих собственных глазах выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле. Поднимаясь на лифте, он не мог отделаться от ощущения чего-то неправильного. Полицейская чуйка, с которой не рождаются, а приобретают с опытом многолетней службы, стучала в усиленно работающий мозг, подавая сигналы, а к этим сигналам Ву Бэй привык прислушиваться. На звонок в дверь никто не отозвался. Приложив ухо к двери, детектив, кроме тишины, ничего не смог услышать. - Абонент временно недоступен, попробуйте перезвонить позднее. – ответил женский механический голос. - Таак. – задумчиво протянул детектив, набирая номер своего помощника. - Капитан Ву Бэй? Еще раз здравствуйте. – голос в трубке по-прежнему звучал спокойно и уверенно. - Кэ Цзинсун, забыл спросить, как Сяо Чжань? Ты его без происшествий тогда довез? - Да, он дома, все хорошо. - Точно? Набираю ему, а у того недоступен абонент. – стараясь сохранять спокойствие, произнес капитан Ву. - Может, разрядился? – ответил «Кэ Цзинсун» крутя в пальцах выключенный телефон своего Сяосяо. - Может. Ты его больше не навещал? - Никак нет. - Принято. – Ву Бэй задумчиво повесил трубку и внимательно осмотрел запертую дверь. Потоптавшись еще немного около неё, полицейский подошел к соседней двери. - Добрый день, это детектив полиции капитан Ву Бэй. – в ответ на щелкнувший замок быстро отчеканил он. – Не могли бы мы с вами поговорить? - Здравствуйте, чем могу помочь? – дверь открыла миловидная девушка. - Хотел узнать о вашем соседе, Сяо Чжане. Вы давно его видели? Девушка задумалась: - Хм, и правда. Знаете, я работаю из дома и почти не выхожу, однако, мы почти каждый день с ним сталкиваемся возле мусорного бака, когда выносим мусор, но последние несколько дней я его там не видела. - Может, вы замечали полицейскую машину? - Нет, никого такого не видела. – девушка покусала ноготь большого пальца, о чем-то размышляя. – Но, знаете, пока вы не спросили, я не вспоминала. Но в последний раз, когда я его видела, он бегал по коридору и кричал, что поедет в полицию разбираться с чем-то и грозился кого-то убить, воскресить и натянуть глаз на, извините, попу. Понятия не имею, о чем он. Но я тогда вышла из квартиры, обеспокоенная шумом, и попросила его зайти ко мне в гости, после того, как он закончит кого-то там натягивать. Все же, они с нашим дворником известные личности, их много, кто здесь знает. Она разулыбалась, видимо, вспоминая что-то. - Понятно, спасибо за информацию. – поблагодарил Ву Бэй и в задумчивости вышел к машине. Безрезультатно набрал еще раз номер Сяо Чжаня и резко крутанул руль. Он возвращался обратно в тюрьму. Полицейская чуйка уже не подавала сигналы, она орала во все горло. Доехав до половины дороги, Ву Бэй притормозил. Не стоит гнать лошадей и торопиться. Нужно обдумать каждый свой шаг. Если он сейчас расскажет Ван Ибо о пропаже Сяо Чжаня, то тот может сделать что-то очень необдуманное, вплоть до побега. - Нет. Тут нужно действовать аккуратно. – кивнул сам себе полицейский и, в который раз, крутанул руль. Нужно выспаться и привести мысли в порядок. Утро нового дня началось со сильного снегопада. Снег будто бы ждал нужного момента, именно тогда, когда Ву Бэй спешил на работу для встречи со своим подозрительным помощником. Кто бы мог подумать. Кэ Цзинсун поступил к нему на службу через несколько лет после своего выпуска из юридического, где и чем он занимался эти годы – никто не знал, да и любопытно не было. Всегда собранный и спокойный новичок тут же привлек всеобщее внимание. Ему пророчили большое будущее, но тот, почему-то не проявлял интереса к карьере, наоборот, всегда старался быть позади своего более опытного напарника. Он нравился Ву Бэю, и тот не задумывался, почему вместо того, чтобы идти в более престижные отделы, Кэ Цзинсун пришел именно к ним. Есть ли свзяь между Ван Ибо, Сяо Чжанем и его помощником? Это еще предстояло выяснить детективу. - Доброе утро. – отвлек от размышлений знакомый голос. Ву Бэй как раз вышел из машины и собирался с мыслями, меся черный от дорожной грязи снег под ногами. Капитан обернулся, он посмотрел на своего помощника по-новому. Почему он никогда не замечал странный ненормальный блеск в его глазах, затаившийся где-то в самой их глубине? Знакомые черты лица сейчас притягивали, заставляя рассматривать более пристально, более внимательно. Исследуя лицо лейтенанта Кэ, капитан Ву вдруг рассмотрел едва заметный шрам возле уха, не сдержавшись, он бесцеремонно ткнул туда пальцем: - Откуда он у тебя? - Вы про что? Ах, про это. – с улыбкой потрогал шрам Кэ Цзинсун. – Кто в наше время не балуется пластической хирургией? Не обращайте внимания на мелочи, капитан. «Этот мальчишка смеет мне указывать!» - с возмущением подумал полицейский на мужчину, которому уже было за тридцать. - Что вы здесь делаете? Почему не заходите? – спросил помощник, указывая на вход в отделение полиции. - Любуюсь снегом. Не находишь, это удивительное явление в городе. Посмотри. – Ву Бэй показал на серое небо. – Белоснежные девственные снежинки кружатся в воздухе, тихо падая на землю. – согласился с ним Кэ Цзинсун. – Достигая земли, они становятся грязными, черными и опороченными. Поэтому я не люблю белый цвет, хотя он меня и завораживает. Белый так легко испачкать, запятнать. Ну что, пойдем? Резкая смена настроения человека, стоявшего рядом, заставила Ву Бэя настороженно сделать шаг назад, подальше от него – нечто зловещее сквозило в его голосе. Но встряхнувшись, как служивый пес, детектив решительно направился к стеклянным дверям полиции. В конце концов, он бесстрашный капитан полиции, посадивший множество ублюдков. Отбросив все мысленные метания, он перешел на деловой лад: - Значит так. Сейчас идем к прокурору и подаем запрос на перевод Ван Ибо из тюрьмы к нам в участок. - Зачем? - Если я говорю так делать, то ты не спрашиваешь, а исполняешь. Понятно? - Так точно, господин капитан. *** Сяо Чжань. - Сегодня капитан, этот чертов параноик, спросил меня о моем шраме. – любовно поглаживая свежие, только запекшиеся кровью, шрамы на теле Сяо Чжаня, ласково проговорил «Кэ Цзинсун». – Наверное, тебе тоже любопытно, откуда они. Ты же не узнал меня, глупый. Сяо Чжань уже не возражал, он просто молча терпел боль и унижение. Время перестало иметь значение. Прошлое, от которого так долго и старательно убегал, вернулось. Он уже не был взрослым писателем, выпустившим несколько книг, среди которых был один бестселлер. Сяо Чжань вновь стал глупым наивным студентом, послушно следующим за Ним. Ему не нужно было видеть кошмары во сне, он жил в них. Постепенно начиная получать удовольствие от них. Человеческая психика устроена интересным образом. Если она не в силах противостоять агрессивным внешним обстоятельствам, то начинает пытаться принять беспощадную реальность за норму. Все это нужно для того, чтобы человек окончательно не сошел с ума. - Если назовешь меня папочкой, то я, так и быть, расскажу тебе. – ковыряясь пальцем в одной из ран, от чего она начала кровоточить, кокетливо предложил Он. - Хы. – борясь с болью, только и смог выдавить из себя Чжань, глотая слезы. Он знал, Ему не нравится видеть, как он плачет. - Не правильно, глупенький. Скажи четко и внятно, как мы учили. – нажим пальца на рану стал сильнее. Сяо Чжаню показалось, что тот проникает в мясо его собственного тела, роя среди мышц и сухожилий глубокую яму. - Папочка, расскажи мне пожалуйста. – губы, без ведома Сяо Чжаня, сами произнесли эти чертовы слова. - Потому что ты дурачок, Сяосяо! – искренне весело рассмеялся «Кэ Цзинсун». – Ну а если серьезно, то я сделал пластическую операцию. Знаешь, кто её делал? Наш старый знакомый, который сейчас кормит червей, Гу Танзин. Помнишь такого надоедливого дядьку? Бесполезный человек. Он посмел мне угрожать, он угрожал нашему с тобой счастью, малыш. Когда я прижал ту суку на крыше, он, видите ли, узнал меня. Пфф. Еще одна никчемная пустышка. Ей всего лишь надо было закончить редактировать твою рукопись. Сначала она согласилась, но узнав кто автор, попыталась отказаться от работы…дура. Кстати, она тоже лежала здесь. Он похлопал по кровати. Его рука медленно переместилась с простыни на бедро Сяо Чжаня, поднимаясь выше по оголенной коже, пальцы щипали и ласкали нежную часть, принося боль и наслаждение одновременно. - Мой хороший, мне так понравилась твоя рукопись, которую ты оставил мне вместо себя. – Его рука сжала до синяков искореженную плоть. – очень хотелось сделать тебе подарок и преподнести уже готовую к печати книгу, но эта тварь все испортила! Она посмела сбежать, стоило один раз потерять бдительность. Но не волнуйся, мне было очень весело загонять её, словно крысу, на крышу и наблюдать, как она в истерике сигает с неё. Неужели я такой страшный? «Лейтенант» подпер щеку рукой и заглянул в глаза Сяо Чжаню. - Пришлось срочно импровизировать и дрочить на её труп, чтобы пустить следствие по ложному пути. Видишь ли, я полицейский. – он мерзко хихикнул. – Знаю, как сделать все в мою пользу. Но не волнуйся, я дрочил на неё без удовольствия, только из-за необходимости. Ты же вознаградишь меня? *** Ван Ибо. Он сидел в своей душной камере и думал о вечном: о Сяо Чжане, о смерти и любви, об ответственности и легкомысленности, о дружбе и предательстве. Ну настроение у него было такое. Ничто не помешает человеку предаваться размышлениям. Товарищи-сокамерники мирно играли в карты на пинки, конечно выигрывал исключительно их авторитет. Каждый раз, когда начинался новый кон, он с опаской оглядывался на Ван Ибо и в его глазах читалось: «Не играй! Иначе мне придется тебе проиграть.» - больно надо, Ибо не собирался вживаться в роль могущественного зэка, ему всего лишь надо было дождаться благополучных известий от Ву Бэя. Конечно, быть зависимым от кого-то, кроме себя – не в духе Ван Ибо, но иногда, он знал, стоит проявить гибкость характера и извлечь максимум полезного из сложившейся ситуации. Послышался щелчок замка и строгий голос охранника скомандовал: - Заключенный Ван Ибо, на выход. - Ну, ребята, – он поднялся со своего престижного, по меркам их камеры. – Мне пора. Не скучайте. Он вальяжно неторопливо вышел вслед за пришедшим и двинулся по уже знакомым коридорам тюрьмы. Уже несколько дней он выжидал. Постарался расслабиться и плыть по течению. Больше никто не проявлял к нему никаких признаков враждебности, кормили регулярно. Оставалось просто ждать. Наконец, этот день настал. Сегодня Ву Бэй должен будет рассказать ему новую информацию и пролить свет на некоторые белые пятна. - Ван Ибо. – с порога, как только тот зашел, начал Ву Бэй. – Ты только не волнуйся. - Когда так говорят, это производит противоположный эффект. - Напрягся Ван Ибо. Разглядывая полицейского Капитан выглядел не лучшим образом. Помятый, с синяками под глазами – видно было, что человек много работал и мало спал. - Значит так. То, что я тебе расскажу недолжно тебя расстроить или побудить на необдуманные поступки. Ты понимаешь? – пытаясь подготовить к плохим новостям, начал Ву Бэй. - Выкладывай…те, капитан. Я готов. - Сяо Чжань пропал. - Не понял. Еще раз. – у Ван Ибо засосало под ложечкой, мышцы лица напряглись и он стал похожим на дикого льва, готового бросится на свою добычу. - Ван Ибо, ты только не волнуйся. – на висках у капитана полиции непроизвольно выступила легкая испарина, а в голове стучала трусливая мысль: «Не убивай меня!». – После нашего прошлого разговора я поехал к Сяо Чжаню, проверить его и рассказать о тебе, чтобы он не беспокоился, как и обещал ему. Однако, дома никого не оказалось, соседи его тоже давно не видели, а телефон у него выключен. Тогда я позвонил Кэ Цзинсуну и спросил, где Сяо Чжань, тот ответил, что он дома и с ним все хорошо. - Капитан Ву Бэй. Вы понимаете, ЧТО сейчас мне говорите и про кого? Если бы сейчас кто-нибудь зашел внутрь комнаты для свиданий, то очень бы удивился. Заключенный допрашивал полицейского, а тот послушно выкладывал информацию. - Значит, Кэ Цзинсун. – протянул Ибо, пытаясь сохранить остатки разума и не начать херачить все прямо сейчас. - Да, я проверил. Он делал пластическую операцию. Исходя из логики происходящих событий, я поднял записи покойного Гу Танзина и нашел тайный архив у него в поликлинике, оказывается, то время от времени промышлял такими подпольными операциями. Очень помог его личный дневник, как я раньше не обращал внимания на такую важную улику? Все потому, что помощник Кэ утверждал, что он уже его проверил и там нет ничего интересного. – он уронил голову на свои руки и немного побился о стол. – Кто мог подумать, что этот тихий человек, товарищ по службе, окажется с двойным дном. Ладно! Я доказал твою невиновность. Выбил из исполнителя сведения о том, что Бай Шан нарочно тебя позвал к нему в тюрьму. Прокурору я, естественно, этого не говорил, но Кэ Цзинсун заставил того позвать тебя, а потом приказал барыге убрать его в нужное время. Приказ о твоем освобождении под подписку о невыезде я уже передал начальству тюрьмы, так что собирайся и поедем. Нам надо проследить за лейтенантом Кэ Цзинсуном и найти доказательства его причастности ко всем преступлениям. Ты бы знал, как тяжело мне далось продолжать нормально общаться с ним. Ван Ибо стремительно перетек из сидячего положения на ноги и потряс наручниками перед глазами Ву Бэя: - Я готов. Поехали. - Тебе не нужно попрощаться или собрать вещи? – уточнил полицейский, расстегивая стальные браслеты. - Все, что мне нужно, у меня с собой. – ответил Ибо и зло усмехнулся. По спине капитана пробежал холодный озноб, хотя в помещении было тепло. Аура этого человека потрясала и подавляла одновременно. Они вышли и быстрым шагом направились прочь из этого гнилого места. За решетчатым забором собрались, казалось, все знакомые и незнакомые местные обитатели. Как новость о том, что Ван Ибо освобожден и уезжает разнеслась по всей тюрьме – неизвестно. Факт остается фактом, провожать красивого статного молодого мужчину вышли абсолютно все. Люди молча смотрели вслед удаляющимся фигурам и не знали радоваться им или нет. Пока здесь был этот заключенный никто не пытался проявлять агрессию, завоевывать место под железным солнцем и не лез вперед. Видимо, сейчас все вернется на круги своя. Колеса машины резво бежали по дороге, солнце выглянуло из-за туч, впервые за долгое время. В воздухе чувствовалась свобода. - Сейчас мы поедем ко мне в отдел, там как раз не будет Кэ Цзинсуна, и сориентируемся, с чего начать в первую очередь. Нужно собрать такой материал, чтобы ни одна муха не подкопалась. В делах, где замешаны полицейские всегда полно сложностей. – выруливая на шоссе рассуждал Ву Бэй. – Не волнуйся, мы спасем Сяо Чжаня. Но это надо делать осторожно, чтобы не спугнуть раньше времени этого, прости господи, лейтенанта. Ван Ибо вдохнул свежий морозный воздух полной грудью и вырубил одним ударом полицейского. - Прости, капитан. Но мы поступим по-моему. – перехватывая руль из ослабевших пальцев, проговорил он. Остановившись на минуту на обочине и перетащив безвольное тело на заднее сидение, Ван Ибо пересел на водительское место, покопавшись в бардачке, он нашел нужный адрес. Машина резко газанула с места и быстро скрылась в дорожной пыли. *** Сяо Чжань. Ван Ибо. «Кэ Цзинсун». Валяясь на белоснежных чертовых простынях, он баюкал свою сломанную руку. Он посмел сопротивляться. Сяо Чжань из последних сил отбивался от цепких холодных рук, раздирающих на нем кожу, раздвигающих ему ноги и больно вонзающихся в беззащитную плоть ногтями. «Кэ Цзинсун» все же получил свою награду. Потом он приходил еще несколько раз и все повторялось. Кошмарный круговорот. О нем по-своему заботились. Кормили с ложечки, обтирали чистыми салфетками, обрабатывали новые раны, меняли окровавленные простыни на новые. В какой-то момент Сяо Чжань поймал себя на мысли, что радуется приходу этого чудовища. Ведь тогда зажигается свет. Все всегда происходит при ярком, бьющем в глаза электрическом свете. Это монстр любил рассматривать его тело, любовно оглаживая каждое увечье, оставленное им же. Сяо Чжань перестал надеяться на спасение. Сколько бы он ни ждал Ван Ибо, но тот не приходил. Сяосяо пытался узнать у Него, но он лишь ухмылялся и говорил, что у Ибо сейчас другие заботы и нужно забыть о нем. Все бесполезно. Он решил просто подчиниться, так хотя бы будет меньше боли. Душевная боль не в счет. Теперь он навечно обречен находиться в этой тьме. Беспросветной и нескончаемой. Видимо, это его судьба, а от нее не убежишь. Вспыхнул свет, хлопнула дверь, в лицо полетели вещи. - Одевайся. – скомандовал ему злой «Кэ Цзинсун». - Что случилось? – пытаясь подняться таким образом, чтобы не навредить сломанной конечности, спросил Сяо Чжань. Хлесткая пощечина откинула его обратно на постель, рука неудобно подогнулась и тело выгнулось дугой от новой раздирающей боли. - Я разве сказал задавать вопросы? – прошипели над ухом и потянули за ногу вниз, на пол, словно мешок с картошкой. Затылок столкнулся с бетонным полом и Сяо Чжань потерял сознание. Ван Ибо припарковал машину за несколько домов от нужного ему. Тихая милая улица частного сектора. Скорее всего, соседи жильцы соседних домов даже не подозревают, КТО живет с ними рядом. Прокравшись до низкой ограды, он прислушался. Посторонних звуков не было, света в окнах тоже. - Повезло. – деловито произнес Ван Ибо, наматывая на кулак железную цепь, что нашел в одном из ближайших дворов, мимо которых проходил. Приготовившись, молясь, чтобы Сяосяо был еще жив, Ван Ибо резко выпрыгнул из своего укрытия и разбил окно. Сейчас нужно было действовать быстро и стремительно, чтобы этот урод не смог среагировать должным образом. Ибо бесчисленное количество раз проникал и захватывал чужие дома с холодной и спокойной расчетливостью, но сегодня было исключением – там находился человек, потерять которого он боялся больше всего в жизни. Дом встретил его пустой тишиной, уютное убранство могло бы кого угодно ввести в заблуждение, но только не его. Ван Ибо точно знал, что и кто здесь находится. Замедлившись на мгновение для оценки обстановки, он понял, что нужно искать потайную дверь или вход в скрытую комнату. Не будет настолько осторожный человек, если его можно назвать таким, держать свою жертву на виду у всех. - Где же она? – лихорадочно обшаривая все уголки в доме, чувствуя, как необходимое время утекает сквозь пальцы, взмолился Ван Ибо. Наконец, его поиски увенчались успехом. В спальне, за шторой он обнаружил скрытую деревянную дверь. Схватив первое, что попалось под руку, более-менее подходящее для взламывания замков, он без проблем открыл старый замок. Дверь открылась и перед Ван Ибо появилась темная бетонная лестница, ведущая куда-то вниз. Бесстрашно ступив на её ступени, он в одну секунду преодолел все расстояние, оказавшись перед еще одной дверью. На этот раз железной и массивной. К удивлению Ибо, она была приоткрыта, а из небольшой щели света тянулся затхлый воздух, насыщенный кровью и чем-то еще, по запаху напоминающим человеческие жидкости. Приостановившись перед ней, сделав глубокий вдох, едва удержавшись от кашля, он распахнул её. - Ты быстро. – встретил его насмешливый голос, пока глаза быстро привыкали к яркому свету. – Не ожидал. Похвально. Сделав шаг в сторону, так, чтобы в поле его зрения попадало абсолютно все помещение, Ван Ибо задохнулся от увиденного. Ворох одежды, валяющийся на массивной кровати под балдахином, грязная стена, увешанная фотографиями и вырезками из газет, ухмыляющийся ублюдок и безвольно лежащий у его ног сломанной куклой Сяо Чжань. Кровавая пелена застлала глаза Ван Ибо, ноздри расширились, руки сжались в кулаки, а из глотки вырвался звериный рык. Он сделал медленный шаг в сторону «Кэ Цзинсуна». Тот предвидел это, быстро присел на корточки возле лежащего без сознания Сяо Чжаню, приподнял за волосы и поднес лезвие опасной бритвы к бледной шее: - Еще хоть одно движение и наш птенчик пострадает. – будто бреющие движения, улыбнулся мужчина, внимательно наблюдая за застывшим каменным изваянием незваным гостем. – Мы же не хотим этого, не так ли? Давай лучше поболтаем, незаметный наш. А я уж беспокоился, зачем этому старому хмырю понадобилось отправлять меня сегодня следить за карманником, оказывается, вы с ним спелись и решили напасть вот так исподтишка. Как низко, Ван Ибо. Я был о тебе лучшего мнения. - Отпусти его. – внимательно следя за каждым движением бритвы у горло его любимого, попросил Ван Ибо. - Ты недостаточно учтив, Ибо. Тебя разве в детстве не учили, как нужно разговаривать со старшими? Ах да, ты же у нас сирота. Я узнавал про тебя, майор Ван. Интересная жизнь, я бы сказал, ужасающая. Сяо Чжань знает, скольких людей ты убил? Нет? По взгляду вижу, что нет. Вот этим мы с тобой и отличаемся, Ван Ибо, господин военный разведчик в отставке, я никогда не врал Сяосяо, чего не скажешь про тебя. – он с наслаждением лизнул мочку Чжаня. Воспользовавшись мимолетной потерей к нему внимания, Ван Ибо рванул с места, но был остановлен предупреждающим движением руки. - Ты что это тут вытворяешь? – сильнее стиснул волосы «полицейский» и прижал бритву так, что струйка крови начала сочиться из-под нее. – Брось каку из руки, пока я добрый. Ван Ибо заново оценил обстановку и решил изменить свое поведение соответственно моменту. Он плавно опустил намотанную цепь на пол, присел на корточки и попытался дать понять – он расслаблен и не собирается что-либо предпринимать. - Так-то лучше. – с удовлетворением кивнуло существо, по ошибке называемое человеком. – Сяосяо не рассказывал обо мне? Нет? Как обидно. Мы же из одного сословия, с единственной разницей: его родители еще живы. Тебе не место рядом с ним, безродное отродье. - Может, я и отродье, но не держу никого в плену и не измываюсь над людьми. – стараясь сохранять спокойные ровные интонации ответил Ибо. - Да ладно? Вот ни за что не поверю, что ты никогда не пытал своих жертв. – почувствовав, что ситуация полностью под его контролем, «Кэ Цизнсун» немного ослабил хватку. - Какой твой любимый способ? Тут Сяо Чжань, до этого находящийся без сознания, вдруг распахнул свои глаза, уставился невидящим взглядом на Ван Ибо, замычал от страха и заскреб ломкими бледными пальцами по своей шее. «Кэ Цзинсун» отвлекся, пытаясь взять ситуацию под контроль. Этого мгновения было достаточно Ван Ибо, чтобы резко, не вставая на ноги, бросить свое длинное тело вперед, повалить на спину и вцепиться мертвой хваткой в горло твари, что посмела причинить его Счастью боль. Чувствуя, как с хрустом ломаются шейные позвонки под сильными пальцами, кровожадно улыбаясь, он усиливал давление, вглядываясь в ошарашенные глаза, наблюдая, как медленно жизнь покидает бесполезное тело. Зловещая улыбка растянула пухлые красивые губы в зверином оскале, в то время как его жертва билась в последних предсмертных конвульсиях. Собаке – собачья смерть. «Кэ Цзинсун» ушел из жизни тем же способом, что и многие его жертвы.