Don't cry, Snowman

      -А потом, представляешь?Она берет и говорит:«Молодой человек, с этого момента вы наказаны, отправляйтесь в свою комнату, на этой неделе больше никаких прогулок с друзьями!».Ну что за зверство, как раз скоро рождественские каникулы начинаются....Ууууу, вот же старая стерва!       Когда в одиннадцать часов вечера, на пороге своей квартиры Руи обнаружил дрожащего от холода Цукасу, то сразу же понял, в чем дело, ведь подобные поздние визиты уже происходили ранее, и причина, как правило, заключалась лишь в одном:судя по всему - в очередной раз парень поругался с родителями по поводу их отношений.Камиширо прекрасно понимал чувства Тенмы: находи́тся дома, где на тебя смотрят как на врага народа, (хоть ты и не сделал ничего преступного)для блондина становилось всё более невыносимым, ведь с каждым разом родственники всё больше переступали границы дозволенного и теперь оскорбляли не только собственного сына и его ориентацию.В этот раз они умудрились упомянуть Руи в нелестном свете, чем невероятно разозлили своего старшего и весьма вспыльчивого ребенка.Видите ли,«Это из за этого ненормального ты стал таким неблагодарным, вот твой двоюродный брат уже давно себе девушку нашел, только ты с каким-то извращенцем шляешься неизвестно где, ещё заразит тебя чем-то».Окей, Цукаса уже привык выслушивать всякое в свою сторону, но молча терпеть то, как его сáмого потрясающего и любящего парня безосновательно обвиняют непонятно в чем, он не собирался.Гнев полностью захватил разум Тенмы, а в карих глазах заплясали злобные огни, которые будто бы предупреждали родителей, что им следует прекратить этот глупый скандал, а ещё лучше - извиниться.Но мама и папа не придали особого значения настроению своего сына, за что и поплатились - в первые в жизни блондин ответил матери матной бранью и чуть не подрался с отцом, который попытался грубо потянуть его за ухо за то, что тот надерзил хранительнице их очага.В итоге, его снова заперли в комнате, но взбешенный Тенма был только рад этому, ведь видеть их упрекающие рожи на протяжении всего вечера было бы наказанием похуже очередного заточения.К тому же, Великую Звезду ни одна дверь не сможет удержать, если она того сама не захочет, именно поэтому, сразу же как замок защелкнулся, а тяжелые родительские шаги затихли на лестнице, Цукаса схватил первый попавшийся свитер с вышитыми щенками породы «шпиц»(между прочим, подарок от горячо любимой Саки, уехавшей на данный момент в гости к бабушке на Рождество), затем в срочном порядке бросил на кровать подушки, с помощью одеяла сделал видимость своего лежащего тела и, оглянувшись напоследок, тихо соскользнул на слабо освящённую фонарями улицу, оставляя за собой лишь несколько клубов холодного воздуха и пару, почти сразу же растаявших, снежинок.       Ни говоря ни слова и не прося объяснений, Камиширо тут же затащил Цукасу в свое тёплое, уже по-праздничному украшенное логово и захлопнул за их спинами тяжёлую дверь, на которой весело звякнул колокольчиком картонный Санта.Чтож, теперь Вы знаете причины, из-за которых прямо сейчас Тенма сидит на диване своего парня, заботливо укутанный в несколько пушистых, пропахших пылью и книгами пледов и попивает горячий шоколад из огромной цветастой кружки, которую, между прочим, Цукаса сам ему и подарил.Звезда выглядит презабавно, когда громко чихает, паралельно оглушительно возмущаясь и жалуясь на свою тяжелую жизнь - жестянку, но Камиширо подавляет умилительный смешок, ведь сейчас его ненаглядный был не в самом лучшем расположении духа и весёлость тут совсем не была уместна.Руи не задаёт ненужных вопросов, ведь он прекрасно знает, что они будут сейчас лишними, он лишь внимательно слушает звонкий и такой родной сердцу голос, делает ещё одну порцию сладкого обжигающего горло напитка, посыпает маршмеллоу, а затем садится рядом, разводя руки и молчаливо приглашая сердитый, ворчащий кулёк в свои объятия, в которые Тенма с радостью ныряет, не собираясь отказывать себе в таком удовольствии.Он понимает, что сильно трясется - не от холода, а от ужаса, от горькой обиды и ядреной злости, что и так не особо любящие и понимающие родители имеют такую наглость оскорблять единственного близкого ему человека, хотя даже ни разу с ним не виделись.Цукаса с ужасом понимает, что находится на грани - события сегодняшнего и предыдущих не слишком удачных вечеров, прожитых в «теплом» кругу своей семьи не прошли бесследно для него - негативные эмоции накопились и теперь, подобно переполненной грозовой туче, хотели вылиться в лужу слез, которую сдерживать становилось всё труднее с каждой секундой проведенной рядом с Руи.Блондин судорожно освобождается от нескольких одеял, которые мешают ему быть ближе к чужому телу и жмется все яростнее, всё сильнее, всё отчаяннее, Цукаса - словно утопающий держится за спасательный круг - за своего горячо любимого режиссера, в котором он так нуждается, утыкается замерзшим и покрасневшим от мороза носом в зону чужой шеи, скрытой за длинным воротником темной водолазки, глубоко вдыхает легкий аромат стирального порошка и одеколона, будто бы пытаясь растворится в этом родном и давно ставшим привычным запахе.Рука Камиширо без лишних слов мягко обхватывает его спину и дрожащие плечи, притягивает ещё плотнее к себе, а вторая аккуратно погружается в спутанные волосы Звезды, нежно перебирая ещё влажные, от недавно растопившегося снега, потяжелевшие белокурые локоны.       -Тише, тише, мой милый, сейчас твои родители далеко и нас никто не потревожит... -Хоть они и находятся лишь вдвоем в помещении, но эту фразу Руи мурлычит на ухо Цукасе, что бы уж наверняка слова успокоения слышал только он.Это не было флиртом или намеком на что то пошлое, второй прекрасно это понимал и с каждым ласковым словом, с каждым вздохом, блондин будто бы с головой погружался в сладкий, тягучий кокон из чувств, его паника и злость тоже медленно отступали на второй план, ведь сейчас ничего не могло иметь большей важности чем их с Камиширо обьятия, разговоры, совместное времяпрепровождение.И, о Боги, как же сильно он любит Руи, парень не знал, сможет ли когда нибудь отблагодарить обладателя улыбки чеширского кота, ведь то, что он делал для него было поистине неоценимо.Цукаса мучительно покраснел, поймав себя на таких мыслях, и ещё сильнее зарылся лицом в чужое плечо, в слабой попытке переключится на что нибудь другое, лишь бы не думать о своих чувствах, ведь хоть они и достаточно давно находились в отношениях, но Звезда с самого детства не был привык к подобным сильным эмоциям, поэтому всё ещё жутко стеснялся.       -Руи, мне щекотно! - Тенма неожиданно громко фыркнул, когда длинная прядка цветных волос, которая была ранее закреплена небольшой заколкой, теперь неожиданно высвободилась и болталась, своими волосинками невесомо прикасаясь и раздражая кожу щек блондина.Кошачьи глаза режиссёра игриво сверкнули, на небольшой миг отражая огни от разноцветной гирлянды, заботливо укутавшей небольшую наряженную елку в углу комнаты.       -Не знал, что ты боишься щекотки, дорогой. - Хитро ухмыльнулся Камиширо, специально растягивая такое смущающее обращение по слогам, заставляя Цукасу чуть ли не взвыть от досады:подлый - подлый Руи, прекрасно осведомлен, как сильно на него действуют подобные издевательские клички!       -Зато я знаю, что её боишься ты! - И с этими словами, Тенма, позабыв о недавней ссоре с родителями и о том, что сегодняшний вечер он хотел, между прочим, провести в куче из использованных бумажных салфеточек, с грустным плейлистом, врубленным на всю громкость, он изловчился и со всей силы ткнул своего парня в бок.Режиссер совсем не ожидал такой прыти со стороны того, кто ещё совсем недавно сидел в совершенно подавленном настроении и поэтому, будучи совсем не готовым к такой внезапной атаке, позволил уронить себя на спину и Цукаса, конечно же, воспользовался этой возможностью.Он продолжил свою мини-пытку, заставляя Руи безостановочно смеятся, болезненно охать и извиваться, словно тот был ужом на сковороде.       -Перестань сейчас же, это совсем не смешно! - Наигранно возмутился Камиширо и, вразрез своим словам, снова захохотал, паралельно пытаясь аккуратно освободиться из рук своего сладостного мучителя, который, казалось, получал какое то садисткое удовольствие, наблюдая за его жалкими попытками принять сидячее положение, которые терпели крах за крахом.       Наконец, Руи все же смог изловчиться и перевернулся, нависнув сверху Цукасы, который всё ещё продолжал тихо хихикать и совсем не выглядел раскаивающимся, наоборот, его улыбка была слишком наглой, самоуверенной, а взгляд вызывающим и очень довольным - мол, ну и что ты мне сделаешь?Сначала Камиширо хотел немного отругать Тенму, ведь второй даже не скрывал своих издевательств, но от вида такого парня:веселого, ярко улыбающегося, счастливого, сердце Руи пропустило несколько ударов, ведь он был так прекрасен в освещении разноцветных гирлянд и декоративных фонариков.Режиссер внимательно осмотрел лицо Цукасы и с его души словно камень упал - теперь он не мог заметить и следа былой мрачности и тоскливости, ведь глаза блондина горели, словно два огонька на ёлке, а Руи был безгранично счастлив, что смог улучшить настроение всё ещё хихикающего блондина, пусть даже и таким странным способом. Кошачьи глаза мягко сщурились и, не сумев справится с подступившей волной нежных чувств, Камиширо быстро наклонился и оставил нежный поцелуй на губах вмиг покрасневшего Цукасы, который сначала замер от неожиданности, но в следующий момент сам потянулся навстречу к своему самому любимому молодому человеку. ****       -Напомни мне, почему в одиннадцать вечера, в сильный снегопад, вместо того, что бы смотреть зимние сериалы, мы находимся на улице?Не могу поверить, что тебе настолько сильно захотелось «Рождественского полена», что вместо доставки ты решил сам сходить и купить его. - Проворчал Цукаса, плотнее кутаясь в чужое пальто, когда в очередной раз его нога неудачно проехалась по замёрзшей лужице и парень чуть не потерял равновесие.Рядом шёл невероятно довольный Руи с объёмным пакетиком в руках, он что то весело напевал, не забывая потешаться над чужим надутым лицом, одновременно придерживая своего парня за локоть, ведь шутки-шутками, но ему совсем не хотелось, что бы Тенма случайно пострадал.Блондин прекрасно чувствовал чужую заботу, поэтому недовольное бурчание было лишь для показухи - на самом деле он ужасно наслаждался их короткой ночной вылазкой в кондитерский магазин.       -Цукаса, неужели ты не находишь прогулку под луной и медленно падающим снегом хотя бы чуть-чуть романтичной? - Притворно грустно сказал Руи, галантно перехватывая чужую ладонь своей и переплетая их холодные пальцы вместе.Вместо ответа Тенма лишь головой покачал - спрашивать такие очевидные вещи было очень глупо, ведь всем было понятно, что любая прогулка с Камиширо была для Звезды самой романтичной, ведь на протяжении всех их встреч бабочки не покидали его живот.Да-да, он был до одури влюблен в эту чудаковатую персону и его это полностью устраивало.       На улице настроение было очень праздничное - уютные кондитерские с кучей посетителей разных возрастов, даже несмотря на довольно поздний час; красиво украшенные здания и фонари; хлопья снега, остающиеся на ресницах и, конечно, огромная ёлка, стоящая посередине площади, около которой кто - то фотографировался, обнимался, а один человек даже стоял на одном колене перед плачущей от, наверняка, счастья девушкой.Цукасе захотелось задорно засмеяться - как же было хорошо и легко на душе, ему действительно стало в этот момент всё равно на свои проблемы или токсичных родителей, ведь прямо сейчас он здесь, на яркой площади, а его рука по-прежнему находилась в чужой, такой мягкой, замёрзшей, но несмотря на это - дарящей исключительно тепло и ощущение защиты, которого ему так не хватало.       Неожиданно, из подвешенных на уличные столбы динамиков полилась нежная мелодия всем знакомого, очень популярного зимнего вальса, который сейчас был особо завирусившимся в интернете - Цукаса ни раз замечал видео, где парочки с удовольствием вальсируют под этот трек.*       -Я хочу, чтобы ты знал, что я никогда не брошу тебя*...-На автомате пропел блондин знакомую строчку, продолжая витать в своих сладких мыслях, он настолько задумался, что даже не сразу понял, что его милый спутник остановился и теперь смотрел на него очень выжидающе.Заметив, что режиссер застопорился, Звезда обернулась и тоже встала, как вкопанная, выразительно подняв одну бровь - мол, в чем дело, что случилось, чего это мы не идем дальше?       -Может потанцуем, Цукаса? - Хитро ухмыльнулся Руи одной из тех самых своих фирменных улыбочек, от которой в теле Тенмы температура повышалась на несколько градусов, а пульс учащался.Камиширо выглядел очень расслабленным, и, будто заранее знал ответ парня, встал в приглашающую стойку, протянув при этом свою раскрытую ладонь.В его взгляде гуляли бесята, он и сам сейчас выглядел как чертик, только рожек и гнутого хвоста не хватало, а блондин лишь закатил глаза, ведь такая идея могла прийти только Руи в голову, но тем не менее, его тело всё равно обдало жаром от такого предложения, и в который раз за вечер он мучительно покраснел, но увидев, что парень напротив всё еще протягивает свою руку, Цукаса быстро кивнул - почему бы, собственно, и не станцевать разок?Уж что-что, а в своих танцевальных способностях он был уверен на все двести процентов, он же, черт, возьми - талантливая будущая Звезда, как может быть иначе?       -Так уж, и быть, я одарю тебя одним вальсом, дражайший...-Стараясь не показывать своего смущения, Тенма подал свою ладонь в ответ, вторая же нежно обняла Руи за шею.Чужая конечность крепко обхватила талию блондина, а кошачьи янтарные изучающие глаза встретились с медовым взором,а желание поцеловать режиссера полностью завладело мыслями Цукасы, но парень отмахнулся от этого позыва, как от надоедливой мухи: сейчас был не особо подходящий момент, к тому же, он не знал, как может отреагировать на этот жест сам Камиширо.       Сиа* продолжала петь своим приятным голосом с лёгкой хрипотцой, доносившимся из замаскированного динамика, нагоняя этим ещё больше загадочности и романтичной атмосферы, а крупный снег повалил с ещё большей силой, словно это все было спланировано кем то заранее.       Руи легко утянул Цукасу за собой, начав неторопливое движение по кругу.Тепло чужого тела, а так же размытые огни в момент, когда режиссер плавно крутанул Тенму, сыграли своё дело, и Звезда окончательно потеряла связь с реальностью, даже звук музыки доносился откуда то издалека, словно с другой планеты.Камиширо тоже был весьма не дурен в танцевальном плане - в его жестах и аккуратных шагах проскальзывала аристократичная грация, словно тот регулярно посещал балы, или усердно обучался этому искусству.Он вёл своего партнера так уверено, что Цукаса лишь диву давался - вот что значит, когда говорят, что талантливый человек талантлив во всем.       -Спасибо за всё, я тебя люблю, Руи. - Неожиданно вырвалась тихая благодарность вместе с признанием из уст блондина, который решил, что эта фраза просто обязана быть озвученной именно сейчас, ведь этот чеширский кот должен знать: что бы не случилось - одно всегда будут неизменным, а именно - его чувства к этому, временами невыносимому и приставучему, но такому уютному и очаровательному человеку.       Режиссер был немного удивлён, когда услышал это робкое откровение, ведь Цукаса был из тех людей, кому довольно тяжело проявлять свою любовь, а оттого стало ещё ярче на душе, ведь осознание того, что он смог помочь своей любви, пронзило его прямо в самое сердце.       -Я тоже тебя любл... -Начал было говорить до ужаса счастливый Руи, но тут же осекся, ведь он увидел, как вдруг романтичное выражение исчезло с лица блондина, а на его месте появилось что то паническое, чужие огромные глаза испуганно и широко раскрылись и он громко крикнул, вырываясь из его хватки:       -Руи, осторожно!Аккуратн....       Как в замедленной съёмке, режиссёр повернулся, но слишком поздно: катастрофы было не избежать - нога в ботинке на массивной подошве наступила на тот самый злосчастный лед, на котором недавно сам Цукаса чуть не упал, стопа подвернулась, а Камиширо, забыв выпустить из своих рук чужое тело, заскользил по замёрзшей луже, и, утянув за собой Цукасу, грохнулся в высокий сугроб, который так кстати оказался на дороге.       В карманах, ботинках и за шиворотом одежды теперь было полно холодного, жгучего снега, который вызывал максимально неприятные ощущения, когда соприкасался с горячей кожей.Тенма медленно открыл глаза и уставился на тёмное небо, приходя в себя после такого головокружительного завершения танца.На удивление, хоть он больно стукнулся рукой и проглотил несколько снежных хлопьев, на его душе царило ужасное спокойствие, словно ничего и не произошло.       Вдруг откуда то слева, прямо над его ухом послышалось тихое хихиканье, которое вскоре переросло в сильный, оглушающий хохот.Разморенный Цукаса неторопливо повернул голову на источник звука и обалдело уставился на смеющегося Руи, быстро вытирающего своё лицо от снега, который гоготал так сильно, словно услышал самую гениальную шутку в этом мире.Блондин сначала посмотрел на своего парня как на сумасшедшего, но чем больше он видел улыбку Руи, тем стремительнее его уголки губ сами ползли наверх.В итоге, Тенма снова плюхнулся в сугроб, продолжая сжимать чужую теплую руку в своей, ведь их ладони не расцепились во время шумного падения и затрясся от подступающего смеха, который стремительно рвался наружу, словно Цукаса его сдерживал несколько лет, не меньше.       А снег всё падал: разномастные снежинки всë вились, кружились, вальсировались и приземлялись на непокрытые головы двух, лежащих на запрошенной земле веселящихся людей.Редкие прохожие недовольно косились на них, но ничего не говорили:мало ли, сколько чудиков есть на свете, всем замечания делать - слов не хватит, к тому же, у них были дела поважнее, чем учить поведению в общественных местах пару гуляющих подростков.«Беспечная молодость» - думали они, с лёгкой завистью наблюдая, как парень с цветными волосами встает, покачиваясь, отряхивается и помогает поднятся на ноги молодому человеку с белокурыми прядями, который не переставая что то громко вещал, вызывая ещё больше улыбок с обеих сторон.Поймав себя на том, что против воли загляделись на двоих голубков, взрослые недовольно цыкали и продолжали свой путь домой или в бар, тут же забывая о недавнем зрелище, свидетелями которого им повезло стать.       Правда сейчас ничего не имело значения для Цукасы:ни косые взгляды людей, ни родители, давно прекратившие заботиться о нем, ведь теперь Тенма был по настоящему счастлив.Пока рядом есть радостный Руи, так неуклюже барахтающийся в снегу - значит у блондина есть повод ждать наступления нового дня и силы бороться с разными трудностями, ведь если станет плохо на душе, или обидит кто - парень всегда знает адрес, где его будут ждать с распростёртыми уютными объятиями, ноутбуком с сопливой мелодрамой, бумажными платками и тёплым пледом. Цукаса уже давно выбрал Руи и нисколько не жалеет о принятом решении, наверное, единственным правильном в этой жизни.