Моя ужасно-прекрасная любовь

      Кладбище и правда было отменным: величественные статуи, старинные склепы, масивные кустарники по обе стороны и всё это под звёздным небом. Таким же ужасно прекрасным, как их чувства сейчас. Они одновременно и счастливы, и злы на самих себя.       Ведь это не правильно. Сегодня его свадьба, сегодня он навсегда связал себя с другой. И Мортиша это понимала, отчего становилось ещё хуже. Она шла с ним рядом, затаив дыхание, и слушала, как он рассказывает о своих почивших предках. Почему-то для неё этот рассказ казался таким интересным, таким захватывающим. Или это только его голос?..       — Вот и всё, — они остановились в самом конце алеи, так далеко от дома, что даже свет из окон не доставал сюда. Но им светили звёзды и их влюблённые глаза.       — Теперь я могу подробно рассказать о всех твоих родственниках, — улыбнулась девушка. Она как-бы случайно коснулась его руки, ощутив тепло его кожи.       — И правда, — он перехватил её ручку и поднял к губам, поочерёдно целуя каждый пальчик. Кто-бы знал, что этот жест и через много лет будет вызывать табун мурашек и теплоту в душе…       — Какая прекрасная ночь, — чтобы не сильно плакать потом, вспоминая этот момент, девушка предпочла отвлечься.       — Разве только ночь? — усмехнулся Гомес, приближаясь к её лицу, — Ты в сто раз прекраснее…       И его губы плавно накрыли её. Мортиша хотела оттолкнуть его, закричать, сделать хоть что-то, чтобы потом её не съедала совесть, но не могла. Стояла и упивалась ним. Кусала губы до крови и молилась всём тёмным и светлым богам, чтобы этот момент никогда не кончался. Чтобы они так и застыли тут в поцелуе, превратившись в ещё одну статую из ста уже стоящих рядом.       А он прижимал её всё сильнее, сожалея, что не встретил её раньше Адель. Всего на один день раньше и он бы тут же отказался от свадьбы. Только ради этой прекрасной белой кожи, ради шелковистых чёрных волос, ужасно чудесных глаза и, алых словно кровь, губ. Потому что только рядом с ней он ощущал, как становится жарко, как пальцы приятно покалывает, а ноги подкашиваются от желания.       — Тиш, я так хочу тебя, — прошептал, разрывая поцелуй, чтобы взглянуть на неё. Под этими звёздами она была так красива…       — Ты должен знать, — она остановила его, вопреки страсти, что бурлила у нее в теле и душе. — Я выхожу замуж через месяц.       — А я сегодня, — улыбнулся он, кладя руки ей на осиную талию.       — В этом то и проблема, — вздохнула Мортиша, — Этой ночью ты пренадлежишь другой. Аделина её зовут, кажется.       — Адель, — поправил Гомес, смотря в её шоколадные глаза. Он хотел утонуть в них, захлебнуться и никогда не выныривать из их пелены. Она взяла его за тёплые руки и убрала со своей талии.       — Вот видишь. Ты любишь её, а наша страсть просто случайность. Так случается, — сказала девушка, грустно улыбаясь, — Прости и прощай.       Она отпустила его руки, а он не смог и пошевелиться, чтобы пойти за ней. Парень не знал почему. То ли сил не было, то ли её уходящих стан так заворожил его. И только ноги сдвинулись с места, к Мортише уже подошли и они расстались навсегда.