После фильма.

      — Вы что-то потеряли? — тихо поинтересовался мужчина с яркими рыжими волосами. Он находился в самом тёмном углу комнаты, в которой, даже если бы включили свет, ничего не было бы видно. На мужчине были надеты темные очки, что было чудно и довольно глупо, а сам он стоял, облокотившись на дубовую тумбу. Она была расположена прямо на входе в спальню возле двери. На ней стояли часы, которые не работали из-за того, что интерес к ним был утрачен ещё в позапрошлых веках, но так как они были выполнены из драгоценного металла, изделие имело место быть. Рядом с ними находилась рамка с фото внутри. На ней было изображено два человека, лица которых были зачёркнуты синей шариковой ручкой. По телосложению можно было понять, что это семейная пара. Мужчина был одет в деловой чёрный костюм, который был темнее угля. Женщина была полностью в белом. Она была одета в платье со старинным видом кружева под названием хардангер, которое появилось в Норвегии в XVII веке. Оно красиво обвивало ворот, подчёркивая робость натуры хозяйки.       — Нет, — уверенно ответил пухлый блондин, судорожно копашившийся в шкафу. Тяжело вздохнув, мужчина повернулся лицом к другому, и немного замявшись, произнёс:       — Будьте так добры… Скажите, где я нахожусь? — он совершенно не понимал, что с ним произошло. В его памяти пронеслось воспоминание о том, как его любимый назначил ему свидание в кинотеатре, а после фильма отправились в «Ритц», где они бы отужинали и поехали домой, чтобы продолжить свой занимательный вечер.       То место, где он очнулся, не было похоже на квартиру его любовника и уж тем более свою. Хоть и в помещении были отголоски старья, напоминавших ему родимое гнездо.       Рыжеволосый мужчина усмехнулся:       — Что ж, это называется моей комнатой, — якобы издевательски произнес незнакомец в тёмном. По телу беловолосого прошла судорожная волна напряжения. Он серьёзно посмотрел своему собеседнику в глаза. Его руки затряслись от осознания того, что могло с ним случиться. Разум рисовал страшные исходы событий прошлого вечера. В паническом состоянии он упрекнул собеседника:       — Вы привели меня сюда силой! — блондин резко прикусил язык, поняв, что лучше повременить с такими колкими высказываниями, но сущность страха его одолевала. Он подхватил одеяло с кровати и в защитном жесте прижал к себе, будто маленький ребёнок, который ночью боится спать один, и накрывается им от пяток до ушей, веря, что оно защитит его от кровожадных монстров из тёмного коридора.       — Нет! Нет! — возразил мужчина в очках. Он склонил голову и намного тише проговорил:       — Как раз наоборот, — светлому показалось странным, что он смог уловить в его голосе нотки сожаления и печали. Рыжеволосый прикрыл рот рукой и посмотрел в окно. Светлый же более менее расслабился, почуяв хоть какую-то безопасность, но одеяло не отпустил.       — Я провёл здесь ночь один? — с надеждой спросил он, но к сожалению этой белой птичке подрежут крылья.       На лице мужчины в тёмном появилась ухмылка, но она не была сатирической. Наоборот его мимика выражала скорбь, так что смешок был на нервной почве. Не продумав сказанное дальше, он поспешил и выдал:       — Если не считать меня, — один.       Резкое высказывание пронеслось в голове белокурого, ослепляя его разум. «Видимо не один, » — подумал он про себя. Картины разного характера, в том числе и интимного, проносились у него перед глазами. Тревожно дёргая краешек одеяла, блондин, не веря своему голосу, произнёс:       — Значит… — он остановился. Слова еле-еле укладывались в предложения. Нервно сглотнув, продолжил:       — Я провёл ночь с вами? — его лицо было бледно, как луна. Мимика выражала искренний ужас. Зрачки бегали из стороны в сторону, пытаясь найти хоть какую-то поддержку, но всё было тщетно.       Услышав такое заявление, рыжеволосый мужчина, стоявший в углу комнаты, чуть не уронил очки со своей переносицы. Нет, конечно он был бы не против провести ночь с прекрасным, невинным, белокурым красавцем, но принципы не позволяли воспользоваться ситуацией, да и жалко такого ангела, уж больно его любовничек — мразота последняя, учитывая его вчерашние выходки, которые были совершенно аморальными.       — Это не совсем уместная формулировка, — подняв голову, рыжеволосый взглянул прямо в голубые глаза, которые будто смотрели ему в душу, выпрашивая хоть капельку информации. Тяжело вздохнув, он всё же добавил:       — Но в каком-то смысле да…

***

      В первый раз за несколько месяцев в Лондоне в районе Сохо показались солнечные лучи. Они окутали всю местность, даря радость уставшим людям. Лёгкий ветерок шатал ветви широколиственных деревьев и обдувал лица горожан. Местные жители не могли не насытиться чудом, которое их посетило. В Сент-Джеймс Парке стало гораздо больше отдыхающих. По тропинке возле пруда, который был ограждён забором, гуляли молодые парочки в обнимку, на лавочках сидели старички, а на полянках в траве резвились дети, возле которых стояли родители — они пытались отчитать ребят за непослушание, но маленькие чертята их не слушали.       Если переместиться чуть дальше от парка, то мы можно обнаружить один старенький квартал. В основном там были различного вида торговые точки, либо же общественные заведения. Тут и кофейня, в которой кофе был, мягко говоря, отвратительный, и музыкальный магазин, в котором продавали как оригинальные пластинки, так и подделки, и трёхзвёздочная гостиница была недалеко, в которой уже за пятый год её существования не могут истребить клопов. Но одно предприятие отличалось ото всех, что были на этой улице.        Оно было старше всех, и хозяин видно не собирался делать ремонт в ближайшем будущем. Это была букинистическая лавка под названием «A.Z Fell and company». Это — самое древнее предприятие на данной улице. Оно работало больше двадцати лет, и как говорят очевидцы, оно ни разу не пострадало от кризиса, хоть и покупателей там почти не бывает. Обычно все, кто посещает магазин, уходят с пустыми руками, поэтому то, как он держится на плаву, остаётся только гадать. Некоторые считают, что владелец просто богатый человек, который зарабатывает на инвестициях, а книжный — просто хобби для души. Другие же считали, что он местный мафиози, который имеет крупную мошенническую сеть и выманивает деньги нелегальным способом. Всё же последние — конспираторы — подобрались чуть ближе к разгадке финансового состояния хозяина магазина, однако они были не совсем правы.

***

      Табличка «Закрыто» гордо красовалась на входной двери книжного магазина уже второй день. В самой лавке царила идиллия. На весь магазин раздавались задорная мелодия из граммофона и звонкий треск дров из декоративного камина. Всё вроде бы было мирно и спокойно, но вот на втором этаже творился хаос.       Белокурый мужчина боролся со складками на своей рубашки при помощи дешевого утюга из маркета через дорогу. Сам он стоял в бежевых деловых штанах и белой майке для сна. Неожиданно для него зазвонил телефон, который лежал на столе. Мужчина испуганно дёрнулся, схватившись за сердце, но быстро расслабился и подошёл к аппарату. На экране высвечивалась надпись «Любимый» рядом с которой было предписано ещё пару сердечек. Улыбка на его лице расплылась, предвкушая сегодняшний день, вечер и ночь. Она взял телефон и нажал на зелёную кнопку.       — Привет, Азирафаэль! — радостно поприветствовал его грубый мужской голос.       — Здравствуй, Габриэль! Что случилось? — мужчину всё же насторожил звонок, так как знал, что его любимый никогда не звонил просто так.       Обычно Габриэль был скуп на ласковые предложения и нежные выражения. Он считал, что нужно брать делом, а не словом, поэтому всегда баловал своего возлюбленного походами в различного рода заведения высшего уровня, подарками в виде дорогостоящих книг и даже украшениями. Самое любимое изделие у Азирафаэля — были скромные жемчужные серьги, подаренные на первый юбилей их отношений.       — Ну что же ты Азирафаэль, я не могу просто так позвонить своему будущему мужу? — хитро спросил Габриэль, и белокурый мужчина замялся.       — Н… Нет что-ты, прост…       — Свет моих очей, прекрати себя накручивать разной чепухой. Я позвонил тебе, чтобы напомнить о нашей встрече, — холодно перебил мужчина, что аж сердце Азирафаэля заколола печаль и обида. Державшись обеими руками за телефон, он спросил:       — Любимый, ты так и не сказал куда мы поедем?       — Как куда? Я тебе ещё неделю назад говорил, что сегодня будут транслировать «Римские каникулы», мы на них сегодня и идём.       — Но ты же обещал сводить меня в ресторан, ты же знаешь, что я…       — Тихо, Азирафаэль! Совсем уж я тебя разбаловал. Сегодня мы никуда не едем, — после этих слов раздались гудки.       Предательская слеза скатилась со щеки и упала на пол, разбившись, как хрусталь. В горле стоял невысказанный ком. Сердце протыкали маленькие иголочки, разрывая его оболочку и проливая чувственную кровь.        Вот так из-за такой мелочи испортились праздник и настроение…

***

      — Чёрт! Чёрт! ЧЁРТ! — ругательство раздавалось на весь салон автомобиля. Рыжеволосый мужчина в очках шипел и плескался ядом, крепко вцепившись в руль.       — Почему именно она?! — Кричал он, тем самым разбудив грудного младенца, который до этого мирно посапывал в корзинке на соседнем сидении. Детёныш стал неистово кричать, вместе со своим попечителем. Водитель начал успокаивать ребёнка, но это не помогало, поэтому он решил съехать на обочину.       Припарковав машину, он раздражённо посмотрел на источник звука, но несмотря на свою неприязнь, мужчина всё равно попытался мирно выйти из ситуации. Взяв ребёнка на руки, он, качая его, нежно произнёс:       — Ну, тише, малыш, не плач. Я понимаю, что тебе тяжело без мамы, но пойми, мне тоже приходится нелегко.       Младенец замолчал и заворожённо смотрел на своего отца.       — Ты не представляешь как я опустошен, но несмотря на сложности, я всё равно попытаюсь вытащить нас из задницы.       Ребёнок, как будто понимая слова, захохотал и потянул свои ручки на рыжеволосому встречу. Маленький человек ухватился за грудки пиджака и уткнулся носом в него. На лице мужчины расплылась улыбка, и, несмотря на страшную потерю, он всё равно чувствовал себя нужным и значимым. Теперь он будет более осторожным и не позволит своей работе забрать ещё одну частичку его жизни. Он сделает всё возможное, чтобы его сын жил в мире и комфорте.       — Я назову тебя Адам, — сказал мужчина. Ребёнок мило улыбнулся.

***

      Заплаканный Азирафаэль сидел в кресле с чашкой какао в руках. Ручка её была выполнена в форме крыльев. Эту безделушку подарил ему на Рождество вместе с каким-то первоизданием. Всё… Абсолютно всё: книги, мебель, одежда напоминали Гавриила. Эти чувства неоправданного стыда и долга наполняли его. Это сводило белокурого мужчину с ума.       Спустя какое-то время ему наскучило летать в своих мыслях и для разнообразия, он решил включить старый пузатый телевизор. Найдя пульт, и нажав на кнопку «ON», Азирафаэль попал на новостной канал, ведущий которого вещал:       — Сегодня ночью повторилась попытка грабежа банка, к сожалению для сотрудников, она оказалась успешной. Грабители вынесли более десяти тысяч фунтов, сейчас полиция расследует данное дело. Было найдено двое соучастников, но на преступников пока выйти не удалось.       Далее небольшой рекламный перерыв, после которого будет прогноз погоды, не переключайтесь.       Азирафаэль выключил телевизор, так как понял, что ничего хорошего он там не услышит.       Раздался телефонный звонок. Отставив кружку, он подошёл к аппарату. Звонящим был Гавриил. Закатив глаза в предвкушении нелестных слов, он взял трубку:       — А-ало любимый. Чего звонишь?       — Я хотел попросить прощение за своё поведение и сказать, что я приеду через час. Мы поедем в «Ритц», а потом отправимся на ночной сеанс в кинотеатре. Ты согласен?       Азирафаэль начал размышлять. С одной стороны он очень хотел его простить. Белокурый мужчина был согласен абсолютно на всё, лишь бы Гавриил был рядом, ведь любовь ослепила ему глаза. Но маленькие просветы иногда проявлялись. Азирафаэль понимал, что такое поведение ненормально, но он осознанно продолжал состоять в таких отношениях.       — Да, любимый, я согласен.       — Отлично, скоро буду, — пообещал мужчина и сбросил трубку.       Азирафаэль, отложив телефон, мигом помчался на второй этаж к своему гардеробу. Конечно, бег по лестнице не к чему хорошему не приводил, поэтому уже где-то на пятой ступеньке он устал и решил пойти пешком. Дойдя до своего шкафа и открыв его, мужчина стал выбирать себе одежду, так как рубашка, которую он гладил, была прожжена утюгом. Множество разных вещей имелось у него в гардеробе, но практически все вышли из моды. На одной из вешалок висел белоснежный костюм, пошитый на заказ совершенно недавно. Он был выполнен в современном стиле, на карманах были вышиты голубые цветы, к которым прикреплялись бусинки, похожие на жемчуг. Именно на этот костюм выбор и пал.       После долгой борьбы с пуговицами, Азирафаэль наконец-то надел его и решил привести лицо и причёску в порядок. Подойдя к туалетному столику и сев за него, он для начала вытер глаза и щёки от слёз. После он взял небольшую чёрную коробочку в которой находились пудра и спонж. Аккуратно набрав средства, он лёгкими пришлёпывающими движениями начал наносить её на лицо, тем самым освежая его. Закончив с пудрой, он тушью подкрасил глаза, а лёгкую помаду тёплого оттенка нанёс на губы. Убрав всё в ящик стола, Азирафаэль взял банку с гелем для укладки и открыл его — в нос ударил приятный аромат, который начал литься по всей комнате. Блаженно вздохнув, он приступил к укладке своих непослушных кудряшек. Пальцами мужчина массировал свою голову, придавая волосам больший объём.       Когда Азирафаэль закончил прихорашиваться, он посмотрел на себя в зеркало. Несмотря на то, что белокурый мужчина выглядел как с иголочки, он всё равно был несчастен. Печаль и обида отзывались в его взгляде. Поджав губу и помохав головой, развеяв негативные мысли, Азирафаэль зубами улыбнулся своему отражению, но его ухмылка больше походила на отчаянный волчий оскал. Разочаровавшись в себе, мужчина подавленно опустил голову и прижал пальцы к вискам, массируя их. Голова гудела от боли и ненависти к себе.       Вдруг кто-то коснулся плеча Азирафаэля, и сжал его с такой силой, будто хотел вырвать все кости плечевого пояса. Фэлл напрягся. Сохо — криминальный район. На богатства его книжной лавки покушался чуть ли не каждый, но всё же владельцу всегда удавалось выйти сухим из воды благодаря своему любовнику. Но сейчас было страшно, ведь рядом с ним в данный момент не было крепкой опоры, на которую можно надеятся.       — Азирафаэль, ты что? Не узнал меня? — промурчал басистый голос. Голова анонимного собеседника опустилась на плечо белокурого мужчины. Его умеренное дыхание жарко опаляло шею хозяина лавки, вызывая мурашки на коже.       — Гавриил?! Господи, не пугай меня больше так, любимый, — Азирафаэль расслабившись, откинул голову назад и повернулся на встречу игривого взгляда жениха. Посмотрев прямо в глаза, он положил руку на грубую щёку и притянул к себе для целомудренного поцелуя, но страсть пересилила Гавриила, и мужчина углубил поцелуй. Азирафаэль сполз со стула от неожиданности такого напора, но любовник смог его удержать, крепко обнимая за талию. Оторвавшись друг от друга, Гавриил холодно посмотрел на Азирафаэля. Мужчина под ним был раскрасневший, помада на его губах была растёрта ещё на подбородке, а укладка растрёпана.       Павший. Павший в его объятья Ангел. Такой невинный, просто гений чистой красоты. Гавриил был готов на всё, чтобы оставить этот аксессуар при себе, ведь иметь красивого и презентабельного мужчину с достойным наследством на различных мероприятий высшего общества было очень даже достойно. Но не только из-за материальных нужд он вертелся возле этого Ангелочка. Всё же в его сердце была крепкая любовь, но зародилась она не сразу…

***

      Они встретились совершенно случайно на одной из литературных встреч. Азирафаэль пришёл на данное мероприятие в сопровождении своей почтенной матери Михаэль Фэлл, которая была одним из основателей вечера. Мероприятие основывал фонд «Благое дело» в честь людей с особенностями. Юноша, несмотря на то, что он и его семья были в достатке и могли спокойно заказать прислугу, решил сам помогать волонтёрам в подготовке встречи, развешивал декорации, накрывал на столы и готовился к проведению собственной лекции. Пока Азирафаэль носился из угла в угол, за ним презрительно наблюдал брюнет в фиолетовом костюме, отмечая у себя какие-то пункты в блокноте. Белокурого юношу это настораживало.       Отвлёкшись на незнакомца, Фэлл случайно споткнулся об складку ковра и уронил коробки с канцтоварами. Всё содержимое: книги, ручки и бумага оказались на полу. Азирафаль в спешке сразу же кинулся собирать предметы канцелярии. В один момент его рука потянулась за небольшой голубой книжечкой, но её перехватил тот самый незнакомец в фиолетовом костюме. Юноша отдёрнул руку, и взяв коробку в руки, поднялся на ноги и потянулся за книгой, которую мужчина перед ним ему якобы протягивал. Но в ту же секунду брюнет огрел Азирафаэля рукописью по голове.       — Что ты себе позволяешь?! — истерически крикнул ему незнакомец. Ярость в его крови настолько бурлила, что его лицо приобрело красный оттенок, словно самый спелый помидор. Губы нервно подрагивали, глаза были выпучены, а брови нахмурены.       — Простите, сэр. Я не специально, — тихо сказав, Азирафаль опустил голову. В этот момент он был похож на маленького дрожащего щеночка, который забился в угол. Он забрал книгу из рук брюнета и положил обратно в коробку.       — Надеюсь, больше этого не повторится, — твёрдо сказал мужчина и ушёл восвояси.       Фэлл остался стоять на месте, продолжая смотреть в даль. «Кто этот мужчина? Что он здесь делает? За что ответственен?» — эти вопросы не давали юноше покоя…

***

      — Энтони, мой дорогой. Мне нужно тебе сказать кое-что важное, ты мог бы отвлечься от работы, мой хороший? — позвала его женщина. Она от природы обладала маленьким ростом и чуть ли не болезненной худобой. Кожа её была бледна, как снег, волосы были точной копией облачков на синем небе, только вот локоны струились по её хрупким плечикам как ручейки. Одета в хлопковую, длинную, розовую сорочку с кружевами. Ткань аккуратно облегала её миниатюрное тело, но материя не придавала этой женщине эротичный вид, даже наоборот.       Энтони взглянул на свою жену и мило ей улыбнулся. Тёплое чувство распространилось по его организму. Мужчина смотрел на идеал и смысл своей жизни с огромной любовью. Он был готов на всё чтобы уберечь возлюбленную не только от опасности на улице, но и от себя и своей работы. О втором желании Энтони женщина конечно даже и не подозревала, чему рыжеволосый был очень рад.       — Конечно Эзра, заходи и присаживайся на диван, — Энтони встал из-за стола и сел рядом с ней. Он прекрасно видел по лицу жены, что она очень сильно нервничает, но из-за собственной упрямости она всегда пыталась сдерживать эмоции и не давать слабину. Эзра очень хотела быть такой же мужественной и сильной как Энтони, а тот в свою очередь нежным и заботливым, как его голубушка. Рыжеволосый аккуратно взял мягкие руки жены и стал выцеловывать каждую костяшку её пальцев, от чего его возлюбленная впала в лёгкое смущение.       — Ох, Кроули, я надеюсь, что к нашему ребёнку ты будешь относиться также, как ко мне. — Энтони резко остановился и кинул резкий взгляд на свою жену, в котором так и читался вопрос «Это правда?»       — Да, мой хороший, это правда, — женщина улыбнулась и легонько погладила свой, пока что незаметный живот. Рыжеволосый опешил от счастья. Он был любимым мужем на протяжении трёх лет, а сейчас должен был стать отцом своего первого ребёнка. Кроули крепко обнял за плечу супругу и уткнулся носом в её золотистые волосы, вдыхая успокаивающий цветочный аромат недавно купленных духов. В этот момент их семья стала намного счастливее, и Кроули пообещал себе, что сделает всё, чтобы защитить жену и будущего ребёнка от своего тёмного прошлого.

***

      Гавриил и Азирафаэль прибыли в «Ритц» ближе к к пяти часам вечера. В это время в ресторане находилось буквально два-три человека, не считая персонал. На пороге в заведение пару встретил администратор и проводил мужчин до их зарезервированного столика. В зале стояла умиротворяющая атмосфера, отовсюду раздавалась живая музыка, что так сильно ублажала слух Азирафаэля. Официант подал паре меню и оставил её наедине. Светловолосый сразу же начал разглядывать изобилие блюд различной кухни, а вот Гавриил наоборот. Он даже не притронулся к списку.       — Азирафаэль, свет моих очей. Я знаю, что в последнее время я веду себя, как полный ублюдок, и возможно ты меня ненавидишь, но я всё же хотел принести свои глубочайшие извинения. Как ты знаешь, недавно я начал работу со специалистом, так как моя вспыльчивость и агрессия меня напрягают, и врач прописал мне медикаменты. Я подумал, что это нужно тебе сказать, и я не в коем случае не пытаюсь как-то оправдаться, — Гавриил затих на долю секунды, а Азирафаэль разинув рот, уставился на возлюбленного. Светловолосый не мог поверить, что такой гордый человек, мог говорить такое про себя. — И сегодня, я позвал тебя не просто так. Я много думал о наших отношениях и принял такое решение, — Гавриил вышел из-за стола и встал на одно колено. — Азирафаэль Фэлл, ты хотел бы стать моим мужем и отдать своё сердце мне навсегда? — Гавриил надеялся, что его ангел скажет…       — Да, мой любимый Гавриил Хэмм, я готов стать твоим мужем навеки, — Азирафаэль лучезарно улыбнулся своему любовнику, и жених надел на безымянный палец золотое кольцо, на котором были выгравированы ангельские крылья и страстно поцеловал его, что аж у Азирафаэля прихватило дыхание.       Этот вечер был определённо многообещающим для них двоих…

***

      — Ну хватит плакать, Адам, — измученный Кроули еле-еле держал младенца в руках, активно покачивая, прижимая его к своей груди.       — Ребёнка нужно прижимать к своей груди, чтобы тот чувствовал себя в безопасности. Говорите с ним, младенец должен знать и воспринимать речь матери на слух. Если ваше чадо всё равно не успокаивается, попробуйте приседать в такт покачиваний, чтобы…       — Ой, да пошла ты к чёрту с такими советами! — прорычал Кроули. Идея с обучающими, материнскими роликами на ютубе явно была плохой. Энтони небрежно закрыл крышку ноутбука, положил кричащего ребёнка в кровать, встал перед ним и спросил:       — Ну и что ты орёшь? Может мне тоже поорать! — младенец резко замолчал и стал удивлённо таращится на своего отца. «Её глаза, такие любимые и красивые,» — подумал про себя Кроули. Адам очень был похож на Эзру. Выразительные голубые глазки, аккуратненький носик и пухленькие губки — все эти черты напоминали ему любимую женщину, которой так не хватало в последнее время. Слёзы наворачивались сами собой.       — Прости пожалуйста, — Энтони опустил свою худощавую руку к малышу, и тот в свою очередь схватился цепкой ладошкой за палец отца и хихикнул. — Я не должен был так поступать, с этого дня мы начнём новую жизнь, Адам. Я подарю тебе всё, что ты пожелаешь…       …Всё, что ты пожелаешь!       И даже звёзды?       И не только…

***

      Азирафаэль и Гавриил вышли из «Ритц». Светловолосый мужчина был пьяный в стельку, и если бы не его жених, то он бы не смог дойти даже до двери ресторана. Он пел песни, пританцовывая под такт, после чего Гавриил помог возлюбленному сесть на заднее сидение, а сам плюхнулся на водительское место. Вжав в педаль газа, машина понеслась по ночным улицам Лондона.       В тёмное время суток город приобретал вторую жизнь. Ночные, разноцветные огни зажигались, и районы начинали блистать. Мирные кафе и грациозные рестораны закрывались, но жизнь всё равно продолжалась. Но зло не собиралось ложится спать, наоборот. Свои двери порока распахивали ночные клубы, вбирая в себя множество грешников.       Именно туда Гавриил и повёз своего новоиспечённого жениха…