Его бог улыбается

Первое, что он видел в насквозь фальшивой, такой же как он сам, Поднебесной — яркую улыбку. Ш и Ц и н с ю а н ь. Хэ Сюань чуть морщится, но тут же натягивает вежливое выражение на лицо. Не подобает чиновнику средних небес кривиться при виде его Превосходительства Повелителя Ветров. Хэ Сюань наблюдает за ним из дальнего угла. Цинсюань смеётся громко, шумно. Он обмахивается веером и подмигивает кому-то кокетливо. Хэ Сюань закатывает глаза и тихо выскальзывает из зала, чувствуя, как раздражение щиплет под кожей. Его бог улыбается.

***

Первое, что он увидел «вознесясь» — улыбка. Такая же шумная, как и в прошлый раз. Перед ним белая фигура излучающая тепло и свет. Хэ Сюаню хочется отшатнуться. Ш и Ц и н с ю а н ь. — Приветствую! — Повелитель Ветров с любопытством разглядывается спокойное бледное лицо. Хэ Сюань чувствует запах полевых цветов и счастья. — Нетерпелось увидеть Повелителя Земли! Я — Ши Цинсюань! «Знаю», — шипит он в мыслях. — Мин И, — произносит ровно и холодно. Цинсюань улыбается шире, обмахивается веером и обходит его по кругу, разглядывая со всех сторон. Мин И задыхается от аромата свежести. — Мин-сюн, значит, — Цинсюань светится и Хэ Сюань на мгновение думает, что этот человек мог бы разбить его сердце, если бы то всё ещё билось. — Будем друзьями! Его бог улыбается.

***

Они тащатся по пустыне, потому что до Повелителя Ветров дошёл слух о Наследном принце, что туда отправится. В глаза летит песок и чёлка от сильного ветра. — Как тебе погодка, Мин-сюн? Ш и Ц и н с ю а н ь. Бог хихикает и натягивает слетевший с головы демона капюшон. Хэ Сюань даже так чувствует тепло его ладони и кривится. — Отойди, — говорит она (чёртов Цисюань заставил сменить облик, отлично, просто отлично) ровно. — Тут и так дышать нечем. — Ох, — бог притворно и приторно вздыхает, положив руку на сердце. Бьётся, должно быть, быстро. — Так тебе жарко рядом со мной? Как приятно это знать. — Мы в грёбаной пустыне. Его бог улыбается.

***

Дверь его дворца распахивается и по полу торопливо шлёпают босые ноги. Сейчас глубокая ночь, но вопросов кто мог вломиться к Повелителю Земли нет. Ш и Ц и н с ю а н ь. Он шепчет что-то неразборчиво и устраивается под холодным боком своего лучшего друга. Хэ Сюаню почти наплевать, что с этим недомерком. Он только приподнимает вопросительно бровь, но бог жмётся ближе и сворачивается в калачик. Жалкое зрелище. Демон лежит неподвижно несколько секунд, пока не разбирает в сбивчивом шёпоте «только не трогай Мин-сюна. Забирай всё, только его оставь». Хэ Сюань поджимает губы и переворачивается на бок, обнимая Цинсюаня за трясущиеся плечи. Тот успокаивается через пару минут лёгких и поднимает голову. Глаза — яблоки под дождём, такие же красные и мокрые, а Хэ Сюань, хмыкнув, оставляет на тёплом лбу поцелуй. — Спи, — кидает он слишком просто и сухо. Его бог улыбается.

***

Хэ Сюань смотрит на него почти с надеждой, говоря: — Пойдём со мной. Неожиданное желание забрать этого идиота к себе удивляет, но противиться ему демон не намерен. Это просто шанс, говорит он сам себе. В конечном счёте, если разобраться, Повелитель Ветров даже не виноват в том, что сделал его брат. Ш и Ц и н с ю а н ь. В какой-то момент мир замкнулся на нём. Казалось, что те редкие, полные спокойствия, часы в Чёрных Водах без него стали совсем пустыми. Хэ Сюань хочет это исправить, попытаться принять, потому что привязаться — раз плюнуть. Простить, того, кто, наверное, действительно не виноват сложнее, но он пытается. Его бог улыбается. И опять выбирает брата.

***

Черновод смотрит надменно и с ненавистью. На Ши Уду, конечно. На Цинсюаня вообще смотреть не хочется. Он в цепях и отчаянии. Ш и Ц и н с ю а н ь. Дурацкое имя, совсем дурацкое. У самого Хэ Сюаня почти такое же. Когда голова Повелителя Воды падает на пол, демон чувствует себя… Пустым. Ничего не изменилось, но стало легче дышать. Только вот водным гулям, которые мертвы уже сотни лет, кислород не нужен. И Ши Цинсюань ему тоже больше не нужен. Хочется покоя и закрыть глаза. В голове образ семьи со светлыми улыбками, а перед лицом Повелитель Ветров — мальчик, которым пролил вино с башни. Такая нелепость. — Мин-сюн, — говорит захлёбываясь. — Прости… — Какой толк от твоих извинений? «Я просто хотел, чтобы ты выбрал меня хотя бы раз», — он так и не говорит. Его бог рыдает.

***

Чёртов Хуа Чэн со своим чёртовым долгом. — Если поможешь, — говорит он. — Спишу часть. Просто притворись мной. Хэ Сюань соглашается. Не из-за долга, а потому что устал смотреть в пустоту. Ему нужно хоть что-то, что отвлекло бы от… Ш и Ц и н с ю а н ь. Подбегает (едва ли это можно назвать бегом, подхрамывает, скорее) к нему и что-то быстро-быстро говорит. Хэ Сюань сглатывает. Он думает, что если бы сердце не остановилось столько лет назад, оно бы сейчас в труху просто разлетелось. А Цинсюань всё говорит и говорит. — На, — демон слишком грубо кидает веер. Либо грубость, либо объятия. Приходится делать выбор. — Сам решай свои проблемы. Он уходит и не оборачивается. А его бывший бог улыбается.

***

В отстроенном заново монастыре Водных каштанов… Нет, тут ужасно. Он даже не думает показываться перед Его Высочеством, потому что точно скажет тому всё, что думает об этом ужасном дизайне. А потом Кровавый Дождь его снова ударит. — Хэ-сюн? — звучит совсем тихо рядом. Ш и Ц и н с ю а н ь. Демон замирает на месте. Внутри плещется давно застоявшаяся Чёрная Вода. Цинсюань хлопает глазами. Они такие же яркие, как в первую встречу. В них нет ни страха, ни ненависти, только отражение солнечного света и безграничное тепло. Его мальчик улыбается. Хэ Сюань улыбается в ответ.