Always together

      В преддверии нового камбека, Йеджи была вся на нервах, уже в сотый раз перепроверяя все, что только может и не раз ставя стафф на уши. Те лишь понимающе улыбались, зная, как много сил девочки и, в том числе, их лидер вложили в это. Потому каждый раз также вежливо отвечали Хван о том, что все готово, и ей не стоит так перетруждать себя, особенно учитывая, что на носу новый год.       Пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, Юна предложила украсить их комнаты и общежитие. Мол, все равно есть выходные, так что мы тратим время на тренировки? Йеджи нехотя согласилась. Нет, идея украсить все и вся ей явно нравилась. Но вот, странное напряжение между ней и Рюджин, что висело довольно давно, не хотело никуда пропадать.       — Сходите с Рюджин в магазины? У нас что-то мало всего, — оглядывая коробки с игрушками, просит макнэ, пока Черен расправляет искусственную елку. Йеджи оборачивается на светловолосую девушку, что без особого интереса сидит в телефоне, устроившись на мягком диване и неспешно подъедая очищенные дольки мандарина. Шин вскидывает голову, играя бровями.       — Идти в магазин? Сегодня? По-моему, мы припозднились, там народу будет больше, чем когда-либо. — Девушка оглядывает Йеджи. — Да и кажется, наш лидер тоже не особо в восторге.       — Я в порядке, — замечает рыжеволосая, метая острый взгляд.       — Да, до 4-х утра танцевала, и в порядке. Пока вы украшаете дом игрушками, мои уши она лапшой увенчала, угу, — саркастично бурчит Шин.       — Да что вы сцепились, — Черён наконец заканчивает с елкой, что до этого упрямо не поддавалась, а теперь наконец выглядела более-менее презентабельно. — Вы то не разлей вода, то чуть что — грызетесь. Давайте, ноги в руки и в магазин. Можете прокатиться до самого дальнего, машины у обеих есть, проблем не вижу. К вечеру как раз вернетесь, мы все доделаем и будем праздновать.       — Да ты издеваешься? — Скулит недовольно Рюджин, но все же поднимается с дивана, заметив щенячий взгляд Юны. Самая младшая всегда не любила ссоры или неурядицы внутри группы, особенно если таковые происходили у Рюджин с Йеджи, а потому Шин старшая сжалилась кивая. — Ладно, я одеваться.       — Машину веду я, — заявила Йеджи.       — Нет, я, — протестует розоволосая. Смотрит в кошачьи глаза, что сейчас отдают неприятным холодом. Хотя даже так, видно, как Йеджи не решается что-то сказать, да и дрожащие губы ее выдают.       — Я лидер, — напоминает старшая, перекидывая рыжие волосы на спину. Шин лишь фыркает.       — Вот вроде обе старше, а ведете себя, как дети, — Черён вздыхает, удобно расставляя руки по бокам. — Идите одевайтесь, а там, какой ключ выберете, тот и за рулем.       — Вот и вот, — кивает Юна, распутывая гирлянду. Она тянет ее из коробки, видя еще больший комок и жалобно стонет. — Кто ее так свернул?       — Ты, — в один голос заявляют три девушки и аловолосая тушуется, кусая себя за губу, а после неловко улыбается.       — Ну, я просто проверяла вас, — на эту фразу Черён лишь усмехается, подходя ближе и садясь рядом. Она тянет за противоположный конец гирлянды, оглядывая спутанные провода.       — Я распутаю, украсишь гостиную? — Юна активно кивает, даже не споря, отдает все в руки брюнетки, сама же, подходя к большим коробкам и копаясь в них.       Когда Рюджин и Йеджи наконец выходят из комнат, Черён попросту прячет их ключи за спиной. В ходе выбора самой Хван, она проиграла, выбрав левую руку, в которой были ключи от машины Шин. Но тут уже ничего не поделаешь, а потому они обе выходят, почти не переговариваясь.       — На них не похоже. Они же обычно друг от друга не отлипают. А тут, — Юна вздыхает, заканчивая с кухней. — Не знаешь из-за чего они поцапались?       — Они не ссорились, — отмахивается Черён. — Просто, — она крутит рукой в воздухе, стараясь найти правильное слово. — Просто обе не готовы к тому, чего хотят. Точнее, противятся неизбежному. А там же еще шумиха поднялась, после выступления Йеджи с Хенджином. Иногда наши фанаты сильно перебарщивают. — Ли вздыхает, продолжая возиться с гирляндой, что на удивление начала поддаваться и постепенно распутываться. — Там вроде, кто-то увлекся фотошопом, ну и набралось много лайков. Опять стали гулять неподтвержденные слухи о том, что Йеджи там с кем-то встречается. А у Рюджин и так настроения последнее время не было. Сама видела, она то вялая, то хмурая. Так наша онни еще и вечно в залах пропадала, а этой дурочке, которая за нее волнуется, не хватает смелости все сказать в лицо.       — То есть, я опять упустила момент где Рюджин ревнует, а Йеджи строит глупую?       — По-моему Хван не столько строит, сколько действительно сама запуталась. Помнишь, она ни раз говорила, что для нее карьера куда важнее отношений. Для Рюджин, несомненно это тоже важно, как и для каждого из нас. Но то, как они ходят вокруг да около уже всех, кажется, выводит. Вот эти кошки-мышки по кругу. — Ли качает головой.       — Даже стафф уже закатывает глаза, — припоминает Юна, смеясь. — Но, я правда не понимаю, почему они не могут сойтись? Ну, это же не означает, что они должны будут кричать на всю округу и соцсети об этом. Да и в случае чего, компания все выставит так, словно они просто очень близко дружат. — Шин пожимает плечами, вытягивая из коробки несколько подвесных веточек омелы. — О!       — Юна-я, это на рождество вешают…       — И что? А у нас свои традиции, — она хитро ухмыляется. — Тот, кто под ними окажется, должен будет поцеловать оппонента. Хотя бы в щеку! — Добавляет Шин, под скептичным взглядом подруги.       — В любом случае, они взрослые и сами разберутся. Они же обе понимают, что между ними опять непонятки. Я поэтому их вместе и отправила. Как бы они там не таили обиды и прочее, когда они наедине, им куда проще выражать свои настоящие чувства. Вспомни хотя бы, как когда мы пришли с кафе, а эта парочка кошек лежали спящие на диване в обнимку в полутьме, а на фоне играл фильм.       — А сколько Джису видела, у-у, — Шин запинается, а после лицо в миг мрачнеет. — Интересно, как она там… Хоть мы и созваниваемся часто, но я по ней скучаю…       — Мы все, — кивает Черён. — Зато, ей наконец становится лучше. — Юна кивает, хотя видно, что настроение у нее сильно упало. Ли прокашливается оглядывая гостиную. — Давай, делай свою ловушку из омел, гений, а потом как закончим с тем, что есть, пойдем готовить пирог. Стафф предлагал нам еды, но раз мы все дружно решили поесть домашней еды, то пока эти две мадам выясняют свои отношения, мы должны хотя бы часть стола приготовить.        — Точно, — кивает Юна, решая, куда же лучше повесить ветки омелы.

***

      Весь путь от общежития до дальнего торгового центра, тишину в машине нарушала только музыка. Стоит припарковаться, и дойти наконец до дверей, как Шин все же первая проронила слово.       — Ты как? — Беря тележку, тихо спрашивает Рюджин, стараясь не смотреть на Йеджи. Рыжеволосая удивленно поворачивает голову.       — Я в порядке.       — Йеджи, — Шин вздыхает, облокачиваясь локтями на ручку от тележки и начиная катить ее вперед. Хван поджимает губы.       — Мне грустно из-за того, что мы с тобой снова умалчиваем что-то. И при этом всем, я еще очень волнуюсь из-за камбека. И реакции мидзи на наш заглавный трек. — Признается Йеджи, почти шепотом. Шин понимающе кивает.       — Спасибо, что наконец сказала правду. — Рюджин останавливается у большого стеллажа с игрушками, кивая на них головой. — Давай пока посмотрим что-то домой. Есть предпочтения?       — Эти розовые дракончики выглядят мило, — Йеджи подходит к мягкой игрушке, что состоит сразу из двух связанных между собой детенышей сделанных из какой-то пушистой ткани. Первый был светлого оттенка, ближе к нежно-розовому. А второй более темный. Шин подходит следом, глядя как старшая оглаживает игрушку.       — Так год же зеленого дракона, — напоминает Шин, на что Хван лишь неловко переминается с ноги на ногу. А после прокашливается кивая.       — Ты права, давай посмотрим что-то другое. — Йеджи идет дальше, и Рюджин замечает, как старшая скуксилась, расстроенно опуская голову. Шин вздыхает, а после толкает вперед тележку, на ходу подхватывая двух дракончиков и опуская на дно. — А что насчет этого? Милые гномики новогодние. Можно под елку поставить. Или они плохие? — Хван оборачивается на Рюджин, видя, как взгляд Шин стал куда теплее, а на лице появилась любимая улыбка.       — Ну, все, прекращай, как провинившийся щенок, — блондинка усмехается, подходя ближе и касаясь макушки старшей, осторожно поглаживая. — Клади все то, что считаешь нужным.       — А… Дракончики? — Йеджи указывает на игрушки, что лежат в тележке, на что Шин усмехается, качая головой.       — Ты что-то про гномиков говорила. А вон еще гирлянда, которая на конфеты похожа, помнишь, ты хотела ее, — Шин указывает на товары, мягко толкая локтем лидера. Йеджи лишь улыбается, ощущая, как тепло разливается внутри. — Давай, побыстрее наберем всего и вернемся. Я сделаю твои любимые рулеты.       — Правда? — Йеджи оборачивается, а ее кошачьи глаза довольно блестят.       — Правда, — Шин берет две упаковки гирлянды, кладя к покупкам. Хван явно приободрившись начинает тоже набирать вещей, кладя все, что приглянется. От новогодних шариков, до игрушек и венков.       Стоит им расправиться с частью украшений для дома, как они уже с наполненной на половину тележкой идут к продуктовой части. Пока Рюджин выбирает мясо, Йеджи довольно загружает к покупкам множество различных снеков, не забыв и про принглс, которые так любила Черён.       — Бекон будем брать? — Интересуется Шин. Йеджи согласно кивает. — Значит, тогда вот эти упаковки берем. Так, мы все взяли? — Хван хмурится, оглядывая набитую всем чем можно тележку, а после вновь кивает.       — Я еще тебе мандарины взяла, — указывает на лежащие внизу пакеты, произносит рыжеволосая.       — Спасибо, пойдем тогда на кассу. — Йеджи довольно кивает. Судя по всему, настроение у нее все же поднялось.

***

      — Мы вернулись! — Громко оповещает рыжеволосая, стоит им с Рюджин занести все пакеты в общежитие и закрыть за собой дверь. Судя по грохоту посуды на кухне, именно там оставшиеся участницы и находились.       — Ой! Вы попались в ловушку из омелы! — Довольно хлопает в ладоши Юна, что тут же появляется в дверном проходе, а после указывает пальцем на подвешенное в прихожей украшение. — Мы с Черён решили, что, если двое попадаются под одну омелу, то должны поцеловать партнера в щеку. Классно же, да?       — Боже, — Шин закатывает глаза. — А то, что Йеджи в целом не очень любит поцелуи, даже в щеку, вас не смутило? — Блондинка удрученно качает головой.       — Даже? — Хитро щурится Юна.       — Я образно сказала, — Рюджин стягивает с себя обувь. — Что ты сразу к словам-то цепляешься. — Шин хочет сказать что-то еще, но замирает, когда ее щеки касаются губы старшей.       — Все? Теперь пройти дашь? — Ворчит Йеджи, торопливо проходя мимо ошеломленной Юны, скрываясь за углом.       — Ну вот, а ты говорила, не любит, — аловолосая довольно улыбается, подмигивая Рюджин и беря пару пакетов с собой, оставляя старшую одну в прихожей.       — И что это было? — Со вздохом спрашивает Шин у пустоты, поджимая губы и взъерошивая волосы. — Твою же, — Рюджин старается отвлечься на что-то, чтобы скрыть выступившее смущение.       Рюджин вышла из комнаты уже в домашней одежде, лениво плетясь на кухню, оглядывая украшения. Готовка шла полным ходом. Судя по запаху, в духовке пеклось мясо, пока Черён старательно чистила картошку, а Юна замешивала салат.       — Вы омелу везде где могли развесили? Откуда у нас вообще столько? — Надевая фартук, интересуется Шин старшая. Ли разводит руками.       — А что ты так нервничаешь? Ну висит себе и висит, — пожимает плечами брюнетка, беря нож и начиная активно нарезать картошку. — Юна-я, иди помоги Йеджи-онни украсить оставшиеся комнаты, а мы с Рюджин тут закончим. — Аловолосая услужливо отдает ложку Шин, после чего довольно сняв фартук, удаляется. — Давай, рассказывай, — Черён усмехается, оглядывая подругу.       — Ты специально Юну отослала? И вот эти омелы, — вертя пальцем указывает на развешенные украшения старшая. Ли хмыкает.       — Ветки с омелой это дело рук Юны, а не меня. И ты не увиливай. Как с Йеджи все? Уладили ваш недо-конфликт? — Шин в ответ на это лишь поджимает губы, неопределенно качая головой.       — Вроде того. Мне кажется, ни чем хорошим ваш с Юной план не закончится. — Как бы к слову, произносит розоволосая, беря доску и присоединяясь к нарезке продуктов.       — Видишь, Рю, ты сама хочешь, чтобы кто-то вас обеих уже подтолкнул. Мы лишь украсили помещение, а ты уже хочешь надеяться на то, что у нас есть план как вас свести. — Ли осторожно пихает ее локтем. — И не отнекивайся.       — Значит, плана нет?       — Не-а, на этот раз, все в ваших руках. Смысл вас пихать друг к другу, если в последний момент вы увиливаете. — Черён разводит руками, а после берет упаковки с мясом и ставит под нос старшей. — Займись-ка мясом, а я потушу овощи. — Шин лишь кивает, задумываясь над словами Черён.       Нет, доля правды в этом всем, несомненно, была. Взять хотя бы день, когда после шоу с алкоголем, у них с Йеджи что-то начало закручиваться и в итоге, обе свалили все на «дурную голову». Все те взгляды и касания почти всегда списывались на «показалось», «мы близкие подруги» или «это случайно». С одной стороны Шин устраивало это. Во-первых, никакой ответственности. Во-вторых, можно продолжать делать вид, что никто не знает и не замечает их с Йеджи странных отношений. Да и старшей было удобно самой так делать, к тому же, она часто смущалась, стоило разговорам зайти за более откровенные темы.       — И что ты предлагаешь мне делать? — Немного помолчав, интересуется Рюджин.       — Определиться вам с лидером, кто вы все же друг другу. Друзья, сестры или что-то большее. А то вы путаетесь в показаниях. Сестры себя так не ведут, это я как обладательница сестер говорю. — Ли усмехается, добавляя специи в сковороду и продолжая помешивать овощи. — Подруги? Ну тут, конечно, можно все это списать на близкую дружбу. Но ваши глаза, то как вы знаете друг друга и заботитесь, да даже банально язык тела, все это выдает вас обеих. Не очень смахиваете на парочку хороших друзей. — Черён смеется, видя как Рюджин закатывает глаза, пока ее уши краснеют. — Все будет хорошо, мы с Юной постараемся дать вам время.       — Ага, знать бы как к этому подвести. А если мне кажется? — Неуверенно спрашивает девушка, видимо всерьез переживая по этому поводу. Черён лишь вздыхает.       — Ну да, кажется тебе, всем нам, стаффу, и мидзи. Угу. Прям взяло и показалось, у нас же был только «единичный» случай. — Ерничает младшая. — Ваши кошки-мышки были увлекательными первые года два. Во время трейни это было забавно. А сейчас вы уже затянули. Это, знаешь, — Черён отводит взгляд задумываясь с чем сравнить. — Как фильм, когда первая часть была потрясающая. Вторая, интригующая, ты все ждал чем-же она закончится. Третий, казалось бы, вот он, логичный финал, но нет, герои снова находят сто и одну проблему, а потому, расходятся. В итоге идет уже 6-7 фильм, где наблюдатели уже скучающе зевают и проклинают сценаристов, ведь сюжет высосан из пальца. — Объясняет Ли. — Так и вы. Вы когда младше были, то выражали все это не скрывая. Шутили про отношения, флиртовали, а с каждым годом все тише и тише.       — Ну так, раньше-то это была шутка. — Кривится Шин. — А потом, это кажется, случайно, вышло из-под контроля. По крайней мере у меня. — Уже тише добавляет она.       — Ага, поэтому вы делите все. Начиная одеждой, полотенцем и едой, заканчивая кроватью. Как часто Йеджи-онни у тебя ночует? — Бросает Черён, видя, как тушуется Шин.       — Ну, раза два-три в неделю. Иногда больше, иногда меньше. Когда как.       — Ага, и спите вы в обнимку, почему-то мы с Юной хоть и близко дружим, но так не делаем. А даже если такое и было, то это буквально по пальцам пересчитать. Так что, давайте, дерзайте. Чем дольше тянете, тем меньше шансов на то, что вы решитесь.       — Думаешь? — Неуверенно спрашивает Шин, все еще колеблясь. Она почти закончила делать начинку для мясных рулетов, заворачивая их и выкладывая на противень. Ли хмыкает, закатывая глаза.       — Нет, я тебя в этом уверяю. Вы обе постоянно ревнуете, или что-то еще, при чем это у вас на лбу написано. — Черён смеется. — Поэтому вам бы поговорить побольше. — Младшая выключает плиту, снимая фартук.       — Эй, а сервировать все мне? — Недовольно бурчит Шин.       — Нет, я такого не говорила. — Ли хитро улыбается, и ой как это не нравится старшей. Хотя не сложно догадаться, что придумала эта хитрая лиса. — Йеджи-онни! Помоги Рюджин-и на кухне, а мы с Юной пока стол подготовим.       — Прибить тебя мало, — грозится кулаком блондинка вслед, вздыхая и поднимая противень. Осторожно ставит его в духовку, перед этим вынимая нижний, с мясом которое приготовила Черён. Оно было уже готово, и оставалось лишь уложить его на тарелку и можно подавать к столу.       — Выглядишь загруженной, — входя в кухню, произносит Хван, мельком оглядывая лицо девушки. — О чем вы тут секретничали? — Рыжеволосая произносит это с улыбкой, явно надеясь поднять настроение, на что Рюджин лишь отмахивается.       — Я просто задумалась, ничего такого. А ты, я смотрю, прям воспряла духом, закончили все комнаты украшать?       — Угу, я у тебя все сделала. Даже немного прибралась, — Йеджи подходит ближе, мягко щелкая по лбу младшей. — А ведь кто-то обещал, что у него в комнате все чисто будет на новый год. — Девушка смеется, видя как замирает Рюджин.       — Эй! Сейчас пальцы-то откушу, — грозится младшая. — Да и там немного. Я просто когда собиралась, совсем чуточку все раскидала. Не преувеличивай. — Йеджи фыркает.       — Да там черт ногу сломит, у тебя половина гардероба валялось на кровати, другая на стуле, третья на полу. Юна сказала, что к тебе ни ногой, иначе она там потеряется. — Смеется старшая, принимаясь доставать красивые тарелки и салатницы, чтобы все разложить по местам. — А еще я у тебя тех дракончиков оставила.       — Боже ты мой, — Шин демонстративно закатывает глаза. — Кстати, что это было?       — М? — Как ни в чем не бывало оборачивается Йеджи, непонимающе оглядывая блондинку.       — Тогда, в коридоре. Я была уверена, что ты отмахнешься или разозлишься, — припоминает Шин, на что Йеджи лишь быстро отворачивается, принимаясь украшать салат.       — Просто… Решила не портить новогоднее настроение. Ты была против?       — Нет, просто удивилась. — Бурчит под нос младшая. Оставшееся время девушки неловко молчат. Обе занимаются своими делами. Йеджи носится из кухни в гостиную, перенося блюда. Когда с приготовлениями наконец все закончено, Рюджин устало вздыхает, подходя к старшей со спины и обняв за талию, кладет подбородок ей на плечо, прикрывая глаза.       — Устала? — Мягко спрашивает Хван. Блондинка кивает вздыхая. Пальцы касаются ее волос, чуть ероша, а после поглаживая. — Надо немного передохнуть, переодеться и за стол. — Шин лишь согласно мычит, обнимая крепче и вдыхая полной грудью приятный запах парфюма.

***

      Девушки распивают соджу, общаясь и громко смеясь. Вне камер наконец-то можно было отдохнуть и побыть собой. Различные истории сопровождались довольно похабными шутками от Рюджин, что наконец повеселела. То ли от третьей рюмки соджу, то ли просто расслабившись.       — Ты посмотри, какие они красные, — смеется Черён указывая на Юну и Йеджи. Шин старшая переводит свой взгляд и заметив, что лидер и макнэ и правда покраснели от выпивки, не выдержав, громко смеется.       Йеджи дуется, складывая руки на груди, пока самая младшая кажется даже не понимает о чем речь. Пока Хван пытается что-то сказать, Черён с Рюджин лишь больше смеются с того, как у рыжеволосой заплетается язык. Все же, из всей группы именно она не умела пить от слова совсем. Только вот продолжала каждый раз уперто доказывать, что уж в этот раз, она точно не напьется.       — Ну хватит смеяться! — Обиженно тянет старшая, почти ложась на сидящую рядом Рюджин. Шин лишь поглаживает ее по спину. — Ну не смешно! — Тычет в щеку пальцем старшая.       — Очень смешно, — ловя ладонь старшей в свою, произносит Шин, видя, как взгляд кошачьих глаз становится более обиженным. — Не дуйся, с твоим красным лицом, это выглядит еще забавнее.       — О, вы попали снова под омелу! — Приходя в себя, почти кричит Юна, а после начинает смеяться. — Я как знала куда вешать! — Рюджин с Йеджи поднимают глаза, замечая дурацкие, по мнению младшей, веточки растения. Если бы Хван не потянулась к ней, то они бы сидели по обе стороны от этой ловушки. Но нет, видимо, судьба решила отыграть на славу. — А ты говорила никто не попадется.       — Боже, — Черён лишь усмехается. — У нас ловушки только на них и срабатывают.       Йеджи лишь бурчит что-то под нос, продолжая безжалостно тыкать ноготком в бок Рюджин. Видимо, ей и правда не стоит давать спиртное в руки. Шин приподнимает бровь, глядя прямо в глаза напротив, в которых уже можно было заметить пьяную дымку.       — Долго тыкать в меня будешь?       — Да. — Дует губы Йеджи. — Ты смеялась много, вот теперь моя очередь мстить. — Бубнит, словно ребенок, лидер. Рюджин усмехается, а после наклоняется ближе, слыша как Юна громко пищит. Вот кто главный болельщик за их отношения. Только Шин лишь мягко целует в кончик носа, а после погладив по рыжей макушке, отдаляется, видя, как Хван ошарашенно замирает.       — Странно, что внезапно такая тишина настала, ни одна не визжит. — Оглядывая девушек, комментирует Черён, стараясь сгладить ситуацию. — Так, ну тогда предлагаю еще по одной. Йеджи?       — Я переоденусь. Я хотела новый год в платье встретить. — Старшая кое-как поднимается, пока на лице нет ни одной эмоции. Она довольно быстро удаляется в свою комнату, прикрывая за собой дверь.       — Я зря это затеяла? — В нависшей тишине, спрашивает Шин, довольно унылым голосом. Черён ободряюще сжимает ее плечо.       — Нормально все, ты начинаешь волноваться раньше времени. Она просто переодеться пошла. — Ли передает ей рюмку с соджу.       — Сомневаюсь, — кривит губы Шин.       — Боже, ну так сходи, проверь. — Пожимает плечами Черён.       — Я вообще думала ты ее поцелуешь, — подает голос Юна, что разочарованно возится вилкой в салате, размазывая его по тарелке. — Что ты так медлишь. Была бы тут Джису, я бы наконец ей все сказала! А ты, — младшая машет рукой, морща нос.       — Да ну вас. — Рюджин запрокидывает голову, выпивая стопку и ставя ее на стол. — Если услышу хоть один смешок в спину, я вас прибью, — грозится Шин, поднимаясь и начиная неспешно идти к комнате старшей.       Шин осторожно стучит, после заходя. Йеджи стоит к ней спиной, стараясь нащупать рукой замок на платье, чтобы полностью застегнуть его. Хван мнется, пока рука все безуспешно пытается найти дурацкую застежку.       — Поможешь? — Обернувшись просит старшая. В полутьме комнаты, ее ярко-рыжие, волнистые волосы, выглядят потрясающе и Шин ненадолго зависает, пока взгляд невольно спускается ниже. Младшая сглатывает, видя обнаженную спину Хван. Вот сейчас явно не то время, чтобы пускать слюни, только мозгу это не объяснишь. — Рюджин?       — А, да, прости, — Шин на ватных ногах подходит ближе, нервно касаясь спины старшей. Она глупо тянет застежку вниз, сама не понимая, что делает, завороженно глядя на медовую кожу.       — Рюджин-и, я просила застегнуть, — мягко напоминает старшая, когда чужие пальцы касаются ее кожи, ведя вдоль позвоночника. Мурашки табуном проносятся по коже, заставляя все в душе трепетать. Судя по тому, как плавно и мягко подушечки касаются позвонков, ведя все ниже, Шин не слышала того, что сказала старшая. Она, поддаваясь какому-то гипнозу, а может во всем виноват алкоголь, что не вовремя ударил в голову, зачем-то касается оголенной лопатки губами, оставляя легкий след от помады. — Рюддон, — Йеджи осторожно оборачивается, встречаясь с испуганным взглядом темных глаз. Кажется, сейчас Шин все же пришла в себя, осознав, что только что сделала. Она нервно сглатывает, отводя взгляд.       — Прости, не знаю, что на меня нашло. — Тихо, едва слышно, произносит Рюджин. Из соседней комнаты громко играет музыка, которая ни капли не разряжает обстановки. Кто из этих двоих вообще додумался поставить замедленные версии и так далеко не православных песен? Наверняка задумка Юны. Хотя, может быть, и брюнетка постаралась. В любом случае, Шин неловко. От мелодии и едва освещенной комнаты, в голове вырисовываются далеко не приличные образы, которые она старается прогнать из своей головы, только это не работает.       — Ого, тут тоже омела, — прерывает повисшую тишину старшая, глядя куда-то вверх. Шин тоже поднимает голову медленно осознавая, что ее руки окольцовывают талию Хван, что разглядывает подвешенную омелу. — Юна и правда везде, где могла, повесила. — Она чуть улыбается, переводя взгляд на младшую.       — И правда, — неловко мнется Шин, не зная, стоит ли ей убрать руки или подождать. — Но она же не узнает, что мы снова попались, так что… — Рюджин сильно смущается, все же убирая свои руки и после обойдя старшую, все же застегивает ее платье. Прокашливается, не зная, чем занять неловкую паузу. — Надо идти, а то мы и так задержались… — Рюджин первая начинает идти к двери, но Йеджи ловко цепляет ее за запястье, не позволяя выйти. Тянет на себя, и Шин разворачивается, удивленно распахивая глаза.       Прежде чем до нее доходит, она уже отвечает на поцелуй, закидывая руки на плечи старшей и позволяя той обнять себя в ответ. Йеджи явно волнуется не меньше, цепляясь за талию младшей, прижимаясь к ней. Рюджин довольно мычит в поцелуй, сминая чужие губы, стараясь передать все то, что чувствовала так долго. Хван отстраняется лишь на миг, чтобы улыбнуться и заглянуть в не менее счастливые глаза напротив, и после вновь льнет ближе. Неловкость пропадает словно по щелчку пальцев, становясь чем-то новым. И сейчас, робкий поцелуй едва ли можно назвать «робким», ведь Хван напирает, углубляя его, пока Шин лишь расслабляется в чужих руках, позволяя старшей вести.       Руки Хван забираются под оверсайз рубашку, проходясь кончиками пальцев по ребрам, легко проводя ноготками, от чего ноги младшей дрожат. Шин цепляется за плечи рыжеволосой, стараясь хоть немного вернуться в реальность, но мягкие губы, и чертовы касания выбивают из-под ног землю.       — Что там за шум? — Недовольно ворчит Йеджи, отдаляясь. Рюджин потерявшись в ощущениях не сразу осознает, что из гостиной доносятся крики.       — Я не знаю, наверное, кто-то что-то пролил. Хотя нет, крики радостные, — прислушавшись к верещанию, выносит вердикт младшая. Она поджимает губы, переводя взгляд на Йеджи.       — Надо посмотреть, — Хван мягко касается ее губ лишь на миг, а после отстраняется, беря за руку. — Пойдем. — Шин едва слышно угукает в ответ, понимая, что щеки все еще горят, пока в душе царит какой-то ураган эмоций.       Девушки выходят в коридор, идя на звук. И обе внезапно останавливаются как вкопанные, не веря своим глазам. Небольшой чемодан, стоит у вешалки, пока на невысокую фигуру, что закутана в пальто и большой шарф, накинулась Юна, сжимая в объятиях. Черен, стоит рядом, улыбаясь. Судя по хитрой улыбке, она все знала заранее.       Джису успела лишь снять шапку, которая сейчас лежала на полу, пока старшая обнимала макнэ в ответ. Кажется, Юна расплакалась.       — Лиа-я! почему ты не сказала, что приедешь?! — Йеджи первая приходит в себя, пока на губах всплывает счастливая улыбка.       — Я ненадолго, и я хотела сделать сюрприз! Я узнала у стаффа о том, что вы останетесь в общежитии, чтобы отпраздновать новый год. А потому, не долго думая, набрала подарков и рванула к вам. Я скучала, — признается брюнетка. Подойти к ней сложно, ведь Юна попросту не отпускала ее из своих объятий, вертя из стороны в сторону.       — Сюрприз удался, — усмехается Шин.       — Да, а я смотрю у вас все по-прежнему, ну почти. — Джису хмыкает, хоть в ее глазах и стоят слезы радости.       — О, а еще вы с Юной попались в ловушку омелы, — подмигивает Рюджин, указывая свободной рукой на веточки на потолке.       — Ой, — аловолосая отстраняется от старшей, заглядывая на верх. — Да блин, как так.       — Ну, ничего страшного, — пожимает плечами Чхве, а после манит к себе Юну, быстро поднимаясь на носочки и чмокая ее в губы. — Вот ловушка и закончилась. — Довольно произносит брюнетка, а после медлит, заметив шок на лицах девушек. — Что? Разве под омелой не нужно целоваться?       — Вообще, — Черён усмехается в руку, отводя взгляд. — Да, но, мы думали только о поцелуях в щеку…       — Оу, — Джису тушуется, прокашливаясь. — Ну, у нас в америке не так все… Вот я и…       — Ничего, судя по красному лицу Юны, ей больше понравилась американская версия, — подначивает Шин старшая, смеясь. Девушки поддерживают ее, смущая младшую еще больше.       — Ты бы так не выступала, — замечает Чхве, хитро улыбаясь. — У тебя и Йеджи помада смазалась, так что, кто из нас еще первый нарушил правила вашей ловушки-омелы.       — Мы тоже рады тебя видеть, — бубнит под нос Рюджин, обратной стороной ладони, стараясь, стереть остатки помады.

***

      Они громко отсчитывают время до полуночи, включая музыку и крича, стоит часам показать 00:00. Юна не отлипает от Джису, напоминая верного щенка, только быстро виляющего хвостика за спиной не хватает.       А после, они выходят на балкон, чтобы посмотреть на салюты. Огни яркой россыпью украшают темное ночное небо, сверкая и распадаясь на более мелкие частицы. Зеленый, красный, синий, но самый запоминающийся фейерверк — последний, очертаниями походящий на большого зеленого дракона.       Давно они так на славу не отдыхали. Приятная атмосфера и музыка, еще и возвращение Лии. Этого всего так не хватало, что сейчас душа разрывалась на мелкие частички, напоминая салют, оставляя после себя множество приятных ощущений.       — Мы снова под омелой, — усмехается Рюджин, стоя в обнимку с Йеджи и держа свободной рукой бокал шампанского, которое они открыли в полночь. Хван поднимает голову, смеясь.       — Нам везет на омелу.       — И правда, — тихо шепчет Шин, собираясь с мыслями. Они стоят чуть поодаль от тройки девушек, что разглядывают салюты в небе, пока Юна ластится к Джису, что поглаживает ее по алой макушке. — Йеджи, что ты загадала на новый год?       — Если скажу, не сбудется, — мягко улыбаясь, шепчет Хван.       — Тогда, могу ли я спросить у тебя, давно волнующий вопрос? — Начинает Шин, заметно нервничая. Хван серьезно кивает. — Может быть, этот год мы начнем в качестве пары? — Робко произносит блондинка, отводя взгляд.       — А вот ты и узнала мое желание, которое сбылось быстрее, чем я ожидала. Зеленый дракон и правда приносит счастье, — усмехается Йеджи, видя, как Шин удивленно вскидывает голову. — Я тоже тебя люблю, — добавляет старшая, и прежде чем Рюджин успевает хоть как-то отреагировать, наклоняется, завлекая в поцелуй.

Конец драббла