Цветок в крови его одержимости.

      Разве можно было упускать такой шанс? Ответом послужит то, что сейчас они шли через какие-то дерби.       — Вот мы и на месте.       Отцепив очередную ветку от волос, Сакура оглянулась вокруг. Было красиво. Открытое место, окружённое живой изгородью деревьев. Небольшая река берега, которой словно стражи охраняли замшелые валуны. А, закрыв глаза, разнообразие звуков сливалось в единую симфонию. Скрипы многолетних стволов, урчание реки, пение птиц и шепот листвы, с глубоким вдохом они давали душе окунуться в парящее чувство свободы. Наверняка об этом месте никто и не знал. Где-то на миссии Шисуи пытается сдержать назойливый чих. Разве найдется место лучше, чем это? Детский восторг заполнил сердце.       — Нравится? Если хочешь, можешь приходить сюда время от времени.       Выйдя из оцепенения, Сакура обернулась на голос и на рефлексе словила брошенный сюрикен. На озадаченный взгляд Итачи лишь мягко улыбнулся.       — Если не забыла, то мы пришли сюда тренироваться.       — Ах да, точно! Куда метать?       Кивнув на деревья, Итачи указал на вывешенные мишени. Расстояние небольшое — метров пять, если не меньше. Сделав глубокий вдох и выдохнув тревожные чувства, Сакура прицелилась и бросила сюрикен, в попытке попасть в цель.       Скрещенные пальцы не помогли, а брошенное оружие намертво вцепилось в кору дерева под нужной целью. Поджав губы и засунув куда подальше раздражение на собственную никчёмность, Сакура глянула на место, где недавно стоял её новоиспеченный учитель. Кроме помятой травы на его присутствие ни что не намекало.       — Вас ведь ещё не учили контролю чакры?       Вздрогнув от неожиданности, Сакура обернулась на появившегося из ниоткуда Итачи. В ожидании ответа, тот пристально рассматривал брошенный сюрикен, словно пытался разглядеть в нём что-то незнакомое для неё.       — Контроль чакры? Нет пока что. Мы только печати изучаем, точнее будем, скоро. А что, что-то не так?       — Нет, ничего. У тебя неплохо получается, стоит только правильно задать направление и концентрацию, и ты сможешь пронзать такие мишени насквозь одним только сюрикеном.       Верилось в это с трудом. Она прекрасно знала на что способна. Она может часами неподвижно сидеть, уткнувшись в книгу, и заучивать её наизусть, но те же часы, проведенные на полигоне, не давали нужных результатов или продвижений. Всё было бестолку. И сколько же времени ей придётся потратить, чтобы научиться такому?       — Не говорите глупости. Я провела достаточно много времени перед мишенью, но результат…       И смотря мутным взглядом сквозь дерево, продолжила говорить приглушённым голосом.       — Может, когда-нибудь я всё же смогу попасть в цель, но уж точно не сейчас и не насквозь.       — Ты слишком себя недооцениваешь.       Встав позади, слегка склонившись над ней, Итачи вложил ещё один сюрикен ей в ладошку. Придерживая руку, отвёл её ближе к шее.       — Закрой глаза и расслабься. А теперь вслушайся в себя. Чувствуешь, как что-то происходит внутри?       Сосредоточившись на всех чувствах, ей мысленно предстали сумбурные течения, бушующие где-то внутри. Медленный кивок.       — Это и есть чакра. А теперь попробуй заставить её течь равномерно. Представь, как будто это маленькие ручейки, текущие туда, куда мысленно ты пожелаешь, как они медленно выходят из твоих рук и обволакивают сюрикен.       Залегшая морщинка на её переносице говорила о трудности исполнения этого действия. Кажется, он поторопился. Чтобы ему там не показалось, она ещё ребёнок. Ещё слишком рано.       Уже решив остановить Сакуру и закончить с заданием, как взгляд зацепил мягкий прерывистый свет светловато-голубого оттенка. Глаза расширились в удивлении. А восхищённый вздох дал понять, что чувствует сама обладательница свечения.       Словно боясь спугнуть образовавшийся свет, Сакура тихо спросила.       — Это чакра? Неужели у меня получилось?       Промычав в знак согласия, Итачи, не нарушая атмосферы, шёпотом ответил.       — Для своего возраста у тебя прекрасный контроль. Если будешь продолжать с тем же усердием, ты добьешься больших высот.       Глаза хотели заслезиться от счастья, но силой воли она сдержала непрошенные слезы.       — Продолжим?       — Угу.       — Теперь медленно сокращай поток чакры и одновременно прицелься. Мысленно рассчитай траекторию полёта, а после расслабленно и в тоже время, сохраняя стойкость, кидай его, разгибая руку до конца.       — Попробуй, — сказал Итачи, отступив на пару шагов назад.       Маленький огонек уверенности не давал страху усомниться в действии. Глухой стук и чуть выше центра цели выглядывала половина брошенного оружия.       Радостно воскликнув, Сакура обернулась к нему. ***       Нагретый за день солнцем камень согревал. Прохлада реки освежала опущенные в нее ноги, журчание раслабляло разум. От контраста температур на спине пробежался табун мурашек.       — Итачи-сан, а ты приедешь завтра?       — Прости, но завтра у меня миссия.       Мотылек грусти засел где-то в глубине души. Было досадно осознавать, что Итачи-кун не будет проводить всё своё время с ней. Он человек и у него есть своя жизнь, близкие люди и семья в конце концов. А она что? Совершенно чужой человек для него. И вряд-ли станет кем-то близким для него.       — Эй, не грусти. Я ведь не ухожу навсегда, через неделю мы снова встретимся. А пока у тебя будет полно времени для тренировок и к моему возвращению ты сможешь метать в цель даже с закрытыми глазами.       Погладив по голове, тот мягким движением заправил выбившуюся прядь. И, заглянув в глаза, снова улыбнулся своей привычной улыбкой. На сердце стало теплее. Может их общение и не продлится долго, но она готова довольствоваться и этим.       — Скоро совсем стемнеет. Думаю, тебе уже пора возвращаться домой.       Сакура вскинула голову вверх. Небо красивым градиентом переливалась с цвета лучей заходящего солнца до темного лазурита с мелкими горошинами звёзд.        И вправду, уже пора домой. Время с Итачи-саном так быстро и незаметно пролетело.       Глаза заслизились от зевка. Тело заполнила приятная остома, а мысль отдаться внутренним желаниям и забыться во сне росла.       — Я отведу тебя до дома.       Сказав это, Итачи аккуратно поднял сонную Сакуру. Та, обняв его за шею и уткнувшись носом в ключицу, начала тихо бормотать. ***       Солнце скрылось за горизонтом. Теплый ветер колышет листья и играет одному ему известную мелодию.       Бесшумно спрыгнув с подоконника и мягкой поступью дойдя до кровати, Итачи уложил Сакуру. Та даже не шелохнулась.       Сев перед кроватью и пристально вглядываясь в детские черты лица, тот думал о звенящей тишине в голове.       — Ха. И почему же именно ты так притягиваешь меня?       Нежно проведя пальцами по щеке и спустившись к шее, нащупал сонную артерию, медленным ритмом отдающей пульсацией.        Впервые за долгое время бледный страх задышал в затылок. Он испугался собственных мыслей. Своих, а не тех извратных, что шептали ему демоны. Выроботаный за годы контроль не помог. Рука, державшая кунай, дрогнула.       В спешке он покинул комнату, а демоны разразились в хохоте. Он снова им проиграл. В сознании продолжал мелькать образ залитый кровью.       «Убей её!» — разве это может быть его намерением?