Странствующий Герой Меча

"Что такое справедливость? Хм, трудновато объяснить". Она так и не ответила мне на этот вопрос, просто сказала, чтобы я шел за ней и она мне все покажет. Я до сих пор не знаю, зачем я это сделал. Наверное, мне просто надоела жизнь. Все это не имело для меня никакого значения, но я стал ее спутником. Она даже дала мне имя, так как до этого у меня не было потребности в нем. Тир, в честь бога справедливости, существовавшего в ее родном мире. Она была любопытным ребенком, маленьким даже по человеческим меркам. Трудно было поверить, что она действительно Герой Щита. Она постоянно спотыкалась о собственные ноги, как на поле боя, так и вне его. Если бы не я и другие, она бы, наверное, умерла. Хотя, наверное, это не так. Если бы не сила героя Щита, я бы, наверное, потерялся, когда Император Драконов ожил. Но я продолжал жить. Таков был цикл существования Чистокровного Дракона. Мы - фрагменты Императора Драконов, умершие в предыдущих волнах, а когда наступает новая волна, эти фрагменты собираются вновь, чтобы породить нового Императора Драконов. Затем, когда Герои и Бог Птиц убивают его, цикл возобновляется. Только благодаря связи с героем Щита я был избавлен от такой участи, став самым старым из осколков Дракона, а когда-то и самым могущественным. До ее смерти я так и не смог понять, что такое Справедливость. У людей, даже у Героев, такая короткая жизнь. Казалось, что я только что проснулся - и обнаружил, что она уже старуха. Я удалился на гору, дальше вглубь материка, где многие из моих собратьев не осмеливались появляться из страха перед гневом Птичьего Бога. Фиторию я не боялся... сильно. Герой Щита заключил между нами сделку: пока я веду себя хорошо и не пытаюсь собрать Осколки Дракона, она не будет меня преследовать. Не знаю, зачем мне их собирать, ведь это означало бы только то, что я стану новым Императором Драконов, когда снова придут Волны. У меня было много детей от моих жен, и я пытался привить им чувство Справедливости... но они понимали его еще меньше, чем я. Они были просто чудовищами, движимыми желаниями. Они убивали ради забавы и развлечения, а не только ради еды или самозащиты, даже убивали людей и полулюдей, которых так любил Герой Щита. Нередко они убивали и друг друга, независимо от того, что я говорил по этому поводу. В конце концов, я просто перестал заводить детей, так как они меня только угнетали. Веками я старался жить в соответствии с идеалами Героя. Я ходил в человеческие и получеловеческие деревни и защищал их от чудовищ и бедствий. Через некоторое время люди стали почитать меня... хотя я не получал от этого никакого удовольствия. Через некоторое время некоторые из полулюдей стали утверждать, что я - их божественный защитник, и воевать с другими кланами от моего имени... Умирать и убивать за... За что? Я так и не понял. Их слова и действия никак не совпадали. Не слушали они и моих просьб прекратить. От этого становилось только хуже. Со временем, когда память о моем друге померкла, а бессмысленные смерти, казалось, не прекращались, я устал от всего этого. Я начал задаваться вопросом, почему меня это вообще волнует и смогу ли я когда-нибудь понять, что такое справедливость. Я подумывал о том, чтобы просто уйти, перебраться в пещеру, подальше от людей, которые никогда не понимали меня и которых я никогда не понимал. Тогда я увидел деревню отщепенцев. Бесклановые и калеки, люди, которые в любом другом городе были бы вынуждены жить на улицах, попрошайничать и воровать только ради возможности прожить еще один день. Это было место, где соседи были разных рас и происхождений. Здесь сильные и слабые жили бок о бок. Люди были разными. Но, в отличие от всех остальных мест, которые я видел за сотни лет своей жизни, они не обижались друг на друга. Они не смотрели с подозрением или завистью на человека из другой среды обитания. Каждый трудился, как мог, а те, у кого было что-то лишнее, отдавали то, что могли, тем, кому повезло меньше. Со временем мое любопытство росло. И вот однажды я предстал перед девочкой, которой было всего десять лет, и которая занималась вязанием одежды для других детей. Я до сих пор помню ее, сидящую в кресле-каталке под цветущей вишней, ее длинные голубые волосы и ярко-зеленые глаза. На шее у нее росли чешуйки, а из плеч под неудобными углами торчали перья. Она удивилась моему появлению, но встретила меня теплой улыбкой и приятными словами, как старого друга. Такого приветствия я не получал с тех пор, когда был спутником Героя Щита. Я спросил, почему такие разные люди могут жить вместе, не воюя друг с другом. Она улыбнулась мне и сказала то, что я никогда не забуду. "Потому что это город, построенный на любви". ______________________________________________ Я часто навещал этот городок, а также живущую в нем взрослую девушку Рею. Их жизнь была тяжелой. У них была одна из самых малоплодородных земель в регионе: колодцы часто пересыхали, а на почве едва можно было вырастить картофель. Поэтому я помог им. Я использовал свою силу, чтобы изменить почву и придать форму подземной реке, чтобы облегчить их жизнь. Когда налетали бури, я ослаблял их. Когда приходили чудовища, я прогонял их. Когда приходили разбойники, я подчинял их себе. А когда все было спокойно, я разговаривал с Реей. Прошли годы, она выросла в женщину, и я полюбил ее. В конце концов, я потерял контроль над собой и взял ее с собой в свою пещеру в горах... Она ругала меня за то, что я не дал ей достаточно времени, чтобы сказать родителям, куда она идет. От ее смеха, вызванного моими извинениями, в моем доме стало так тепло, как не было уже давно. Она осталась со мной, и у нас родился ребенок, мой первый ребенок за сто лет. Азу была прекрасной девочкой. Идеальная во всех отношениях, и я любил ее так, как не любил никого из своих детей до этого. Она была веселым лучиком жизни и энергии, наполнявшим мою жизнь счастьем. Да, я была счастлива. Возможно, я так и не поняла, что такое справедливость, но я обрела счастье. Эти пять лет были самыми значимыми за всю мою долгую жизнь, и я отдал бы все, чтобы они длились вечно. Рея научила меня, что такое любовь... а клан Аотацу - что такое ненависть. Это было чувство, которого я никогда раньше не испытывал. Я знал только жалость к слабым и глупым, но в тот день, когда клан Аотацу похитил моих Рею и Азу. Когда они заживо сожгли мою любовь и забили камнями до смерти нашу дочь, я познал ненависть. Этот жар был сильнее любого огня, который я когда-либо порождал, и я дал ему разгуляться. В пламени своей ненависти я заживо сжег тысячи людей. Но под ненавистью скрывался оцепеневший холод отчаяния. Они забрали мое солнце и звезды. То, что после сотен лет пустоты наконец-то наполнило мир смыслом. И, ощутив тепло любви Реи и Азу, я уже не мог вернуться в пустоту. Прожить хоть один день без них было бы хуже тысячи смертей, заживо съеденных этой проклятой птицей. Рея была слишком далеко, ее тело разлетелось на куски. Но Азу, даже сломленная, все еще сохраняла частички жизни. Я использовал все, что у меня было: силу Импульса Дракона, осколок Императора Драконов внутри меня и саму мою душу. Я использовал все это, чтобы совершить одно чудо - снова вдохнуть в нее жизнь. И когда вся моя любовь вошла в нее, исцелив ее тело и вернув ей душу, я телепортировал ее в дом ее деда, оставив свое тело позади. Когда моя любовь ушла вместе с Азу, в моем теле осталась только ненависть. Она бушевала по всей стране, убивая тысячи людей, пока сила, накопленная в ней, не истощилась настолько, что ее можно было убить. "Герой щита, прости меня, ибо мне уже все равно". _____________________________________________ Азу стала другой после того, как я ее вернул. Счастливый ребенок больше не улыбался и часами смотрел в пустоту. Мне приходилось заставлять ее есть, иногда завладевая ее телом, чтобы заставить ее сделать это самой. То, что клан Аотацу сделал с ней и ее матерью, оставило глубокие шрамы. Шрамы, которые я не мог найти способ залечить. Мало того, она начала винить себя в том, что случилось со мной, в том, что я потерял долголетие и тело, сколько бы раз я ни говорил, что сделал бы это снова, если бы мне представилась такая возможность. Видеть ее, последний лучик света в этом темном мире, в таком состоянии было для меня душераздирающе. Я просто хотел, чтобы она была счастлива. Я готов был отдать за это все. Так прошло три долгих года, но моя маленькая Азу не подавала признаков выздоровления. Тогда Фитория сбросила нам на голову Героя. Казалось, Птичий Бог специально послала его к нам, желая, чтобы Герой присмотрел за Азу, дабы убедиться, что другие драконы не придут за ее фрагментом ядра, и что я сдержу свое обещание и не попытаюсь собрать больше для себя. Как будто я готов пожертвовать своей дочерью ради шанса возродиться в качестве Императора Драконов". От юноши исходила аура невероятной силы, тепла, благородная энергии, металла и таинственного смещения самой реальности. Для дракона он был как кошачья мята, а для Азу - любовь с первого взгляда. Она наконец-то начала выходить из своей скорлупы после стольких лет, и я сыграл свою роль в развитии событий. Используя "Импульс дракона", я заставил Святой Меч добавить Азу в партию Героя и научил дочь изменять волю мира в свою пользу. Я даже создал копию своего Ядра Дракона, чтобы сделать подарок Герою, пытаясь купить его благосклонность, а также открыть Серию Драконов, чтобы еще больше укрепить мою дочь. Сам Герой Меча был добр и терпелив с Азу, и я понял, что он мне нравится. Он отличался от Героя Щита, которого я знал в относительной юности. Его глаза были старыми, и от него веяло опытом, настолько, что другие Герои могли поверить, что он старик. Когда он говорил о героизме, то всегда с осторожностью, рассказывая о том, как Герой может легко взбудоражить людей, даже не осознавая этого. Внезапно войны, которые я случайно вызвал, начали обретать смысл. Я услышал его историю в ту ночь в посольстве и понял, что он был похож на меня. Он провел большую часть своей жизни, следуя чужой мечте, надеясь, что она заполнит пустоту внутри него. И, как и я, он в конце концов нашел людей, которые заполнили эту пустоту. ...И, как и у меня, у него отняли этих людей. Хотя он хорошо скрывал это, доходя до того, что сам убегал от этого факта, внутри него была дыра, которую нужно было заполнить, и пока он этого не сделал, само существование было для него мучительным. Что ж, возможно, Азу сможет помочь заполнить эту пустоту. "Я желаю тебе счастья, моя драгоценная дочь".