Доверься

— Я вам че, пидар что-ли?! — В который раз кричит Рома, отвечая на не смешную шутку одноклассников. Они и правда начинают надоедать, он и Тема просто друзья, ничего большего даже при желании не могло прийти к нему в голову. Это не надо никому, ни ему, ни его другу. Не надо. Артём бросает на Рому непонятный ему взгляд из-под ресниц. Его глаза смотрят прямо в душу, хочется отвернуться, чтобы он не видел сомнения и страх, что закрались в уголках этой самой души. И он бы отвернулся, но эти кари-зеленые глаза так красивы, что не хватает сил просто взять и потерять возможность смотреть и смотреть в них. Возможно эти долгие, изучающие друг друга взгляды и заметят пока ничего не понимающие одноклассники, но сейчас им не до этого. В голове Ромы чётко всплывает мысль, что эти глаза станут для него большой проблемой. *** -Я не гей. Я не гей. я не гей, я не гей, я не…- Как в бреду шепчет рома, стоя напротив зеркала. Растрепанные волосы торчат во все стороны, как и брови. Глаза красные, от натерания их руками, а голова полна мыслей. И каждая из них о нем. Его глаза, его улыбка, росыпь мелких веснушек на носу. Хочется смотреть в эти глаза до конца жизни, пока он не ослепнет, видеть эту улыбку и радость друга, хочется провести сотни линий между веснушками, соеденив их в подобия созвездий, на которые хочеться смотреть в перерывах между глазами. Хочется очень много. Хочется, чтобы он смотрел только на него. Хочется чтобы эти губы улыбались только ему. Хочется одному видеть всю красоту мелких веснушек на лице, которые видно только если близко присмотреться. Хочется всегда сидеть вместе, вдвоём, в своём общем пространстве. Хочется быть для него единственным. Естественно единственным другом. Он снова провожал своего друга до дома, проходя немалое расстояние раз за разом, лишь бы еще чуть-чуть побыть в его компании. Лишь бы он снова смотрел на него этими глазами, лишь бы снова шутил с ним и нес всякий бред, лишь бы снова был рядом, и все его внимание было сосредоточено на одном лишь Роме, лишь бы, лишь бы, лишь бы… А потом из всех мыслей одна кричит громче всех. "Хочется поцеловать его". Это становится началом конца. Но следом приходит осознание, что это бред. Им нельзя. Ему нельзя. Ему все еще нельзя даже думать об этом, единственное, что он может, это лишь провожать его снова и снова, сидеть с ним почти на всех уроках, и в конце концов быть просто друзьями… Ничего лишнего, ничего большего, как бы не хотелось. *** — Я не по парням! — Срывается на крик Рома, снова находясь в компании своего лучшего друга, снова смотря ему в глаза, но в этот раз еще и дыша ему в губы. Все было как обычно, они как и раньше играли вдвоем, ничего не предвещало того, что было сейчас. Возможно не стоило начинать шуточную перепалку, возможно не стоило позволять Артёму одолеть себя и набрасываться сверху. Возможно стоило сразу скинуть его с себя, а не смотреть в эти блядские красивые глаза. Возможно стоило хоть как-то отреагировать, когда Артём стал двигать ближе к его лицу. Возможно стоило протянуть его поближе и сделать то, чего он очень хотел. Возможно вообще не следовало приходить к нему домой, и уж тем более влюбляться в лучшего друга. Ему стоит уйти, да, лучше уйти, остыть и вернуться с чистой головой. Он скидывает Артёма с себя, встаёт и в торопях идёт к выводу. Из комнаты, из дома, из этого места, где слишком много чувств и мыслей накинулось сразу. — Я домой. — Жёстко говорит он, выходя из комнаты и делает вид, что не слышит попытки Артёма позвать и остановить его. — Почему ты блять уходишь? — Голос Артёма звучит грубо. В нем слышны грусть и обида, что ещё больше выводит Рому из себя. Как будто Артём действительно хотел поцеловать его, как будто он действительно тоже что-то чувствует к Роме, и он не один, кто вляпался в этот пиздец чувст к лучшему другу. — Потому что блять. — Выплевыет Рома в ответ, и обувшись уходит. Он сам не знает почему он сбегает, но чувствует, что не может больше находиться здесь. Ему надо уйти. Он быстро уходит. И всю дорогу думает лишь о том, что действительно хотел бы поцеловать эти губы, утонуть в этих объятьях, и позволил бы зарыться чужой руке в своих волосах, пока сам бы рассказывал как ему было трудно без всего этого, как ему хочется остаться с ним и как сильно он его любит… Действительно любит. Любит в нем все: и его короткие волосы и его еле заметные веснушки на носу и его прекрасные каре-зеленые глаза в которые хочется смотреть часами… Больше всего хотелось остаться хотя бы друзьями, чтобы у него была возможность быть рядом. Но как на зло он все испорти. Он не знает, что ему дальше делать. Но он хочет верить, что все это к лучшему. *** — Я люблю тебя. — Артём стоит рядом с ним, но Роме все равно кажется, что ему послышалось. И он просто стоит и смотри сверху вниз, ведь Артём чуть ниже его, глупым взглядом. Он смотрит в эти красивые глаза, полные решимости и одновременно страхом. Он видит волнение друга и сам волнуется ещё больше. Хочется переспросить, что именно он имел ввиду. Он любит его как друга? Или как нечто большее? Хочется сбежать, ведь он больше не может выносить на себе взгляд этих глаз. Хочется оттолкнуть. Хочется обнять Артёма. — Что ты имеешь ввиду? — Глупо мямлит Рома в ответ. — То и имел. Давай встречаться? — Уверенность Артёма дала сбой, и последние слова он произносит почти шёпотом. Глаза больше не смотрят на Рому. Они смотрят на все, что угодно кроме Ромы. А Рома не знает, что делать. Его сердце бешено бьётся, лицо краснеет, и на лицо лезет глупая улыбка. Он хочет согласиться, очень хочет. Но ему так страшно. Что будет дальше? А правда ли Артём его любит? Сколько они продержатся вместе? Как долго они будут скрываться от всех? Теперь хочется плакать от своей глупости. Если он сейчас согласится, и их раскроют? Что скажут люди? Но от счастья хочется плакать больше. Поэтому он берет Артёма за талию и обнимает. Слишком долго он этого хотел, так что насрать на всех. Поэтому когда Артём в ответ кладёт свои руки на его шею, он только счастливо улыбается и мягко говорит в ответ. — Хорошо. И все у них будет хорошо.