Развитая Геройская Академия (Ремейк)

Развитая Геройская Академия

Пролог

      Каково это, умирать от создания, к которому ты лично приложил руку? Каково это, когда тот, на кого ты возлагал надежды, кого выделил среди всех остальных, дал ему все, а он… А он просто откусил кормящую его руку по локоть и плюнул в лицо. Как это, черт возьми, называется, кроме как предательство?       Предательство… Странное слово… Его можно использовать, когда угодно и где угодно, в каком угодно контексте и даже для своей выгоды. Предателем можно назвать каждого, кто предал твои идеалы. Так можно назвать того, кто не оправдал твоих надежд, которые ты сам себе внушил, даже не удосужившись взглянуть человеку в душу… Предателем можно назвать даже человека, который отдаст все, даже то, что нажито кровью и потом, чтобы только защитить свою семью и детей. И их называют предателями, но только мелочные люди, пекущиеся только о том, насколько сильно пачка денег в кармане натирает их задницу.       Но случай, по которому Алекс Мерсер, сильнейший, лучший, неповторимый, в конце концов самый первый Развитый ныне бессильно готов выть и называть этим словом свое создание — это смерть от его рук.       План, так нежно, в тайне, пестуемый им на протяжение года, долгий поиск кандидата, подготовка, создание последователей — тот еще геморрой, кстати — а в итоге… А в итоге одна черномазая тварь все испортила!! Алекс хотел уничтожить его быстро и просто, но этот ублюдок успел развиться до такой степени, что быстро и безболезненно его уже не убить! Поэтому Алексу пришлось в скором темпе разрабатывать, помимо основного, план по уничтожению Хеллера. Уничтожению всех его последователей и пособников, для начала, а потом и его самого… И что в итоге?! Он! Он его убил, а не наоборот! Как?! Почему?! Почему эта тварь, что была первым подопытным Алекса, в итоге, вместо благодарностей, откусил кормящую руку по голову?!       Находясь в таком подвешенном состоянии, Алекс долго размышлял над тем, что именно он хотел сделать и каким образом Хеллер смог его практически убить. И все глубже погружаясь в размышления, в анализ людского мышления, что остался на задворках его сознания после поглощения тысяч, если не десятков тысяч, людей, Алекс смог кое-как понять, почему-же его идея, его мысль, его План, в конце концов, потерпели крах.       Люди не любят меняться. Им банально лень меняться, они любят стабильность и ненавидят революции. Алекс только мог фыркнуть на такое… Если-б мог. Ну право слово, сколько в истории было примеров революций, начиная от цезаря и заканчивая, к примеру, Октябрьской Революцией, возглавляемой Большевиками, с Лениным на броневике.       Посмеявшись этому парадоксу, Алекс вдруг ухватил внезапно проскочившую мысль. Рассмотрел ее со всех сторон… И пришел к выводу, что Большевики — это не вся страна и как раз людей, тогда уже Советского Союза, банально поставили перед фактом, что власть сменилась, денег как не было, так и не будет, но вы держитесь… Э-э-э, стоп это-ж из другой оперы. Так вот, народ просто поставили перед фактом, и вот уже после этого люди стали медленно привыкать к новому строю, единственной партии, к репрессиям, НКВД, Кулакам и другим явлениям того времени. А также они пытались отвыкнуть от того, что Советская власть запретила веру в Бога.       — «Пф, люди, верят в какую-то сверхъестественную, несуществующую, абстрактную личность, которая якобы руководит ими» — мысленно фыркнул Мерсер. — «Конечно, легче верить в то, что неудачи — это проделки судьбы и какого-то эфемерного Бога, а не патологическое рукожопие и дебилизм, связанное огромной дозой лени и нежелания меняться».       И все-таки, люди менялись, медленно, но менялись. Правда Веру из них выдавить у Советской власти так и не получилось и Иосиф Сталин решил в этом потакать народу, вернув им Веру. Но право — это мелочь. Проанализировав людей, Алекс пришел к выводу, что без Веры они не могут. Людям обязательно нужно во что-то верить. Верить в то, что кто-то выдуманный всегда поддержит их в добрых начинаниях. А умные люди используют Веру для того, чтобы контролировать других людей. А вот в хорошем или плохом смысле — зависит от человека, сидящего у власти. Впрочем, это совсем уж дебри, в которые Алекс влез чисто под напором мыслей людишек, а никак не по собственному желанию.       Сколько бы Алекс так существовал в виде капельки крови, без способности регенерировать без хоть какого-то мало-мальски весомого источника биомассы, не знает даже он сам. Возможно вечность, возможно до скончания веков, что, впрочем, едино. В какой-то степени.       Когда Алекс утомился от болтания в собственном сознании, просматривая воспоминания людишек, вдруг на вертолетной площадке, на которой и состоялась финальная битва, открылась некая червоточина с синим ореолом и беспроглядно черным чревом, из которого на залитую кровью и спорами вируса площадку ступила нога в белоснежно белом ботинке. Следом за ногой из чрева материализовался высокий, стройный юноша в белоснежно белом пиджаке и черной рубашке, расстегнутой на две верхние пуговицы. Настолько-же белоснежные, как и его одежда, волосы юноши, спадающие на лоб, медленно развевались на легком ветерке, некогда шумного, а ныне мертвенно немого города. В руке юноша держал черную трость отменного качества с резной рукоятью из кости, изображающей оскалившегося волка.       — Хм… М-да, устроили вы тут… — загадочно вымолвил юноша, осматривая мертвенно тихий город, медленно вращая головой. Город являл собой угнетающую картину. Здания наполовину разрушены, где-то чадят дым и пожары, а все, что дальше Таймс-сквер — разрушено до состояния руин и пожрано пожаром, кое-как остановленным десятиметровой стеной производства Черного Дозора. Наконец насмотревшись на город, юноша без проблем нашел глазами Алекса. Точнее то, что от него осталось. — Ну здравствуй, друг мой, — хмыкнул юноша. — Как живешь, чем дышишь?       — «Сволочь…»       — Ах да, прости-прости, Джимми-же отнял у тебя это все… — продолжал насмехаться он, приводя Алекса в неистовое бешенство. Однако, в один момент юноша вдруг стал предельно сосредоточен и серьезен, даже невидимый ореол этакого «мажора» исчез. Теперь перед Алексом стоял тот, кто мастерски прикидывался юношей. И настолько резко произошла перемена, что Мерсер впал в ступор. — У меня есть к тебе предложение. Я могу дать тебе жизнь в новом мире, с чистого листа. Взамен, ты создашь идеального Развитого, похожего, а возможно и превосходящего, тебя самого. Интересует? — по птичьи склонил он голову, легко ухмыльнувшись. Однако Алекс ничего не сказал. Во-первых, потому, что не мог физически. Во-вторых, потому что думал. Юноша не гнал его, а лишь ждал ответа.       Жизнь с чистого листа, да?.. Хех… Возможно, это шанс исправить ошибки, которые он допустил при первой попытке. Возможно, медленная, но верная эволюция поможет ему достичь цели, что пока ему недостижима? А этот новый, Идеальный Развитый… Его-же можно воспитать именно так, как тебе надо, верно?       Наконец, Алекс решился и даже мысленно согласился выслушать юношу более внимательно… Как вдруг понял, что ничего сказать не может!       — О, не волнуйся, я умею читать мысли, — сообщил юноша, будто прочитав мыс… А, ну да. — Очень рад, что ты согласен, — оскалился юноша, телекинезом поднимая капельку крови. У Алекса появилось чувство, будто по спине стек холодный пот. Даже без учета полного отсутствия оных. — А теперь, пожалуй, переместимся ко мне в кабинет, дабы обсудить условия нашего с тобой контракта, мой Развитый друг, более предметно. Да и тело тебе не помешает… — задумчиво проговорил он. — Или тело не нужно? — скосил он взгляд на капельку крови.       — «Нужно!!!» — донесся до него рык Развитого.       — Нужно так нужно, нет проблем, — хмыкнул юноша, одним шагом перемещаясь к себе в кабинет… Который представлял из себя логово Гика, не меньше! То тут, то там в большом кабинете висели плакаты из игр, фильмов, комиксов, даже плакаты рок-групп висели в огромных количествах! Шкафы, буквально окружившие стены, заставлены книгами, комиксами, фигурками разных выдуманных персонажей… С ужасом Алекс увидел фигурку самого себя и Хеллера, находящихся рядом. И его собственная фигурка лежала на боку, а Хеллера наоборот, стояла. И посреди всего этого — прямоугольный дубовый стол, на котором, вопреки остальному кабинету, лежало всего несколько действительно необходимых, по мнению Алекса, вещей и, по, опять-же, его мнению, абсолютно ненужных. Из важных — ноутбук, стойка для ручек-линеек-канцелярии, блокнот, стойка для документов. Из не нужных — граненый стакан с чаем в металлическом подстаканнике с выдавленным на нем узором. И вроде все из дешевого металла сделано, по сути из алюминия, даже этот узор — банально выдавлен трафаретами под прессом… А все-равно, в голове Мерсера почему-то проскочили какие-то ностальгические мысли, связанные с поездом, плацкартом, яйцами и бутербродами в газетке и видами набегающих или удаляющихся красот великой и необъятной…       Что-то его не туда понесло. Видимо, сказывается долгое пребывание в сознании и анализ жизни советского народа через прямых его представителей, родившихся в шестидесятых-семидесятых и заставших восьмидесятые и девяностые года.       Стоп, в голове?! Алекс быстро ощупал эту часть тела… Да, голова на месте… А до этого не было… Видимо, этот юноша уже выполнил обещание восстановить ему тело.       — Вижу, ты наконец вернулся к нам, — насмешливо фыркнул юноша. — Ах да, где мои манеры. Позволь представиться, Аксель Рейт, ученик и преемник демиурга, — юноша шутливо отвесил поклон и, обойдя стол, с разбегу запрыгнул в кресло, по инерции откатившееся в сторону. Схватившись за край стремительно удаляющегося стола, юноша дернул себя обратно и доехал до середины стола, сцепил руки под носом, скорчил угрюмую гримасу и сверкнул материализовавшимися очками.— Присядь, — бросил он, силой мысли материализуя перед столом еще одно кресло, чуть менее удобное и дорогое, чем у него самого. Алекс, недоверчиво покосившись на Рейта, потом на кресло, осторожно отодвинул то от стола и, убедившись, что оно настоящее, уселся в него уже так, будто пришел к другу поговорить. — И так. Как я уже сказал, я даю тебе новую жизнь, с чистого листа, а ты мне взамен — Идеального Развитого.       — В чем подвох? — сразу спросил Алекс.       — Подвох в том, что нельзя устраивать зомби-апокалипсис преднамеренно, нельзя создавать армию зараженных и Развитых и идти войной на весь мир. В остальном — все в твоем распоряжении. Ах да, твой будущий подопечный также должен неукоснительно соблюдать эти правила, иначе… — юноша провел пальцем по шее. Алекс кивнул — вполне приемлемо. — В остальном, делай что хочешь, весь мир в твоем распоряжении.       — И все? Тебе только Идеальный Развитый нужен? Как я или даже сильнее?       — Хм… — усмехнулся юноша. — Если захочешь, после выполнения контракта, могу даровать тебе забвение. Можешь сразу им воспользоваться после выполнения, а можешь отказаться, дело твое.       — И что это за кандидат такой? — хмыкнул Развитый. Затем, нахмурившись, осмотрелся в кабинете, но так и не нашел что-то что выделяется, явно намекая на выбор Рейта.       — Да так, идеалист-лентяй с закосом под гордого птица.       — Пока не пнешь — не полетит? — понимающе хмыкнул Алекс.Рейт коротко усмехнулся под переплетенными перед лицом пальцами. — И что, мне его перевоспитывать, или как?       — Ну… — Рейт расцепил кисти рук, откинувшись в кресле, положив руки на подлокотники. — Идеалистов я ненавижу. Вечно ставят других выше себя, заботясь о себе в последнюю очередь, а как приходит время действовать радикально, так такие как он сразу заводят шарманку о том, что Герою не положено пытать и убивать, даже если человек — последняя мразь, — под конец скатившись в презрительное шипение, выдал накипевшее Рейт. Но быстро успокоился. — Прости, накипело, — улыбнулся он. Алекс тем временем медленно обтекал, пытаясь переварить крик души демиурга. И понял, что, то место, куда его посылают, это…       — …Жопа, — выдавил пришибленный догадкой Мерсер. — Ты меня в мир какого-нибудь Аниме сунуть хочешь?!       — О, а много ли ты Манги и Аниме видел?       — Ты забыл кто я? — задрал бровь Мерсер.       — Ах да, прости-прости действительно забыл, — фальшиво извинился, помахав рукой, Рейт. «Подловить решил» — раскусил его Алекс. Рейт только загадочно растянул губы в оскале.       — Значит, в Аниме сунуть решил… — вздохнул Алекс. Вот тоже, блин, предел мечтаний, в Аниме попасть! Да об этом подростки грезят, которым приключений на задницу не хватает! — И в какое же?       — О, поверь, ты будешь удивлен.       — Знаешь, я уже!       — Я вижу, — гаденько улыбнулся юноша. Алекс скрипнул зубами. Этот… Этот чертов демиург до кипения его доводит.       — Значит, не скажешь? — спросил Алекс, чуть успокоившись.       — Не-а!       — А уточнить, что за мир, какие его особенности?       — Эт’ запросто! Ну, значит, смотри, —Рейт чуть подался вперед, клацнул по клавиатуре раскрытого ноутбука и откинулся обратно на спинку кресла, подставив руку под голову, оттопырив один палец вверх. — Я тебя спас, и в благородство играть не буду. Выполнишь контракт — и мы в расчете. А по твоему делу... Постараюсь разузнать. Хрен его знает, на кой ляд тебе эта информация сдалась. Но, я в чужие дела не лезу. Хочешь узнать — значит инфа важная, — Алекс только глаза закатил. Чертов Гик.       — Ладно… — сквозь зубы процедил Мерсер. — Значит, информацией делиться не будешь, так?       — В направлении верном мысли движутся твои, падаван юный, — глубокомысленно изрек он. — И не смей канон трогать, плохо будет иначе, тебе и остальным всем.       — Тьфу ты, хренов Гик, — сплюнул Алекс. — Ладно, я понял, точной информации я от тебя не дождусь. Как я узнаю кандидата?       — Поверь, не пропустишь, — доверительно покивал Рейт. Алекс глухо зарычал. — Ладно-ладно, че ты сразу рычать-то?! Уже и повеселиться нельзя! Ты знаешь какая тут скукотища? Сидишь целыми днями, бумаги разбираешь, за мирами следишь, пытаешься события корректировать в одном и не забывать «говорить» об этом какому-нибудь режиссеру, писателю или мангаке в другом, чтобы максимально сошлось! А еще учитель на голову давит, говорит — это не так, то не этак, а сие не вот так, а так быть должно… — Алекс слушал словесный понос демиурга с поистине олимпийским спокойствием. Наконец, Рейт заметил безразличие Мерсера и, скорчив жалобную моську, исподлобья, из-под спадающих волос, взглянул в лицо Алекса. — Не работает? — Развитый только головой покачал. — Эх… Ну что за люди пошли, никакого сострадания… — зырк на безразличного Алекса.       — Кандидат. Кто он?       — Эх… Совсем с работой заманали, черти… Нет бы развлечься со мной тут, по рюмашке пропустить, за жизнь поговорить…       — Чтобы по рюмашке, да за жизнь, третий нужен, — сам не зная зачем, сообщил Алекс. На свою голову.       — О! Точно! Нам срочно нужен третий! — тут-же воспылал энтузиазмом поникший было Демиург. — Матвеев!! — гаркнул он куда-то в бок. В ту же секунду один из шкафов вошел в стену и ушел в сторону, а в проходе появился тощий мужик со вздыбленными волосами, в белом халате и старых сварочных очках в золотой оправе.       — Матвеева нет, блядь, я за него! — гаркнул в ответ этот… Этот… Индивид с полубезумным взглядом и лыбой до ушей.       — О, Док! — приветственно махнул рукой Рейт. — Фёдорыча позови!       —Фёдорыч! — гаркнул Док куда-то внутрь гаража, на стеллажах которого Алекс удивленно наблюдал обрезанные канистры разных расцветок, подписанные, что самое интересное.       — Чё?! — из гаража донесся сиплый, прокуренный, пропитый бас.       — Тебя!       — Че надо? — в проеме вместо Дока появился крепко сложенный мужчина чуть за сорок, в тельняшке, старой кепке, с усами под носом.       — Бать, третьим будешь? — поиграв пальчиками в универсальном жесте, буквально прожурчал Аксель. Мужик аж глаза выпучил и рот раззявил, выпуская чадящую дымом сигарету.       — А шо-ж ты сразу-то не сказал, я бы хоть этот… Марафет навел! — выдал мужик, быстро прошествовал к столу и занял еще одно материализовавшееся кресло. — Наливай! — Алекс, наблюдая весь этот абсурд, машинально закрыл глаза и помотал головой. Когда-же открыл… Все было как раньше — никакого Дока, Матвеева, гаража и Федорыча. Только он и Демиург. Поправка — нагло скалящийся Демиург.       — Это…       — Простая иллюзия.       — И зачем? — выгнул брось Алекс. И тут-же решил догадаться сам. — Чтобы доказать, что ничего путного я от тебя не дождусь?       — Ага!       — Ладно… Если говоришь, что я узнаю кандидата, то это однозначно главный герой… — Рейт только загадочно улыбнулся. — Хорошо, будь по-твоему, я согласен.       — Ну вот и ладушки! — хлопнул он руками. Под ногами Алекса раскрылся портал… Но пока он туда не провалился. — И главное — дай парню самому выбрать свой путь, пусть сам шишек набьет. Однако, главные правила ты помнишь, так? — Алекс кивнул. — Их не должны нарушать ни ты, ни он, ни при каких обстоятельствах. Инструктаж ясен? — еще один кивок. — Тогда… Добро пожаловать в дивный новый мир! — воскликнул демиург и хлопнул руками. В тот же момент под Алексом пропало кресло, и он провалился вниз, в портал.       Демиург-же, создал еще два кресла, достал из-под стола три граненых, советских стакана, бутылку водки, и…       — Федорыч!       — Че?! — открылась дверь-шкаф.       — Зови Степаныча, дело есть! — и указал на «инвентарь».       — Я мигом! Степаныч!!!       Аксель проводил взглядом удалившегося Федорыча и, создав на секунду в руке белый шар, что-то в нем рассмотрел, ухмыльнувшись. Маленькая прихоть начала приводиться в исполнение. А пока можно и отдохнуть от рутины...