Весь ваш

- Го-господин Забуза... Все произошло внезапно - будто бомба взорвалась. Ничто не предвещало беды, и на тебе - на циновках, среди раскиданной посуды и клочьев рваной одежды Забуза сидел верхом на своем несчастном ученике, безжалостно вжимая хрупкое тело в пол... - Господин Забуза, ваши... ваши раны... До чего же удивителен этот Хаку - в такой ситуации, и беспокоиться о подобных мелочах! Язвительно усмехнувшись в ответ, мужчина прижался губами к плавному изгибу шеи мальчика - в жесте этом нежности не было ни на грамм, только собственничество - и прохрипел в ответ: - Херня. Заживет, как на собаке! Последнее задание не было особо сложным - так, небольшая разминка-подработка в перерывах между по-настоящему интересными миссиями. Этой ночью Забуза ввалился в свое логово грязный, уставший и весь в крови, раздосадованный тем, насколько скучным этот бой оказался - а Хаку ждал его, героически борясь со сном. Набрал ему ванну, обработал жалкие царапины, нанесенные не менее жалкими противниками, с таким вниманием, точно это были смертельно опасные раны, а утром... Утром появился на пороге свежим и бодрым, как ранняя пташка, как будто не караулил Забузу большую часть ночи. Появился с завтраком на подносе и плошкой, полной целебной, мать ее так, мази... В ту минуту у одного из сильнейших ниндзя мира и сдали окончательно нервы. Чувства, в которых он не мог (да и не хотел) разбираться, захлестнули Забузу с головой. На его совести, если таковая у Демона из Тумана вообще имелась, постоянно прибавлялось злодеяний - одно страшнее другого. Он всегда был жестоким человеком, он начал забирать чужие жизни, будучи еще молокососом намного младше Хаку... Но никогда еще он не чувствовал себя таким подонком, как сейчас, глядя в эти перепуганные, похожие на темные озера глаза. Подбирая с улицы грязного заморыша много лет назад, Забуза даже представить не мог, что тот вырастет... вот таким. Мало того, что машина для убийства с улучшенными генами, так еще и мордашка покрасивее, чем у многих девчонок! И как тут устоишь?.. - Ты не боишься? - усмешка, вопрос чисто для проформы. - Что, даже слова не скажешь? Ресницы Хаку дрогнули, опускаясь. Румянец окрасил кровью белый снег его щек. - Я весь ваш, вы знаете, - ответил он тихо, но решительно. - Если господину Забузе нужна моя невинность, то я готов... Бедный ребенок на службе у подонка. Забуза забирал у Хаку эту чертову невинность столько раз - когда муштровал на тренировках, когда приказывал убивать людей, в конце концов, когда, не в силах сдержаться перед противоестесственным зовом плоти, заставлял удовлетворять себя ртом... Удивительно, как мальчик среди всего этого оставался таким чистым и добрым! Забуза иногда даже ненавидел его за это. Желание изничтожить - и желание обладать. Две стороны одной медали. Все так сложно и запутанно... В любом случае, дрожащая рука мужчины сама потянулась к чудом уцелевшей плошке с мазью, которая оказалась полезна совсем для иных целей. Хаку вздрогнул всем телом, подавил вскрик, закусив нижнюю губу. Его грудная клетка поднималась тяжело и часто, в уголках глаз заблестели прозрачные капли... Забуза имел полное право делать с этим ребенком все, что душе угодно. В конце концов, пацан сам за ним пошел, сам отдал ему жизнь и добровольно стал живым инструментом... но отчего же так паршиво? И, что самое ужасное - сдать назад он не мог. Синоби не может позволить себе столько противоречащих друг другу чувств сразу... - Хаку? Сердце мужчины пропустило несколько ударов, когда тонкие пальцы коснулись его щеки. Уж он-то знал прекрасно, как легко эти пальчики с зажатыми в них иглами способны убивать, но сейчас Хаку каким-то образом умудрился превзойти самого себя и поразить его в самое существо одним легким прикосновением... - Почему вы остановились, господин Забуза? - спросил он с вымученной улыбкой. - Продолжайте... Ноги у Хаку слегка дрожали, но он легко перекрестил их за спиной учителя, притягивая его к себе ближе. - Делайте со мной все, что хотите! Сбивчивое дыхание. Черный шелк волос, разметавшихся по циновке. Клочки порванного кимоно. Животное хлюпанье мази, сопровождающее каждое движение пальцев внутри. Забуза будто видел и слышал все со стороны... Видел прекрасную цветущую лилию в грязных лапах чудовища. Он знал, что будет непривычно и трудно - труднее, чем с женщинами. Но ведь он сам вырастил Хаку и знал, что его мальчик выдержит все, что угодно... Даже любовь от Демона из Тумана. Он никогда не жалел Хаку на тренировках - не пощадил и сейчас. Протяжный крик огласил, наверное, все логово. Тесно, как же в нем оказалось чертовски тесно - это дурманило сильнее любой пролитой крови. Забуза окончательно потерялся в собственной похоти, бездумно бормоча ругательства сквозь сжатые зубы. Он вцепился, как зверь, ногтями в стройные бедра Хаку, насаживая его на себя сильнее, еще сильнее... Доброта. Честь. Благородство. Все это было так близко, но совершенно ему недоступно. Забуза не мог создать ничего хорошего, только украсть, присвоить, испачкать... Он долгие годы воспитывал преданного помощника. Свой личный инструмент, который помог бы свергнуть власть в деревне и стать новым Мидзукаге, да только и представить себе не мог, что привяжется так сильно! Что будет ценить Хаку не только за преданность и выдающиеся навыки боя, но и... - Весь мой, - пробурчал он, оставляя розовато-красный след зубов чуть ниже ключиц мальчика. - Правду говоришь, Хаку. Ты - весь мой...