Сон на грани смерти

— Феликс, просыпайся! — пытался разбудить громкий голос ото сна, встряхивая хрупкие плечи. — Феликс, мы сейчас опять опоздаем из-за тебя! Неужели непонятно, что не хочется. Вставать не хочется, идти в универ не хочется, учиться, жить. Ничего не хочется, если рядом не будет его. Сынмин всё понимал, но всё равно продолжал доставать уже проснувшегося парня, который всё не хотел открывать глаза. Феликс надеялся провалиться обратно в сон, потому что там снова будет он. Человек, из-за которого он нашёл причины не только больше спать, но и, в принципе, жить. Хван Хёнджин. Тёмные волосы, которые он чаще всего завязывает в хвостик, самые прекрасные глаза, под которыми находится небольшая аккуратная родинка, алые губы, которые хочется бесконечно целовать и целовать. Но разве важна внешность, когда прекрасна душа? В течение последних семи месяцев Хёнджин с Феликсом виделись каждую ночь. Абсолютно каждую ночь. В сегодняшнем сне парни проводили время на пикнике среди ромашкового поля, разговаривая, кажется, обо всём на свете.

***

— О чём ты думаешь? — спросил Хёнджин, аккуратно перебирая светлые волосы Феликса. Парень расположился у него на груди, наслаждаясь прекрасной погодой. — О том, что хочу всё бросить, — сказал Феликс, жмуря глаза от яркого света. — Солнце, нельзя так, — улыбнулся Хёнджин, легонько коснувшись кончика веснушчатого носа, как бы упрекая за сказанные слова. — Жизнь — это ведь так прекрасно. Столько возможностей, столько радости, — Хёнджин разместил свои ладони на чужих щеках, начав играть с парнем на груди, словно с маленьким ребёнком. — Но зачем мне всё это, если там не будет тебя? — Феликс забрал в свои ладони чужие руки, начав нежно водить по ним пальцами, вырисовывая различные фигуры. Они старались не говорить об этом, но режущая сердце тема очень часто всплывала сама. Хёнджин — просто персонаж из сна. Феликс не знает его в реальной жизни. Хёнджина просто не существует. — Ликси, не говори так, — Хёнджин поцеловал парня в светлую макушку, прильнув затем к ней щекой и зажмурив глаза. — Я же сейчас здесь, с тобой. — Но ты скоро уйдёшь, — грустно вздохнул Феликс, повернув голову в сторону, не показывая слёзы, что накапливались в карих глазах. Это была больная тема для них обоих, и Феликс чувствовал, что Хёнджин тоже не хочет об этом говорить. Казалось бы, просто человек из сна, у которого даже чувств быть не должно. Но Феликс знал, что это не так. Он чувствовал любовь Хёнджина даже через обычный сон. Через прикосновения, взгляды, разговоры, поцелуи. Сам же Феликс тоже любил Хёнджина до беспамятства, стараясь ему это всячески показывать, хотя всё было понятно и без доказательств. Напоследок Хёнджин оставил лёгкий поцелуй на виске Феликса, после чего парня разбудил голос Сынмина, который слышать, если честно, не очень хотелось.

***

Очередной. Бессмысленный. День. Феликс сидел в столовой университета и ожидал Сынмина, который должен был прийти с минуты на минуту. Парни учились в разных группах, но обедали обычно вместе. Сынмин кушал с Феликсом, потому что был в него влюблён, а Феликс проводил время с Сынмином, потому что ему больше не с кем этого делать. Друзей в универе у него особо не было, ведь зачем ему кто-то, если есть Хёнджин, лучше которого никого в мире не существует. — Угадай, кто пришёл? — сказал голос из-за спины, закрыв глаза Феликса ладонями. — Сынмин, что ты опять делаешь? — цокнул Феликс, убрав его ладони с лица. — Чего такой грустный сидишь? — поинтересовался парень, садясь напротив. — Ах, да, ты же сейчас другим не бываешь. Феликс лишь закатил глаза, посмотрев на Сынмина презрительным взглядом. — Ты же понимаешь, что ведёшь себя жутко глупо? — спросил парень, пережёвывая свой обед. Сынмин, безусловно, знал о Хёнджине и о снах Феликса, но считал, что это просто бред. Кто влюбляется в вымышленных людей? — Просто забудь его, — в тысячный раз сказал Сынмин, думая, что это проще простого. Но он ведь ничего не понимает. Хёнджин — воздух Феликса, благодаря которому он всё ещё жив. Если бы не волшебные сны каждую ночь, то и причин существовать бы уже не было. Но, конечно, Сынмин этого не знал из-за слепой любви к Феликсу. Он не понимал, зачем ему какой-то Хёнджин из сна, если вот он — человек, который всегда рядом. И хотя бы реальный. Феликс не ответил ни на одни слова, сказанные Сынмином, потому что был слишком погружён в свои мысли, которые были заняты, кстати, только Хёнджином.

***

Занятий у Феликса в этот день было меньше, чем у Сынмина, поэтому парень отправился домой один. В комнате было так тихо и пусто. Сынмин с Феликсом жили в общежитии, где студенты вечно жутко шумели в любое время суток, но сейчас всё было по-другому. Ещё не наступила ночь, спать Феликсу тоже не хотелось, но он очень соскучился по своему лучику света. Последние пару месяцев он принимал снотворные препараты, с каждым разом увеличивая дозировку, чтобы находиться с Хёнджином как можно дольше. Этот раз не был исключением. Придя домой, он даже не сел перекусить, а решил сразу приступить к своим привычным действиям. Он задвинул шторы, выключил звук на телефоне, чтобы его никто не прервал, выпил несколько таблеток и лёг на кровать. Первое время снотворное будто бы вообще не хотело действовать, но спустя полчаса Феликсу всё же удалось погрузиться в сон.

***

— Ты сегодня рано, Ликси, — сказал Хёнджин, открывая дверь парню в торговый центр. — Просто очень соскучился, — ответил Феликс, заходя внутрь здания. — А куда мы сегодня идём? — На каток, — Хёнджин взял Феликса за руку, начав его вести в нужном направлении. Они часто гуляли таким образом, потому что хотели быть друг к другу как можно ближе, выражая это даже через обычные прикосновения. — Ты умеешь кататься на коньках? — Я был на льду всего пару раз в детстве, поэтому не особо, — ответил Феликс, сжав ладонь Хёнджина чуть крепче. Ему очень хотелось вечно ощущать тепло его рук, которое согревало его лучше любого чая или пледа. Феликс, если честно, ненавидел каток, но ему было всё равно, куда идти, если он будет там вместе с Хёнджином.

***

— Да у тебя уже хорошо получается, отцепись ты от этого бортика! — смеялся во весь голос Хёнджин, смотря на неуклюжего Феликса, который одной рукой вцепился в несчастное ограждение, которое под его силой уже было готово сломаться. Другой рукой Феликс схватился за ладонь Хёнджина, боясь, что он оставит его одного в этом опасном месте, хотя знал, что парень так не сделает. — Поехали дальше, если ты упадёшь — я тебя удержу, обещаю, — сказал Хёнджин, повернув пальцами голову Феликса к себе, взглянув в его глаза. И как не верить этому взгляду? Феликс пойдёт за этим человеком куда угодно, хоть на край света, потому что знает, что тот никогда не даст его в обиду. — Ладно, — Феликс оттолкнулся от бортика, взяв ещё крепче парня рядом за руку, начав кое-как передвигать ноги. Хёнджин пытался научить его классической технике передвижения на коньках, показывая всё наглядно и очень медленно, но в итоге Феликс всё равно запутался в своих двух ногах, начав терять равновесие. Но Хёнджин обещал, что удержит его несмотря ни на что. Он схватил почти упавшего Феликса за талию, упав на спину и приняв весь удар на себя. — Я не хотел, прости, пожалуйста, — всё продолжал повторять парень, очень переживая за состояние родного человека. Феликс лежал сверху Хёнджина, разместив холодные ладони на щеках парня, заглядывая тому в глаза. — Всё в порядке? — Если с тобой всё хорошо, то и со мной всё будет отлично, — улыбнулся Хёнджин, прижимая своё солнце всё ближе к себе. Феликс подарил ответную улыбку, после чего прильнул к губам парня, оказавшись в сладком поцелуе. Бабочки в животе стремились вырваться наружу от переизбытка чувств. Хотелось только одного — чтобы этот момент длился вечно.

***

Но Сынмин считал по-другому. Опять. Этот. Голос. — Феликс, проснись, пожалуйста. Парень открыл глаза, когда Сынмин стоял на коленях рядом с кроватью, слабо дёргая Феликса за руку, уткнувшись лицом в одеяло. — Что случилось? — промямлил Феликс, выходя из прекрасного сна. — Что случилось? Ты идиот, Ли Феликс! — очнулся Сынмин, бросив чужую руку и начав кричать так, что слышало, кажется, всё общежитие. — Почему ты выключил звук на телефоне? Я пришёл сюда, а ты всё продолжал не просыпаться. Просто скажи, зачем? Зачем тебе всё это? Ответить Феликс не успел, так как почувствовал сильные рвотные спазмы, после чего сразу покинул Сынмина и их комнату. Так плохо после снотворных ему ещё не было. Да, в последнее время часто были слабость и головокружения, но до рвоты ещё ни разу не доходило. Как жаль, что его даже это не сможет остановить.

***

— Ты постоянно сидишь дома, давай повеселимся! — Сынмин всё продолжал уговаривать Феликса пойти на студенческую вечеринку в очередной вечер пятницы. — Мне надо сделать много заданий на следующую неделю, — продолжал отмахиваться парень, сидя на кровати со своим ноутбуком, листая очередную учебную ссылку. — Знаю я твои задания, сейчас выйду из комнаты, как ты сразу спать ляжешь, — Сынмин начал аккуратно прикрывать крышку ноутбука. — Ладно, идём, только отстань от меня, — Феликсу совсем не хотелось заниматься учёбой, и он знал, что Сынмин от него всё равно не отвяжется, он никогда не ходил на эти вечеринки один. Вдруг это действительно не такая уж и плохая идея?

***

С каждым часом вечеринки алкоголя было всё больше, градус был всё выше, а проблемы будто уходили на задний план. Феликс с Сынмином сидели на диване, иногда участвуя в разговоре, который вели пьяные студенты, но обычно это были беседы ни о чём, поэтому парням было не особо интересно. Они просто сидели, пили, иногда ели, а потом всё это чередовали. В какой-то момент Феликс почувствовал на своём бедре чужую руку, которая стала подниматься всё выше. Он, конечно, был пьяный, но явно не настолько. Его разум все ещё работал, а сердце продолжало твердить, что ему точно никто не нужен, кроме Хёнджина. — Сынмин, не надо, — сказал Феликс, выпивая очередной стакан яблочного пунша. — Да ладно тебе, мы же пришли расслабиться, — рука поднималась всё выше и выше. Сынмин уже потянулся к ремню, как вдруг Феликс скинул его ладонь, вылив свой напиток ему в лицо. — Я же просил остановиться! — одна сказанная фраза, после которой парень мигом покинул чужой дом, решив вернуться в общежитие. Нет места лучше, чем его комната, и нет времени лучше, чем сон.

***

Феликс лежал на кровати уже целый час, наблюдая за звёздами, которые сияли за окном. Сон всё никак не хотел приходить. Бросив все свои жалкие попытки, он опять выпил дозу снотворного, которая была ещё больше, чем в прошлый раз, после чего наконец-то заснул.

***

Вдруг Феликс оказался на крыше высокого здания. На краю стоял тот самый парень с хвостиком, чьи волосы волшебно развивались на ветру. Феликс начал бежать к Хёнджину, желая остановить что-то страшное и неизбежное. — Джинни! — крикнул Феликс, когда почти подбежал к Хёнджину. Казалось, что их разделяли сантиметры, но даже их было очень трудно преодолеть. Всё вокруг будто замедлилось, а совершать какие-то движения казалось чем-то нереальным и очень тяжёлым. — Ликси, нельзя так, — Хёнджин повернулся лицом к парню, который всё никак не мог добраться до своей цели. — Нельзя употреблять после алкоголя снотворное. Это были последние слова, после которых Хван Хёнджин упал вниз с крыши. Он не разворачивался к краю лицом. Всё своё последнее время он смотрел на Феликса, оставив эту картину у него надолго в памяти. Вид, от которого всё внутри переворачивается кругом и хочет взорваться. Событие, от которого парень на крыше начал безудержно кричать, обессилено упав на колени.

***

Очнулся Феликс в больнице. Рядом с ним сидел Сынмин, наблюдая за спящим парнем. — У тебя была передозировка, — моментально сказал он мёртвым голосом, не давая Феликсу опомниться, — ты почти умер. Наступила тишина, которую прерывало тиканье часов. — Я бы мог тебе прочитать миллион нотаций, но тебе явно сейчас не до этого. Я буду в коридоре, с тобой хочет увидеться один человек. Феликсу было очень плохо, но даже сквозь своё ужасное состояние он смог определить, кто зашёл в палату. Сынмин сразу покинул помещение, смирившись с тем, что всегда был лишним. Феликс попытался подняться с кровати, всё ещё не веря своим глазам. — Не надо, Ликси, ты очень слаб, — сказал тот самый Хван Хёнджин, сев на стул рядом с кроватью, проведя тёплой ладонью по щеке. — Тебе надо отдыхать. — Но Джинни, ты… Это сон? — спросил Феликс, в то время как из его глаз начали течь горячие слёзы, движение которых он не мог контролировать. — Это всё теперь реальность, Ликси, — Хёнджин оставил в уголке чужих губ лёгкий поцелуй. — Это всё реально.