♡
31 октября 2022 г., 17:22
Этот вечер обещал быть тяжелым для Габриэля, хотя бы потому, что ему придется пропустить тренировку по фехтованию. Сегодня у его отца, одного из ведущих бизнесменов страны, состоится дружеская встреча с представителем компании, пока что неизвестным у них в стране. Все будет чересчур мерзко богатым и мерзко идеальным, таким, чтобы новая сделка в последствии расширилась. Театр, в который они приехали на личной машине, встретил их пестротой прекрасных дамочек в узких платьях и джентельменов в костюмах. До начала представления было около двадцати минут, и, отпросившись, он первым покинул машину, чтобы набраться терпения в уборной.
Габриэль поправлял блестящие изумрудные запонки на рубашке, когда заметил на камне раковины телефон. Он оглянулся, но никого рядом не было. Любопытство одержало верх, и он взял его, рассматривая: последняя модель черного цвета, но хозяин даже не удосужился надеть на него чехол. Хотя чего он ожидал от расфуфыренных джентльменов в таком месте, которым плевать не только на свои же вещи? Габриэль нажал кнопку включения и базовый рабочий стол уныло встретил его. Он свайпнул вниз и, на его удивление, на телефоне не оказалось пароля. Владелец поражал больше и больше, потому он не задумываясь зашел в первую социальную сеть, которую он заметил, чтобы узнать, какому чокнутому потеряшка принадлежит.
Пустой профиль в Инстаграме без имени ничего ему не дал, а в подписках была только одна девушка, ее звали Неве, с несколькими фото: одна, похоже, с выпускного, где она стоит в шикарном дорогом платье, улыбаясь, а светлые длинные волосы струились по ее плечам; на другом же было фото с трибун, в руках ее была повязка неизвестной ему какой-то команды; третье, последнее фото, дало ему зацепку. Оно было выложено сегодня всего десять минут назад около театра, в котором сегодня Габриэль и будет мучаться несколько часов подряд по работе отца. Девушка стояла в нежно-голубом наряде, а рядом с ней стоял в черном костюме молодой человек, внешность которого была уж очень похожа на модельную из-за идеальной кожи без изъяна, аккуратно причесанных черных волос, с сережками в ушах и лица со скромной улыбкой. Они оба были азиатской внешности. Парочка каких-то айдолов? Габриэль хмыкнул, когда заметил подпись: «Впервые Ниннин разрешил выложить наше совместное фото! Сегодня пойдет снег?»
Ну и имечко. Он не сдержал смешок, рассматривая фотографию. Голубые холодные глаза нежно глядели на Неве, а скулы его были изящными, как острие пера. Габриэль заблокировал телефон, как услышал стук каблуков позади.
— Это мое, — юношеский, еще немного скачущий из-за подростковых изменений, уверенный, но негромкий голос прозвучал за спиной. Габриэль послушно развернулся на носках, протягивая владельцу потеряшки его вещицу. В жизни он выглядел намного прекраснее, чем на фото.
— Держи, растеряша, — Габриэль улыбнулся, пробегаясь по лицу Ниннина взглядом. Чертовски красив.
— Я вас не знаю, чтобы вы ко мне обращались так, — он случайно коснулся кончиками пальцев его ладони, и Габриэль удивился тому, насколько холодными они были. — Всего доброго.
Он с легким удивлением смотрел парню вслед, который не шел, а плыл между толпой, насколько его движения были плавными и грациозными. Вот это ледышка! Габриэль неловко коснулся шеи и взглянул в отражение в зеркале, проверяя свой внешний вид в последний раз. Отец наверняка заждался его, поэтому он поспешил к их бенуару обратно. Он говорил, что сегодня их просмотр пьесы не важен, сколько стоит быть внимательным к людям, с которыми им придется провести встречу, насколько важно, что отец даже назвал имя наследника и название компании, с которыми они решили отпраздновать сотрудничество, сказал, что ему стоит иметь хорошие отношения с его семьей и на этом закончил, не дав должной полезной информации. Габриэлю не нравилось, что сегодня он будет в роли украшения, но, раз отец дал наказ молча быть за его спиной, то у него нет права спорить с ним.
Обслуживающий их человек сегодня без проблем провел его к их месту, и Габриэль извинился за свою задержку. Отец кивнул в сторону кресла, как бы говоря ему сесть.
— Они немного задерживаются, поэтому, Габриэль, еще раз скажу тебе быть особенно дружелюбным с Нинсо, как с самым младшим из их семьи. Было бы неплохо, поладьте вы, — тихо произнес отец, не смотря на него.
— Развлекать ребенка, говоришь? Ладно, я понял, — едко высказал Габриэль и сразу смолк, когда шторы, скрывающие бенуар от коридора зашелестели и вся семейка пришла на свои места.
Габриэль повернулся вполоборота и с удивлением выдохнул: Нинсо, который был Ниннином в уборной и в профиле Инстаграмма, стоял позади Винвина, наследника этой самой компании. За рукав его пиджака держалась Неве, которая вежливо улыбнулась Габриэлю. Вот так встреча! Отец поднялся с места, и ему пришлось подняться тоже.
— Просим прощения, Аркутурус, случились непредвиденные события, из-за чего мы задержались, — вся троица вежливо поклонилась.
— Не стоит, — отец поклонился в ответ. — Раз мы все собрались, то хочу представить вам своего сына — Габриэль, прошу.
Он также поклонился и протянул руку сначала Винвину, который с уверенной улыбкой крепко пожал ее, поцеловал протянутую ладонь Неве и с ухмылкой пожал руку и Ниннину, который смотрел прямо в глаза и душу Габриэля.
— Многого о вас слышал, господин Кавано, — спокойно сказал он, глядя на наследника фирмы. — Приятно наконец-то с вами познакомиться.
Винвин махнул рукой.
— Не стоит, обращайся по имени. Тоже самое хочу сказать и тебе, Габриэль, — продолжая улыбаться ему, ответил Винвин. — Наслышан о твоем таланте фехтования.
— Боюсь вы преувеличиваете, — скромно ответил он, хоть на деле так и не считал. Конечно же Габриэль известен в спорте, учитывая то, что последние несколько лет он занимает первые места без единого поражения.
— Ох, Нинсо тоже занимается! Было бы здорово, сразись вы как-нибудь в дружеском бое, — впервые подала голос Неве, обратившись к двоим сразу.
Ниннин, точнее Нинсо, чуть нахмурил свои ровные брови и с незаинтересованно взглянул на него.
— Скоро начнутся соревнования, поэтому, возможно, мы столкнемся, — сказал он негромко.
Габриэль чертовски хорошо знал такой взгляд, коим одарил его эта малявка из такой же чертовски богатой фирмы. Его не воспринимали всерьез, его, пятикратного победителя в турнирах, его, который разбивал кучу таких самоуверенных мальчишек как он. Он ехидно улыбнулся, отвечая совершенно спокойно и серьезно.
— Жду с нетерпением, Нинсо.
Винвин с интересом смотрел на парней, особенно внимательно наблюдая за своим младшим. После небольшой паузы, он дипломатично сказал:
— Присядем же, представление скоро начнется.
Как бы Габриэль хотел, чтобы это шоу либо не начиналось вообще, либо закончилось спустя всего десять минут, потому что сидеть рядом с самим Нинсо причиняло кучу неудобства, во-первых, тот всем своим видом показывал свою скуку к Габриэлю, будто тот был надоедливой мухой, во-вторых, тот даже сидел идеально с прямой спиной, не позволяя закинуть себе ногу на спину, и, о, боже, как же это прекрасно выглядело, похоже, ему правда было интересно смотреть на выступление актеров и тихо пояснять Неве некоторые моменты своим холодным тоном, нежно улыбаясь девушке, когда она говорила что-то забавное. Габриэль старался не кипеть, сжимая руки на коленях, показывая все свое каменное спокойствие. Как же он жалел, что не мог пригласить кого-нибудь из своих друзей, чтобы немного развлечься во время этой необыкновенно интересной постановки. И, к его ужасу, время текло слишком медленно, словно улитка, которая ползла к своему завтраку-листику, что за время ее пути стал ужином.
Он смог с облегчением выдохнуть после звонка, объявшим начало антракта. Габриэль остался один в бенуаре, сказав, что он ничего не хочет, хотя на самом деле ему хотелось уйти отсюда или хотя бы немного покурить, чтобы снять раздражение. Он открыл общий чат со своими близкими друзьями и написал.
Га-а-абри-Эль
мне кажется что я умру от идеальности этих азиатов серьезно как они могут получать удовольствие из-за встречи по работе семьи? я хочу домой что это за барби и 2 кена
Теодора Культуре просвещайся неуч Селен Эсен ака Эсса лол ну лошара вообще то нинсо не такой уж и плохой парень как то у нас была совместная лекция и мы сидели вместе он закрытый пздц его ж поэтому Ледяным принцем зовутГа-а-абри-Эль
БЛЯТЬ??? он серьезно учится в нашем универе- какого черта ты мне не сказал?
Селен Эсен ака Эсса ну это было давно я и позабыл к тому же он учится на факультете искусства Габриэль прикусил внутреннюю сторону щеки. Теперь понятно, почему они все еще не пересекались на учебе, чему на самом он деле и был рад: увидь он такую симпатичную мордашку в коридоре, то не смог бы нормально учиться дальше. Отлично, зато теперь он знает, где искать эту ледышку.***
Благодаря своему вселенскому обаянию и скромности, Габриэль с легкостью получил расписание от милой и застенчивой девушки-старосты, имя который он уже и не помнил, и чувство неприменной гордости и важности с теплом разливалось по нему. План «захвата объекта, ака Ледяного принца» помог разработать Селен, что с удовольствием ждал начала лекции группы вместе с ним в роли группы поддержки: если уж и умирать от стыда, то хотя бы не одному. Даже если их и выгонят с позором, то они прославятся на их факультете как самые безбашенные, коими они и являются. Прозвенел звонок, и они под шумок в толпе пробрались в аудиторию, занимая последний ряд. По словам старосты, обычно Нинсо садится в самый конец, поэтому все должно пройти гладко, если тот, конечно, не решит внезапно быть послушным студентом и сесть вперед. — Идут твои принц с принцессой, — шепнул Селен, толкая его локтем. Габриэль поднял книжку по истории искусств, чтобы его не спалили, и аккуратно взглянул на вход. Ох, как же он был хорош! Нинсо шел рядом с Неве и, как истинный джентельмен, на плече его было две сумки, одна его, а другая дамская, но даже так он выглядел неотразимо. Его волосы немного вились на концах, должно быть из-за дождливой погоды сегодня, прямые черные брюки, делающие не без того длинные ноги еще длиннее, идеально выглаженная белая рубашка с расстегнутой первой пуговицей, совсем не выглядела как-то пошло или несерьезно. Он представил, как на открытой шее Нинсо поставил бы на каждом сантиметре его бледной коже метки, как бы сам касался выглядывающих ключиц, расстегивал непослушными руками пуговицы на этой рубашке. — Мне кажется, что они трахаются, — сказал Селен, повернувшись к другу. — Они выглядят как парочка. Ты еще сам говорил, как эти голубки сидели рядом с тобой, — он поднял учебник, положив голову на стол, скрываясь. — Извини, конечно, я может звучу как кайфолом, но ты в пролете. Габриэль закатил глаза и отвел взгляд от парочки, что поднималась по лестнице к концу аудитории. — Тихо, сейчас пикап-мастер покажет тебе мастер-класс, — ответил он, не смотря на объект своего соблазнения. — Смотри и учись. — Учись чему? — они повернули головы к тихо подошедшему Нинсо с Неве, которые с вопросом глядели на парней. — Что-то я не помню, чтобы вы обучались в моей группе, — Кавано ухмыльнулся уголками губ. — И к тому же сидели на наших местах. — Ох, простите, Ледяной принц, грешников, посягнувших на вашу парту, — с такой же ухмылкой ответил Габриэль, не растерявшись. — Проявите свой благодетель и разрешите нам остаться здесь. Нинсо взглянул на Неве, как бы одними взглядами переговариваясь, после чего махнул рукой, ничего не ответив, и кивнул девушке на парту перед этими двоими. Неве пожала плечами и села первой, позволив Нинсо задвинуть ее стул, после чего он присел сам. Все шло по плану Габриэля, потому что его Ледяной принц был перед ним. Лекция началась и бубнеж преподавателя разлился по всей аудитории, а чирканье ручек дополняло учебную атмосферу. Габриэль достал из сумки небольшой листочек розовой бумаги и, написав на нем своим самым аккуратным почерком глупый подкат: «Я, конечно, не художник, но на твоем лице нарисовал бы улыбку,» — сложил его в самолетик, отправив его на переднюю парту прилежного принца и принцессы, внимательно внимавшим лекцию. Нинсо отвлекся от материала на мгновение и развернул бумажку, после чего смял ее, вернувшись к записям. — Гляди-ка, ты облажался на втором этапе, — ехидно высказал Селен. — Пикап-мастер, что дальше будешь делать? Габриэль закатил глаза, ничего не ответив другу, и сделал новый самолетик, отправив его через пятнадцать минут. Если уж и доставать, то хотя бы не сразу все выкладывать своему объекту симпатии. Времени у них было достаточно, по крайней мере, еще чуть больше часа. Но и этот самолетик одержал поражение и героически был смят в длинных пальцах Нинсо теперь с раздражением. Он прикусил губу, постепенно разочаровываясь. Зря что ли сегодня все утро прихорашивался, прилично оделся, если его подкаты не срабатывают? Габриэль с печалью поставил подбородок на руку, глядя на Нинсо. Так и закончилась лекция истории искусств без результатов, и Габриэль выполз из аудитории с Селеном самые последние, так как преподаватель заметил их сразу же, но решил не ругать при всех, а отчитать после занятия за то, что они прогуливают свои пары и без разрешения пришли сюда, и что если еще раз такое повторится, то будут разбираться с их отцами, а это будет ужасно хотя бы потому, что они будущие наследники компаний и не дети, хоть и ведут себя глупо. Они устало приползли в столовую, чтобы выпить чего-нибудь и перекусить перед своей следующей парой. — Придурки, — встретила их Теодора, злостно начиная свои причитания, от чего темные кудряшки забавно пружинили. — Вы чем думали? Ах, точно, у вас мозг отсутствует, мало того, что прогуляли свои занятия, так и мешали бедному парню, — она хлопнула своим подносом по столу, присаживаясь. — Не так с людьми нужно знакомиться, тем более не срывать им учебу, если вам на нее все равно, то другим нет. Габриэль медленно тянул свой горячий кофе, периодически кивая девушке, мол, да-да, он все понимает, и толкал Селена локтем, чтобы он делал также. — Тогда что ты посоветуешь? — А вот не надо, Габриэль, делать из себя несчастного сначала, — размешивая соус в своем салате, ответила Теодора и закинула в рот листок шпината. — Раз вы представлены друг другу, то спокойно и без своих шуточек принеси ему что-нибудь во время перерыва и пригласи в галерею, раз он на факультете икусства, — размышляла она. — Но перед этим, прошу, поговори с моим братом, чтобы не опозориться перед Нинсо. — С Дорианом? — влез Селен, оторвавшись от залипания в популярную игру. — Точно, он же задрот по живописи, — Селен получил подзатыльник от Тео. — Эй, я же прав! — Это ты задрот, лучше дальше играй, пока я учу вас жизни, — она мило улыбнулась и вернулась к Габриэлю. — Все понял? Габриэль кивнул.***
Второй день завоевания объекта обожания начался у Габриэля в комнате, пока Теодора бесстыдно копалась во всех его шкафах, подбирая одежду на этот день. Она каждые несколько минут заставляла надеть что-то, потом снять, и снова надеть, но с другими аксессуарами. Габриэль сравнил себя с манекеном, пока надевал свою темно-зеленую атласную рубашку с полупрозрачными руками, которая приятно скользила под пальцами, и, как сказала Теодора, прекрасно подходит к его зеленым глазам, открывала накаченные мышцы и хорошо будет подходить к месту возможного свидания, если Нинсо сжалится над ним и согласится. Теодора разгладила складочку на черных брюках друга, поправила ему ремень, чтобы бляшка находилась по середине, и придирчиво оглядела парня сверху вниз. — Садись, сейчас с волосами мучаться твоими буду, — хмыкнула девушка, усадив парня на пуфик в гардеробной. Габриэль прикрыл глаза и старался лишний раз не дышать и не мешать Теодоре делать из него человека, причесывая его. — Умоляю, Габи, постарайся не давить на него, ладно? — подала голос девушка, собирая его волосы в низкий хвост. Она аккуратно выпустила прядки по бокам спереди и закрепила его волосы небольшим количеством лака сзади у резинки. — Да понял я, — на выдохе произнес он, смотря в отражение в зеркале. Выглядел он слишком хорошо, даже прислуга в доме на мероприятия не так его собирает. Теодора улыбнулась уголками губ и хлопнула ему по плечу. — Ни пуха, ни пера. — К черту.***
Итак, они доехали на машине Теодоры к университету и разошлись в коридоре, и девушка сказала, что если что-то случится, то пусть Габриэль пишет ей, как самой нормальной из его друзей и разбирающейся в отношениях. Он с улыбкой кивнул ей на прощание и отправился на свои занятия, которые, похоже, он не особо будет слушать, пытаясь унять свое волнение перед обеденным перерывом. Но у него даже получилось как-то отвечать на вопросы преподавателей и сделать конспекты, наконец расслабившись. Он поправил в уборной волосы и рукава на рубашке, после чего направился к аудитории Нинсо, ожидая его у входа. Спустя пару минут после звонка, парень вышел один из аудитории и хотел было спускаться вниз в столовую, как его путь преградил Габриэль с легкой ухмылкой на губах и черным маленьким пакетом в руке. — Привет, Нинсо! — поздоровался он, продолжая улыбаться, и быстро оглядел парня, который как обычно выглядел невероятно в черной обтягивающей водолазке. Габриэль сглотнул, вернув взгляд к льдистым глазам Кавано. — Опять пришел отвлекать меня? — на выдохе произнес Нинсо, чуть приподняв голову к нему из-за небольшой разницы в росте. — Зови меня Ниннин. Ох, даже так! Похоже Габриэль на правильном пути, раз Нинсо, точнее Ниннин, разрешил называть его так, как писала Неве под фото в своем профиле. — Конечно, Ниннин, — он протянул ему пакетик. — Хотел пригласить тебя сегодня на выставку в галерее. Пойдёшь? Ниннин со смешанными эмоциями принял подарок, заглядывая внутрь. — Рахат-лукум? — с тихой усмешкой спросил он, достав коробочку со сладостями. — Такой же сладкий, как и ты, — ответил Габриэль. — Попробуй обязательно. Ниннин повел плечом, проигнорировав шуточку Габриэля, и спрятал коробочку обратно в пакет. Он пару мгновений молчал, бегая взглядом по лицу Габриэля, после чего выдохнул и произнес: — Во сколько? — В шесть вечера, — скрывая свою радость в голове, сказал Габриэль, шире улыбнувшись. — До нее недолго добираться, поэтому после наших пар мы спокойно встретимся и пойдем. Что скажешь? Ниннин кивнул и отвернулся от Габриэля, направившись вниз по лестнице в столовую. Габриэль считал это победой.***
Ниннин пытался унять дрожь в ладонях, когда надевал свое пальто, ожидая Габриэля у своей аудитории, в которой была последняя пара по расписанию. Ему было неловко от всех этих смущающих действий, как самолетики из кокетливой розовой бумаги, глупые подкаты, и, господи, слишком вкусный рахат-лукум. Он впервые пробовал его в жизни, но Габриэль так хорошо попал в точку. Не зря есть пословица, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Сладкое подняло ему и без того плохое настроение из-за болезни Неве, поэтому он с трепетом ждал встречи. К тому же, у ничего не было для Габриэля, но он старался не задумываться об этом и расслабиться. — Извини, долго ждал? — Ниннин повернулся к подошедшему Габриэлю, который одарил его мягкой улыбкой. — Готов? — Все в порядке, можем идти, — они не спеша пошли по пустому коридору, направляясь к выходу из здания. Ниннин чувствовал себя немного странно, потому что он, как назло, не мог придумать ни одной нормальной темы для разговора, из-за чего непреднамеренно ускорил шаг. Габриэлю же, похоже, было совсем фиолетово на молчание. Он выглядел просто довольным от того, что они идут вместе. Ниннин сжал ремешок сумки через плечо и поблагодарил Неккера, что открыл и придержал ему дверь. — Надеюсь, ты не против, что мы поедем в метро, — спустя пару минут наконец подал голос Габриэль. — Мне так больше нравится кататься по городу, — он усмехнулся, повернув голову к Ниннину уже без своей улыбочки. — Или для принца нужна своя карета? Ниннин закатил глаза и направился в сторону станции. — Перестань, не вижу никакой проблемы, — на выдохе произнес Кавано, не глядя на Габриэля. — И не нужно меня так называть, я же сказал свое имя тебе. Габриэль усмехнулся, когда они спускались по ступеням вниз и провел своим проездным для Ниннин по турникету, пропустив его, после чего прошел сам. — Даже если мне так нравится, ты не позволишь? — Многого хочешь, — ответил он, сравнявшись с Габриэлем. Пришлось прижиматься плечом к плечу, чтобы не толкаться в толпе и не задевать других людей, парируя между ними к платформе. Поезд подошел довольно быстро, поэтому они вошли в вагон, встав в уголок. Получилось так, что Ниннин прижимался спиной к стенке стоячих мест, пока Габриэль стоял прямо перед ним. Ниннин не знал куда деть свой взгляд, потому что доставать телефон в компании невежливо, смотреть прямо в лицо Неккеру странно, а еще его особенно отвлекал от нормальных мыслей ударивший в нос легкий парфюм Неккера. Что-то терпкое, древесное, и, кажется цитрусовое, идеально подходило ему. Ниннин коснулся своего шарфа, поправляя его края, но Габриэль опередил его, закутав его по самый подбородок. Ниннин выгнул бровь в вопросе, пока Габриэль мило улыбался ему в ответ. Через пару минут, когда поезд дошел до следующей станции, он остановился слишком резко, чего не ожидал Ниннин. Его качнуло в сторону, после чего крепкая рука Габриэля подловила его. — Принц не знает, что стоит держаться за поручни? Ниннин ничего не ответил, смутившись от своего глупого почти-падения, и без лишних слов взялся за рукав пальто Габриэля, с прищуром взглянув на него, ожидая реакции. — Разве я похож на поручни? — У тебя какие-то возражения? — вопросом вопрос ответил Ниннин. — Нет, — Габриэль мысленно умилился такому ребячеству. Через пару станций они вышли из метро, и теперь вел Габриэль к галерее, о которой Ниннин слышал впервые, должно быть, там будет выставка современного искусства, предположил он, и не ошибся — стеклянные стены здания, увешанные плакаты о предстоящей выставке набирающего популярность художника и несколько вывесок о будущих представлений других молодых маэстро. Ниннину не то, чтобы не нравилось нынешнее искусство — все-таки его больше цепляла классика разных эпох, то, что вошло в историю своей легендарностью и гениальностью, поэтому он решил постараться относиться не предвзято. Габриэль галатно помог ему снять пальто, снова смутив Ниннина, после чего повел к первому стенду в полупустом зале. Они встали напротив первой картины на расстоянии метра от нее. Позолоченная рамка игриво блестела под светом нескольких лампочек, которые подчеркивали каждый объемный мазок художника. Это был скромный натюрморт вазы с ярко-красной клубникой и солнечно-желтой черешней. На углу скатерти виднелось пару косточек, и Ниннин не сдержал улыбки, посчитав это довольно милой деталью. Ниннин перешел к следующей картине, потянув Габриэля за собой за рукав атласной рубашки. Следующая картина вышла за свои рамки в прямом смысле этого слова: то был пейзаж закатного моря на огромном холсте, а яркие оранжевые облака ползли по стенам стенда и переходили к другим картинам. — Смелая идея, — тихо высказал Ниннин, повернувшись к парню. — Как бы говорит, что небо над головой кажется безграничным. — Или же художник случайно забыл о своем холсте, — хмыкнул Габриэль, рассматривая горизонт с заходящим солнцем. — Нет, ты не понял, — покачал он головой, перейдя к следующей работе. — Сначала он обозначил своим классическим натюрмортом рамки, после чего сам разрушил их, — Ниннин указал на расплывающиеся облака по стенам. — Гляди, эта картина перетекла из прошлой. Тут похожее небо, но теперь здесь не море, а итальянский собор, который тоже выходит за свой холст, — маленькие башенки перетекли в домишки деревеньки другой картины. Габриэль послушно следовал за Ниннином, внимательно слушая его речь и предположения о замысле написанных картин, не перебивая, только иногда добавляя свои мысли, улыбаясь, пуская глупые шуточки. Ниннин старался игнорировать их, но иногда поддавался ему и усмехался. Когда они подошли к последней работе, Ниннин выглядел чрезвычайно довольным. Он взглянул на наручные часы и удивился тому, как быстро прошло несколько часов, после объявления по динамикам о скором закрытии. — Ты хоть немного понял, а? — поинтересовался с ехидной усмешкой Ниннин, выйдя из галерии, вдохнув чуть похолодавший вечерний воздух. — Как ты вообще додумался повести меня сюда, если не разбираешься вообще? Габриэль улыбнулся, глядя в глаза Ниннину. На самом деле, он пытался разобраться с братом Теодоры, Дорианом, но ничего не запомнил. — Был расчет, что ты будешь меня учить. — Ах, ну конечно, — с наигранным раздражением произнес он, толкнув Габриэля в плечо. — Стыдно должно быть из-за своей необразованности. Габриэль усмехнулся, шагнув вниз по ступенькам галереи, и указал в сторону оживленных улочек, подсвечиваемых привлекающими неоновыми вывесками и гирляндами. — Пойдем выпьем чего-нибудь горячего, — предложил Неккер. — Угощаю, разумеется. — Ну уж нет, — резко возразил Ниннин. — Моя очередь платить, — он взял Габриэля за руку, обхватив теплую ладонь своими холодными пальцами. Ниннин придирчиво смотрел на названия кафе и кофеин на этой улочке, пока не нашел свое любимое место и не вошел туда с Габриэлем, все еще держа его за руку. — Что тебе больше всего нравится? — спросил он, повернувшись вполоборота к Габриэлю. — Кофе, но раз берешь ты, то мне без разницы, — Неккер пожал плечами, пока Ниннин в сотый раз за их прогулку закатил глаза. — Какая разница кто берет, главное, чтобы тебе нравилось, а не мне, — Кавано вздохнул. — Займи, будь добр, тот свободный столик у окна. Габриэль кивнул, уходя, пока Ниннин быстро осмотрел типичное осеннее меню этой кофейни. Кажется, он уже выучил его наизусть и пробовал каждый вид чая, и иногда брал кофе, который здесь не так уж и плох. Если честно, он думал, чтобы взять свой любимый чай, но раз Неккеру не нравится больше кофе, то придется брать его, вопреки своим же принципам. — Два мокко с корицей на дальний столик, пожалуйста, — попросил Ниннин бариста, после чего оплатил свой заказ и получил чек. Ниннин скользнул между столиков к Габриэлю, сняв пальто и повесив на стойку около его бархатного диванчика. — Милое местечко, — спустя пару высказал Габриэль, откинувшись на мягкую спинку. — Часто заходишь? — Неве любит пить кофе по утрам, поэтому часто заходим в эту кофейню, рядом с нашим домом точно такое же, — Ниннин, в отличие от него, сидел прямо, позволив себе поставить локти на стол, глядя на Неккера. — Жертва блогеров, пропагандирующих излишнюю продуктивность с красивой картинкой. Габриэль выдержал паузу, прежде чем спросил. — Вы не встречаетесь, — скорее утверждение, чем вопрос вышло из его уст. Ниннин расстерялся, неловко кашлянув в ладонь. — Что? — такая реплика завела его в тупик. — Ты о чем? — Вы выглядите как парочка, постоянно носишь ее сумку, ходите под ручку, — начал Габриэль, приблизившись к Кавано. — Сидите вместе и мило общаетесь. Многие так думают. Кавано с непонятным звуком прикрыл руками лицо на пару секунд, пытаясь успокоиться. Боже! Он опустил ладони, открыв глаза и ответил: — Она моя единокровная сестра, господи, — Ниннин судорожно вздохнул. — Это серьезно так со стороны выглядит? Никто не знает об этикете и о том, что джентльмены должны ухаживать за леди? Ну и абсурд. Габриэль с удивлением смотрел на парня напротив, пока тот сгорал от смущения и глупости, сказанной им. — Но у вас разные фамилии. — Она оставила фамилию покойной матери, Царство ей Небесное, — Ниннин убрал руки от лица. Чуть покрасневшие кончики ушей виднелись из-под его волос. — Неве пару лет назад вошла в нашу семью, Кавано, поэтому да, она Шеван. Господи, какой кошмар, — попробнев последнее, он поблагодарил бариста, что принес им их кофе. Неккер хмыкнул и взял кружку с напитком. Пахло приятно, корица щекотала нос, а на вкус было прекрасно. Небольшая горчинка на кончике языке хорошо сочетались со взбитыми сливками, которые Ниннин выбрал как топпинг. Габриэлю показалось это милым, особенно то, с каким выражением лица Ниннин был свой напиток, наслаждаясь сладким. На уголке губ осталось немного сливок, и Габриэль не сдержался, убрав их большим пальцем с застывшего Кавано от его порыва. Неккер, улыбаясь, слизнул с пальца топпинг, не отводя взгляда от парня. — Как пóшло, — на выдохе произнес Ниннин, прикрыв рот ладонью, смотря в сторону. Габриэль невинно смотрел на него, попивая свой напиток. — Пошло? Всего лишь взбитые сливки, о чем ты подумал, м-м? — Замолчи. — Малыш Нини засмущался? Кавано ничего не ответил, решив игнорировать парня напротив, и решил продолжить спокойно пить свой кофе, не думая о произошедшем. Чертов Габриэль, чертовы его мысли. — Ты с господином Арктурусом тоже не шибко похож, — спустя некоторое время сказал Ниннин, когда кофе в его кружке закончилось и салфеткой он аккуратно вытер сливки с губ, чтобы Габриэль не приставал к нему более. — Гены матери, — Неккер достал телефон из кармана, с немного побитым по краям стеклом, показывая совместное семейное фото. — Сколько тебе здесь? — спросил Ниннин, быстро оглядев высокую зеленоглазую блондинку и, если бы он не знал, то посчитал бы их братом и сестрой, Арктурус без редкой своей седины в волосах и маленького Габриэля, стоявший между родителями в амуниции. Похоже, это фото было сделано сразу после соревнований по фехтованию. — И это ты еще назвал меня малышом? — Двенадцать, кажется, — Габриэль еще раз оглядел фото. — Тогда я занял всего лишь третье место, если тебе интересно. — Конечно интересно, — тихо фыркнул он. — Такое ощущение, что только я сегодня говорю. Габриэль покачал головой, заблокировав телефон, возвращаясь к разговору. — Мне продолжить по поводу сливок? — Господи, — Ниннин закатил глаза, откинувшись на спинку диванчика. — Ты даже номер мой не знаешь. — А ты скажи, — легко ответил Неккер, протянув свой разблокированный телефон парню. Ниннин закатил глаза и быстро нашел нужное приложение и вбил свой номер, случайно задевая кольцами на пальцах стекло телефона. — Не пиши только имя контакта, — сказал Габриэль и после того, как получил взляд говорящий, с чего это, пояснил. — Сам хочу. — Опять твои пошлости? Вместо ответа Габриэль пожал плечами, получив телефон обратно, быстро напечатав на нем что-то. Мобильный Ниннина загудел в кармане, и он взглянул на незнакомый номер. — А вот и мой, — сказал Неккер, после чего Кавано хмыкнул, безжалостно сбросив его вызов. Спустя некоторое время, они покинули кофейню, медленно прогуливаясь по улочкам. Ниннин кутался в свой шарф, пытаясь скрыться от пронизывающего насквозь ветра. И опять он прижимался плечом к Габриэлю, чтобы не мешать потоку толпы, проходящих мимо них. — Надеюсь, что в следующий раз ты не станешь доставать меня на учебе, чтобы пригласить на свидание, — пробурчал Ниннин, пропуская какую-то дамочку. Габриэль остановился у фонаря, когда они прошли основный поток людей. Он улыбнулся, глядя на Ниннина. — Так уверен в следующем разе? — на это Кавано тихо фыркнул, кулачком ударяя его в плечо. — Придурок, теперь не надейся, что я соглашусь пойти с тобой, — нахмурившись, ответил он. — Я пошутил, — Неккер, улыбаясь, наклонил голову, поддавшись вперед и коснулся холодной щеки Ниннина, быстро чмокнув его, пока тот не сообразил, что вообще произошло, отошел на пару шагов. — Я напишу позже! Габриэль скрылся, теряясь между такими же черными пальто, как у него самого, толпы людей, оставив Ниннина, удивленного, глупо торчать под столбом.***
Габриэль
видел бы ты свое лицо ты такой милашка когда краснеешь :)
Малыш Нини какого ты меня кинул, идиот? если уж ведешь себя галантно, то вызвал бы такси.мудак и кидала
чары феи крестной норовили закончиться и я бы возвращался домой пешком с тыквой извини
Малыш Нини не извиню, мудак.мудак и кидала
ты серьезно на постоянке пишешь с точками? эй ну я же извинился не игнорируй ладно, извини, дорогой Ниннин не хотел говорить что тоже смутился и не только
Малыш Нини только попробуй в нашем чате устроить секс по телефону.мудак и кидала
я бы мог только представь как я бы слишком медленно снимал с тебя твою одежду касаясь каждого сантиметра твоего такого худого тела представь как я бы целовал твои губы так чтобы они опухли и покраснели я бы медленно вошел в тебя
***
Габриэль.
Ниннин? эй ты тут? извини, наверное, я переборщил тогда слушай если ты не обижаешься то давай в субботу встретимся? второе свидание как мы и говорили
Малыш Нини я подумаю.***
Габриэль переминался с ноги на ногу, ожидая Кавано около своего подъезда. Возможно, тот вообще и не придет, кинув после тех его глупых и, наверное, слишком неловких сообщений после всего-то одной нормальной встречи, после которой он позорно слинял, смутившись, что набрался такой смелости поцеловать его, даже в щеку, такого прекрасного, Ниннина. Возможно, он не зря несколько часов убирался в своей квартире и покупал продукты для их кулинарной посиделки. Неккер вынул телефон из кармана, взглянув на время: через несколько минут наступит время их встречи, а Ниннина так и не видно на улице. Прошло еще пять минут. Что ж, похоже сегодняшний ужин он будет разделит с Селеном и Теодорой, чтобы не пропали продукты. Селен, конечно же, принесет что-нибудь выпить, а Теодора мягко и ласково обнимет его, успокоив. — Вот ты где, — тихо произнес Ниннин, стоя позади Габриэля. — Что за район? Дома все одинаковые, а номера черт знает где, — недовольно бурчал он, пиная камушки на асфальте. Боже, Габриэль только сейчас заметил, что Ниннин так мило картавит от обилия сонорных в репликах. Разочарование как рукой сняло, и он улыбнулся, развернувшись к подошедшему парню. — Ты пришел. Ниннин хмыкнул, все еще недовольный, и фыркнул. — Конечно я пришел, каким бы ты глупым не был, мне жаль еду, которую ты накупил, а почему-то я уверен, что купил ты слишком много, — он поднял руку, шелестнув пакетом, в котором зазвенела пара бутылок. — Пойдем уже, как видишь, я не с пустыми руками. Габриэль перехватил пакет из его и ключом открыл парадную дверь. Ниннин по-хозяйски зашел внутрь и нажал на кнопку вызова лифта, постукивая носком своих туфлей. — Вино? — заглянув внутрь, спросил Неккер, пока они ждали прибытия лифта. — Ага, ледяное, — хмыкнул Ниннин. — Как Холодный Принц предпочитаю такое. — Дорогое, да? — после этих слов, Ниннин повернул к нему голову с таким выражением лица, что Габриэль даже перехотел говорить что-то дальше по этому поводу. — Мои деньги, как хочу, так и трачу, — зайдя в кабинку, буркнул Кавано, пока Габриэль нажимал на кнопку нужного этажа. — Считай платой за продукты. Габриэль посчитал этим справедливым и замолчал. Они вышли из лифта на двадцатом этаже и Неккер раскрыл дверь, пропуская Ниннина первым в свою квартиру, которую Теодора как-то назвала истинной холостяцкой берлогой от того, как редко у него бывает время прилично убраться и расставить все по местам. Кавано одним элегантным движением снял пальто и снял туфли, поставив их на полочку, и отошел, чтобы не мешаться. Габриэль немного залип на то, как выглядит Кавано сегодня: синяя рубашка со свободными рукавами, что развивались от каждого малейшего движения, обнажая его тонкие запястья. Неккер прикусил внутреннюю сторону щеки, пока раздевался в одиночестве: Ниннин бесстыдно с пакетом растворился в коридоре, сразу найдя кухню. — А где ванная? — выглянув из дверного проема, поинтересовался Кавано. — Вот здесь, — ответил он, указав на дверь слева от него. Он вошел первым и быстро помыл руки после улицы, уступив место Ниннину. Габриэль прошел на кухню и открыл холодильник, заметив, что бутылки с вином уже стоят в нем. Когда только Ниннин успел? Он хмыкнул, достав продукты для их ужина и переложив их на деревянные столешницы. — Господи, мы серьезно будем готовить рататуй на такой шикарной кухне? Сам себя не любишь, — высказал Кавано, вернувшись. — Деревенская еда. — Ты что, не смотрел мультик? Его подавали в шикарном ресторане со звездами Мишлен, — Неккер вынул из ящичка небольшое блюдо. Ниннин закатил глаза. — Хорошо, что мне делать, шеф? Я профан в готовке. — Не парься, все легко, — легко ответил Габриэль, передав парню доску и нож. — Нарежь кабачок и цукини кружочками тонкими, а я займусь помидорами и баклажанами, пойдет? Ниннин кивнул и аккуратно натянул рукава одежды повыше, чтобы не испачкаться. — Помню, мама часто готовила в такие же осенние дни, — начал Габриэль спустя пару минут после, нарезая овощи. — Совсем мелким был, поэтому ностальгия проснулась по тем дням сейчас. Кавано молчал, сосредоточенно нарезая продукты, и не отвлекал Габриэля, на которого внезапно нахлынули чувства, чтобы рассказать о детстве. В отличии от него, Ниннин не особо хотел бы рассказывать о нем, поэтому внимательно слушал. — Тогда еще отец только начал вести свой бизнес и часто не бывал дома, — продолжал Неккер. — Днями и ночами, точнее. Ну и денег не особо много было, мама выкручивалась как могла. Наверное поэтому я вырос не таким непривередливым к еде. — Извини, — тихо сказал Ниннин, отвлекаясь от готовки. Габриэль хмыкнул и пожал плечами, продолжая: — Нормально, — сказал он, закончив с нарезкой помидоров. — Что было, то прошло. Я говорил это не для того, чтобы ты меня жалел или извинялся, Малыш Нини. — Лучше бы не отвечал мне. — А ты заткни. — Еще чего, — Кавано чуть ускорился, чтобы побыстрее закончить с кабачком. — Вот так и проявляй милосердие, — он смолк и перешел к нарезке цукини. Наконец у него получилось нарезать кружочки похожими друг на друга по толщине. Маленькая победа. Спустя несколько минут они закончили и перешли к соусу. В этот раз томатами занимался Нини, раздраженно бурча о том, какие они скользкие и слишком мокрые, вызывая улыбку на лице Неккера, который возился с перцем. Закончив и с соусом, Габриэль вылил немного на дно, после чего вдвоем они начали выкладывать кружочки нарезанных овощей, чередуя их между собой. После этого, Габриэль вылил остатки соуса и налил масла, добавил немного специй, после чего отправил блюдо в духовку томиться на час. Неккер без лишних слов достал штопор из одного из ящичков, положив его на стол, чтобы достать бокалы, а Ниннин достал одну бутылку вина из холодильника. Он же перехватил штопор и аккуратно вытащил винную пробку. Придерживая бутылку за горлышко, Кавано разлил вино по стеклянным бокалам. Они молча чокнулись, пробуя вино, что приятно разливалось теплом по телу. Габриэль внимательно наблюдал за тем, как Ниннин, держал в своих изящных пальцах бокал, качал вино по стенкам, глядя, как своеобразные ножки от алкоголя остаются на стекле. Он сглотнул, глядя на двигающийся кадык на тонкой шее, которую ворот рубашки совсем не закрывал. Вот черт. Как же Ниннин запал ему в душу, что он напрягается от обычных его движений и действий, даже будучи еще трезвым. Неккер залпом опустошил бокал вина, не глядя на него, чтобы успокоиться. Он налил себе еще вина, на этот раз стараясь медленно его пить, когда Ниннин подал голос: — У тебя случайно нет винограда? Было бы неплохо пить вместе с ним, — выпив всего половину бокала, спросил он. — Кажется, есть, — немного дрогнувшим голосом ответил Неккер. Ниннин поднялся с места, заглянув внутрь холодильника, и достал виноград. Он шагнул к раковине, чтобы помыть его, как Габриэль подошел к нему со спины, поставив с двух сторон руки, преграждая ему путь. — Так, — повернувшись, сказал Ниннин. — Не даешь мне поесть, да? Габриэль подался вперед, кончиком носа касаясь его шеи, щекотно проводя по ней, вдохнув запах духов Ниннина. Чистое белье, наверное, лаванда, и небольшая морозность. Он под судорожный вздох Кавано отлип от шеи, взглянув в льдистые глаза парня, как бы спрашивая разрешения. Тот смотрел на него с прищуром, выгнув бровь в вопросе, ожидая, отдав всю инициативу. Габриэль осторожно прильнул к его губам, медленно подминая их. Происходящее казалось приятным сном, и Неккер надеялся, что он не закончится быстро. Габриэль почувствовал холодные пальцы на своем затылке, притягивающие его ближе. Губы Ниннина были приоткрыты, и Габриэль медленно скользнул языком в его рот. Кислинка от вина игриво играла во время поцелуя, распаляя еще больше. Кавано первым оторвался от него, прикрывая рот ладонью, не смотря Габриэлю в лицо. Неккер подхватил его под ноги, прекрасные бедра, которые красиво обтягивали брюки, посадив на свободную столешницу. Ниннин удивленно охнул, немного выгнувшись в пояснице для удобства. В этот раз Ниннин потерял всю свою робость, впиваясь в Габриэля дерзким и горячим поцелуем, несильно прикусив его нижнюю губу. Его руки скользнули под свитер Неккера, лихорадочно касаясь напряженного пресса и мышц спины. Он опустил одну ладонь ниже, касаясь напряженного места Габриэля, улыбаясь в поцелуй. — Знаешь, заниматься любовью на такой кухне было бы неплохо, но не хотелось бы опорочить еду, — выдохнул Ниннин, впервые улыбаясь не своей дежурной улыбочкой, а игриво, щуря уголки глаз. — Твои разговорчики ужасны, — высказал Габриэль, подняв его на руки, словно Кавано ничего не весил, и зашагал в сторону спальни, спиной открыв дверь в нее. Автоматический неяркий свет встретил их, и Ниннин не решил задерживаться на разглядывании спальни, когда его уложили на темное постельное белье, словно он был каким-то сокровищем. Габриэль получил все вселенское наслаждение, когда его фантазии воплотились в реальность: он навис над Ниннином, мягкая ткань послушно скользила под каждым его движением. Было сложно быть аккуратным, чтобы случайно не оторвать пуговицы на одежде, когда его встречали изящные плечи, натренированные после тренировок по фехтованию, выпирающие ключицы и плоский живот. Габриэль поднял взгляд на лицо Ниннина и впервые заметил маленькую родинку под левым глазом, и парочку, скрывающихся под подбородком. Он снял с него рубашку, приблизившись обратно к лицу Кавано, быстрыми и влажными поцелуями касаясь каждой родинки. Ниннин выгнулся в пояснице, когда теплые руки Габриэля скользнули по бокам, очерчивая каждый его изгиб. — Снимай, — шепотом приказал Кавано, намекая о том, что они находятся не на равных. Неккер послушно снял свитер и вернулся к любованию парня под ним. Он коснулся линии, где начинаются брюки, неосторожно снял их, скинув в кучу одежды на полу, касаясь прекрасных бедер. Габриэль спустился немного ниже, коснувшись зубами тонкой кожи с внутренней стороны в опасной близости к белью. Он приподнял его ногу за колено, улыбаясь, прикусив его под ним. Ниннин с явным усилием держал непроницаемое выражение лица. Габриэль, продолжая улыбаться, проложил дорожку мокрых поцелуев, поднимаясь от коленки, до края белья. Скользнул пальцем под край резинки, медленно касаясь. Ниннин приподнялся на локтях, прервав Неккера, расстегивая его ширинку джинс непослушными от возбуждения пальцами. Габриэль кончиками пальцев коснулся впалого живота, толкая его обратно спиной на кровать. — Не двигайся, пока я не попрошу, — низким голосом сказал Габриэль, продолжая начатое под чужое участившиеся дыхание. Он приспустил черное белье, касаясь возбужденного члена Ниннина, который идеально смотрелся в его ладони. Большим пальцем он провел по его кончику, выбив из Ниннина тихий вздох. Он прикрыл ладонью рот, с прищуром глядя снизу вверх на него, чтобы не шуметь, но Габриэль нахмурился и перехватил его руку, переплетая их пальцы. — Ну уж нет, малыш Нини, я хочу слышать все, — сказав это, Габриэль провел языком по всей длине на пробу, почти мгновенно получив еще один вздох. Он обхватил головку губами полностью, обвел круговым движением еще раз, вобрал поглубже и сглотнул. С губ Ниннина сорвался первый, тихий, но протяжный стон. Габриэль принял это, как сигнал действовать увереннее. Он вобрал в рот член полностью, начав двигаться то вверх, то вниз, втягивая щеки. За пару движений Габриэль довел Ниннина до разрядки с негромким стоном, облизнулся и сглотнул чужую сперму. — Фу, боже, — прошептал Ниннин. — Удиви-и-ил, признаю. А теперь, Габриэль, я хочу, чтобы ты взял меня жестко. Ниннин перевернулся на живот, повернув голову в сторону, чтобы видеть партнера, с ехидной ухмылочкой. Кто такой Габриэль, чтобы отказать ему? Он потянулся к прикроватной тумбе, достал новую смазку и презерватив. В руках он немного погрел бутылочку, раз Малыш Нини холодный мальчик, то согреть его своей любовью. Вылил небольшое количество жидкости на пальцы и раздвинул его худые бедра. На пробу вставил всего один палец, наслаждаясь тем, как его жадно принимают внутрь. Габриэль вылил еще немного смазки и добавил в него еще два пальца. Кавано потерял свою усмешку, судорожно выдохнув в подушки. Неккер улыбнулся, сначала медленно, как ему нравится, играючи вынимал и вставлял пальцы туда-сюда, слушая, как каменная маска партнера под ним ломается. Он раскатал презерватив по члену, налил смазки и резко подтянул Ниннина ближе. — Вхожу, — тягуче и низко произнес Габриэль, входя членом наполовину. Тот дернулся, хоть и был предупрежден, сжав ладонью темные простыни. Движения Габриэля были похожи на простые покачивания, давая привыкнуть Ниннину к нему и к его размеру. Это был акт не их жгучей страсти, а доверия друг к другу. — Я же попросил, — протянул Кавано, сжимаясь. — Я не фарфоровый. Неккер закатил глаза, без раздражения, поняв, что только ему нравится ритм, ускорился, вдалбливая Ниннина в постель. Когда разрядка была близка по стонам Кавано, выгнувшимся еще больше в пояснице, Габриэль обвил рукой его член, быстро надрачивая ему. — Всю душу из меня вытрахал, — не стесняясь своей наготы, прохрипел спустя пару минут Ниннин после их разрядки, когда излился в теплую руку Неккера. — Принесешь мне одежду, ладно? — держась за поясницу, он, не стесняясь своей наготы, направился в сторону ванной. Габриэль пожал плечами, протирая себя салфетками, и послушно поднялся с кровати к гардеробной. Господи, он умрет от того, как мило будут висеть его вещи на Нини из-за небольшой разницы в их размерах. Он достал для них двоих по толстовке и по спортивным штанам и переоделся. Немного помялся у двери в ванную, думая, стоит ли стучать ему или просто войти. Что он там не видел? С такой мыслью он вошел внутрь, натыкаясь уже на распаренного Ниннина с полотенцем вокруг бедер. — Спасибо, — Ниннин нежно улыбнулся. — Ничего если мы поедим у тебя в спальне? Боюсь, что не смогу спокойно сидеть на стуле. Габриэль усмехнулся. — Настолько я хорош, да? — он положил одежду на раковину и оставил Ниннина одного. Неккер достал из духовки готовое блюдо с помощью рукавички, которую ему как-то подарил Селен на первый его день рождения в этой квартире, вызвав сначала раздражение, а потом смех. Он думал прибить на друга, пока не понял, что вещь правда нужная. Конечно, то был не основной подарок, но как же это запомнилось! Габриэль наложил рататуй на одну тарелку, налив два бокала вина, посчитав, что после особого блюда Ниннина не так уж и голоден. С подносом он направился в спальню, где Кавано, щурясь, залипал в телевизор, выбирая какой-нибудь фильм. — У тебя пульт был в пыли, — усмехнулся Ниннин, наконец выбрав то, что будет негромко играть на фоне. Он перехватил поднос и поставил его к себе на колени, чтобы Неккер мог пристроиться рядом с ним. — Обычно включаю телек в гостинной, — сказал Габриэль, усевшись. — Залипаю с друзьями в приставку обычно там. Да и рабочий стол у меня там же, поэтому в нем особого смысла в нем нет. Дизайнер сказал, что стена слишком пустая здесь, поэтому отец купил его сюда, — глотнув немного вина, он взглянул на экран. — Это что? "Тело Дженнифер"? Ниннин кивнул и ткнул пару кружочков овощей в тарелке, закинув их в рот. — Меган Фокс нереальная красотка, — сказал он, прожевав. — Аманда Сайфред тоже ничего, — добавил, когда девушка появилась на экране в оранжевой форме. Габриэль выдохнул, понимая, что участи просмотра глупого кино его не обойдет, сделал еще пару глотков вина. Да уж, Меган Фокс, точнее Дженнифер в фильме, выглядела хорошо. Он старался уловить нить сюжета, скрываемую под пошлыми шуточками. Ниннин же выглядел довольным, тихо усмехаясь, стуча вилкой по тарелке. Кавано поставил поднос на тумбу, закончив есть, и приспустился немного вниз, чтобы прилечь на плечо Габриэля. — Джен такая чертовка, — спустя некоторое время признал Габриэль, перебирая пальцами волосы на макушке Кавано. "Ты моя девчонка. Мы занимались любовью целых пять минут", — взолнованно произнес Чип на экране плазмы. Габриэль уже не мог сдержать смеха, откровенно хохоча. Ладно, он признает, что предвзято относился к выбору фильма, но тепло Ниннина под боком, который игрался с его рукой, шикарная Меган и слишком грязные шуточки делали атмосферу прекрасной. Слишком уютно, слишком хорошо. Начались титры, когда Габриэль заметил, что Нини так и остался лежать на нем, тихо задремав. Не хватило, похоже, силенок дальше доставать Неккера во время просмотра. Он улыбнулся, аккуратно приподняв парня на подушку, и прилег рядом с ним, выключив телевизор, засыпая.***
Ниннин проснулся, почувствовав пробежавший по телу холод. Он раскрыл глаза, заметив, что лежит один под одеялом и взглянул вправо, где помнил, сидел Габриэль вечером. Пусто. Должно быть, он заснул посреди фильма, а Неккер сейчас где-то дома. Ниннин поднялся с кровати, укутавшись в одеяло, и заметил, что шторы в спальне немного приоткрыты. Он отодвинул их в сторону и открыл дверь на балкон. Габриэль стоял в той же одежде, что и вчера, с немного растрепанными волосами, облокотившись на перила, держа в пальцах под. Ниннин, еще не до конца проснувшийся, с вопросом посмотрел на него. — Рано встал, — сказал Неккер, затянувшись, выпуская дым в сторону. — Ах, так ты еще и куряга, — вместо доброго утра, высказал Ниннин. Он запустил пятерню в волосы, пытаясь пригладить их после сна. Габриэль усмехнулся и затянулся, приблизившись к Ниннину. — По закону Архимеда после плотного обеда, чтобы жиром не заплыть, надо срочно покурить, — постепенно выпуская дым, проговорил он. — Не знал, как ты отреагируешь, Малыш Нини, и не стал курить при тебе. — Ага, поэтому ты решил, что классно будет выдохнуть мне в лицо сейчас дым, — Ниннин закатил глаза, ладонью отмахиваясь от него. Ниннин взял его за ладонь, в которой находился под, притянув к себе. Не отрывая взгляда от немного удивленного Габриэля таким жестом, он затянулся и выпустил дым в лицо в ответ, улыбнувшись. — Серьезно, виноград? Лучше бы вино пил, чем это, — хмыкнул Кавано. Солнце медленно поднималось по небу и город потихоньку просыпался после сна, но все еще стояла тишина, нарушаемая лишь их дыханием и треском пода, нагревающего картридж с жидкостью. — Пойдем, Габриэль, — спустя пару минут произнес Ниннин, поеживаясь, даже будучи в одеяле. Неккер улыбнулся, возвращаясь в квартиру за Малышом Нини. Он надеялся, что такое прекрасное утро у него будет теперь каждый день.
