21 день

- Каждый раз, когда я отправляюсь в приключение, начинается этот дождь… - Беннет чешет в затылке, виновато улыбается, глядя на Рэйзора, и в очередной раз извиняется перед другом за своё злополучное невезение. - Дождь не страшно. Гром хуже. – Рэйзор никогда не понимал, за что оправдывается этот парень. Для него всё это в порядке вещей: дождь идет, потому что он должен идти, ветер дует от того, что ему положено дуть, а солнце светит из-за того, что обязано светить. Природа никому не подвластна, даже Беннету с его неудачей, хотя тот всегда убеждён в обратном. - Ха-ха, да, хорошо, что грозы нет. Может быть, мне сегодня и повезёт. – Беннет счастливо улыбается, глядя на Рэйзора, но тут же осекается, стукнув себя по лбу. – Вот ведь дурень! Сглазил! Будто в подтверждение словам парня через несколько секунд последовал раскат грома. Рэйзор вздрогнул. Честно говоря, грозы он побаивался, ведь если есть гром – чей грохот сам по себе порой страшен – значит, должна быть и молния. - Должны спрятаться. Скорее. – Волчонок прибавил шагу и Беннет, не отставая, побежал следом. Он и сам не особо любил грозу, хотя часто с ней встречался. Мокрая трава заставляла скользить и спотыкаться, а раскаты грома подгоняли их. Странно, ведь в это время года гроз почти не бывает. Но и невозможное возможно, когда с тобой в команде самый невезучий во всём Тейвате человек. Дождь не утихал, он лишь становился сильнее, переходя в настоящий ливень, и теперь застилал глаза, не давая увидеть ничего впереди. Мальчишки, подняв над головами плащ Рэйзора, чтобы спрятаться от капель, бежали вперёд в поисках укрытия, но их заставил остановиться воинственный крик впереди. Хиличурлы. В солнечную погоду их можно было бы увидеть или даже услышать ещё из далека, даже почуять, раз уж на то пошло. Но сейчас часть плаща свисала спереди, постоянно мелькая перед глазами, да и ливень накрывал всё вокруг плотной стеной, смывая запахи и глуша звуки своим шумом. Конечно, побег от врагов никогда не был таким уж плохим решением, но сейчас на двоих парней с собой два меча и, в придачу к ним, ещё и два глаза бога. Да и отступать уже поздно. Рэйзор, накинув на себя мокрый плащ, достал меч и Беннет тоже последовал его примеру. Они уже не в первый раз принимают бой вместе, и уже давно знают наперёд действия и тактику друг друга. Беннет бежит первым, бьёт мечом наотмашь, заставляя капли дождя вокруг него испаряться, и первый же противник после нескольких ударов рассыпается пылью. Никто из них даже не сомневается в победе, и, похоже, Бенни был даже прав, когда говорил о везении сегодня: несколько разрядов электричества делают ещё двумя хиличурлами меньше. Ливень глушит звуки ударов, а в груди разгорается настоящий азарт, да и что может быть лучше, чем вот так, плечом к плечу, стоять друг за друга и проходить все испытания? Этот искатель приключений всегда удивлялся тому, как этот хилый на вид волчонок управлялся с огромным двуручным мечом и, не удержавшись от подобного зрелища, оглянулся, чтобы увидеть. как очередным взмахом оружия Рэйзор опрокидывает ещё пару противников, заставив отлететь на пару метров. - Хороший уд… - слова замирают в воздухе, скованные ледяной коркой. Правило номер один – никогда не отвлекайся во время боя, и Беннет только что нарушил его, за что сразу же и поплатился: ледяной заряд стрелы сковал всё тело плотной коркой, не давая сдвинуться с места. Парень напрягает мышцы, пытаясь сломать ледяной панцирь, но вместо него это делает огромный митачурл с топором, разбивая лёд вдребезги, и откидывая Беннета назад. «Перегруппироваться. Приземлиться. Бить.» Четкая последовательность действий, уже давно отложившаяся в памяти, сразу всплывает в мыслях, но тут же рассыпается вдребезги от жуткой боли в спине и звона в ушах. Беннет слышит крик Рэйзора, рёв митачурла, яркую фиолетовую вспышку… а затем только шум начинающего стихать дождя. - Беннет? Всё хорошо? – Рэйзор подбегает ближе и смотрит на своего друга сверху вниз, затем садится на землю. - Да, я… - Беннет старается подняться, но тут же по спине пробегает холодок от осознания того, что он не чувствует своих ног. И таза. И вообще ничего ниже груди. – Нет… Испуганный взгляд Рэйзора его явно очень тревожит. Сейчас Бенни уже понимает, что приземлился на острый камень, и добром это явно не кончится, но страх в глазах друга заставляет его почувствовать вину за это. - Не волнуйся, всё заживёт, на мне всё заживает, я буду в порядке, ты только не- - Кровь. Это плохо. – Голос Рэйзора дрожит. Он хорошо видит то, чего Беннет не видит, а именно – тёмно-красную кровь, пропитывающую одежду и стекающую по камню в траву. Кровь, которую даже дождь, уже немного ослабший, не может смыть. Они молчат. И обоим очень страшно. Рэйзору – потому что он не знает, что с таким делать, не знает, как помочь. Им помогли бы в соборе Барбатоса, но до Мондштадта долго идти, а Беннет всё бледнее и бледнее с каждой секундой. Беннету страшно от того, что он видит ужас в глазах близкого человека, чувствует холод и теперь уже понимает, что осталось совсем недолго. Вряд-ли разорванный позвоночник заклеишь пластырем. - Эй… Рэйзор?.. Всё будет хорошо. Мне даже не больно… - слабая попытка успокоить друга. Глупо, но, даже будучи на пороге смерти, он всё равно сначала заботится о других. – Возьми меня за руку. Слушай, я… ты не бойся, хорошо? Всё… всё будет в порядке. Рэйзор берёт его за руку, держит пару секунд, но тут же собирается подняться. - Я отнесу в город. Помощь. Тебе помогут. - Нет, стой! Не надо. – голос становится тише, не смотря на попытки Беннета говорить уверенней. – Знаешь, - он крепко, насколько может, сжимает руку Рэйзора. – Мне сегодня наконец по-настоящему повезло. А ещё мне по-настоящему повезло, когда я встретил тебя. Спасибо тебе. – он улыбается, слабо и с натяжкой, но улыбается. Парень смотрит на постепенно светлеющее небо. Надо же, так красиво вокруг. Дождь совсем слабый, тихо шелестит трава, и ветер такой тёплый и приятный. Это то, за что он любил приключения. Не только за награды и битвы. А за то, что мир вокруг так прекрасен. Жаль только, что он редко останавливался, чтобы как следует подумать над этим, но сейчас, пожалуй, самое время. Так приятно пахнет дождём. Жаль только, этот чудный запах перебивает запах крови. - Лупикал? – Рейзор сидит на коленях рядом с Беннетом, не понимая, к чему эти разговоры. Нужно бежать, спасать, пока ещё можно успеть, но дурацкое чувство внутри говорит о том, что бежать уже поздно. Дурацкое чувство, будто они прощаются, но ведь Рэйзор никуда не уходит, он здесь, рядом, и Беннет никуда не уйдёт, к чему им прощаться, если вся жизнь ещё впереди, приключения, сокровища, открытия – всё, чем так грезил Беннет. - Да… да, лупикал. Спасибо, что ты… мой… - хриплый кашель и голос затихает. Рэйзор всё ждёт продолжения фразы. - Беннет?.. – легонько тормошит за плечо. – Эй?... – сжимает ослабшую руку крепче и только сейчас замечает, что колени его рваных штанов черные от крови. – Беннет! Дождь прекратился. * * * Тучи исчезли очень быстро, будто дождя и не было вовсе, и лишь небольшие лужи на улицах города ещё напоминали о нём. Рэйзор бежал к собору, неся на руках тело своего друга. Продовцы и горожане, встречающиеся на пути, лишь качали головой. «Снова Бэннет?» «В этот раз сильно ему досталось» «И не устала Барбара его латать?» «В этот раз даже сам не идёт, а всё равно рвётся в свои походы» Дверь собора оказалась на удивление лёгкой: Рэйзор дёрнул её с такой силой, что та стукнула о стену с грохотом, заставившим собор погрузиться в тишину на несколько секунд. - Барбара!!! – голос разнёсся по огромному залу, отражаясь эхом под высокими сводами. Рэйзор тихо скулил, а его ноги теперь дрожали. Он видел, как потух и посерел раньше алый глаз бога, чувствовал, как на его руках медленно остывало тело друга и всё равно продолжал верить в то, что Беннет только потерял сознание. Он заставлял себя верить в это, хоть счастливый конец и был невозможен. В конце концов они же в соборе, так пусть архонты помогут, пусть Барбатос услышит его надежды, он же Бог, Боги могут всё, даже людей оживлять, так ведь? Наверное… - Уже иду, что у тебя слу… О Барбатос! Бенни!? – Барбара, лишь увидев знакомый силуэт на чужих руках, бросилась к нему. – Что у вас случилось? – она взяла руку Беннета и вздрогнула от того, какая она холодная. Попыталась нащупать пульс, подняла взгляд на Рейзора и, увидев в его глазах страх, прикрыла рот ладонью. - Нет… Бенни… - Барбара застыла на месте, будто её заморозил крио маг. Нет, он не был без сознания и не был оглушён. Беннет не дышал. Вообще. Девушка тихо пискнула, а затем разрыдалась. На плач начали сходиться обеспокоенные сёстры собора, и все поголовно сначала так же замирали, затем охали, качали головами, кто-то начинал молиться. Теперь заметны были и пятна крови, и стекляшка, некогда бывшая благословлением богов, и этот неестественный угол, под которым в пояснице сгибалась спина. Рэйзору было страшно. И больно. Что они, черт возьми, делают?! Его другу нужна помощь, а они рыдают, разговаривают, просто стоят, как куклы, делают что угодно, но не помогают. - Помогите! – Он сам не ожидал, насколько сиплым и дрожащим будет его голос сейчас. – Помощь. Нужна. Ему плохо. Помогите, вы! – растерянный взгляд бегал от одного лица к другому, но глаза сестер или были закрыты, или смотрели точно под ноги, избегая глаз парня. – Лупикал… - совсем жалобно протянул Рэйзор, уже чувствуя, как слабеет тело. Он бросился к одной монашке, но та отшатнулась в сторону, лишь тихо пробормотав что-то вроде «мне очень жаль…», затем к другой, к третьей, но никто не решался сделать хоть что-то… Чья-то рука, показавшаяся такой тяжелой, легла ему на плечо. Единственной, кто не рыдал, не молился и не причитал сейчас, оказалась сестра Розария. Она молча протянула руки, чтобы забрать Беннета, но Рэйзор, словно его охраняя, отшатнулся в сторону, тихо зарычав. - Ты уже ничем ему не поможешь. Слова ударили больнее топора того злополучного митачурла. Парень замотал головой, отказываясь верить в сказанное. Как можно с такой жестокостью и холодом говорить подобное? Нет, ему должны помочь, Беннет всегда помогал, всем, кто нуждался в этом, а теперь, когда ему нужна помощь, почему никто не хочет вернуть долг? - Послушай. – угадав настроение волка, Розария немного смягчила тон. – тебе лучше оставить его здесь. Так нужно. Ну же, не глупи. - она наконец смогла забрать холодное тело с рук совсем ослабевшего от чужих слов Рэйзора. - Ну наконец-то…. Парень явно в шоке, ведь стоит сейчас, не двигаясь совсем, даже будто не дышит. Девушка тяжко вздохнула. - Барбара, отведи его к Джинн. Живее. – Барбара, вздрогнув от своего имени, тут же кивнула и взяла Рэйзора за руку, потянув в сторону двери. Он же, сначала уж очень легко поддавшись, вдруг пришел в себя и выдернул руку. - Нет! Рэйзор останется. Рэйзор поможет. Не бросит. Мой лупикал. – он сделал рывок в сторону Розарии, будто желая снова забрать Беннета. Нет, они ведь не станут ему помогать, только Рэйзор может помочь, он его не бросит, все вокруг врут. Голова страшно разболелась, и парень тихо не то скулил, не то рычал, не позволяя взять его за руку. - Пойдем, Рэйзор, пожалуйста. – заплаканной Барбаре хотелось верить, но почему она тоже не помогает его другу? Только уводит Рэйзора куда-то далеко, пока Розария идет вглубь собора с Беннетом на руках. Парень кричит и рвётся вперёд, будто совсем обезумев. Он сделает что угодно, ценой чего угодно, даже собственной жизни, но спасёт Беннета, он обязан, и он сделает это… Останавливают его две пары крепких мужских рук. Стражники, служившие у входа в собор, пришли на помощь по просьбе Барбары и теперь совсем не давали двигаться, держа за обе руки. Пока волк пытался вырваться, Розария медленно скрылась в одном из коридоров собора. Вместе с ней скрылся и Беннет. Рэйзор попытался совершить последний стремительный рывок, а после совсем затих под оживлённые причитание сестёр: «Бедняга, потерял единственного друга… бедный мальчик.» * * * Затем была дорога к штабу рыцарей с голосами стражей, твердившими, что всё хорошо. Глупцы, они ведь даже не обратили внимания на Бенни, пока того несли в собор Барбатоса, и уверены сейчас, что он лишь без сознания и оклемается через пару дней. После этого было испуганное и посеревшее лицо Джинн, знакомый голос, полки с книгами, стражники, тихо и угрюмо обсуждавшие что-то, пока возвращались обратно на свои посты, какие-то слова от Лизы, которые Рэйзор не слышал вообще, новая дорога, чужой дом, кровать и плед, всё такой же тихий и приятный голос учителя. Затем наступила темнота. Так прошел лишь самый первый день.