Атлантида

      Какое-то время Леорио смотрит на небо и пытается разобрать, который час. То ли уже вечереет, то ли тучи так сгустились, что за ними лишь редко проблёскивает жёлтый свет, неясно откуда взявшийся. Здесь свет и с этой стороны свет, а ещё вон там. Везде небо светится и Леорио на секунду кажется, словно солнце заполнило весь небосвод. Так близко подобралось, что совсем скоро и песок на пляже загорится, и вода, и Леорио. Он уводит взгляд на горизонт за морем. Солнце светит только там. Леорио бессмысленно пинает песок. Неподалёку от его босых ног тихо шумят небольшие волны. Леорио сторонится воды, потому что знает, что потом песок к ступням липнуть будет, что нормально обуться уже будет нереально, но и сейчас в обуви ходить не вариант. Леорио идёт вдоль берега, видимо, пока не закончится море. Может оно и не закончится вовсе? Может Леорио уже битый час вокруг большого озера круги наворачивает? Леорио прогоняет эту мысль, когда слышит быстрое журчание воды, словно она из родника идёт или ребёнок быстро водит по ней ладошкой. Когда Леорио поднимает взгляд, пляж будто сразу становится светлее. Он уже собирается позвать друга по имени, но не делает этого, то ли потому что внезапно осознаёт меланхоличное состояние Курапики уже издалека, то ли просто забывает об этом, завороженный, словно наблюдает за произведением искусства. Он молча идёт к Курапике. Юноша стоит в воде, а его чешки лежат на берегу вместе с аккуратно сложенной накидкой, подальше, чтобы не смыло волной. Вода журчит под ногами Курапики, когда они делают неопределённые движения и вырисовывают круги. — Курапика, — в конце концов зовёт Леорио. — Да? — Курапика отзывается тихо, но достаточно, чтобы Леорио его услышал. А что дальше говорить? Леорио изначально не был уверен, зачем произнёс его имя. Он даже не уверен, понял ли Курапика, кто именно стоит рядом. Леорио спрашивает самое важное: — Ты в порядке? Курапика молчит и перестаёт двигать ногами. Леорио подмечает как дёргаются пальцы бесцельно висевших вдоль тела рук. — Нет, — отвечает Курапика и голос его совершенно спокоен и пуст. — Я не в порядке. — Я могу тебе чем-то помочь? — «нет, не так». — Чем я могу тебе помочь? Курапика всё ещё стоит к нему спиной, а Леорио не заходит в воду. — Ты не обязан, — говорит Курапика и опускает взгляд на промокшие по щиколотки штаны. — Я будущий врач, я буквально обязан, — полуязвит Леорио, а затем немного тише добавляет, — Но если тебе интересно, в первую очередь я говорю это, потому хочу тебе помочь. Плечи Курапики вздрагивают. И голова его теперь приподнята. Какое-то время он молчит, а затем отвечает: — Постой рядом. Пожалуйста. Его пальцы снова подрагивают, и когда Леорио ставит свою обувь рядом с вещами друга, заходит в воду и направляется ближе, он замечает, какие у Курапики бледные ладони. Леорио становится рядом и прослеживает чужой взгляд. Глаза его неопределённо смотрят куда-то в воду. Леорио молчит. Ему кажется, что в глазах Курапики отображается морская гладь, она манит к себе, завлекает, окутывает с головой. Леорио думает о том, что хочет жить этими глазами, они как спасательный круг дают надежду на лучшее будущее, но как море уносят далеко и качают из стороны в сторону. Они могли бы помочь ему, укрыть от холода и избавить от жажды, Леорио бы поддался. Но солёная вода, как известно, питьевой не является. Она не спасёт его, жажда, наоборот, продолжит нарастать, и чем больше выпьешь – тем сильнее захочется пить. Он никогда не сможет остановиться, море никогда не сможет ему помочь. Вода в желудке потянет его вниз камнем, утопит, но не сразу. Это будет тянуться неделями, а может месяцами, Леорио будет мучиться и задыхаться, барахтаясь в воде, но даже не попробует позвать на помощь. Леорио сглатывает и мельком смотрит на Курапику. Он уныло проводит ногой под водой. — Что ты ищешь? — зачем-то спрашивает Леорио, не до конца осознав сказанную глупость. — Подводную страну. Курапика глупости поддаётся. — Подводную... страну? — Ты мультики что ли не смотришь? — слабо задирает Курапика, полуигриво-полуустало усмехаясь. — Атлантиду. — Подводная страна, если я достаточно мультиков смотрел, это Атлантика. — Нет, Атлантида. — Она затонувшая. — Ага, — всё же выдыхает Курапика, будто позабыв о своей прошлой позиции. — Возможно, поэтому мне бы и хотелось увидеть её. У Леорио щемит сердце. — Вода просто волшебна, не думаешь? — как ни в чём не бывало подаёт голос Курапика. — Да, в ней что-то есть. Леорио не знает, что чувствует конкретно: с одной стороны ему так хорошо сейчас вот так стоять рядом с Курапикой и вести ниочёмный диалог; с другой – в Курапике чувствуется какое-то странное напряжение, граничащее с истерией или обычной открытостью; и совсем с другой – Леорио хочет увести Курапику, уйти самому, чтобы они больше никогда не оказывались настолько рядом с чем-то, вероятно, не самым безопасным, но нет. Леорио боится. Он подходит ближе. Курапика впервые смотрит на него. Леорио заставляет себя не дёргаться слишком сильно, потому что он совсем забывает о том, с чем могло бы помочь ему море в чужих глазах. Сейчас в этих глазах – крик о помощи. Хриплый, умирающий, потухающий. Кажется, вот-вот голос издаст свой последний вздох и исчезнет. Хотя Курапика молчит. Леорио не помнит как пришлось тогда сжать его ладонь. Не помнит, сжимал ли, и он ли увёл их прочь из воды. Леорио быстро хватает их вещи, не отпуская чужой руки и убегает, утягивая за собой Курапику. Песок липнет к ногам, но плевать. Леорио врач, он должен и хочет спасать людей. Он хочет спасти человека прямо сейчас. К чёрту спасательный круг! К чёрту море! К чёрту метафоры. Леорио останавливает их на какой-то дороге недалеко от берега и говорит так прямо как только может: — Я врач! И твой друг! Только скажи – я всё сделаю, чтобы помочь тебе! Наклею пластырь, вырежу аппендицит, пропишу таблетки и прослежу за приёмом! — кричит Леорио, и Курапика смотрит с такой жаждой слушать, что даже не хочется дать подзатыльник за повышенный голос. — Тебе не нужно лезть на самое дно за помощью или за чем ты там хотел полезть! Всё лежит на поверхности! Я здесь! На земле. Хоть просто по имени позови – здесь буду. Или, хочешь, вообще ни на шаг не отойду! — улицы уже давно опустевшие, и громкий голос Леорио среди них режет пространство. — Все силы приложу. Пожалуйста, просто не молчи, — голос постепенно тихнет. — Позволь мне разделить с тобой трудности. Леорио больше ничего не говорит. Курапика всё слышит и в конце концов обнимает Леорио. По его хватке Леорио делает вывод, что Курапика борется с огромным желанием то ли кинуться на шею, то ли придушить. — Спасибо.