Я (сильный) слабый

Юнги вцепился в Чонгука и горько плакал. Слезы лились без остановки. Гук пытался успокоить Мина, но поток слез остановить было невозможно. -Я чувствую, что ему плохо, Чон. Моему котенку плохо, а я ничего не могу сделать. У меня горят руки, а сидеть очень больно…моего омегу изнасиловали много раз, я знаю. Как же мне жить с мыслью, что моему котенку делают больно…как мне спасти его…-Юнги ещё пуще заплакал, крепко прижимаясь к родному человеку, ища поддержку и утешение. Чонгук обнял его, а глаза стали влажными. Он не мог видеть своего друга в таком состоянии. Юнги был разбит окончательно. -Мы найдём его и спасем. Обязательно. Я обещаю тебе. Я обещаю… За несколько дней до этого… Утро было прекрасным. Любое утро было прекрасным, если Чимиин просыпался в объятьях Мин Юнги. Он потянулся и взглянул ещё сонным взглядом на сопящего альфу рядом. На его шее лелеял большой фиолетовый засос, который вчера в порыве страсти оставил Чимин. А Юнги был не против. Его руки обхватили тело Чимина, рефлекторно прижимая омегу к себе. В объятьях Мина было жарко и приятно. Чимин мельком глянул на время: 8 утра. Следовало собираться, но сбежать из этих рук было проблематично. Он аккуратно высвободился из хватки и уже хотел подняться как услышал тихий голос Мина: -Чимин… Пак обернулся к нему, но альфа спал. Он начал ворочаться, а потом негромко стонать, повторяя имя омеги. -Юнги? -с волнением за альфу спросил Пак. -Чимин… Когда на глазах альфы навернулись слезы, Чимин начал экстренно будить его, толкая. Юнги резко распахнул глаза и так же резко прижал Пака к своей груди. Чимин испугался, услышав быстрое сердцебиение своего альфы. У самого сердце чуть не выпрыгивало. -Всё хорошо, Юнги, это был сон, всё хорошо…-Пак подполз ближе, оставляя недолгие поцелуи на губах альфы, приводя его в чувство. Юнги начал глубоко и медленно дышать, чтобы выровнять дыхание. Затем они оба поднялись, но Шуга не мог отпустить руку омеги. -М-мне приснилось, что тебя нет рядом…мне стало страшно… -Я здесь, с тобой, всегда буду с тобой, -Пак обнял альфу, давая ему возможность обвить руками его худое тело, сам же Чимин наслаждался ароматом кофе, полностью успокоившись. После долгих объятий Чимин запрыгнул в душ, приводя себя в чувство прохладной водой. Юнги накинул халат и уже обыденно для него приготовил омеге завтрак в виде блинчиков с кимчи и кофе. Сам взял для себя классический завтрак: кашу с персиком и малиновый чай. Готовка полностью успокоила Юнги, но чувство тревоги не покидало его, несмотря на то, что сон выветрился. Разложив еду на столе, Юнги взглянул на Чимина, который с легким паром и полотенцем на бедрах вынырнул из душа, ища одежду. Времени до школы оставалось немного, и он безбожно опаздывал. Юнги же сегодня поленился идти на работу, так как дел совсем не было. Ещё недавно он полностью разгрузил все дела, поэтому сегодня заслужил выходной. Мин облизнулся, приметив полуголого омежку и начал медленно подходить к нему. -Чимин…-глаза уже горели, а желание взять этого котенка возрастало с каждой секундой. -М? -Чимин уже нашёл рубашку и брюки, но трусы потерялись в порывах страстной ночи. -Иди к своему альфе…-Юнги повалил его на кровать, прижимая руками запястья к кровати. -Ну пусти…-выдохнул Пак, морщив носик от недовольства, -мне нужно в школу, -увернулся Чимин от поцелуя Мина. -Хочу своего котеночка. Останься со мной…-Мин бесцеремонно начал целовать шею омеги, оставляя незаметные, но ощутимые поцелуи. -Солнце, не надо…таак…-Чимин не успел опомниться как Мин уже водил рукой прямо по телу, приближая руку всё ближе к его члену, -стоп, Юнги, п-пожалуйста… Мин три раза смачно и влажно поцеловал Чимина в губы и нехотя отстранился. Он знал, что Чимину будет трудно справиться с возбуждением весь день. Омега будет мучиться до того момента, пока Юнги не удовлетворит его. Поэтому альфа не стал продолжать. Тем более он никогда не делал что-то против воли Чимина. Юнги всё равно обиделся и надул губки. Пак лишь фыркнул на это, поднимаясь с постели. Найдя трусы, наконец, он мигом оделся и предстал перед Мином в школьной форме. -Ты обиделся? -со смешком спросил Пак, взъерошив волосы альфы и присев рядом. -Нет. Чимин поднялся напротив него, серьёзно взглянув в глаза. Он действительно капризничал. Чимин первый раз видит Шугу таким капризным ребенком. -Юнги, что ты хочешь? -с улыбкой спросил Пак. -Хочу трахаться, -честно ответил Юнги, потянув руки к Паку. -Но мне в школу пора. Чимин говорил будто с ребенком. Словно Юнги было 18, а Чимину 25. Омега удивился такому настроению Юнги, но потом по-доброму улыбнулся. Похоже, это действительно была чертова любовь, когда ты можешь баловаться, не стесняться ничего, просто быть собой. Чимин сам больше ничего не стеснялся, теперь открыто заявляя о своих бешеных желаниях. -Юнги, -Чимин сел на колени к альфе, который сразу же обнял его в ответ, -солнце, я приду к тебе вечером, черт, так меня скоро родители забудут, -посмеялся Чимин, а Мин улыбнулся. -Просто…-Юнги опустил взгляд, -после этого сна я не хочу тебя отпускать…я боюсь за тебя каждую минуту после того дня…ты понял…и я знаю, что с тобой ходит охрана и всё такое, но…поэтому я зову тебя к себе почти каждый день, чтобы не оставлять одного. Даже когда ты у себя дома, я боюсь за тебя… Чимин аккуратно коснулся его подбородка и приподнял его, заставляя посмотреть в глаза. Чимин увидел страх в глазах альфы. Пак прикоснулся руками к его щекам и нежно поцеловал в губки. -Ты никогда меня не потеряешь. Я же Пак Чимин, е-маё. Столько неприятностей прошёл, что какой-то Кан Гин мне не помеха, -Чимин заметил, что, сказав имя того альфы, Юнги заметно напрягся, поэтому Пак поспешил вырулить, -уже ноябрь, а от этого альфы нет никаких действий. Значит, он забыл уже про нас. Всё хо-ро-шо, -по слогам повторил Чимин, чтобы Юнги это окончательно понял, -не волнуйся… Юнги волновался. Он потянулся за поцелуем, но даже ласки Пак Чимина не могли скинуть нарастающее чувство тревоги. После завтрака, Чимин стал ещё активнее собираться, но его кое-что остановило. -Вау! -неожиданно сказал Чимин, прильнув к окну, -смотри, Юнги, первый снег. Снег мягко ложился на землю, даря напоминание о приближающейся зиме, праздниках и подарках. Чимин завороженно смотрел в окно, а Юнги напрягся ещё сильнее. Чимин что-то сказал, а потом побежал в прихожую, чтобы побыстрее вынырнуть на улицу, ощутив снежинки на теплом лице. А Юнги замер, в голове вертелись слова Гина: «…С приходом первого снега он станет моим…». Мин Юнги подбежал к уже одетому в теплую, естественно, купленную Мином куртку и готовился попрощаться. -Останься, пожалуйста, хотя бы на сегодня…-попросил Мин снова. -Юнги, мы уже это обсудили, нельзя же вечно в четырех стенах отсиживаться. -Пожалуйста, солнце, останься хоть на сегодня, -Пак взял руку Юнги, которая сильно дрожала. Это было несвойственно Мину. Он выглядел очень нервным и пугающе взволнованным. -Юнги, всё хорошо? Мин Юнги сделал то, что никогда ни перед кем не делал-он встал на колени и стал умолять остаться. Пак был в шоке. Неужели Юнги было настолько страшно его отпускать, что он готов умолять на коленях? Чимин сразу же попросил его подняться и обнял дрожащего Юнги, утешая тем, что сегодня останется с ним. Альфа помог Чимину раздеться, и они оба присели на диван. -Я тебя люблю, -проговорил Мин, прижимаясь к Чимину всем телом, положив руку на плечо, -прости, так нельзя делать, я больше не буду. Это эгоистично, я знаю, что тебе такое не нравится, но хотя бы один денёчек побудь со мной. -Ладно, я уже здесь и из-за тебя пропускаю школу…-выдохнул Чимин, приняв неравные условия, -тогда чем займёмся? Мин повалил его на диван, смотря прямо в глаза. -Может, этим? -заигрывающее шепнул Юнги, зарываясь носом в любимую шею. -Мин Юнги, ты самый несносный человек на свете, -откинул голову Чимин, открывая доступ к такой желанной шее. Юнги недолго думая прокусил жилку, снова оставляя свою метку, которая уже успела побледнеть и почти слиться с белоснежной кожей. Чимин сладко застонал, поддавшись ему. Поддавшись своему альфе… На следующий день снег до сих пор порошил дорожки, покрывая белоснежным легким покрывалом ещё сонный утренний город. Опять Чимин кое-как смог вылезти из объятий альфы, опять он хмурился и не пускал его. Но Чимин был непреклонен, и Юнги знал, что не может вечно прятать своё сокровище, а учиться нужно. Сам он тоже должен был идти на работу и делать вид, что он строгий босс Мин Юнги, а не волнующийся за своё чудо альфа. Шуга довёз Пака до школы и долго целовал, пока Чимин не запротестовал, так как времени оставалось немного. Мин отпустил его, провожая взгладом, а после уехал с гнетущим чувством на душе. Чимин, в отличие от своего альфы, не боялся, тем более в нескольких метрах от него шагал его телохранитель Сэм, с которым Пак уже успел поладить и сдружиться. Но вдруг телефон прорезал звук смс. Чимин достал его. Руки подмерзали на холоде. Номер не был известен. «Это Тэхён. Я потерял телефон и пишу с телефона прохожего. Помоги мне найти его, я в переулке пятой улицы». Чимин вздохнул и повернул назад, сообщив телохранителю, что ему нужно помочь другу. Пройдя перекресток, он завернул за угол, ища Тэхёна, но никого не было. Завернув в маленький грязный проулок и поняв, что и там никого нет, омега уже хотел повернуть назад, но услышал знакомый жуткий голос: -Привет, Чимин, -Пак обернулся и увидел перед собой Кан Гина, что вышел из тени и подошёл к нему. -Сэм, -окрикнул телохранителя омега, но никто не приходил. Осознание пугало, -ч-что вам нужно? -начал отходить от него Чимин. С другой стороны подъехала черная машина, преграждая путь Паку для отступления. Чимин нервно сглотнул, одной рукой пытаясь нашарить телефон в кармане, но руки сильно замерзли и не слушались. -Мне нужен ты. Полностью. Чимин понял, что нужно бежать. Из-за волнения телефон выпал из рук. Пак уже забил на попытки позвонить и хотел оббежать машину, но оттуда вышли два охранника, схватив Чимина под руки. Пак сопротивлялся и даже ударил одного в живот, но второй жестко заломил ему руки за спиной, прикладывая лицом в землю. Чимин ощутил холод щекой и неприятное покалывание. Похоже, царапнул щеку. Он ещё старался сопротивляться, но было бесполезно. -Отпустите, вы ничего не добьётесь! Кан Гин, одумайтесь, пока не поздно. Если вы уйдете, Юнги забудет о вас, и вы сможете…-но Чимин не смог договорить, так как Гин ударил его в живот. Тот согнулся и тяжело задышал. Кан Гин присел на корточки рядом со страдающим от боли омегой. -Я хочу, чтобы Юнги каждую минуту своей жизни страдал. Страдал, что никогда больше не увидит тебя. Теперь ты мой…-Гин попросил что-то у охранника, тот передал ему шприц. Гин открыл его. -Ч-что это? -от страха глаза Чимина округлились, и он попытался отползти от Гина, но тот ближе придвинул его к себе. Пак повернулся на спину, было холодно и жутко страшно. На глазах уже навернулись слезы, -п-пожалуйста…отпустите меня… -Это не я виноват. Вини во всём своего альфу …-Кан Гин резко ввел ему лекарство в шею, крепко держа. Пак пытался вырваться, но Гин уже закончил и отдал шприц охране. У Чимина закружилась голова, а глаза стали медленно закрываться. -Юнги…-последнее что сказал омега пока не провалился в темноту. *** День 1. Крик. Чимин. Омега проснулся через пару часов. Он открыл глаза, пытаясь придти в себя. Голова кружилась, а во рту неприятно сохло. Чимин проморгался, чтобы прогнать туман перед глазами. Он лежал на мягкой большой кровати. Вся комната была в приглушенных тонах, на секунду Чимин подумал, что это комната Юнги, но любимого аромата кофе не было. Запахов вообще не было. Это пугало. Пак поднялся на ноги. Он был не в своей одежде-на нём были серые домашние штаны и кремовая кофта. Школьная форма пропала. Пак прислушался. Тишина. Она угнетала. Где же он? Шатаясь, Чимин подошёл к двери и открыл её. Не заперта. Он вышел в коридор и прошёл в кухню, соединённую с просторной гостиной. Пак огляделся. Весь дом был обставлен современно и красиво. Гостиную украшала коллекция китайских ваз, а стены абстрактные картины. У того, кто жил здесь, был странный вкус. Но, казалось, каждая вещь стояла на своих местах, гармонично вписываясь в обстановку дорогого и респектабельного дома. Пак судорожно пытался вспомнить, что случилось с ним. Он присел на стул, так как его ещё шатало. Вот он утром нежится с Юнги, едет в школу… Тэхён? Воспоминание настигло неожиданным резким ударом и неприятным чувством тошноты. «Кан Гин похитил меня!» Несмотря на своё состояние Чимин побежал к входной двери, которая так и манила дернуть за ручку. Пак дернул, но она не поддалась. В отличие от остальных деревянных дверей, эта была стальной и, похоже, требовалась карточка, чтобы её открыть. Тогда, чуть путаясь в ногах, Чимин подбежал к первому попавшемуся окну. Хоть оно и было открыто, но на нём стояли решётки. Чимин отчаянно дернул, но бесполезно. «Нет, нет, нет, не может быть! -метались мысли Пака, -это неправда, я не хочу. Я хочу к Юнги…» Из размышлений его вывел такой ненавистный ему голос. -Доброе утро, как спалось? Чимин медленно обернулся, увидев Кан Гина вместе с потупившей взгляд молодой девушкой в форме горничной. Пак сразу же собрался. Он не даст себя запугать, наверное. Девушка принялась готовить обед, а Гин как ни в чём не бывало присел на стул, поманив Чимина к себе. Пак не стал подходить и присел на кресло в гостиной. Гин ехидно улыбнулся. -Добро пожаловать в твой новый дом. Здесь действуют два правила. Первое-теперь ты должен называть меня хозяином. Всегда. Когда я буду возвращаться домой, ты будешь встречать меня на коленях в коридоре, опустив взгляд. Если будешь вести себя хорошо и будешь послушным мальчиком, то я буду выводить тебя гулять, а когда-то даже разрешу увидеться с родителями и окончить школу. Если будешь плохим мальчиком и вытворять всякие глупости, то буду тебя наказывать. Всё понятно? С каждым пророненным словом альфы, Чимин понимал, что застрял здесь надолго. Но он решил сопротивляться до последнего. Омега не даст себя в обиду. Юнги бы не одобрил, что Чимин сдался. Никогда. Даже если будет больно. Он привык к боли. Чимин осозновал, что этим будет делать больно своему альфе, но Юнги никогда бы не простил его, если бы он перестал бороться. Чимин попробует спастись и вернётся к Мину. Слишком много он вытерпел, они вытерпели, чтобы всё закончилось вот так. В рабстве чокнутого альфы. Сердце болело лишь за Юнги, который, воможно, уже хватился Чимина. Пак надеялся, что Шуга ещё хотя бы часок живёт в неведенье, счастливый и спокойный. -Пошёл нахуй со своими долбаными правилами. Лучше отпусти, пока Юнги не пришёл и ни убил тебя, -Чимин оставил любые формальности и добрые слова. -Какой же ты дерзкий, ай, ай, ну ничего, перевоспитаем. А пока подождем обеда. Гин взял газету со стола и принялся читать её с самым невозмутимым видом. Пак молча сидел и рассматривал альфу. Как же он мог раньше с ним общаться и не замечать? Ему казалось, что есть какое-то напряжение и неприятное чувство внутри при встрече, но Чимин отметал эти мысли прочь, не слушая себя. Как же он ошибался… -Как ты докатился до такого? -Просто я хочу добиться своего любыми способами. И добиваюсь обычно, -равнодушно ответил тот, перелистывая страницу. -Похищаешь людей? -В большинстве случаев убиваю, -всё так же спокойно отвечал альфа. Чимин сглотнул, но сразу же прогнал страх. Чимин подошёл к столу, где сидел альфа. -Отпусти меня лучше. Найди себе своего омегу. Я принадлежу Юнги. Кан Гин неожиданно быстро оторвался от газеты и резко перехватил руку Чимина, прижимая омегу к столу и чуть не царапая ладонь. -Теперь ты мой, Пак Чимин, и тебе давно пора это принять, пока я добрый. Альфа всё сильнее сжимал руку. В уголках глаз омеги показались слезы, но он держался из последних сил. -Пусти, больно, -рычал на него Чимин, на что альфа ещё сильне сжал его руку. Девушка, что готовила обед, лишь на секунду обернулась, но также быстро вернулась к своим обзянностям, будто омегу и не мучали в этом зале. Малькая ниточка в виде союзника в доме оборвалась. Придется выбираться самому. -Как я приказал себя называть? -глаза у альфы загорелись жутким синим огоньком, словно из самой приисподни. Чимин сглотнул вязкую слюну. Рука уже горела от сильного напора. -Пошёл в жопу… Тогда Кан Гин открыл ящик и взял оттуда нож. Холодная сталь блеснула в воздухе. У Чимина перехватило дыхание от страха. Он сильнее забрыкался, но альфа держал мертвой хваткой. Злость уступала место страху, что не радовало Пака. Его вообще ситуация не радовала. Чимин отвернулся, а слезы скатились по щекам тогда, когда альфа порезал ему ладонь. -Пусти, пожалуйста…-негромко сказал Пак, уже перестав вырываться. Всё равно было невозможно что-либо сделать. Проигрывать альфе было горько и обидно. -Что-что? -играясь спросил Гин, прикладывая руку к уху, стараясь получше услышать Пака. -Хозяин, отпустите меня. Гин, удовлетворенный ответом, разжал пальцы, а Чимин упал от прекратившегося напора. Омега поморщился и схватился за руку, с которой капельками падала кровь на белоснежный ковер. Пак смерил того недовольным взглядом, но промолчал. Он подошёл к раковине и промыл руку прохладной водой. Неприятно защипало, но не критично. -Можно я забинтую рану? -спросил Чимин, подавляя желание наброситься на альфу. Заведомо плохой план. -Ну не знаю…-протянул альфа с появившейся улыбкой, скорее ухмылкой. -Можно я забинтую рану, Хозяин? -Конечно, Чимин, аптечка в шкафу, в гостиной. Пак прошёл в гостиную и отыскал аптечку, наспех замотав руку бинтом. Кан Гин вернулся к чтению газеты словно не было этого кровопролития и насилия. Чимина не на шутку пугало переменчивое настроение Гина. То он был слишком притворно милым и добрым, то готов был убить на месте. И как же вести себя с ним? Чимин вытер слезы рукавом и пошёл на зов альфы, который крикнул, что обед готов. Чимину было вдвойне неприятно, так как только что он сделал больно Юнги, и Мин точно заподозрит что-то. Опять его чудо поранилось. Хотел бы омега услышать эти слова сейчас будто ничего не произошло. Услышать его упреки по поводу того, что нужно быть аккуратнее, и что он расцелует все его ушибы и раны, прижимая к себе. Чимин подавил желание расплакаться от таких тёплых и прекрасных мыслей и присел за стол рядом с Гином. На подносе стоял суп и кимбап. Горничная ещё не успела ничего разложить с подноса как Чимин сдвинул его в сторону, опрокидывая. -Отпусти меня домой, я не собираюсь сидеть и есть с таким ублюдком как ты. За эти слова он получил больную пощёчину. Пак зашипел и схватился за щеку. Почему-то возникла мысль, что только Юнги может бить его. -Извинись за свои слова и иди к себе в комнату, если не ценишь, что я делаю для тебя! -процедил сквозь зубы Гин, явно сдерживая ещё большие порывы. -Что ты делаешь для меня?! -рассмеялся от таких нелепых слов Чимин, -ты слышишь себя? Ты похитил меня, урод! Снова резкая пощёчина, а потом Кан потащил его за больную руку в сторону комнаты. Чимин вырывался, кричал отпустить и покрывал альфу всеми матами, которые знал. Альфа стойко выдерживал нападки разозленного омеги и не останавливаясь вел того к его комнате. Он закинул парня на кровать и сказав, что сегодня без ужина, запер дверь на ключ, оставляя Чимина в гордом одиночестве. Чимин сразу же припал к двери и начал громко стучать и кричать, чтобы его отпустили, посылая и проклиная чертового хозяина дома. Он не готов был сдаться прямо сейчас. Где-то в душе Пак понимал, что крики и ругательства мало ему помогут, но всё кричал, стучал здоровой рукой в попытках излить всю злость, накопившуюся желчь на ненавистного похитителя. Может, если он будет стучать, всё исчезнет? Ему откроется путь? А может его послушают? А вдруг? Чимин не хотел мириться с ситуацией, не хотел воспринимать её как данность, не хотел быть здесь. Омега хотел быть с Юнги. Лишь с ним он в безопасности. Спустя два часа голос осип, а руки уже дрожали. Он сидел около двери и очень тихо стукал по ней. В какой-то момент омега потерял счёт времени, а ярость отступила, уступив место усталости. Во рту было сухо как в пустыне, а голод накрыл с головой. Уж лучше бы поел. Пак на секундочку прикрыл глазки, а, когда открыл, за окном наступил вечер. Золотое солнце заиграло в окошке, мягким светом ложась на лицо омеги. Он проснулся и на секунду улыбнулся оранжевому красивому закату. Пак всегда любил им любоваться, так все горести забывались… Но понимание пришло, когда кто-то резко поднял его. Тело не слушалось, так как успело затечь от лежания на полу. Чимин повалился на альфу, тот придержал его за талию, прижимая к себе. -На ножках не стоим? -усмехнулся Гин, облизнув губы. Тело Чимина было невероятно фигурным и теплым. Чимин не хотел видеть этот похотливый взгляд, поэтому, взяв все силы в кулак, отстранился и отошёл на шаг назад, чтобы его не трогали. Осознание, что его трогал чужой альфа и к тому же враг номер один, было противно до глубины души. -Пойдем, я поужинал только что, помоги горничной убраться. Чимин сложил руки на груди и гордо вскинул подбородок, давая таким образом ответ. Гин вздохнул и приблизился к Чимину как бы говоря, что это не просьба. Пак не хотел оставаться с альфой наедине в темной комнате, поэтому пошёл вперёд на кухню, следом отправился Гин. -Если думаешь, что твои крики сегодня не выльются в наказание, то ты глубоко ошибаешься. Завтра жди его. Пак промолчал, так как понимал, что вряд ли что-то изменит. На кухне было совсем немного грязной посуды, которую заставил его мыть альфа. Помыв приборы и кружки под пристальным взглядом Гина, Чимин потянулся за тарелкой, на которой ещё оставались остатки еды, но тарелка соскользнула из мокрых рук и упала на пол, чудом не разбившись. -Я теперь понимаю, почему Юнги говорил, что ты неуклюжий, поднимай давай! -устало бросил Гин, махнув рукой. Чимин фыркнул и присел на пол. Он вернул остатки риса и какого-то пюре на тарелку и протёр пол. Омега уже хотел начать мыть тарелку, но Гин жестом остановил его. Он щелкнул в ближайшую камеру на кухне и в скором времени подошла охрана. -Схватите его и посадите на стул. -Эй, ты чего! -испугался Чимин, когда его больно подхватили под локти и усадили на кухонный стул, удерживая. Гин словно хищник медленно подходил к сильно напрягшемуся и ожидающему худшего Паку и придвинул ту самую грязную тарелку. Взяв ложку, он черпнул упавший рис и придвинул ложку поближе к Паку. -Я не такой злой, накормлю тебя всё же. Чимин замотал головой и попытался отодвинуться, но его ещё ближе пихнули к альфе, а Гин до боли сжал его челюсти. Чимин попробовал мотнуть головой и хоть как-то выбраться, но был жалким и беспомощным. Ему было противно от себя, от своей пошатнувшейся стойкости. Слезы обожгли его щеки. Гин ухмылялся, питаясь этими слезами, этой болью как наркотиком. Это не могло ни приносить долгожданную радость. Нет ничего лучше, чем мучить омегу Юнги. Такого миленького хорошенького омежку, который спустя долгие воспитательные уроки будет брать с его рук всё, что альфа ему даст и стонать его имя в звёздных ночах. Гин на это надеялся. Он ещё сильнее сжал его челюсть, заставляя приоткрыть рот. Альфа засунул ложку риса внутрь и зажал рот, чтобы омега не выплюнул это. -Жуй! -скомандовал Гин. Чимин плакал уже вовсю, медленно пережёвывая отвратную еду. А Гин всё давал ему новые и новые ложки риса, всё так же удерживая рот. Чимин уже давился им, было невозможно прожевать столько. В конце он выплюнул часть, когда Гин с дьявольской ухмылкой отпустил его. Глаза щипало от слез и унижения. Где же Юнги? Почему он не спасёт его? Пак ненавидел себя за то, что опять надеется на альфу. Гин взял часть пюре и стал обмазывать им лицо Пака, мешая его со слезами. Чимин зажмурился, глотая новую порцию унижений. После Гин взял его за шею и потащил мыться, больно кидая в ванную. Чимин потер локоть, понимая, что появится синяк. Гин приказал раздеться, а сам никуда не уходил, лишь прикрыл за собой дверь. -Пожалуйста, выйдите, Хозяин…-Чимин решил пока не злить альфу, слишком много ему досталось. -Вот как заговорил, это похвально, но теперь я твой альфа и можешь не стесняться меня. Было очень стеснительно и страшно раздеваться перед Гином. Мало ли что он мог сделать с ним в ванной. Никто бы всё равно не спас и не пришёл. Надежда, что всё будет хорошо, всё же оставалась. Чимин дрожащими руками снял кофту, штаны и ещё медленнее стянул боксеры. Гин наблюдал со стороны над открывшимся прекрасным телом молодого омежки. Чимин включил воду и начал ополаскивать себя. На полке он заметил различные гели для душа, шампуни, мыло и т.д. Он старался не смотреть в сторону сверлящего его взгляда и забыть про его присутствие. Чимин сразу же умыл своё лицо, смывая пюре. До сих пор было противно от ощущения объедков во рту. Горячая вода немного успокаивала ноющие мышцы. Чимин не думая выбрал гель для душа с кофе, вспоминая о горячих руках Юнги на его прохладном ноющем от возбуждения теле. Пака порадовало лишь то, что Гин ничего не делал, просто смотрел как он моется, не двигаясь и не приставая. Омега быстро принял душ и юркнул в мягкий белый халат, поданный альфой. Горячая вода разморила его, поэтому он сразу же бросился на кровать. -Хозяин…-негромко спросил Пак, когда альфа уже хотел уходить, -можно мне водички, прошу. -А заслужил? Ты сегодня был отвратительным мальчиком. «Да заслужил, блять, заслужил сидеть в здании суда и ждать, когда тебе вынесут смертный приговор, урод»-вертелось в голове у Чимина. -Простите, -переступил через свою гордость Чимин, так как боялся, что до утра не дотянет. Альфа ушёл за водой, довольный ответом Чимина. «Извиняться? Может тебе надо извиниться за то, что кормил меня с пола, обмазал пюре и пялился как извращенец?» Чимин еле сдерживался, чтобы не произнести это вслух. Когда альфа принес стакан воды, то Чимин жадно набросился на него, осушив до конца. Гин ухмыльнулся и забрал стакан. Пак лег в постель, а Кан заботливо подоткнул ему одеяло. Чимин дернулся оттого, что руки Гина были как лед. Альфа был холоден, в его взгляде и сердце, казалось, нет даже капельки тепла. Что случилось, что он стал таким жестоким? Неужели ненависть к Юнги его поглотила? -Кто твой альфа? -спросил Кан Гин, выключая свет и направляясь к выходу. -Мин Юнги. -Это мы ещё посмотрим… Эта улыбка навсегда отпечаталась в его памяти. В темноте она была ещё страшней. Чимин отвернулся, замок щелкнул, он остался один. «Может, если закрыть глаза, всё это исчезнет?» Чимин решил попробовать, но ад ещё ждал его впереди. Юнги. Шуга постукивал ручкой по письменному столу. Он пребывал в своих мыслях, наплевав на то, что сейчас проходило совещание и менеджеры рассказывали об успехах осенней распродажи и подготовке зимней коллекции. Мин сильно волновался за Чимина. С ним же должно быть всё в порядке? Прошёл час, но отчёт от охраны так и не поступил. Сэм уже должен был отправить ему весточку о том, что доставил Пака в целости и сохранности. Где же он? -Всё в порядке, господин Мин? -обратился к нему Намджун, видя беспокойство друга и вырывая того из тревожных мыслей. -А? -ручка выпала из рук и укатилась под стол, -да. Это то что нужно, извините, -Юнги вышел под удивлённые взгляды и перешептывания и взялся за телефон, набирая Чимина. Намджун вышел следом. Пак не отвечал, Сэм тоже. -Что случилось? -забеспокоился Намджун. -Позови начальника охраны, -с нарастающей паникой приказал Юнги и схватился за руку, которая жутко заболела. Через минуту на ней показалась рана. Кровь начала капать с ладони. Юнги с Джуном пошли в сторону туалетов смыть кровь. По дороге ноги Мина заплелись, и он не смог больше сделать шаг, упав на пол. Паника охватила его, лоб вспотел, а по спине пробежал холодок. Юнги прислонился к стене, тяжело и быстро дыша. Намджун позвал врача, а сам присел около Юнги, гладя его по плечам, пытаясь успокоить. -Что такое? Скажи мне, что случилось?! -Я не верю, не верю, это всего лишь сон, я хочу проснуться…- замотал головой Юнги, а в голове тьма уже поглотила все хорошие мысли, оставляя страшные догадки и жуткие картинки. -Что случилось? Приди в себя, -затряс его за плечи Джун, приводя в чувство. Юнги вцепился ему в плечи до боли. -Это он. Я знаю. Кан Гин. Чимин у него… -Ты не знаешь, ты не знаешь наверняка, -с силой обнял его Намджун, пытаясь успокоить. Шуга вцепился в него, дрожа всем телом. Сотрудники странно переглядывались. Врач забинтовала руку босса, который бессвязно что-то бормотал себе под нос. Вместе с Джуном они вышли на улицу. Без него Юнги вряд ли бы добрался, так как вообще перестал что-то понимать. У входа они встретили начальника службы охраны, который поведал им о том, что машина стоит недалеко от школы, но Сэм не выходит на связь. Юнги и Намджун поспешили к школе, чтобы во всём разобраться. В машине Мину позвонил Тэхён. Надежда, что Чимин в школе, всё-таки проскользнула, но вмиг погасла. -Алло, Юнги, куда Чимина дел? Мы уже всю школу с Чонгуком оббегали в его поисках, думали, вдруг ему плохо стало или что ещё. Он не с тобой? Вот и эта надежда с треском распалась, разбилась на тысячи мерзких осколков. Юнги не выдержал и расплакался, заставив сильнее волноваться Тэхёна и Чонгука. -Что? -дрожащим голосом спросил Тэхён. Мин не смог это выговорить из-за потока слез, он отложил телефон и спрятал лицо в руках. Намджун перехватил трубку и объяснил всё друзьям. Попросил их помочь поискать Чимина, так как он мог просто прогулять школу и никому ничего не сказать. Тэхён и Чонгук решили поспрашивать одноклассников, вдруг кто-то что-то знает и просили держать в курсе. Автомобиль остановился недалеко от школы. Юнги оторвался от Джуна и подбежал к машине. Там был он. Сэм. С простреленной головой. Мин отвернулся, а подбежавший Намджун охнул, сразу же набирая номер полиции. Юнги мало что соображая стал осматривать ближайшие улочки. Пар шёл изо рта, было холодно и снежно. Поэтому если бы они и оставили какие-то следы, то их давно запорошило. Юнги было холодно. Он выбежал из офиса без куртки, так как было наплевать на всё, кроме его котенка. В одном из проулков он нашёл телефон Чимина. На заставке стояла фотография с Юнги из поездки на Чеджу. Они сфотографировались на пляже в последний день. Они были так счастливы, так безмерно счастливы, а сейчас…всё рассыпалось в пыль… Шуга не мог поверить, что так легкомысленно относился к ситуации с Кан Гином, отдавая всё на самотек охране. Он знал каким настойчивым бывает Гин, как подминал под себя всех конкурентов одного за другим. Беспринципно и жестоко. Почему же он такой дурак думал, что всё закончилось? Почему? Мин сидел на коленях в снегу. Его била крупная дрожь. Дышать становилось всё труднее, когда он всё глубже закапывал себя в губительные истязающие душу мысли. На звонок телефона он ответил машинально. -Кто это? -Это Гин, твой друг, уже соскучился по нему? -голос альфы звучал слишком весело, Юнги сжал красные от мороза кулаки, а слезы предательски капали из глаз. -Отдай его, мразь… -Уууу…может чуть повежливее будешь, если хочешь, чтобы я вернул Чимина. Юнги выдохнул. Он знал, что злостью делу не поможешь, а ругательства только раззадорят Гина. Мало ли что он может сделать с Чимином в таком состоянии. -Прости, я сделаю что угодно, подпишу любые бумаги, только отпусти его…прошу…-Мин смахнул слезы, стараясь держать голос ровным, но слабо получалось. Гин молчал. На том конце провода Юнги слышал громкие стуки и шум. -Что там такое? -Послушай своего дерзкого паренька… Гин поднёс телефон к источнику шума, и Мин смог разобрать слова. «Открой дверь и отпусти меня! Придет мой альфа и наподдаст тебе, ясно, ублюдок!» И далее всё в таком духе. Юнги с некоторым облегчением улыбнулся. Во-первых, Чимин был жив и готов бороться, во-вторых, Пак надеется на альфу, и он не должен его подвести. Никогда. Мин, наконец, преисполнился уверенности. -Слушай, мудила, я найду тебя и тебе не жить. На том конце провода рассмеялись протяжно. -Ты такой же как твой омега. Дерзкий, но слабый. Теперь Пак Чимин мой, запомни это. Мне уже ничего от тебя не нужно. Только твои страдания. -Он любит меня и никогда не признает в тебе альфу! -крикнул, не сдерживаясь, Юнги на всю улицу. -Любовь можно сломать. Я сломаю твоего Пак Чимина, и он станет моей игрушкой, который без моего разрешения даже взгляд не поднимет. А о тебе он забудет, я обещаю. И не думай, этот телефон не отследить. Прощай… Слова и гудки эхом пронеслись в голове. В ушах зазвенело, Юнги отбросил телефон в сторону, стараясь не зацикливаться на его страшных словах. Никогда он не позволит этому случиться. И чем быстрее Шуга найдёт Пака, тем лучше. Всё будет зависеть только от него. Сильнейшее напряжение, пережитая паника, холод, пробирающий до костей и не слушающиеся мышцы. Юнги поднялся, а вокруг всё начало темнеть, покрываясь звёздной пеленой. Намджун вопросительно посмотрел на Мина. Тот хотел что-то сказать, но ноги подкосились, и Юнги упал в обморок. Он ощутил горячие покалывающие щеки явно не от мороза. Последнее, о чем подумал Юнги: «почему же я не могу забрать его боль?». Чонгук и Тэхён поспрашивали одноклассников о Чимине. Один из них видел, как Пак заходил в проулок, но больше ничего. Тэхён и Чонгук зашли туда после школы. Им позвонил Намджун и сказал, что Чимина всё-таки похитили. Тот самый конкурент Юнги, который сбил Тэхёна. Самые худшие ожидания оправдались. Чонгук поддерживал расчувствовавшегося Тэ, хотя самому хотелось расплакаться. В том самом злосчастном переулке было пусто. Джун сказал, что Юнги стало плохо, и они у него дома. Просил их подтягиваться туда, чтобы обсудить план действий. Полицию уже подключили к поискам. Скоро в сводках должны были появиться новости о похищении. Тэ это не особо радовало, но на полицию была хоть какая-то надежда. Чонгук и Тэхён хотели уже уходить из пустого грязного переулка, как Тэ случайно на что-то наступил. Это была раздавленная пустая ампула и шприц. Их уже запорошило снегом. Чонгук наклонился и прочитал название на части осколка. -Что это? -Возможно, отсюда и увезли Чимина, раз здесь Юнги нашёл его телефон. А это очень сильное снотворное, отключает сразу. Такие используют в больницах для особо буйных. Мой отец пару раз пытался лечиться от наркозависимости. -Он же…-Тэхён сжал губы, -может сделать с ним, что хочет…-глаза Тэ снова стали мокрыми, сердце Чона сильно сжималось, когда он видел своего жениха таким. -Иди сюда, солнце, -притянул его к себе Чон, согревая в больших объятьях, -надеюсь, что всё обойдется. Чимин сильный, он прошёл столько всякой хуйни, что не сдастся какому-то отморозку. Веришь мне? -пытался убедить омегу Чон. Тэ кивнул, поверив. Но Чонгук не верил. Чимин был сильным, но в последнее время стал сильно зависеть от Юнги, что не могло ни сказаться на его характере. Он стал более мягким и расслабился, уповая всегда на поддержку альфы. Но Чимин там был один, и он должен был думать о себе и самостоятельном спасении. Чонгук надеялся, что эта мысль дойдёт до Пака. Пусть борется за себя. А они помогут, найдут и прикончат этого будущего смертника. Юнги проснулся ближе к вечеру и сразу потянулся рукой на другую сторону кровати, чтобы прижать к себе котенка, так как его тепла катастрофически не хватало. Но его кровать была подозрительно пустой и прохладной. В уме всплывали воспоминания сегодняшнего дня. Голова побаливала. Может это всё было сном? Вдруг Чимин просто отошёл на минутку и сейчас завалиться на него, нежно целуя и ворча про оценки и своих сумасшедших друзей, которые успели стать женихами раньше них. Мин лежал закрытыми глазами и с улыбкой на лице вспомнил их диалог. «-Хочу быть твоим женихом. Когда сделаешь предложение? -шутил Чимин, пытаясь выглядеть серьёзным. -Я ещё не придумал, как от тебя избавиться…-смеялся Юнги, покусывая мочку уха омеги. -Эй, -легонько хлопнул его по плечу омега и лег к нему на грудь, -очень смешно. От меня тебе всё равно не избавиться. -Я знаю, -поцеловал его в лоб Юнги, -сделаю предложение на выпускном вечере, доволен? -Правда? -глаза Чимина загорелись. Юнги мечтал, чтобы этот огонёк в глазах никогда не пропадал. Вместе ответа Юнги затащил Чимина в долгий поцелуй. Честно и однозначно». Но воспоминание исчезло под напором жестокой реальности, которая издевательски шептала в ухо, говоря, что Чимина нет. Юнги поднялся с постели и оглядел сидящих на его постели Чона, Тэ и Намджуна, что смотрели на него, не отрываясь, с заботой и грустью. -Всё в порядке? -спросил Чон, а потом стукнул себя по лбу, так как вопрос был неуместен. -Нет, -буркнул Юнги, поднимаясь с постели, слегка пошатываясь, -как я здесь оказался? -Ты упал в обморок, -ответил Джун, поддерживая за локоть шатающегося альфу. Юнги отмахнулся от него и пошёл в коридор, чтобы надеть обувь и куртку. Остальные поспешили за ним. Мин приметил, что на улице уже стемнело. Долго же он провалялся. -Ты куда? -спросил Тэхён, задевая за плечо Юнги. -Мне нужно…уйти, -легонько сжал и опустил его руку Шуга, -к родителям Чимина. Я должен сам им сказать. -Мы с тобой, -вызвался Тэ, но Мин его остановил. -Я сам. Дайте мне сделать это самому. Друзья не стали просить, так как понимали, что разговор будет не из легких, и Шуга хотел бы совершить это один без сочувствующих взглядов. -Мы останемся здесь? -спросил Джун уходящему Мину. Тот бросил что-то типо «как хотите» и ушёл. Ребята сели и стали обсуждать дальнейший план действий. Всем было плохо без Чимина, но они старались держаться. Чонгук взял за руку Тэхёна. Души разрывались у всех, ведь Чимин был их солнышком, был тем самым человек, который объединил их в одну компанию, был Чимином. Был их Чимином… Юнги долго топтался на пороге квартиры, не решаясь постучать в дверь. Мин не хотел быть тем человеком, который разбил бы сердце таким хорошим людям, но он должен был сделать этот шаг. Сердце колотилось где-то в пятках. Альфа пару раз глубоко вздохнул и нажал на звонок. Дверь открыли быстро будто ждали… Чимина? Юнги вошёл под удивлённые взгляды родителей. Из гостиной выбежала сестра, обнимая Юнги. Шуга улыбнулся, погладив её по голове. Она начала что-то рассказывать про конкурс художников, что заняла второе место и т.д. Мин слушал, наблюдая за тем, как родители смеются и весело кивают. Здесь так приятно пахло, как всегда, вкусной едой, свежими цветами и Чимином. Как же здесь пахло его родным омегой, каждый уголок был пропитан его запахом. В доме Паков было уютно, тепло и так по-домашнему. Хотелось бы остаться здесь навсегда в обнимку с Паком. В голове вертелись различные ужины с родителями Чимина, как они строили их будущую жизнь, Пак только вздыхал, а Шуга смеялся с его реакции. -Чимина нет. Но ты проходи, -позвала его мама, Юнги не сдвинулся с места. Хоа уже отпустила его, отходя к отцу и показывая ему новый рисунок. Чимина нет. Мин взглянул на счастливые лица родителей и расплакался. Они сразу же подбежали к нему, пытаясь утешить, но он опустился на колени, плача и отбивая любые попытки его поднять. -Юнги, вставай, что же случилось… -Чимина похитили, -перебил её Шуга, опустив голову и не в силах посмотреть, как поменялись их лица. Смех и радость ушли, -это я виноват, это он, мой конкурент Кан Гин, я вам уже рассказывал… -Но ты же сказал, что защитишь его, -голос отца напугал Юнги, так как он вмиг стал безжизненным и каким-то стальным. Шуга разочаровал его. Он понял это по его тону. Мин заставил себя поднять заплаканные глаза. -Простите… А дальше…сестра стала громко и очень звонко плакать, заставив Юнги поморщиться. Мама тоже рыдала. Она начала трясти Мина, пытаясь, таким образом, хоть кому-то вылить свою боль. Юнги знал, что виноват, знал, что заслужил пощечину от мамы, знал, что заслужил негромкое и грубое от отца Чимина, что здесь ему больше не рады. Юнги извинялся до последнего, пока отец не взял и грубо не вышвырнул того за дверь. Что могут принести его извинения? Облегчение боли? Вряд ли. Облегчение может принести лишь возращение Чимина, что не может дать им Шуга сейчас. «Вы же обещали защитить его!»-вот что врезалось в память. На негнущихся ногах он сполз вниз и долго сидел на снегу, успокаиваясь и всхлипывая. Он сделал все правильно, но от этого не легче. Не легче, оттого, что они правы. Виноват лишь Юнги. Он долго сидел на холоде, пока его охрана чуть не силой затащила его в машину и отвезла домой. Домой, где больше не было Чимина. В его жизни больше не было смысла… День 2. Боль. Чимин. Пак поднялся часам к 10 и открыл глаза. Он всё ещё был в аду и за ночь мало что изменилось. Омега вздохнул, но поднялся с кровати и осторожно выглянул за дверь. Она была не заперта, а дома было пусто, не считая готовившей завтрак горничной. Пак уже успел приметить, что даже в туалете были камеры, что очень смущало и не радовало омегу. Но приходилось мириться с этим неприятным моментом. Он вышел, Кан Гина не было, давая немного свободы. Пак умылся, почистил зубы и переоделся. Одежды его размера в шкафу было навалом, видимо, Гин готовился, что сильно удручало. Знал, что Чимин не сбежит и похитит его. Чимин сразу же подошёл к двери и на всякий снова дернул. Закрыто. Ладно. Он пошёл и сел за кухонный стол, а горничная поставила перед ним горячую яичницу с помидорами, плошку риса и фрукты в виде персика, бананов и киви. Пак попросил малиновый чай, но его не было. Горничная налила ему мятный. -Меня похитили, вы не знаете? Если поможете мне, я буду премного благодарен, -попытался поговорить с ней омега. Начал осторожно, чтобы не спугнуть. -Извините, я не уполномочена с вами разговаривать об этом, -она поклонилась и стала убираться на кухне. -У вас есть тот, кто вам дорог? Чтобы случилось, если бы вы узнали, что кого-то из них похитили, каково бы вам было? -спросил Чимин, отпив ароматного чаю. Девушка застыла на секунду, повела плечами и продолжила убираться. Чимин понял, что ничего не добьётся, поэтому взяв всё, кроме риса, переместился к телевизору. Больше он рис в рот не возьмет. Противно до сих пор. Пак включил телик, уплетая яичницу, и начал бездумно листать каналы. На одном из них шёл второй сезон его любимой дорамы, поэтому оставил. Он вообще мало куда отходил сегодня. До обеда валялся на диване, залипая на красивых актерах и бомбическом сюжете. После вкусного обеда пошёл осматривать дом. В доме была большая библиотека с мягкими диванчиками около камина. Пак мечтал о таком милом месте. Он бывает засиживался у Юнги с книгой в его библиотеке. Там тоже было уютно, но через полчаса Мин на руках вытаскивал его к себе, так как одному было грустно без своего котенка и ничего, что их отделяло несколько метров. Поэтому Чимин перемещался к Юнги на кровать. Читал, а Мин работал или смотрел что-то на ноуте. Ещё был спортзал, гостевая и строгий кабинет Гина. На столе стоял ноутбук, Пак аккуратно приподнял крышку, но он был запоролен. Пак чертыхнулся и закрыл его. Чимин решил закрыть дверь, чтобы не вызывать подозрения, хотя охрана уже давно всё знала. Спальня Кана была закрыта. Ну и к лучшему, Чимин боялся узнать, что за секреты и скелеты в шкафу он прячет. Бррр. Пугало Пака лишь то, что его шоколадный запах стал распространяться. Блокаторы ему никто не давал и вряд ли будет. Это могло плохо кончиться, но Чимин решил не думать об этом. Оставшуюся часть дня он перебирался от телика до китайской манги. Он так и уснул на диване с книжкой в руках после сытного ужина. В плену кормили достаточно прилично. Даже не отказывали в еде сегодня, хотя вчера Пак вел себя отвратно. Конечно же, Чимин проспал и не заметил, как вернулся альфа. А Гин знал, что Пак не встретит его на коленях покорный и послушный. Но ломают и не во второй день. Гин прошёл в комнату, положив свой портфель на стул и скинув пальто. Горничная поклонилась и поспешила убрать его вещи. Чимин был таким сладким и милым. Слишком прекрасен был омега спящим, причмокивая во сне. Гин ощутил приятный и тягучий аромат шоколада, который возрастал с каждой секундой. Вот что прятал от него омега. Такой сносящий голову аромат. Гин сел рядом, запуская руку в мягкие белые волосы, слегка поглаживая. Альфа наклонился и коснулся губ Чимина сначала легонько, а потом более настойчиво. Пак улыбнулся, Гин отстранился. -Юнги…дай поспать… -Солнышко, вставай… Только голос был не Юнги. Губы были не его любимого альфы, а чужими и какими-то грубоватыми. Совсем не мягкие как у Шуги. Пак открыл глаза и резко отшатнулся от улыбающегося альфы, забившись в дальний конец дивана. -Не трогайте меня… -Ты такой сладкий и так вкусно пахнешь, ммм…-альфа потянулся к нему рукой, но тот отбежал от него и хватки. -Кто не встретил меня сегодня на пороге? Хозяин очень недоволен. А ещё он обещал своему омеге наказание, -выгнул бровь Гин, поднимаясь и приближаясь к Чимину. -А Хозяину не пойти нахуй? -не сдержался Чимин, сглатывая ком. Альфа был слишком близко, а сзади была лишь стена. -Какой же мой омега плохой, ай, ай, ай, -он поставил руки и прижал Чимина к стене. Гин громко вздохнул, втягивая приятный шоколадный аромат, который уже затуманил разум, постепенно пробуждая в нём животные инстинкты. Альфа зарычал ему в губы и прижался к ним, схватив запястья Пака и заводя за голову. Альфа не хотел быть нежным, поэтому кусал сразу до крови. Чимин не отвечал, было больно и противно. Он попробовал освободить руки, но альфа сильно держал. Оставался только один шанс на спасение-ударить и скрыться в комнате. Чимин ударил альфу коленом в живот, тем самым давая время на побег. Он добежал до своей комнаты и хотел уже закрыть дверь как нога альфы помешала это сделать. Чимин закричал, слезы полились из глаз. От выставил руки вперед, прося пощадить. Но Гин уже завелся и во что бы то ни стало захотел овладеть этим безбожно прекрасным и манящим изгибами и ароматом телом. Ломать так ломать до конца. Он подхватил Чимина под бедра и понёс в свою комнату. Пак не успел опомниться, как его бросили на кровать. Сама комната была в красных тонах. Но в отличие от Юнги, Чимину этот цвет напоминал кровь и отчаяние. Альфа стянул с него кофту, оставляя в одних штанах. Чимин отполз на край постели. Альфа закрыл дверь изнутри и пошёл к шкафу. Чимин, пока Гин был занят чем-то, попытался открыть чертов замок, но руки не слушались. Он так и не смог этого сделать. Гин грубо повалил на кровать, терзая его губы и спускаясь к шее. Он навалился на Пака всем телом, омега не мог сбежать или как-то оттолкнуть. -Отпустите, Хозяин, пожалуйста, я не хочу…-рыдал Чимин, а альфа кусал его шею. Ему было противно, что здесь стояла свежая метка Юнги, но Гин решил сделать свою, прикусывая чуть выше, вызывая визг Чимина. Пока альфа покрывал поцелуями его мягкую шею, то он запрокинул обе руки омеги наверх, привязывая их верёвкой к изголовью кровати. Чимин понял это, только когда подергал руками. Осознание беспомощности напугало его очень сильно. Он начал сопротивляться, стирая запястья. -Отпусти, ублюдок, я не твой, -отчаянно кричал Пак, рыдая. Гин и не думал останавливаться. Он влажными поцелуями спустился по вздымающейся груди, почувствовав гулкое и быстро бьющееся сердце. Далее он опустился к животу и сорвал штаны, а потом и боксеры, оставляя Пака совершенно голым. Чимин пытался прикрыться, но Гин нахально раздвинул его ноги и стал привязывать их к кровати. Чимин ещё сильнее испугался, дрожа всем телом. Жуткие воспоминания всплыли в памяти. Когда-то его тоже хотели изнасиловать. Слава богу, один альфа спас его. Он также помнил о рассказе Тэ- о том, как двое зажали его в переулке. Только у Чимина было одно «но». Никто его не спасёт… -Пожалуйста, Хозяин, я сделаю, что хотите, только не надо…прошу…-пытался умолять Чимин, но было бесполезно. Гин уже не думал ни о чём, кроме как о том, как будет стонать для него Чимин, как будет выгибаться его спина, как он будет кричать его имя. Аромат сильно давил на разум, отключая его. Он был во власти возбуждения. Член альфы уже терся о брюки, но Гин ждал, требуя боли и игр. Обездвижив омегу, он собрал его слезы на палец и облизал. Было вкусно. Затем он отошёл к этому злосчастному шкафу, доставая несколько интересных вещичек, а именно смазку, фаллоимитатор и ошейник. Глаза альфы блестели нездоровым огоньком, Чимин запротестовал, когда Кан одел на него ошейник словно он какое-то животное. Просто собачка. Просто игрушка. А Гин не мог налюбоваться на всю эту красоту. Он питался этим. Питался болью Чимина, упиваясь и пьянея от этих блестящих и влажных губ, напряженных связанных рук и прилипших от пота прядей ко лбу. Гин накинулся на него словно зверь. Он зацеловывал всё, что видел, прикусывая соски, вырывая полукрики-полустоны из Чимина. Он спустился ниже, кусая нижнюю часть бёдер до крови. Пак взвизгнул не в силах терпеть пробежавший заряд по телу. Даже Юнги не был таким грубым. Он всё мешал с нежностью и любовью. Здесь была лишь похоть и страсть. -Больно, -застонал Пак. -Заткнись, сука, -ударил альфа по щеке Чимина, призывая молчать. Новый поток слез обжег горячие щеки. Альфа смазал фаллоимитатор смазкой и поднёс к нерастянутому Чимину. Пак судорожно замотал ногами, но альфа с лёгкостью их раздвинул и ввел до конца. Чимин закричал от боли. Гин даже не дал привыкнуть. Чимин заметался по кровати, не в силах сдерживать эту давящую на стенки боль. Гин, увидев реакцию омеги, ещё сильнее распалился и начал водить им. Гин не щадил Пака, тот скулил от боли, закусывая губу почти до крови и плакал. Он молил прекратить, но Кан не обращал внимания на просьбы омеги. Омега для него был лишь игрушкой. А игрушка не имеет своего мнения. Гин включил фаллоимитатор на маленькую мощность, заставляя омегу ещё громче взвыть и затрясти руками, стирая их в кровь. Гин же старался сделать омеге и приятное, прикоснувшись к сладко-солёным губам, подминая и посасывая нижнюю губу. Омега из принципа не отвечал. А Гину хотелось больше. Хотелось поглотить его целиком. Он разделся и подполз к бедному, уже ничего не разбирающему от грубости Паку. Он сжал его челюсти и проник языком в рот, изучая зубки, нёба и язычок омежки. Как же ему нравилось хозяйничать в его рту, слушая слабые поскуливания, но очень хотелось уже снять напряжение с члена. Кан оторвался от манящих губ Чимина и присел на него поближе, прихватив цепь поводка. -Открой ротик и сделай своему альфе приятное, -Гин уже начал водить членом по губам омеги, размазывая сочившуюся смазку. Кан видел отказ омеги в блестящих глазах, поэтому немного потянул за поводок, лишая Чимина кислорода, когда он начал задыхаться, то приоткрыл рот и в этот самый момент альфа пролез ему членом, запрещая кусаться. Он опустил поводок и стал помогать себе, схватив за волосы Чимина и насаживая ртом на член, вбирая во всю длину. Он включил вибратор на максимум, а сам стал быстро вбиваться в горло Чимина. Пак пытался подавить рвотный рефлекс, слезы лились без остановки, а воздуха стало всё меньше. Напряжение внизу достигло пика. Его просто трясло, но Гин удерживал Пака, закатив глаза и чуть не рыча, так ему было охуенно в жарком и влажном рту. Чимин закрыл глаза, чтобы не видеть больше ничего. Пак царапал ладони. Внизу уже все горело, а член встал колом. Омега дергал ногами, но они были сильно привязаны, что вызывало ещё больше слез. Чимин балансировал на грани удовольствия и отвращения. Гин стал ещё больше вбиваться в горло, и через несколько конвульсивных движений кончил Паку прямо в рот и вышел членом, размазывая остатки по губам Чимина. Омега откашлялся и хотел выплюнуть гадость, но Гин зажал ему рот, приказав глотать. Пак сглотнул, а после сам излился на простыни, подрагивая всем телом. -Какая же ты грязная шлюха, Чимин, -Гин вытер с его рта остатки семени и приказал слизать. Пак слизал и откинулся головой на подушку. Он выдохнул, когда Гин убрал вибратор. Неужели всё закончилось и Пака больше не будут мучать? Но худшее было впереди. -Кто же твой альфа? -спросил Кан, любуясь уставшим омегой. -Юнги, -выдохнул Чимин, -а ты лишь грёбаный насильник… -Ну ладно, сам напросился. Гин подставил головку члена к растянутому входу омеги. -П-пожалуйста…ты уже получил удовольствие…отпусти…-захныкал Чимин, но головой понимал, что этого не будет. -Ты же такой желанный, Пак Чимин, я хочу тебя ещё… Пак отвернулся, чтобы не видеть, как Гин грубо вошёл в него до конца. Было уже не так больно, но чувствовать в себе чужого альфу было ужасно неприятно. Очень хотелось, чтобы он оставил его в покое. Но Гин стал до сумасшествия наращивать темп, вырывая стоны из Чимина. -Стони только для меня…-наслаждался Гин, оставляя поцелуй на скуле Чимина. Пак хныкал и стонал. Член альфы был большой, в голове вертелся дикий страх, что он может его порвать. -Помедленнее…-пытался спасти своё положение Чимин, так как этот безумный темп страшил и кружил голову. Пак уже задыхался от такого напора, а Гин всё продолжал и продолжал, не слушая и не видя ничего, кроме застилавшего его глаза дрожащего омеги. -Юнги! Юнги! -стал кричать Пак неотрывно лишь одно имя, будто его альфа, его крутой альфа Мин Юнги мог прибежать ему на помощь, оторвать от этого чудовища, что вбивался по самую силу, тряся кровать. Словно Шуга мог его спасти, отвязать и закрыть от всего ебаного опасного мира. Гин разозлился и вонзил пальцы в бедра Пака, говоря тем самым, что он должен кричать лишь его имя. Имя своего нового альфы. Но Чимин, чтобы хоть как-то не чувствовать и отгородиться от терзающих тело ощущений, сосредоточился на одном имени, на таком любимом и красивом. Кан не стал долго слушать его зазывания и вышел из Чимина. Пак обрел надежду, что всё закончилось, но Гин вернулся к Паку с кляпом, надев его на брыкающегося Чимина. Пак замычал, протестуя. Хуже положения он придумать не мог. Ни говорить, не шевелиться. Словно кукла. Гин на секундочку отошёл и вернулся с телефоном. -Улыбнись для Юнги, -засмеялся Кан, делая пару фотографий затраханного Чимина. Пак замычал, пытаясь хоть как-то прикрыться, чтобы его альфа не видел его таким беспомощным и убитым. Он снова заплакал, когда Кан отослал фото Юнги. После, отложив телефон, он вновь вернулся к Чимину, ложась на него и закусывая его шею. Сердце Чимина забилось быстрее, когда он осознал, каково будет смотреть эту фотографию Юнги. Гин стал снова вбиваться в его тело. Ему до одури нравились его узкие стенки, его умоляющий остановиться жалостливый взгляд, его слезы. Гин постоянно целовал мягкие щечки Пака, такие хорошенькие и соленые. Чимин кончил совсем скоро на простыню, а Гин внутрь Чимина. Затем Гин отвязал ноги Пака и, чуть поменяв позу, стал трахать с новой силой. Пак закрыл глаза, руки онемели, ноги не двигались, а слюни стекали с подбородка. Он больше ничего не мог сделать. Омега чувствовал себя использованным и грязным. Внизу он уже ничего не чувствовал, принося удовольствие лишь альфе. Ему было противно и стыдно от себя за то, что позволил вот так грубо собой воспользоваться. Как же омега будет смотреть в глаза Юнги после всего? И будет ли хоть когда-нибудь? Силы ушли. Чимин не сопротивлялся. Кровь на запястьях высохла, как и слезы. Чимин хотел просто отключиться и ничего не чувствовать. Омега тихо мычал и поскуливал, когда какие-то уж очень резкие и глубокие толчки в его обезображенном синяками и ранами теле приносили сильные болевые ощущения. Они кончили почти одновременно. Альфа развязал ему руки и повернул на живот. Пак отключился, когда Гин заканчивал пробовать его тело в 4 раз. Вся кровать была перепачкана в слюнях и семени, которое постоянно вытекало из дырочки Чимина. Альфа видел, что Пак больше не реагирует, не мычит и не двигается. Гин закончил вдалбливаться только когда кончил в Чимина, ещё больше заполняя его. Он не спешил выходить из его растраханной дырки. Как же ему было хорошо за эту ночь. Никогда ещё ни с кем не было так хорошо. Пак был таким сексуальным, когда стирал запястья, пытаясь сопротивляться, когда скулил, когда слюни дорожкой стекали с подбородка. А ещё слезы-очаровательные блестящие глазки так завораживали, привлекая к их обладателю. В ошейнике он выглядел необыкновенно красиво. Альфа с хлюпом вышел из Чимина и лег рядом с телом омеги. Он снял с него кляп, ошейник и обнял со спины, придвигая к себе. Чимин прерывисто дышал, его слипшиеся реснички слегка подрагивали. Гин запечатлел легкий поцелуй на его щеке и лег рядом, отдыхая. Как же не хотелось отпускать эту шоколадную булочку, но, чтобы пользоваться им потом, стоило сегодня остановиться, иначе он мог потерять его навсегда. Ему доставляло наивысшее удовольствие, наблюдая, как его сука стонет, но Гин был раздосадован, что омега кричал не его имя. Но ничего. Поправим. Альфа накрыл его одеялом и заснул следом. А Чимин был рад, что его настиг сон, ведь только во сне он мог отдохнуть, спастись и забыться. Реальность сейчас была слишком жестока. Слишком жестока без Юнги… Юнги. -Какого черта до сих пор нет результатов! -кричал Юнги на весь дом. Даже начальник охраны под его беспощадным взглядом съеживался как маленький ребенок. Намджун стоял в стороне, наблюдая как Юнги изводится. Никто не мог найти Кан Гина. Он словно испарился. Телефон не отследить, в офисе и дома его не было. Шуга поспрашивал даже его друзей и инвесторов, но последнее время он был очень скрытным, поэтому они не знали, чем Гин занимался. В свою защиту начальник службы безопасности смог ответить, что они проследили машину Гина до одного коттеджа на окраине Сеула и сейчас проверяют. Мин хотел бы надеяться, но сомневался, что Кан Гин мог так легко проколоться. Джун был с Юнги 24 часа, так как боялся за друга в таком состоянии. Джин не возражал, чтобы Намджун пожил пока у Юнги, так как всё понимал. Мину нужна была поддержка. -Блять…-устало выдохнул Юнги, сев на диван. На экране крутили репортаж о похищении 18-летнего омеги Пак Чимина. Фотография была взята из личного дела Чимина. Шуга сам видел его дело, когда работал учителем. Как же омеги не хватало рядом. Мин махнул рукой в сторону, прогоняя всех. Вскоре дом опустел. Намджун подошёл и, сев рядом, выключил телевизор с терзающим душу репортажем. Шуга посмотрел на игрушку котенка, что стояла на столе. Хотел бы, чтобы его котенок вернулся живым и невредимым. Юнги виноват, что так случилось, и придётся потом вымаливать прощение у своего омеги. И если он захочет расстаться после всего, Мин не будет его винить. -Как себя чувствуешь? Что-то болит? -Слава богу нет… -Не накручивай себя, уверен он скоро найдётся, -пытался подбодрить его Джун, хотя прекрасно понимал, что найти омегу будет трудно. -Я не буду сидеть сложа руки, -Юнги поднялся с дивана и направился в прихожую собираться. -Ты куда? Я с тобой, -Джун ни на минуту не хотел оставлять своего друга в таком нестабильном эмоциональном состоянии. -В офис Гина. Поищу зацепки какие-нибудь. -Стой! Тебя не пустят. -Я попытаюсь! -громче крикнул Юнги, вырываясь из хватки друга, -это я виноват, Джун, что не предотвратил этого! -Ты не виноват, ты же не мог знать, что у этого ублюдка на уме! -Мог и знал! Он сам говорил мне это прямым текстом, но я не придавал этому значения! Я приблизил Чимина к себе, я привязался к нему настолько, что готов перед Гином на коленях ползать, но он даже этого не даёт. Я виноват, и никто другой. Джун не мог переубедить стоящего рядом разбитого альфу, но мог утешить. Он с силой притянул его к себе, обнимая. Юнги вырывался, хотел отстраниться, но Джун держал крепко, прекрасно осознавая, что Шуге это нужно. Да, ему нужно. Нужна поддержка как воздух, потому что в реальности, где не было Пак Чимина и где делали ему больно, было невыносимо, хотелось умереть или ничего не чувствовать. Вскоре Юнги расслабился и прижался к самому близкому человеку. Его объятия хоть и не давали надежду, но придавали сил и успокаивали душу. После этого Мин успокоился, и они поехали в офис Гина. Джун остался в машине, так как Юнги хотел сделать всё сам. Мин поднялся в офис Гина и зашёл в пустующий кабинет босса, игнорируя крики и сопротивление со стороны секретарши. Шуга подошёл к письменному столу и начал открывать шкафы, перебирая бумаги. -Я уже вызвала охрану, Мин Юнги, вам нельзя тут быть! -Заткнитесь! -с раздражением ответил Юнги, продолжая свою поисковую деятельность. В шкафах ничего не было, кроме ненужных документов. Сбоку стоял сейф, но Мин вряд ли угадает пароль, поэтому бессмысленно его трогать. В верхнем ящике стола он обнаружил фотографию Чимина. Долго не думая, он положил её к себе во внутренний карман пиджака. Альфа просмотрел всё, кроме компьютера. Шуга включил его, но там висел пароль. -Знаете пароль? -Нет, уходите лучше, пока вас охрана не вывела, -пыталась нормировать ситуацию секретарша, но с Юнги спорить, как мы знаем, бесполезно. Он оказался рядом с ней в секунду, сразу же нарушая личное пространство. -Вы хоть знаете, что сделал ваш босс? -Юнги кинул на сжавшуюся от страха секретаршу злой взгляд, — он похитил моего омегу, моего парня! А ему всего 18 лет. Он может сделать с ним всё, что захочет его грязная фантазия, вы понимаете? -Да…-пролепетала девушка, отходя от альфы на шаг. -Я просто хочу, чтобы мой омега вернулся…-уже тише сказал Юнги, перебирая руками волосы. -Пароль 04.01, -выдохнула девушка, собираясь с мыслями. Она решила помочь, так как знала, что что-то не так последнее время. Юнги поблагодарил и подбежал к компьютеру. Секретарша подошла следом. Мин подумал, что это совпадение, но всё же. День рождение Чимина было четвертого января. Странно, но неважно. На компьютере было много ненужного, кроме одной папки с характерным названием «Чимин». В этой папке было множество фотографий Чимина. Когда он возвращался домой, шёл к Юнги, работал в кофейне или выходил из школы с Тэхеном и Чонгуком под руку. Гин следил за ним всё время, выжидал лучший момент, а может даже наслаждался. Юнги выкинул последнюю мысль из головы. Закрыв фото, он нажал на кнопку «онлайн» и подключился к камере. Альфа увидел свой дом в реальном времени. Неужели Гин смог подключиться к одной из его камер? -Я долго работала пару дней назад и случайно заснула на работе. Проснулась уже около 6 утра от хлопка двери. Оказалось, что босс пришёл в такую рань и долго смотрел в компьютер, а потом с улыбкой на лице выбежал. Похоже, он следил за вашим омегой, как вы говорите. -Пару дней назад вы говорите? И действительно. Он проверил записи и увидел, как два дня назад Чимин вышел из дома Юнги и уехал в школу. В тот день он пропал. Шуга записал свою почту на листочке. В этот момент подошла охрана и схватила его за руки. В последний момент Юнги сунул бумажку в руки секретарше. Эти фото и видео будут неплохим доказательством против Кана. Шуга надеялся, что девушка не подведет его и поможет прижать этого урода к стенке. Чонгук сидел, обхватив Тэхёна одной рукой, вторую держал на его коленке. Тэ прижался к Юнги, положив голову ему на плечо. С другой стороны, Намджун приобнимал Мина. Они специально зажались вместе на диване, смотря дораму, чтобы хоть как-то отвлечься и отвлечь Юнги. А Мину было тепло и уютно в этих объятьях, хоть он и не хотел признаваться себе в этом, поэтому начал ворчать. -Пустите и идите, что прилепились ко мне, -Юнги попытался встать, но его удержали на месте, ещё больше обнимая. -Чтобы ты тут окончательно не загнулся. Небось, когда мы уйдём, будешь вены себе резать, а? -Тэхён хлопнул Мина по коленке. -А можно повежливее, я старше, -буркнул Юнги, ерзая на диване. -Ой, уймись, и сиди с нами, — вставил Чон. -Я и один могу дораму посмотреть, валите. Юнги конечно же хотел их видеть, так как они помогали ему не думать, отвлекали от внутренних пожираний. -И что там в дораме? -хитро улыбнулся Тэ. -Ну… дело к свадьбе, -наугад сказал Юнги. -Ага, конечно, -сказал Тэ и взглянул на экран. Там главные герои ненавидели друг друга, но судьба постоянно сводила их вместе. Но Юнги не смотрел даже. Он пытался, но ничегошеньки не уловил. Спутанные мысли и переживания занимали его сердце, не давая сосредоточиться. Ближе к вечеру все уже заснули, но только не Юнги. Он вышел на балкон, чтобы отдышаться и освежиться. Руки неожиданно стали какими-то горячими, а запястья саднили. Мин смотрел на раскинувшийся впереди город, что жил и горел огнями фонарей и рекламных вывесок. Где-то там его омежка. Где-то там, возможно, ему плохо. А Мин ничего не может сделать, только надеясь на чудо. В руках он держал котенка, которого подарил ему Пак. Белый пушистый котенок. Слишком больно было на него смотреть, но в тоже время он не мог оторваться. Казалось, Чимин рядом с ним. -Привет, что не спишь? -к нему вышел сонный Гук. Он спал вместе с Тэ в гостевой, когда захотел попить. На балконе альфа заметил продрогшего Юнги. Чонгук накинул плед на плечи Мина, а сам встал рядом, вдыхая ночной воздух. -Спасибо, -кивнул ему Шуга, потирая запястья, которые быстро начали краснеть, -береги его. -Кого? -Тэхёна, -Юнги посильнее сжал котика в руках. -Всегда. Не говори так. Мы найдём Чима, я уверен, -приобнял его за плечи Чонгук, -как-то Чимин мне сказал, что ты самая большая любовь в его жизни. Рядом с тобой у него голова идёт кругом, -улыбнулся Чонгук. Мин долго молчал, обдумывая эти слова. -Лучше бы он никогда меня не встречал. Я испортил ему жизнь, -прошептал Мин, но Чонгук его услышал. -Не унывай. Это не так, ты же знаешь, а теперь… Чон не успел договорить, как Юнги повалился на пол и закричал от боли. Чон испугался. На шее Шуги начали появляться синяки, а с запястий капала кровь. -Что такое? -подлетел к нему Чон, приобняв альфу. Тот дрожал и уже ронял слезы. -Больно…ох…очень… Чон…внизу будто всё горит…-всхлипывал Юнги, пытаясь подняться, но руки подкосились, и он упал на живот. Так хоть было чуточку легче. -Я сейчас, -Чонгук собрал все свои силы и мужество. Сейчас всё нужно было делать быстро и четко. Он подхватил аптечку и вернулся на балкон, где лежал и страдал Мин. Он начал обрабатывать раны на руках под стоны Мина. После Чонгук забинтовал его запястья. -Что ещё болит? Мин лежал на холодном полу балкона не в силах сдвинуться и рыдал. Чонгук попытался снять с него штаны, но Шуга зашипел от болезненных ощущений. -Я облегчу боль, -Чонгук достал обезболивающую мазь и снова потянулся к штанам, -я аккуратно. Юнги было неловко, что Чонгук увидит его голым. Он залился краской, когда Чон теплыми пальчиками снял с него домашние штаны и боксеры. Чонгук, заметив напряжение и неловкость со стороны Юнги, лишь улыбнулся. Он начал натирать ягодицы мазью. Юнги вскрикнул и задёргался. -Эй, спокойно, всё хорошо. Ты такой буйный, я не могу. -Больно ведь. Сука…-Мин морщился, а Чон всячески пытался его отвлечь. -Успокойся, а не то возбудишься, -усмехнулся Чонгук. -С таким извращенцем уж точно возбужусь. Когда я к вам в домик зашёл на Чеджудо, подумал вы там бордель содержите. Бедный Тэхён, на нём же живого места не было… -Он умеет просить хорошо, -Чонгук подошёл к анусу и предупредил Юнги, -сейчас я смажу в проходе, ты только не волнуйся. -Не трогай, не трогай, ай… Чонгук стал мазать в анусе Юнги. У Шуги пробежала дрожь по телу. Он зажмурился и вцепился в рукав Чона, пытаясь подавить мучительно-возбуждающий порыв. Чонгук быстро смазал и натянул трусы и штаны обратно. -Ну ты как? -спросил Чонгук, помогая подняться Юнги. Оба поднялись с пола. Чон хотел повести Мина в комнату, но услышал сильные рыдания. Он взглянул на Юнги, тот плакал, роняя слезы и закусывая губу. Мин громко всхлипывал. Чонгук порывисто обнял Мина. Юнги вцепился в Чонгука, горько плача. Слезы лились без остановки. Гук пытался успокоить Мина, но поток слез остановить было невозможно. -Я чувствую, что ему плохо, Чон. Моему котенку плохо, а я ничего не могу сделать. Это мне плохо из-за него. Моего омегу изнасиловали, я знаю. Как же мне жить с мыслью, что моему котенку делают больно…как мне спасти его…-Юнги ещё пуще заплакал, крепко прижимаясь к родному человеку, ища поддержку и утешение. Чонгук обнял его, а глаза стали влажными. Он не мог видеть своего друга в таком состоянии. Юнги был разбит окончательно. -Мы найдём его и спасем. Обязательно. Я обещаю тебе. Я обещаю… -Как ты можешь такое обещать? — с надеждой поднял на альфу заплаканные глаза Юнги. Но Чон не мог дать ему ответ. Не мог, он просто надеялся, что они вернут его. Чонгук повёл плачущего Мина в его комнату и положил на живот. -Я забыл…его…котика…-всхлипывал Мин. -Сейчас…-Чонгук вернулся на балкон и, забрав игрушку, побежал к Мину. Он отдал Юнги игрушку, тот сразу же прижал её к себе, тихо плача. -Держись, -погладил его по голове Чонгук и прикрыл за собой дверь. Он хотел лишь одного. Выпить. Чонгук включил бра на кухне, выцепляя кусочек света из темноты. Он налил себе коньяк, который нашёл в баре и присел на стул. По щеке скатилась слеза. Он выпил стакан и налил ещё. Чонгук всегда был слишком ранимым, но не признавал этого. Юнги было плохо, как и ему. Чимин стал для него лучиком света. А Чонгук — защитником. Хренов защитник, который никого не спас. Блять. -Ты почему не спишь? -сонный голосок Тэ послышался сзади. Омега обвил шею альфы. -Иди сюда, -Чон бережно посадил свою черничку к себе на колени. -Тебе плохо без Чимина, да? Чонгук кивнул, не в силах ответить, и выпил ещё. Тэ прижался к нему, Чон положил стакан и соединил руки на талии омеги. Чувствовать прикосновения омеги и его теплое дыхание на своей шее. Вот что было для Чона истинным счастьем. Жаль, что Юнги потерял такое счастье… -Люблю тебя больше жизни, -сказал Чон, поцеловав омегу в щеку. -А я тебя люблю, -зарылся носиком в шею альфы Тэхён, вдыхая любимый аромат. В это время Юнги уже почти заснул, как на телефон пришло смс. Он потянулся к телефону и открыл фото связанного и плачущего Чимина. Была подпись: «Я буду делать это с ним каждый день, пока он не сдастся». По сердцу будто провели ножом, оставляя глубокую рану. Юнги ещё громче заплакал, сильнее прижимая игрушку к себе. Мина накрыла истерика первый раз за долгое время. Давно он не был так морально убит. Последний раз с расставания. Он метался по кровати, проклиная и обвиняя себя. Помогло только успокоительное, которое вкололи ему слуги, а Чонгук, Тэхён и Намджун удерживали мотающееся тело. Юнги понял, что также сильно стал зависим от Чимина, как и он от него. Очень сильно… Мин забылся во сне, а руки до сих пор крепко удерживали игрушку котенка. День 3. Попытка. Чимин. Пак Чимин с неохотой открыл глаза. Просыпаться в такой реальности третий день подряд не хотелось. Всё тело ныло, зад нещадно болел, а руки ломило. С пятой попытки получилось подняться. На дрожащих ногах он подошёл к длинному зеркалу и закусил губу, чтобы не разрыдаться. Все его тело было в фиолетовых синяках. А на шее красовалась новая метка поверх метки Юнги словно бы он полностью оттеснил Мина. Пак принюхался и приметил слабые нотки терпкого виски. Вот какой запах был у Кан Гина, который он тщательно скрывал. Чимин прошел в ванную и полчаса стоял под горячими струями, чтобы хоть как-то облегчить боль. Слабо помогло. Сидеть он пару дней точно не сможет. Пака пугала мысль о том, сколько раз им пользовался альфа, когда он отключился? С жалобными стонами он смог натянуть на себя кофту, а через боль трусы и штаны, так как ткань неприятно горячила ранимую кожу. Он вышел из комнаты и поплелся на кухню. Дома, как всегда, никого не было, что очень радовало. Хоть отдохнуть немного от альфы. Воспоминания вчерашнего дня прокручивались в голове. Дикий темп, связанные грубой веревкой руки и член Гина во рту омеги. Чимин помотал головой, чтобы отогнать эти въевшиеся в душу воспоминания и присел на стул. Но сразу же поднялся, осознав свою безвыходную ситуацию. Он прилег животом на диван. Горничная уже готовила завтрак. Конечно, она знала, что случилось вчера. Девушка с сочувствием поглядела на чуть не плачущего омегу, который не мог даже на стул присесть. Вначале она не хотела обращать внимание на эту ситуацию, на заложника в доме. Просто работала и всё. Но Чимин напоминал ей своего сына в детстве. Такой же добрый, излишне дерзкий и красивый. Сейчас он счастливо живёт со свей семьей в большом доме на берегу моря. Поэтому терзаемая волнениями и сомнениями девушка, решила всё же помочь этому беззащитному перед боссом омеге. Оставив еду жариться на плите, она подошла к омеге и протянула ему таблетку обезбола и стакан воды. Чимин с недоверием посмотрел на неё, но всё же принял из рук таблетку, выпив её. Ему уже нечего терять. -Не бойся, я помогу, -тихо сказала она, забирая стакан из рук омеги. Тот глянул на неё с непониманием. Она сразу же ушла доделывать завтрак, а Чимину ничего не оставалось как включить телек, чтобы немного отвлечься. После еды, Чимин выкарабкался с дивана и хотел пойти в библиотеку поискать книгу, но его окликнула горничная. -Включи телевизор назад и делай вид, что смотришь. Чимин недоуменно глянул на неё, но послушался и, вернувшись на место, включил телевизор на спортивном канале. Горничная в это время разгребала стиральную машинку на кухне. Она специально повернулась к камере спиной и стала говорить. -Эти камеры не записывают звук, но лучше не рисковать. Я помогу тебе. -Как? Мне отсюда не выбраться, -также негромко ответил Чимин, осознавая масштабы своего бедствия. Довериться этой женщине, что равнодушно смотрела, как над ним издеваются, было трудно. Но терять ему нечего, как он уже понял. -Сегодня я попробую подсыпать в еду снотворное. Не такое сильное, но через полчаса босса должно сморить. Тогда ты можешь взять его телефон, он всегда носит его с собой и позвонить. -Но где мы? -Где-то за городом. Меня каждый день забирает машина, но на глаза одевают повязку. Не могу тебе ничего сказать, но это твой единственный шанс. Другого вряд ли будет. Только лучше будь послушным сегодня, -проговорила женщина и, достав белье, вышла с кухни. Чимин выключил телевизор и сел, обдумывая слова. Позвонить полиции не вариант, так как у него нет точного местоположения и времени уверять, что его похитили. Лучше позвонить Юнги и напомнить ему кое о чем. Чимин взглянул на кусочек сердца, что висел у него на шее. Мин должен вспомнить… Остаток дня Чимин провел в напряжении, ожидая альфу. Омега всё же надеялся, что план сработает. Это был единственный шанс, чтобы Юнги его нашёл. Горничная разложила ужин по тарелкам и переглянулась с Паком. Тот кивнул и вышел в коридор. Сегодня он должен переступить через себя, чтобы всё сработало. Чимин услышал, как чайник начал закипать. С минуту на минуту должен прийти Гин. Через боль Пак опустился на колени и опустил голову. Он стал ждать. В такой позе было неприятно, но ради дела он стойко держался. Спустя минуту послышался звон ключей, и входная дверь открылась. Чимин сглотнул страх. Слишком четки и свежи воспоминания о вчерашнем изнасиловании. Поднять головы он не смел, даже если хотелось убежать и забиться в угол. Кан Гин сильно удивился покорности Пака. Он и не надеялся, что Чимин выйдет из комнаты после вчерашнего, но вот, сидит, склонив голову. Неужели омега смирился со своим положением? На душе потеплело, но подозрения не покидали его. Этот дерзкий паренек мог выкинуть что-то. Хотя сбежать ему всё равно не удастся. -Добрый вечер, Хозяин, -заставил себя вымолвить Пак, а хотелось накричать и обматерить стоящего рядом. Гин поприветствовал его и прошёл в кухню, где был накрыт ужин. Но Чимин остался сидеть так. -Ты идёшь? -спросил Гин, а внутри уже запорхали бабочки от такого послушания. Пак так быстро сломался? Слишком слабый оказался. -Вы не давали мне разрешения. Эти слова хотелось слышать вечно, это зрелище хотелось показать Юнги и сказать, что выиграл. Но Гин не решался до конца праздновать победу, смакуя момент и растягивая воспитательный процесс. Помимо покорности ему нужен блеск в глазах, чтобы омега ждал его каждую минуту, предвкушая встречу, чтобы ел с рук, чтобы хотел только его. -Иди сюда, -позвал его Гин. Чимин поднялся и подошёл к альфе. Тот похлопал себе по коленкам, Чимин присел, но сразу же зажмурился от боли. Альфа заметил, что его омеге не очень приятно сидеть после вчерашней бурной ночки. Он решил сжалиться, всё-таки омега сегодня его порадовал, поэтому разрешил есть стоя. -Поцелуй меня, тогда можешь есть стоя, -выдвинул свои условия альфа, любуясь омегой. Чимину стоило всех своих усилий, чтобы не скривиться, когда он легонько коснулся губ альфы. Только Пак хотел отстраниться, как Гин углубил поцелуй, властно скользя языком в рот омеги. Тот не хотел его пропускать глубже, но пришлось это сделать. Сколько раз нужно будет изменить Юнги, чтобы выбраться? А сможет ли выбраться? Чимин отстранился, но всё же скривился, вытирая рот. -Ну не всё сразу, -заметил он отвращение Чимина. Всё-таки альфа был разочарован. Он хотел всего и сразу, но этого взбалмошного мальчишку изменит только время и регулярный секс с ЕГО альфой. После ужина и выпитого чаю, Чимин постоянно наблюдал за альфой. Тот пока не хотел спать, а стал лишь сильнее лезть к омеге. Он повёл его в свою спальню. Чимин позволил бросить себя на ненавистную ему постель. Гин по привычке стал идти к шкафу. Пак уже не мог вынести очередных орудий пыток Кана, поэтому, сдерживая слезы, попросил: -Хозяин, я буду сегодня хорошим мальчиком, пожалуйста, не нужно… -Это я буду решать. Но если ты скажешь, кто твой альфа, тогда, может, поменяю мнение. -Юнги, -ответил на автомате Чимин, а потом мысленно стукнул себя по лбу, -то есть… -Я понял, -отрезал Гин, доставая из шкафа вибратор и верёвку. Пак заскулил и забился в край кровати. Как же ему было больно, но ещё страшно. Неужели Гин будет мучить его каждый день? -Ты куда это спрятался? Ты же обещал быть хорошим мальчиком…-ухмыльнулся Кан Гин и подтянул омегу к себе. Тот снова стал вырываться и плакать. Не смирился, значит… Ну ничего, стоит продолжать, чтобы Пак знал, что за каждым неправильным ответом следует боль. Так же обучают собачек? Кан снял кофту с Пака и резко развернул его спиной, связывая запястья сзади. Они были и так разодраны, но Кану было наплевать на это. Пусть Пак страдает, главное, чтобы он осознал, что нельзя злить хозяина, а лишь ублажать. Он перевернул Пака на спину. Тот застонал от накатившей боли. Чимин подергал связными запястьями. Бесполезно. Пак не отрывал взгляда от альфы. Когда же он уснёт? Омега уже подумал, что горничная предала его, но вдруг альфа пошатнулся, а затем резко повалился на кровать, отключаясь. Как сказала девушка, времени у Чимина было мало, поэтому он не стал его терять. Как назло, руки были связаны. Чимин подполз к альфе и стал шариться по карманам, ещё большее терзая свои искалеченные руки. Хорошо что в этой комнате не было камер. Слезы уже стекали с подбородка, он боялся, что всё напрасно, так как, казалось, прошла куча времени. Но вскоре он достал телефон и дрожащими красными руками смог набрать номер Юнги. На том конце провода шли гудки. «Сука, если ты не поднимешь…»-думал Чимин, поглядывая на спящее чудовище рядом. В любой момент его план мог оборваться как спасительный мост над бездной. -Алло, -такой родной голос наполнил душу теплотой, а слезы полились ещё сильнее. -Это Чимин…-проговорил Пак дрогнувшим голосом. -Чимин, это ты? Где ты, котенок? С тобой всё в порядке? Черт, котенок…- Чимин услышал, как Шуга заплакал, где-то рядом послышались голоса Тэхёна и Чона. -Я…я…не знаю…где-то загородом. Мне страшно здесь, забери меня, любимый, -просил отчаянно Пак. Нужно сосредоточиться, но было трудно, так как хотелось долго плакать, чтобы Юнги был рядом и обнимал его. Мин Юнги был так далеко от него. -Я найду тебя, но ты должен мне помочь…я рад, что ты жив. Чимин решил сразу сказать, так как терпеть не было сил. -Ты уже понял по боли, что он изнасиловал меня. Даже сейчас я сижу со связанными руками и, когда он проснётся, то вряд ли остановится. Я просто хочу извиниться, что приношу тебе боль, за то, что… -Ты настоящий дурачок, раз думаешь, что тебе есть за что извиняться. Ты не виноват, виноват только ублюдок, который похитил тебя. Я найду тебя, обещаю, котенок. «Мы найдём тебя!» -раздалось где-то на заднем фоне. Это были Чон и Тэ. Чимин узнал их сразу. Почему же он здесь, в этом аду, когда у него есть свой рай. От этого в душе всё разрывалось, разбивалось от того, что его любимые люди так страдают. -Вспомни, Юнги о…черт, мне нужно идти, люблю тебя. -Стой, Чимин…-но Пак уже отключился. Он положил телефон в карман просыпающегося альфы, а сам отполз на место будто ничего и не произошло. -Похоже, я сильно устал…-взялся за голову Гин и поднялся, взглянув на заплаканного сидящего Чимина, что весь сжался от приближающегося насилия. -Ты сегодня был хорошим мальчиком, это правда, -погладил его щечку альфа, Чимин не двигался, следя за каждым движением. Внутри гулко ухало сердце, — но за твои слова тебя всё равно придется проучить. Только после долгих воспитательных мер ты признаешь меня как альфу. Ложись, -потребовал Гин. Чимин не знал, что будет делать альфа, но послушно лег, так как сопротивляться было уже невозможно со связанными руками. Холодные пальцы коснулись штанов Пака и стянули их вниз, а затем и боксеры. Чимин лишь заскулил, больно кусая себя за внутреннюю сторону щеки, чтобы снова не заплакать. Как же больно жить в этом мире. Как же адски что-то чувствовать. Кан обмазал вибратор и ввел Чимину до упора. Пак пронзительно завизжал, так как до сих пор было нестерпимо больно. Он стал тяжело дышать, пытаясь хоть как-то побороть ноющее и жгучее чувство внизу. Гин ввел сразу до основания и включил неполную. Пак застонал и заёрзал, пытаясь отставить это болезненное возбуждение. Омега стал царапать ладони и мотать головой. Вибратор был слишком большой, давя на чувствительные и ранимые места. Пак почувствовал себя затраханной игрушкой, рабом, который будет достоин лишь удовлетворять своего альфу, пока наконец не умрет. Пока его тело не перестанет функционировать, пока его затраханная до изнеможения дырочка больше не будет удовлетворять альфу. Но это вряд ли случится скоро, а до этого он будет мучить омегу, мешать с грязью, показывая, что его место где-то на коленях у ног альфы. -Тихо, тихо, -пытался успокоить мечущегося омегу Гин, -скоро тебе понравится, я даже разрешаю кончать всю ночь… -Всё ночь, Хозяин? -испугался Пак, еще больше заерзав, пытаясь убрать его из себя, но вибратор был слишком глубоко. -Да. Вернусь утром, -поцеловал омегу на прощание Гин и, накрыв одеялом, вышел из комнаты. Сам же остался ночевать в гостевой. Горничная проводила его поклоном и стала убирать на кухне. Она отчетливо слышала тихий плач омеги. Её сердце сильнее сжималось. Она надеялась, что Паку удалось позвонить. Чимин долго плакал, пытался сорвать верёвку, убрать вибратор, но ничего не получалось. Уснуть тоже не получалось. Он кончал раза три за ночь, но это не особо помогало, так как возбуждение накрывало с новой силой, а стенки, казалось, скоро разорвет. Через три часа он уже ничего не чувствовал, находясь где-то в бреду. Запястья Чимин перестал чувствовать спустя час. Около пяти утра он уже не мог пошевелить ничем. Отключился омега в семь утра, когда альфа развязал его и вынул вибратор из широкой раскрасневшейся дырочки. Гин облизнулся, но трахать пустую оболочку не было никакого желания, поэтому он ушёл. Омегу же грела мысль о том, что Юнги должен вспомнить, что в их совместных украшениях стоят датчики слежения. В голове вертелся голос Мина, который Чимин и не мечтал услышать. Как же приятно заснуть, как же обворожительна эта беспросветная тьма… Юнги. Как же приятно Чонгуку было нежится с Тэхёном с утра. Утром он был ласковее обычного, ластился к альфе и тепло целовал его шею. Чон не мог перестать улыбаться от такого блаженства, от любимого уютного омежки под боком. Сейчас Чонгук чувствовал любовь более остро, желание быть рядом с омегой более необходимое в связи с последними событиями. Стало чуть страшнее оставлять Тэ одного, опаснее отпускать куда-то в темное время суток. Но Чонгук знал, что Тэхён своим болтливым и острым языком мог кого угодно довести, что также пугало. -Чур я в нашу брачную ночь буду доминировать, -сказал Тэхён прямо в ушко Чона, щекоча своими волосами. -Чего удумал то, -Чон поцеловал его в висок, -такому не бывать. -Ты что имеешь право голоса? -наигранно возмутился Тэ, седлая бедра Чонгука, повернув его на спину, -ты же мой раб, -склонился к нему омега, делая вид, что хочет поцеловать, а сам увернулся от пытливых губ альфы. -Я твой раб? Скорее ты моя сучка, -прорычал Чонгук и прерывисто вздохнул, так как омежка нарочно толкнулся бедрами, проезжаясь по его члену. Тэ прислонил свой палец к губам альфы, намекая, чтобы он молчал. -Ты же не можешь без меня, если я уйду, то ты просто умрешь…-широко улыбнулся Тэ, намереваясь уйти, но Чонгук потянул его за ногу, останавливая и кидая к себе на грудь, -а это что было? -Да так, забираю своё, -крепко прижимая к себе омегу с улыбкой отрапортовал Чон. После помолвки он ещё сильнее стал зависеть от Тэ. Если его черничного запаха не было рядом больше часа, он готов был выть на луну и рвать на себе волосы. Тэхён сводил его с ума. -Отпусти, я писать хочу…-победу Тэхён принял с гордостью, но в туалет надо. -Поцелуй, тогда отпущу. Тэхён глубоко вздохнул из-за его ребячества, но всё же поцеловал его, так как понимал, что ему не вырваться из сильной хватки Чонгука. Черт, победа всё менее приносит удовольствие. Чонгук отпустил уже покрасневшие влажные губы Тэ и отправил омегу в туалет. Сам растянулся на кровати с глупой улыбкой. В это время Юнги открыл глаза и поёжился. Тупая боль ещё сохранялась, но благодаря мази Чона, было намного легче. Он поднялся с кровати и подошёл к зеркалу. Альфа аккуратно приподнял край кофты и ужаснулся. Всё тело было в синяках, укусах, шея краснела от пятен. Было мучительно осознавать, что это сделал с Чимином Гин и явно против воли. Было тошно от себя. Что он спит в теплой кроватке у себя дома, а Чимин где-то страдает от прикосновений чужих рук и терзаний чужим альфой. Настроение с самого утра не задалось. Юнги потянулся на кухню за кофе, стараясь не думать о своём котенке, чтобы окончательно не расколотиться на тысячи мелких острых осколков. Радость ушла и у Чонгука, когда в дверях показался Тэхён, глаза у которого были на мокром месте. -Ты чего, солнце моё? -забеспокоился Чон. Тэхён нырнул в объятья альфы и разревелся. -Я проходил мимо спальни Юнги…и увидел на его теле синяки. Это точно не его, а Чимина. Ты думаешь, что тот альфа мог его изно…-Тэхён ещё пуще разревелся, отчего в комнату зашёл Юнги. Он вопросительно посмотрел на Чона, тот поспешил утешить Тэ. -Всё будет хорошо, милый, Чимин справится, он сильный… -Юнги, -заметил кофейный аромат Тэ, -это правда? -Что? -Что Чимина изнасиловали, ты должен знать…только из-за этого ты вчера мог так плакать… Тэхён смотрел на Юнги заплаканными глазами с просьбой всё отрицать, с мольбой, что это неправда. Юнги растерялся. Чонгук так и не рассказал Тэ, что случилось ночью на балконе, он не хотел ещё больше его ранить. Но Тэхён всё уже понял по глазам. Альфа опустил взгляд слишком поздно, в его взгляде Тэ прочитал, что это правда. Ужасная горькая и режущая душу правда. Юнги и Чонгук сами держались еле-еле, но старались быть сильными для Тэхёна. Они напоили его горячим шоколадом и уложили поспать ещё на пару часов с игрушкой котенком. Тэ заснул быстро после поглаживаний его волос Чонгуком. Чон убаюкал его и, накрыв одеялком, вышел к Юнги, доедающего завтрак. Чон сел рядом, попивая остатки своего кофе. -Как он? -спросил Юнги. -Как мы все. -Спасибо ещё раз, что помог вчера, -поблагодарил Юнги. Он хотя бы мог нормально сидеть, это радовало. -Не за что, но лучше бы не было таких ситуаций и такой помощи. -Понимаю. Альфы пили кофе, наслаждаясь тишиной. Все эти дни Чонгук и Тэхён не посещали школу. Одноклассники и учителя всё понимали. Каждый день крутили новости о пропаже Чимина. Родители Пака постоянно звонили в полицию и спрашивали, есть ли результаты. Даже один раз звонили Юнги, но тот не мог дать им облегчения. Намджун старался подбадривать Юнги как мог. Все время он заменял его на работе, понимая, что тому нет дела до компании в такие дни. Джун же не подводил Мина и старался работать на пределе сил. Вечером он приходил к Джину ненадолго, они ужинали вместе, а потом он уходил ночевать к Юнги. Джин не возражал, а наоборот быстрее отсылал его к другу. Было больно видеть Юнги таким разбитым и отрешённым, видеть его красные от слез глаза и руки, что крепко сжимали пушистого белоснежного котенка от горя. Юнги, Тэхён и Чонгук тоже пытались помогать, разъезжая по городу и ища Чимина. Секретарша Гина рассказывала, куда он часто ездил и заказывал такси. Они пытались, но попытки были тщетны. Он хорошо скрылся. Мысли съедали их по кусочкам, казалось, внутри скоро останется лишь пустота. Герои старались подбадривать друг друга, но все понимали, что Чимин там страдает, от этого сердце рассыпалось. Юнги боялся появления новых синяков. Вечером, чтобы не сойти с ума от горя, они решили посмотреть ужастик с вылезающей из колодца страшной девушкой. Первую часть Юнги смотрел с Чимином и прятался за его спиной весь фильм, а Пак смеялся и пугал его. Было здорово. Чонгук и Тэхён взяли попкорн и сели перед теликом, ожидая Юнги. Мин взял три стакана газировки и хотел подойти к ним, но засмотрелся на милую парочку. Чонгук высоко держал руку с покорном, а Тэхён, надув губки, тянулся за ним, ругая Чона. Чонгук смеялся, еще больше дразня омегу. -Давай, черничка, ты сможешь, ну…-улыбался Чонгук, специально опуская миску, а когда Тэ хотел уже схватить её, поднимал выше, и в последний момент омега падал к нему на колени. -Отдай, идиот, -запыхался Тэ, снова пробуя достать. Чонгук мешал омеге, целуя в щеки. -Не смей меня отвлекать…черт…тогда я поднимусь на ноги. -Эй, эй, такого в правилах не было, -он потянул омегу вниз, схватив одной рукой за талию и повалив обратно к себе на колени, но в этот раз не давая вырваться. -А кто устанавливает правила? Ты несносный альфа, чертов скотина, -начал бить его в грудь омега, чем ещё больше смешил Чона. Тогда Тэхён перекинул ноги через ноги Чона, сажаясь на него и впился в губы. Чонгук не ожидал такого резкого выпада со стороны чернички, но с трепетом ответил, забирая инициативу. Тэхёну это и было нужно, он потянулся одной рукой к руке Чона и чуть потянул на себя. Весь попкорн посыпался альфе на голову. Тэ засмеялся в губы и отстранился, Чон замотал головой, ссыпая с себя сладость, и хитро улыбнулся Тэ. -Ах ты… Но Юнги прервал их перепалку и сел рядом, поставив стаканы на стол. Они боялись, что Мин будет ругаться, но он никак не отреагировал, забирая с волос Чона попкорн и выкидывая на пол. Шуга попросил слуг приготовить еще. Они были недовольны, что гости крушат всё, но не могли ослушаться. -Я теперь пойду к Юнги, ты противный, -Тэхён пересел с колен Чона на колени Юнги. -Привет, -чуть смущенно проговорил Тэхён, так как на коленях другого было не очень комфортно, тем более альфы Чимина. -Привет, солнце, -он тепло обнял Тэхёна. Всё-таки в его объятьях было неплохо, но аромат кофе не прельщал. Слишком горький даже подслащенный Чиминовым. Чонгук отвернулся, недовольно скрестив руки и громко вздохнув, давая понять, что ему это не нравится. Юнги и Тэ переглянулись, понимая, что их месть сработала сполна. Мин принял новую порцию попкорна и положил на стол, а потом включил телевизор. Они помучили Чона минут десять, а потом Тэ кивнул Мину и пересел к Чонгуку, тронув за плечо. Тэхён не успел даже ойкнуть, как его положили на коленки и зарылись руками в темные волосы. Омега чуть повернулся на бок, чтобы видеть фильм и расслабился в руках альфы. Юнги нравилось, что рядом с ним сидели два счастливых человека, которые не давали ему плакать все время. Их любовь колко и болезненно напоминала о своей любви, словно Шуга был мазохистом, ранящим себя всё время. Но эти двое не виноваты, что только в своей любви находят утешение, стараясь чуть сгладить в душе чувство потерянности, боль и выворачивающие разум мысли о Чимине. У Юнги были лишь они, в которых он старался найти утешение и котенок, что неизменно был зажат в руке Мина, будто Шуга держал руку Чимина. Такую же мягкую и теплую. Чонгук потянулся рукой к Шуге и сжал её, как бы говоря, что мы с тобой и мы справимся. Юнги убрал свою, говоря, что он не ребенок, но спустя пять минут всё же сдался и взял руку Чона. На середине фильма Тэхён уже засыпал даже несмотря на творящиеся в фильме ужасы, Чонгук поглаживаниями убаюкивал его. Вскоре пришёл Намджун и уселся рядом с Юнги приобнимая его. А Мин радовался, что здесь темно, так как в уголках глаз собралась влага. Слезы пролились только после фильма, когда уже уснувшего Тэ разбудил громкий и взбудораженный голос Юнги. Ему только что позвонил Чимин. Тэ и Чонгук обрадовались, что с ним всё хорошо и крикнули, что скоро найдут его. Мин отключился очень скоро. Все трое уставились на него. -Он сказал мне вспомнить о чем-то, но я не понимаю… -Где он? -подскочил со своего места омега и подбежал к Шуге. -Он не знает, где-то за городом. Ему не очень хорошо сейчас, -сказал альфа и взглянул на свои руки, бинты на запястьях снова кровоточили. -Ч-что, Юнги? Юнги! -затряс его Тэхён, пытаясь привести в себя. А Мин не мог оторваться от своих рук, с которых начала капать кровь. Каждая капля, что падала на пол, оставляла океан боли в сердце альфы, каждый испуганный взгляд проливал дорожки слез по щекам Шуги, каждое упоминание имени Чимина резало без ножа. Слуги поменяли ему бинты. Он уже ни на кого не обращал внимания. Намджун ушел звонить охране, чтобы они переместили зону поисков загород и там проверяли камеры, готовя группы для поисков. Но это был огромный район для поисков словно искать иголку в нескольких стогах сена. Невозможно, практически невыполнимо. Там много домов богачей, на территорию которых даже взглянуть не получится, куда там осмотреть и обшарить. Джун понимал, что без конкретных координат, будет очень трудно. Юнги лег на кровать. Все настроение пропало разом. Его котёнку плохо, а он опять улыбается, опять смеется, опять не спасает его. Альфа лег на постель, не желая никого видеть. Внизу опять заныло, что ещё больше пугало. Чонгук и Тэхён, попрощавшись с Джуном, ушли к себе в комнату, так как понимали, что до Шуги докричаться бесполезно. Намджун всё же решил попробовать. Он зашёл в комнату, Мин лежал неподвижно, сжимая в руках игрушку. -Он хотя бы смог с нами связаться. Чимин жив. Это к лучшему. -Но этого мало, Джун, я не могу его спасти. Каждый день для него пытка. Если мы тут смотрим фильмы, то он там страдает. Посмотри на мои руки и скажи, что я не прав, -в голосе Юнги уже не было никаких эмоции, он стал равнодушно холодным как до встречи с Паком, как будто альфа на работе за своим столом обсуждает отчет. -Ты прав…-Джун помялся у входа, не зная, что ответить. Если бы он потерял кого-то из своей семьи, то вряд ли бы выдержал. Это ещё странно, что Юнги себе ничего не сделал. Хотя Джун специально дал распоряжение, чтобы попрятали острые предметы в доме, таблетки и всякое такое, -и что теперь делать, Юнги? -Без Чимина я не могу жить. А теперь уйди и дай побыть одному, -отвернулся от него Юнги, крепче прижимая игрушку к себе и, взяв фотографию с тумбочки, где они с Чимином сфотографировались, лежа в кровати. Там смущенный Чимин и счастливый Юнги, целующий его в щеку. Жаль, что это прошло и не может стать реальностью. Намджун так и не смог сегодня уснуть, сидя в кресле гостиной и наблюдая за закрытой дверью комнаты Юнги. А Мин заснул с фото и котиком в руках. Жаль, что во сне к нему не пришёл Чимин. Была лишь темнота… День 4, 5, 6. Пустота. Чимин. Весь четвертый день заточения Чимин лежал в кровати не в силах пошевелить ногой или рукой. Гин его не трогал, так как близились выходные, и он хотел поразвлечься с живым и функционирующим омегой. Только спросил, кто твой альфа. Но Чимин молчал, все слова будто испарились. Надежда на спасение постепенно угасала. На пятый день Чимин всё же заставил себя подняться с постели, что было трудно. В голову лезли картинки унижения, когда он задыхался от перевозбуждения и боли без возможности прекратить. Теперь Пак зарёкся выбросить все секс игрушки, так как больше на них смотреть без страха не мог. Кан Гин просто сломал его окончательно. До завтрака Гин приказал сделать ему минет. Чимин присел на колени и со слезами на глазах, но сделал это. После такого хотелось промыть рот с мылом. Гин похвалил его за послушание. Чимину было уже всё равно, уныние его полностью поглотило. Не было смысла сопротивляться, так как из этого дома вряд ли выбраться, а от этого альфы вряд ли уйти. Весь день Пак провел вместе с альфой. Тот постоянно лапал его, тискал и целовал. Чимин поддавался и даже пару раз отвечал. Внутри дерзкий протестующий огонёк угас, глаза потухли, а мир стал серым и однообразным. Он ощущал себя пустым, выпитым до дна никчемным омежкой. Ненужный никому, так как никто, так и не пришёл его спасти. Нужен лишь маньяку садисту, ну ладно, получай. На шестой день альфа опять изнасиловал его. Входил в Пака три раза, заполняя до краёв гадкой белой жидкостью. Чимин пытался не плакать, но слёзы все же обожгли его щеки и в который раз все внутренности до самой последней клеточки. Пак вряд ли когда-нибудь привыкнет к чужому члену, вторгающемуся в его тело. Ведь его альфа Мин Юнги? В бреду глубоких толчков, слёз и мерзкой улыбочки Гина Чимин забыл правда ли Юнги его альфа. Или это был лишь сон, счастливый прекрасный сон. Ад полностью захватил его мысли, задвинул все хорошие воспоминания о любви. Есть только настоящее, где он беспомощен, потерян и обездвижен. Есть только пустота… А Гин радовался, что, наконец, смог это сделать. Он сломал Пак Чимина. Теперь это только его игрушка, только его омега… Юнги. Все эти дни Юнги лежал на кровати, никого к себе не подпуская. Даже Чонгук и Тэхён перестали его веселить, а их любовь всё больше напоминала их с Чимином. Теперь Чонгук и Тэ ездили одни на поиски Чимина, так как Юнги был не в состоянии. Но Мин ждал от них хороших новостей и был благодарен, что они ему помогают. Юнги перебирался на кухню попить или перекусить что-то, а потом закрывался в своей комнате снова. Остальные пытались вывести на диалог, но всё бесполезно. Он впал в депрессию, из которой было трудно выбраться. Мин отказывался принимать реальность, где нет его котенка, где нет его смеха, улыбки и теплых прикосновений. Где нет счастливого Пака. Он не заслужил страданий. Чимин заслуживал ловить ртом снежинки, пить какао и красоваться новым нарядом. Он заслужил каждый день удивляться, таять в нежности от ласки Юнги и смотреть ужастики, спасая своего альфу от страшных картинок. Он заслужил жить, а не существовать в плену, в клетке. Юнги лежал вместе с фотографией и котёнком в руках, вспоминания их веселые приключения и страстные ночи. Вот они познакомились, когда Пак назвал его учеником, а потом краснел перед ним, вот альфа уже бережно забинтовывает омежке ноги, а тот крепко держит за руку и роняет слезы. А после Юнги укладывает его, накрывая пледом, не в силах оторваться от его блестящих голубых глаз. Как же тогда было хорошо, они только-только начинали влюбляться. А сейчас Юнги уже задыхается от потерянной любви. Можно умереть, если невозможно вынести мысль, что кого-то нет рядом? Шуга уставился в телефон, просматривая их милые селфи. Также он нашёл одно видео, которого раньше не было. Он включил. Там было приближенное лицо Чимина, который безгранично счастливо улыбался. «Пока ты ушел в туалет, я записываю это видео… Мин Юнги, ты самый невозможный и ворчливый альфа, но я тебя люблю…-Чимин зацеловал камеру телефона и сморщил носик, -это признание, если что, -зашептал Пак, -нет на свете места, где бы я не был настолько счастлив, как в твоих объятьях, а ещё я люблю когда ты называешь меня котенком, но я никогда это не признаю вслух…я знаю, что ты скоро вернешься, поэтому отключаюсь, ещё раз скажу, что люблю тебя, если ты не понял ранее», -в конце был ещё один чмок и всё стихло. Мин Юнги смотрел это видео с улыбкой, дотрагиваясь до щёчки Чимина будто он был рядом. Когда всё стихло, Юнги отложил телефон и разрыдался. В голос. До самых нервов. Потом он выпил пару стаканов (бутылку) виски и отключился с котёнком в руках уже 6 день. День 7. Спасение дорогой ценой. Чимин. Пора было привыкать к новой жизни. Пора было смириться с не очень приятной ситуацией, принять настоящее. Тогда он вскоре сможет увидеть Тэхёна, Чонгука и родителей. Если он будет послушным, его выведут погулять, а то в четырёх стенах уже невозможно находиться. Кан Гин всё равно никуда не денется, даже если Чимин пожелал и помолился всем богам мира. Нужно же принять нового альфу? Пак хочел смириться с ситуацией, чтобы было легче жить дальше. Он дал себе последний день. Если сегодня его никто не спасёт, омега перестанет об этом думать и просто смириться с новым собой, прислуживающим новому альфе. Любовь уйдёт, останется только привычка и игнорирование боли и всех чувств. Чтобы жить дальше, чтобы не спятить, придется забыть прошлую жизнь и жить в настоящем. Омега будет ждать ещё день. Последний шанс… Сейчас ранее утро, Чимин нежился в кровати, пока альфа не пришёл к нему, целуя щечки и наслаждаясь шоколадным ароматом бархатистой кожи омеги. Пак чуть напрягся, но дал себе установку расслабиться. Всё-таки это его хозяин, а он его омега. -Доброе утро, Хозяин, -сказал Пак, чуть отстраняясь, но Гин обнял его и зарылся носом в шею. -Доброе утро. Чего такой улыбающийся сегодня? -Солнышко вышло, -искренне сказал Пак, жмурясь от света, который мягко освещал просторную комнату. -Сегодня же ты не будешь меня расстраивать, да? -строго спросил Гин, взяв омегу за подбородок. Его голос был властным, а глаза всё так же оттеняли серой сталью. -Не буду, Хозяин. -Какой же ты послушный, -Кан поцеловал его в губы, а Чимин ответил, так как не хотел спать вторую ночь с вибратором. Пора бы уже отвечать на его поцелуи, хоть в глубине души что-то умирает после этого, -будешь моим щеночком сегодня? -Гин ушёл куда-то, оставляя омегу одного. Пак за это время успел переодеться и присел на кровать, ожидая Кана. Тот пришёл и нацепил на Чимина ошейник с поводком в виде цепочки. -Нравится? -сверкнул глазами Гин, удовлетворенный красивым видом своего омеги. Он выглядел как настоящий верный и покорный щеночек. -То, что нравится Хозяину, нравится и мне. Такой ответ очень порадовал Гина. Он ещё раз похвалил свои воспитательные методы и, натянув поводок, повёл своего щенка на кухню завтракать. Чимин лишь надеялся, что альфа не заиграется и не положит ему есть на пол. Но всё было в пределах нормального. Он кормил его сам. И Чимин действительно ел, так как есть надо, и неважно, кормит ли хозяин или он сам ест. Главное, набить желудок. В этом нет ничего постыдного. После завтрака Гин ушёл заниматься делами, оставляя Пака в одиночестве. Тот уселся пить чай на кухне. К нему подошла горничная. -Всё-таки смирился? -шепнула она омеге, делая вид, что вытирает стол. -Когда тебя трахают до потери сознания и онемения всех конечностей, как тут не смириться, -с нотками печали ответил Чимин, попивая чай. Цепь поводка постоянно мешала, омега откидывал её назад. Горничная незаметно протянула ему медный ключ. -Это от запасного выхода, там меньше охраны, может, ночью тебе удастся… Но горничная не договорила, так как Пак отодвинул ключ, девушка сразу же спрятала его в карман фартука спереди. -Нет. Я устал и не буду рисковать. Если меня поймают, я не хочу задыхаться связанный ночью от боли и возбуждения и в заднице с вибратором. А ещё хуже с членом во рту. Спасибо за помощь, но нет, -жестко отрезал Пак и ушёл в библиотеку. По пути омега раздумывал об этой неожиданной возможности. «Вдруг стоило попытаться? Может тогда я смогу добраться до дома Юнги? А если нет? Нам будет больно обоим. Лучше не пробовать», -закончил размышления Чимин и погрузился в чтение. Пак заснул над книжками прямо на ковре в библиотеке. Гин не стал будить сонное чудо и ушёл смотреть телик. Чимин теперь частенько спал, чтобы отключаться от жестокой реальности, от реальности, где не было глотка свежего воздуха, шуток Тэхёна, подбадриваний Чонгука и поцелуев Юнги, где не было рисунков сестры и маминого супа. Где не было обычной жизни Пак Чимина, которой он жил эти 18 лет. Когда сумерки стали сгущаться, Пак проснулся и проводил ещё один прекрасный закат. Розовые постельные оттенки разукрасили небо, будто лепестки цветов омыли своей красотой. Чимин любил именно это время. Тишина и закат. Можно было побыть наедине, положив голову на коленки и просто расслабиться. Проводив закат, Чимин вышел к ужину. Гин уже сидел на диване с тарелкой фруктов для Чимина. Пак недовольно оглядел порцию и присел рядом, но альфа потребовал, чтобы тот сполз к его ногам. Чимин послушно сел и принял угощение от Гина. -Ешь. Сегодня только фрукты. Ты поправился, а я люблю только стройных. Чимин не любил обсуждать эту тему. Юнги его откормил, так как Чимин постоянно изводил его из-за своего якобы большого веса. А Мин щедро варил рамен и отдавал свою порцию, чтобы тот выбросил глупые мысли из головы. Пак ругался на него, но в душе порхали бабочки от заботы. Но это был другой альфа и другие предпочтения. -Как собачка, Хозяин? -Нет, я же не тиран, -Гин подал ему вилку. Чимин стал есть фрукты, а Гин уплетал мясо с овощами. Пак хотел бы тоже, так как проспал обед, но просить о таком не смел. Чимин уже хотел пойти, когда закончил есть и поднялся, но Гин потянул за поводок, опуская Пака обратно. -Посиди со мной, щеночек мой. Тебе некуда спешить, -Гин намотал поводок на руку, оставляя все меньше воздуха. Пак хотел коснуться ошейника, чтобы чуть-чуть ослабить, но Гин ударил по рукам, заставляя сидеть смирно. -Можно… -Тебе ничего нельзя, -он ослабил хватку и толкнул Чимина на пол, -ты не имеешь право ничего просить, щеночек, -он подошёл к нему и потрепал за волосы, -ты понял? -притворно мило спросил Гин, смотря во влажные глаза Чимина. -Д-да, Хозяин, -Пак пытался не заплакать, сдерживая эмоции в себе, закусив губу до крови. -Раздевайся, -безотказным тоном потребовал Гин и уселся обратно на кресло. -Да, Хозяин, -дрожащими пальцами Пак стянул всю одежду, оставаясь полностью голым. Он же ничего не сделал, чем омега опять заслужил унижения? -Теперь будешь ходить при мне только так, -Кан Гин попросил, чтобы горничная прибавила кондиционер, чтобы Чимину было не холодно. Забота как никак, -зачем же стесняться собственного альфу. Ты мой щеночек, а теперь вылежи мои пальчики, -Гин уселся в телефон, а одну руку высунул Чимину. Пак подполз и сел рядом с ногами, взяв в рот пальцы альфы. Это не были сексуальные и стройные пальчики нежно любимого Юнги. Это были грубоватые большие пальцы чужого и неприятного альфы, который подчинил Пака и сделал его игрушкой на поводке. Можно бить, ебать и унижать. А слезы никому не помогут… Юнги. Юнги мотало во сне из стороны в сторону. Перед ним была кромешная темнота, не было стен, потолка и пола-везде полная отчаяний и страха бездна. Он пытался звать на помощь, кричать, но альфу никто не слышал. Мгла поглощала все звуки. Вскоре перед ним появился лучик света. Юнги зажмурился, а когда огонек пропал, перед ним стоял его любимый Чимин. Альфа подбежал к нему в надежде коснуться, но тот был невесомый словно призрак. -Котенок? -Ты уже забыл меня? -на глазах Чимина выступили слезы. Шум криков усилился, становясь всё протяжнее и громче. -Нет, конечно, как ты можешь такое говорить. -Но ты не спасаешь меня… -Я не могу найти тебя…-Шуга снова сделал попытку коснуться своего ненаглядного, но Чимин был бестелесным серым призраком. -Ты так и не вспомнил…-Чимин уже отвернулся, чтобы раствориться во мгле, в криках и стонах, но Юнги неожиданно смог схватить его за руку. -Что вспомнить? Чимин начал медленно растворяться, даже рука Мина не могла его удержать. -Я подарил тебе это в знак нашей любви…-Чимин полностью исчез, а крики поглотили Юнги. Шуга открыл глаза и поднялся. Холодный пот прошибал насквозь, Мин отдышался, отгоняя страшный сон и уставился на своё украшение-часть сердечка, что висело на нем всё время. После того, как котенок подарил ему часть своего сердца, Юнги не снимал его вообще, как и Чимин. Мин сжал в руках котенка игрушку и вспомнил день рождение. «Если что, то я попросил твоего начальника охраны вставить в наши украшения датчик слежения. Так мы всегда будем знать, где каждый из нас находится, если что-то случится. -Ничего не случится, когда я с тобой. Мур. -Если не секрет, что ты загадал, задувая свечи утром? -Я загадал, чтобы ты был в безопасности». Юнги сожалел, что не смог выполнить это обещание, но шанс был. Мин посмотрел на часы. Было ранее утро. Сегодня всё изменится. Юнги побудил весь дом, охрану и приказал им отследить по датчику, где находится Чимин. Тэхён, Чон и Намджун не могли поверить, что Чимин вернется к ним. Джун стал вызывать полицию, а Юнги выдохнул. Операция по спасению Чимина начинается сейчас. Юнги и Чимин. Когда сгустились сумерки Юнги уже смотрел на большой напичканный охраной особняк. В нём горел свет и где-то там сидел, и ждал его Чимин. Группа омона ожидала приказа начальника, который стоял рядом с Шугой и наблюдал за домом. План был в неожиданности. Как только они сломают ворота, Гин всё поймет, но в любом случае стоило попытаться. Шуга лишь надеялся, что он ничего не сможет сделать с Чимином. Группы разделили на двое-одни должны были напасть с главного хода, другие сзади. Был также один снайпер на дереве для поддержки. Начальник предложил Шуге попробовать убедить их добровольно сдаться, но Юнги предупредил, что Кан Гин будет идти до конца. И он готов идти по трупам ради своих грязных целей. Поэтому такой план был единственно верным. Начальник передал Юнги пистолет для обороны, но Мин знал, что убьёт Гина незамедлительно, как только увидит. Остальная часть семьи Шуги тоже порывались пойти, но он жестко отказал, сказав дожидаться его дома с новостями. В это время Чимин всё также сидел в ногах альфы, читая книгу. Альфа перебирал рукой его волосы и читал газету. Но уютный вечер в плену разрушил шум за окном. Гин дернулся и посмотрел наружу. Полиция выломала дверь и стала разбираться с охраной. Резкие выстрелы нарушили тишину вечера. «Неужели это Юнги? -подумал Пак, -он всё-таки спасет меня, не зря я надеялся до последнего». Чимин был преисполнен уверенности, что сегодня будет засыпать с Юнги в обнимку, как Гин резко вывел его из мыслей, заставляя одеться. Пак быстро натянул на себя одежду. Гин был злым и мрачным как туча. Чимин боялся его в таком состоянии. Шум становился всё ближе, видно, полиция одерживала верх. -Ты так быстро от меня не отвертишься, -Гин потащил его за поводок в дальнюю комнату, где они спустились вниз, в подвальное помещение. Там из шкафа он достал оружие, ещё больше напугав Пака. Чимин занервничал, оттого, что Гин мог навредить Юнги и потянул руку к оружию, надеясь выхватить, но Кан быстро заметил и ударил Чимина по руке, толкая на холодный пол. Чимин охнул от боли. Кан перевернул Пака на спину и надавил ногой сверху. Чимин начал ловить ртом воздух, так как альфа натянул поводок на руку. -Кто же твой альфа? -Юн…-Пак уже начал царапать шею, пытаясь поймать хоть каплю воздуха. -Ах ты неблагодарная сука, -он толкнул его и ослабил поводок. Чимин громко вдыхал и выдыхал, глаза слезились. Гин пошарил взглядом по подвалу и, найдя старую тряпку, замотал руки Чимина за спиной. После он поднял его за поводок и толкнул в сторону ступенек, что вели на улицу. Они вышли на свежий воздух, который Чимин не видел неделю. Легкие приятно омывал ночной ветерок, но было не до любования видом. Они вышли через неприметную боковую дверь, скрывавшуюся за кучей хлама. Гин открыл ворота и отодвинул кусты, где стояла машина, чтобы в случае экстренной ситуации уехать подальше. Чимин, увидев, что план на спасение рушится, стал отчаянно сопротивляться и кричать Юнги. Из-за шума и криков Пак боялся, что его не услышат. За свое непослушание он получил резкую пощечину. Из глаз полились слезы. -Заткнись, иначе будешь до конца жизни под успокоительными, а я буду безбожно трахать тебя. Пошёл, -он дернул за поводок, призывая Чимина идти. Каждый раз, когда Пак сопротивлялся, горло сильно сдавливало, поэтому приходилось идти к злосчастной машине. Но неожиданно тьму ночи прорезал свет фонарика и родной до боли голос послышался совсем близко. -Отойди от него, -Шуга навел пистолет на Гина. Юнги понял, что что-то не так, когда в доме никого не оказалось, кроме горничной. Но она не видела, куда делись хозяева, так как от испуга спряталась в ванной. Всё было на своих местах, словно дом покинули в спешке, даже чай ещё не остыл. Но весь коттедж пылал ароматом шоколада, он сильно давил на разум, не давая сосредоточиться. Некоторым полицейским альфам даже поплохело. Юнги уже такое проходил и стойко держался. Пока полиция осматривала дом, Мин заметил приоткрытую дальнюю дверь и спустился туда, а после вышел на улицу. Он сразу же заметил Гина и бедного Чимина, которого вели против воли за поводок к машине. -Юнги…-губы Чимина задрожали, в нос хлынул аромат любимого кофе, а слезы полились с новой силой. -Эй, лучше ты опусти свой пистолет, -Гин достал из кармана нож и приставил лезвие к дрожащему Паку. Юнги колебался, но пока держал оружие поднятым. Как же он скучал по Чимину. Ужасно долго они не виделись, ужасно долго Чимин ждал Юнги, потому что память подвела, слезы затуманили разум. Омега задрожал ещё больше, так как Мин был в невыгодном положении. Что если он опустит пистолет, и Гин победит? Нет, такого не будет. Пак вытряхнул плохие мысли прочь и сосредоточился на советах Чонгука. Он учил его приемам. Конечно, со связанными руками, многие приемы отпадали, но фактор внезапности никто не отменял. -Я победил, Юнги, этот омега мой. Я сделал его своим уже много раз, -хищно улыбнулся Гин, ближе подставляя лезвие к стройной шее Чимина. Юнги сглотнул вязкую слюну. Он знал, что Чимина насиловали здесь. Знал, но от этого нелегче. Хотелось разодрать Гину глаза, расчленить по кусочкам собственное сердце, которое было в сырых и свежих ранах, лишь бы не видеть слезы Чимина, лишь бы не чувствовать его боль. Чимин понимал, что дело плохо. Поэтому он решился на отчаянный шаг. Как говорил Чонгук, если противник сильнее, то будь хитрее. Пак набрался смелости, взглянув в глаза Юнги, ища поддержки, и сделал. Резкий удар локтем в бок, резкий выпад головой. Потом Юнги крикнул: «пригнись!», и Пак упал на землю. Выстрел пронзил воздух, пугая ночных жителей. Гина не было рядом. Мин подбежал к Чимину и развязал его руки, а затем прижал дрожащее тело к себе. Пак рыдал вовсю, снова ощущая аромат своего альфы, его крепкие руки, поглаживания и ободряющие слова. -Тшшш, котенок, всё хорошо, -это были одни из последних слов Юнги. Он резко оттолкнул Чимина в сторону и принял неточный удар в плечо от разъярённого зверя Гина. Чимин отполз от них и сжался в комочек. Альфы дрались не на жизнь, а насмерть. Они катались по земле, оружие сверкало, фонарик Юнги высвечивал их злые, полные ненависти друг к друг лица. Если Гин боролся за свою месть, то Юнги боролся за Чимина, за свою любовь. Спустя минуту произошел выстрел. Чимин в страхе подполз к альфам. Оба не двигались. Сердце бешено стучало, а в ушах стоял звон. Пытаясь совладать с собой, Чимин перевернул Гина, в сердце которого был воткнут нож. Он был мертв, глаза закатились, а на жутком лице отразилась предсмертная ухмылка. Пак ахнул, так как в руке Гина был пистолет. Он успел перехватить его у Юнги. Но если… Чимин немедленно повернул Юнги и тронул его грудь. Она была влажная. Чимин посмотрел на свою руку. Она была в крови. Пак положил голову Юнги к себе на колени и принялся жалобно умолять, чтобы он не покидал его. -Юнги… Юнги…прошу…-Чимин плакал без остановки, тряся Мина, чтобы он не претворялся, а очнулся, чтобы все это было неправдой. -Чимин? -Юнги кое-как смог открыть глаза. Дышать было тяжело. Он побледнел, теряя кровь на глазах. -Милый, солнце, ты слышишь меня…останься со мной, ты же спас меня, а герои не умирают, -Чимин гладил его щёки, на которые стали стекать слезы. Пак приблизил свое лицо к его, чувствуя рваное дыхание альфы. К ним уже подошла полиция и стала вызывать скорую. Но Чимину было наплевать, сейчас нужно оставаться с Юнги, быть с ним, чтобы он не отключился. -Главное, чтобы ты был в безопасности…котенок…-прохрипел Юнги, а из уголка рта потекла струя крови. Чимин стал целовать губы Юнги, такие родные, солёные и долгожданные. Он так хотел, чтобы Юнги спас его, ждал и до последнего надеялся. И альфа его не подвел. Чимин никогда так отчаянно не желал, чтобы Мин не покидал его. Оторвавшись от губ, которые перестали ему отвечать, он посмотрел на Юнги. Альфа лежал мертвенно бледный с закрытыми глазами. Чимин не верил, что судьба развела их, так жестоко обошлась с Юнги, с его крутым милым Юнги. Пак сжимал руку Мина, шепча уже ничего не слышащему альфе, что всё будет хорошо, все будет хорошо. Всё будет хорошо. Он убеждал лишь себя. Не выдержав боли, Чимин упал на траву и провалился в темноту, так и держа Юнги за руку. До конца…