Я все отдам, чтобы приблизиться к твоим губам

Утро Этери началось с того, что кто-то очень настойчиво пытался её разбудить и лизал ей лицо. –Боже, Рич, – простонала Тутберидзе, осторожно укладывая ладони на маленькое тельце, которое прыгало по ней, – дай мне поспать, у меня первый выходной за месяц. Она открыла глаза и пес сразу начал гавкать, явно счастливый, тем, что смог разбудить хозяйку. Щенок рыже-белого корги возвышался над ней, а как только понял, что она проснулась, начал с двойной силой облизывать её лицо. Тутберидзе засмеялась и попыталась увернуться от утренних ласк своего маленького дьявола, но продолжила аккуратно водить пальцами по жесткой шерсти. Рич. Это создание четыре месяца назад ей подарил Даня.

***

12 мая 2021 Этери с закрытыми глазами сидела в тренерской после вечерней тренировки, откинувшись на спинку кресла. Стук в дверь заставил её вздрогнуть и поднять глаза на того, кто нарушил покой главного тренера. –Войдите. В комнате появился Даня, на лице которого расплывалась улыбка. В одной его руке была переноска, а во второй он держал ошейник и поводок. –Что все это значит? – тренер вышла из-за стола и подошла к своему коллеге. Лицо Дани так светилось, что появлялось ощущение его скорого воспламенения. –Я устал видеть тебя такой грустной и решил, что тебе нужен друг. Конечно никто не заменит меня, потому что я твой лучший друг, – после этих слов уже начала улыбаться и сама Этери, – Но я думаю, что он сможет скрасить твоё домашнее одиночество. Глейхенгауз передал ей переноску, из которой доносилось какое-то тихое копошение и поскуливание. Тутберидзе медленно приняла её из рук Дани и также, не торопясь, начала открывать. Чтобы было удобнее, Этери поставила переноску на стол и запустила обе руки внутрь, натыкаясь на кого-то очень шерстяного и тёплого. Этот кто-то сразу же начал лизать её пальцы, чем вызвал слезы, которые молниеносно выступили на глазах женщины. Главный тренер не спеша вытащила маленькое создание и подняла на уровень своих глаз, сталкиваясь с такими же, как и у нее, темно-карими бусинками. –Дань, – слова давались ей с трудом, так как комок подкатывал к горлу с невероятной скоростью, заставляя её замолчать и перевести дыхание, – я не могу, Дань... –Этери Георгиевна, – Даня улыбался и сам был на грани слез от этой сцены. Он знал, что Этери давно хотела собаку, но боялась завести из-за недостатка времени. Он обнял женщину, которая осторожно прижимала к себе щенка корги, чтобы не навредить малышу, –Этери... Ты так хотела этого и я не мог смотреть на твои метания. Ты можешь брать его на тренировки, соревнования, я думаю, что девочки будут только счастливы, а главное, ты будешь счастлива. Вы нашли друг друга, дорогая, – заканчивая монолог, Даня прикоснулся губами к макушке женщины и оставил там невесомый поцелуй. –Спасибо, Дань. Ты же знаешь, как я тебя люблю? – она улыбалась ему самой искренней улыбкой, пока Глейхенгауз вытирал слезы с её лица. –Всегда. А теперь пора познакомить тебя с Ричем, – Даня протянул ей чёрный ошейник, на котором было написано имя её главной гордости.

Рич.

***

Тутберидзе вынырнула из воспоминаний и, аккуратно спихнув Рича на вторую половину кровати, села. Этери оделась в домашнюю одежду и отправилась на кухню, чтобы приготовить что-нибудь на завтрак. Она слышала, как Рич бежит за ней, периодически останавливаясь перед своими игрушками, которые были разбросаны по всей квартире. Каждый вечер она складывала эти игрушки в отдельный ящик, но в течение следующего дня пес снова их доставал и оставлял в каждом удобном для него углу. Женщина налила себе кофе, а собаке насыпала корм и сменила воду. Сегодняшним вечером у нее назначена встреча с Медведевой и Тутберидзе нужно завести маленького разбойника Дане. Глейхенгауз и Рич в друг друге души не чаяли, иногда в их компанию вливался Кристиан, муж Дани. Этери кинула взгляд на настенные часы и поняла, что через часа два уже нужно выезжать, поэтому быстро допила напиток, и оставив кружку в раковине, она отправилась обратно в спальню. Наряд на вечер она выбрала ещё вчера: он представлял из себя классический черный брючный костюм Dior. Главный тренер быстро нанесла лёгкий макияж, схватила поводок и вышла в коридор. Пока она обувала туфли, Рич тихо сидел и ждал рядом. Женщина взяла с тумбочки две сумки: свою и Рича, где было все необходимое, начиная с еды и заканчивая парой игрушек. Она открыла входную дверь и, дождавшись, пока малыш выбежит, вышла сама.

***

Уже через час Этери ехала в ресторан, который выбрала Женя. Встреча с Даней прошла так, как будто он её не видел год, а не день: мужчина слишком долго держал её в своих объятиях и после ее вопроса, не случилось ли у него что, он только отмахнулся и забрал её рук Рича, который сразу начал покусывать его пальцы. Она подъехала к нужному заведению за пять минут до назначенного времени. Расплатившись с таксистом, она зашла внутрь. Ресторан был куда скромнее, чем тот, где работает Женя и куда так любит заезжать Этери. Минималистичный стиль радовал глаз: тёмная отделка, многочисленные встроенные и подвесные светильники и мощные деревянные балки в виде треугольников делали пространство более объёмным и свободным; простая удобная деревянная мебель светлого оттенка органично сочеталась с напольным покрытием из бежевой плитки; стены украшены яркими фотографиями с изображением свежих продуктов. Женя заметила её практически сразу и помахала рукой. Этери отдала пальто мужчине, стоящему за стойкой и показала рукой в сторону Жени, как бы говоря, что её уже ждут. –Здравствуйте, – не успела Тутберидзе подойти к столу, как оказалась в неожиданно крепких объятиях девушки. Через несколько секунд Медведева кажется осознала все произошедшее и отстранилась, заглядывая в смеющиеся глаза напротив. Тутберидзе посмотрела на неё с широкой улыбкой, которая довольно редко появлялась на её лице, но рядом с Медведевой она теряла контроль над своими эмоциями. Она такая красивая. А её улыбка... так и хочется сцеловать. Пока Женя прибывала в своём мире желаний, Этери позволила себе её рассмотреть. Девушка была одета в темно-синее платье, которое еле-еле достигало колен, оно обтягивало и акцентировало внимание на всех лучших частях тела Медведевой, что в итоге заставило Этери отвести взгляд от такого соблазительного, но пока запретного тела. –Я думаю, мы можем перейти на ты. –А да? Это... замечательно, – смущенная и покрасневшая Медведева её веселила, что выдавала её ухмылка. –Я рада, что ты счастлива. –Вы меня смущаете, – она смотрела на неё взглядом, который был наполнен восхищением и... чем-то ещё. Но возбуждения в нем, в отличие от других их встреч, не было. Ну это пока. Скоро она будет сдерживать стоны, чтобы на неё косо не смотрели посетители. –Я сделала заказ за двоих, вы не против? –Нет, я даже рада, понятия не имею, чего хочу. Я знаю, чего я хочу, но тут этого не подают. Это только индивидуально, в спальне. После слов Тутберидзе между ними зависло гнетущее молчание. Женя сидела и смотрела, куда угодно, только не на женщину, не зная, что сказать, а Этери наоборот рассматривала красивое лицо девушки с минимумом макияжа, и иногда на нем можно было уловить мимолетную улыбку, которая заставляла сердце Тутберидзе биться чаще. –Расскажи немного о себе, а то я, кроме того, что у тебя есть собака и ты работаешь официанткой в моем любимом ресторане, ничего о тебе не знаю. –А, эм, кхм, – девушка явно нервничала, но через мгновение взяла себя в руки, – мне 25 и на самом деле я не работаю в том ресторане, просто иногда помогаю маме, когда не хватает персонала. –А мама... –Она владелица. Извините, я перебила Вас. То есть тебя. –Ничего. Владелица значит. Так ты дочь Жанны? –Да, вы не поняли изначально, потому что фамилия у меня папы, – когда она закончила, её глаза немного потухли и в них появились намёки на грусть. –Хорошо. Расскажи, чем ты занимаешься, кроме того, как помогаешь маме? –О, у меня есть свой небольшой бизнес. Вы же знаете, у меня Джек и этот малыш достался мне несколько лет назад от одного приюта в Подмосковье. И тогда я решила, что хочу помогать животным. Я являюсь создателем нескольких фондов по помощи животным и борьбе их истребления, – во время рассказа глаза Жени снова загорелись: в них пылал огонь гордости за то, что она делает, за всю ту помощь, которая она приносит в животный мир. Этери смотрела на эту молодую девушку и видела только женщину, которая борется со злом и защищает беззащитных созданий собственными силами, ни на кого не полагаясь и никому не доверяя ведение такого важного дела. –Я восхищена тобой, Евгения. Это легко звучит и так сложно, если вдуматься. Ты замечательная, – она протянула свою руку и взяла ладонь Жени, сжимая в своей, нежно поглаживая. Своими словами и действиями Этери снова смутила Женю, заставляя её щеки загореться, а взгляд метнуться к своей ладони, которая была в плену блондинки. Взгляд потемнел и в нем начала вспыхивать страсть, которая затапливала все милое в Жене. Тутберидзе смотрела на изменения в поведении Жени, а на её губах расплывалась хитрая улыбка. –Твоя очередь, Этери. –Ну ты многое знаешь обо мне, Жень. –Неправда, никто о тебе ничего не знает, кроме тебя самой. Я знаю только то, что ты гениальный тренер, а твои девочки борцы, которые занимают первые места на мировом олимпе уже какой год подряд, – пришла очередь Тутберидзе смущаться. Она так часто слышала осуждение и обвинения в свою сторону. Люди обвиняли её в психологическом давлении на девочек и что впоследствии она их ломает и выбрасывает, как ненужную игрушку, которая наскучила. –Ты меня смущаешь, Жень, – Этери готова была заплакать от того, что спустя долгое время она наконец услышала что-то хорошее в сторону проделанной работы, а не просто наигранные слова счастья и поздравления от Федерации. –Это чистая правда, Этери Георгиевна, – теперь уже Женя положила свою руку поверх руки Этери, но уже через мгновение убрала, явно ожидая начало её рассказа. –Я всю жизнь хотела добиться чего-то, что заставит моих родителей гордиться, и я сделала это, хоть и после их ухода, но я надеюсь, что они все видят и радуются за меня, – воспоминания о маме и папе давались ей тяжело, но все равно вызывали слабую улыбку. –Мне так жаль, – Женя говорила искренне, посылая ей улыбку поддержки, – они бы точно тобою гордились, обязательно. –Да, конечно. Их разговор прервал официант, который принёс их заказ. Женя из-за отсутствия осведомленности, что употребляет в пищу Этери, взяла несколько лёгких салатов, разные виды рыбы, а себе хорошо прожаренный стейк, который был украшен разными овощами. –Я не знала, что ты ешь и пьёшь, поэтому понадеялась на удачу, и судя по твоему голодному взгляду попала в точку. Вино принесут позже. Белое, сухое? – на последних словах её голос дрогнул. Она боялась ошибиться, не хотелось разочаровать женщину, хотя где-то на подкорке она понимала, что она не обидится. –Хочешь меня напоить и затащить в постель? – Тутберидзе смотрела на нее тем самым взглядом, который был в ресторане пару дней назад. –А что если да? – Медведева явно осмелела за эти пару минут и уже не краснела после каждого слова с сексуальным подтекстом. Этери не ответила и молча приступила к принесенной еде, решив начать с салата. Дальше разговор пошёл на какие-то нейтральные темы: кто, где бы хотел побывать, с кем познакомиться и что-то в этом духе. Женя спрашивала Тутберидзе о каких-то особенностях фигурного катания, о ощущениях на прокатах девочек, и какого это вообще быть самым востребованным тренером мира. Через час, когда еда была съедена, а вино выпито, Этери решила действовать и положила свою ладонь горячую на колено Жени, слегка задевая подол платья. Девушка вздрогнула и подняла глаза на женщину. –Тише, – Этери приподняла подол и проникла под него, ведя рукой вверх. Женя закрыла глаза, то ли от наслаждения от ощущений ладони, которая распаляла её, то ли от стыда, который поднимался к лицу, заставляя её шею краснеть. Женщина расслабленно улыбалась, пока её рука пробиралась к трусикам, аккуратно отодвигая их. Тутберидзе осмотрела зал с целью убедиться, что на них никто не смотрит и медленно прикоснулась к клитору девушки. Женя закусила губу, чтобы не застонать от того удовольствия, которое доставляла ей женщина. Блондинка наклонилась к её уху, обдавая его вместе с шеей девушки горячим дыханием. –Готова? –К че... А-а-а, – Женя не сдержала стон, когда палец, до этого ласкавший клитор, проник в неё, начиная быстрым движением доводить девушку до пика. –Тише, малыш, на нас люди смотрят, – Этери прикоснулась губами к её щеке, и Женя почувствовала, как старшая улыбается. –Подожди, – она схватила ее ладонь и крепко сжала, чтобы Этери не могла продолжить двигаться внутри неё, – подожди. –Тебе не нравится? Твоё тело говорит об обратном. –Мне очень нравится, но давай не здесь, пожалуйста, – чтобы понять, что говорит Женя, Этери пришлось напрячь слух, потому что голос шатенки звучал слишком хрипло и тихо от накатившего возбуждения, – мне некомфортно, я хочу слышать тебя и не сдерживать себя. Это заявление заставило Тутберидзе застонать и вытащить руку из-под платья Медведевой. Она медленно вытирала пальцы об салфетку, не сводя взгляда с девушки, которая от такой картины только сильнее завелась. –Зови официанта, мы уходим.

***

Как только они сели в такси, Тутберидзе напала на губы Жени, захватывая в плен своего рта то нижнюю губу, то верхнюю. Она ничуть не стеснялась, что таксист пару раз бросал на них странные взгляды, Этери была полностью поглощена вылизыванием рта Жени и покусыванием её губ. В лифте они держались друг от друга подальше, бросая в сторону друг друга жадные и абсолютно неконтролируемые взгляды. Как только женщина открыла дверь в квартиру, Женя запихала её вовнутрь и прижала к ближайшей стене, захватывая её руки и поднимая над головой, чтобы заблокировать все дальнейшие действия блондинки. –Мне, – поцелуй, – нужно, – ещё поцелуй, – в душ, – Этери аккуратно оттолкнула бедрами женщину и отошла на безопасное расстояние. –Хорошо. –Располагайся. На кухне есть чай, кофе, что найдёшь, то твоё. –Угу. Тутберидзе захватила полотенце и скрылась за дверью ванной комнаты, а Женя отправилась на кухню, как и советовала ей женщина. Но через несколько минут сорвалась с места и побежала в сторону ванной, где скрылась женщина. Осторожно открыв дверь, она вошла в комнату, которую наполнил пар. Женщина была скрыта дверью душевой кабины и стояла под горячими струями. Женя завороженно смотрела на силуэт и попутно начала снимать свое платье. Медведева не с первого раза смогла расстегнуть молнию, но уже через несколько секунд она прижимала женщину к стенке душевой кабинки, пока её губы обрушивались на губы напротив. –Какая нетерпеливая, – Этери провела ладонями по телу Жени, а потом неожиданно для Медведевой ущипнула её за сосок. Девушка всхлипывала ей в рот, первый пыл поутих и она уже слегка касалась губ тренера, пока её рука пробиралась вниз по животу женщины. –Стой, – Тутберидзе перехватила запястье девушки и поднесла к лицу, поцелуями прокладывая дорожку вдоль руки, – я хочу, чтобы ты кончила. Сейчас, – и она опустилась перед Женей на колени. –Боже, – она вплела пальцы в волосы женщины, когда её ноги были крепко прижаты к стенке кабинки. Женщина прикоснулась губами к внутренней стороне бедра Жени, слегка покусывая нежную кожу. Она услышала, как сверху Женя всхлипывает от ощущений и эмоций, которые накатывали на неё. Блондинка прикоснулась кончиком языка к клитору и посмотрела наверх. Медведева дернулась от удовольствия, которое пронзило её от действий женщины. –Что ты хочешь? – она сделала язык плоским и провела по всей промежности, сильнее сжимая бедра девушки в руках, – говори, медвежонок. –Пожалуйста, – Женя сжимала волосы Этери и подталкивала её голову обратно, – дай мне кончить, я так хочу кончить. –М-м, – женщина прикусила клитор, одновременно входя одним пальцем в Женю. Тутберидзе дразнила девочку то медленным, то быстрым движениями языка, и Женя срывалась на крик. Через минуту она добавила второй палец и начала быстро доводить Медведеву до разрядки, понимая, что та уже на грани. Пальцы в дуэте с ловким языком, который стимулировал клитор, довели Женю до оргазма за несколько секунд, и в рот Тутберидзе вместе с водой полилась горячая, солоноватая жидкость. Этери поднялась на ноги и поцеловала Женю, вливая ей в рот смесь воды и смазки. Глаза Медведевой широко распахнулись, и она смотрела на Этери непонятным взглядом, в котором читался вызов и испуг одновременно. –Глотай, – блондинка опустила голову и нежно прикоснулась к горлу Жени, сильно прикусывая нежную кожу, – будет засос, – Это прозвучало как-то самоводольно. Она её пометила. Женя проглотила то, что было у нее во рту и широко улыбнулась Тутберидзе. Она опустила руку и прикоснулась большим пальцем к клитору женщины. Этери хватило нескольких движений пальцев Жени, чтобы со стоном кончить, откинув голову назад, чем Женя бессовестно воспользовалась и укусила длинную шею женщины. Теперь все честно. Обе тяжело дышала и улыбались друг другу. Этери провела пальцем по лицу Жени и откинула прядь волос назад. Она протянула ей полотенце и отошла назад. –Сделаешь нам чай? Я пока схожу в спальню, принесу одежду. –Ага, – Женя чмокнула её в щеку и выплыла из ванной.

***

Они сидели напротив друг друга на кухне и попивали зелёный чай с мятой. Обе были удовлетворены и спокойны. Только Тутберидзе хотела предложить пойти спать, как в дверном замке послышался поворот ключа.