Я все отдам, чтобы приблизиться к твоим губам

***

В следующий раз Этери и Женя встретились только через неделю. Главный тренер была занята поездками в федерацию, тренировками и заполнением документов. На носу был новый сезон. Женя помогала маме, не забывая вечером после работы писать Этери и интересоваться, как у нее прошёл день. В течение недели они обменивались бытовыми сообщениями, но иногда в их чате проскальзывали очень неприличные вещи. Например, Медведевой могло стать скучно посреди рабочего дня, и она запиралась в туалете, чтобы сделать какую-нибудь развратную фотографию и отправить её Тутберидзе.

***

Этери скучала на очередном собрании в Федерации. Она уже выступила с планами на предстоящий сезон, и теперь это делали другие тренера. Тутберидзе уже рассмотрела все свои бумажки по несколько раз, исправила пару орфографических ошибок, которые допустила по невнимательности, хоть и не собиралась никому отдавать содержимое. Она хотела домой, всю встречу её клонило в сон, и тренер уже несколько раз насильно открывала глаза, ругая себя за слабость. Телефон Этери пиликнул, отвлекая её от рассмотрения карандаша. Женщина взяла айфон в руки: на экране блокировки висело пару сообщений от Жени.

Медвежонок: Привет. Ты занята? Этери: Боже, малыш, я так устала. Тут так скучно и меня прямо тянет в сон, не знаю, чем себя занять. Есть идеи? Медвежонок: О да. Жди. И Женя исчезла из сети, заставляя тренера приподнять брови в недоумении. Что она задумала? Что, сейчас ворвется в кабинет и украдёт её? Собственные мысли заставили дурацкую улыбку расплыться на лице Этери, и женщина поймала парочку непонятных взглядов от членов Федерации. Она оглядела кабинет: тренера были заняты дебатами по поводу некоторых спортсменов, которых не хотели выпускать на международный старт из-за боязни поражения; другие были погружены в свои дела: кто-точему-то улыбался в телефоне, другой что-то обсуждал с сидящим по соседству, а третьи клевали носом, буквально как Тутберидзе пару минут назад. Телефон снова издал звук, сообщающий о пришедшем сообщении, чем отвлек Этери от наблюдения за коллегами. Женя прислала какое-то фото, и Тутберидзе без подозрения открыла чат и сразу прижала телефон к телу, издав какой-то булькающий звук. –Этери, все в порядке? — Мишин посмотрел на неё обеспокоенным взглядом, пытаясь понять по лицу, что случилось. –В-все хорошо, — ее голос дрогнул, но она отмахнулась от других. Эта бесстыдница прислала ей фотографию, которую по-видимому сделала в кабинке туалета. На картинке Женя снимала себя сверху вниз и демонстрировала красивый бюстгальтер, который ничего не скрывал: соски были напряжены до предела и просвечивались даже сквозь достаточно плотную ткань. Медведева вдобавок закусывала губу и смотрела в камеру таким взглядом, каким обычно просят трахнуть. Этери пришлось пару минут переводить дыхание, прогоняя туман из головы, который затуманился возбуждением. Чёртова девчонка! Этери: Ты чего творишь?! Я же в окружении огромного количества людей! Медвежонок: М-м. Тебе понравилось. Я очень скучаю по тебе, ну а ещё мне скучно, прости. Этери: Тебе не жаль, не извиняйся. Боже, Женя, больше так никогда не делай, я чуть не кончила за этим столом. Медвежонок: А я кончила, прямо в кабинке, с пальцами внутри и с твоим именем на губах. У Тутберидзе снова перехватило дыхание от такого откровения. Она глубоко дышала, чтобы хоть как-то успокоить разбушевавшиеся гормоны. Дрянная девчонка. Такая сексуальная и недоступная. Они не виделись уже 3 дня, и тренер сходила с ума. Этери хотела увидеть её, обнять и никогда больше не отпускать, но это невозможно, у обеих была работа, которую надо выполнить. Этери: Какая же ты нахалка, Медведева. Я накажу тебя, ты неделю сидеть не сможешь. Медвежонок: Боюсь-боюсь. Я хочу тебя увидеть. Когда ты свободна? Этери: Я тоже, Жень, но пока не могу. Надеюсь, к концу недели смогу вырваться. Я очень скучаю. А сейчас мне нужно бежать, целую, детка. Медвежонок: Я буду ждать. До встречи.

***

И наконец, спустя неделю разлуки и издевательств со стороны Медведевой, они договорились встретиться в парке и прогуляться, заодно собак познакомить. Тутберидзе стояла, пока вокруг неё кружил Рич, заматывая её ноги в поводок. Она была погружена куда-то в себя, когда в неё влетело тело. В ее губы сразу впечатались, а язык уже хозяйничал во рту. Женя была нетерпелива, лапая женщину, издавая неприличные стоны ей в рот. –Боже, Женя, — за плечи Тутберидзе отстранила Медведеву, проводя ладонями по щекам, вниз по шее, в итоге останавливая движения на талии, — привет, милая. –Я скучала, — в эту секунду Джек наконец услышал запах Тутберидзе и начал гавкать, — и он тоже. Привет, Рич, малыш, — Женя наклонилась и начала тискать корги. Джек и Рич уже успели обнюхать друг друга и приятно погугукать. Женя была занята Ричем, пока Тутберидзе осторожно положила руку на массивную голову добермана. Джек сразу же начал ластиться к горячей руке, пытаясь дотянуться до неё языком. –Привет, маленький дьявол, как ты? — Этери опустилась на корточки и взяла поводок, чтобы удержать пса на месте и не дать тому снести её с ног. Но в итоге в руки Этери влетел другой тайфун. Рич залез в тёплые объятия Тутберидзе, и ей пришлось приложить немало сил, чтобы удержать достаточно тяжёлое тельце. –Идём? — на лице Жени виднелось явное умиление данной картиной, и она не сдержавшись, достала телефон, чтобы сделать пару фотографий. Получилось фантастически: Этери с засыпающим Ричем на руках, и Джек который терся рядом, иногда утыкаясь носом в ногу тренера. Свет падал так, что лицо женщины было не видно и Женя показала фотографии Этери, — можно я выложу, пожалуйста? Так красиво, что прямо руки чешутся. –Хорошо, — Тутберидзе была слишком спокойна. Ей было ровным счётом все равно на то, что её могут узнать. Она сможет уберечь свое счастье от папарацци и назойливых журналистов. Они гуляли несколько часов, обсуждая все на свете, начиная с любимых фильмов, заканчивая любимым прыжком в фигурном катании. Женя выучила все элементы, в чем их отличия и «крутость». Псы наворачивали круги вокруг хозяек, иногда принося им палки, камни и даже каких-то рептилий. Впервые, когда Джек принёс Жене ящерицу, девушка завизжала так, что напугала бедного корги, что он начал гавкать и вставать в оборонительную позицию перед Тутберидзе. Тренеру пришлось успокаивать Рича и объяснять ему, что она в порядке и никто не хочет на неё напасть. Ближе к 10 часам вечера Женя сказала, что у неё гудят ноги, и они сели на ближайшую скамейку. Медведева положила голову Тутберидзе на плечо, прикрыв глаза. –Ну что, ты довольна? Успела устать от меня? Мы снова не сможем увидеться в ближайшую неделю, — Этери водила пальцем по спине Жени, рисуя какой-то непонятный иероглиф, — я уже скучаю по тебе. –Я тоже, — неожиданно для обеих, Женя оказалась сверху на коленях женщины, целуя её. Она слегка касалась губ тренера, чтобы не раззадоривать. –Знаешь что? — Этери достала свой телефон, смотря на Женю загадочным взглядом. –Что? –Хочу кое-что сделать, — Женя не успела ответить, как женщина сама впилась в её губы, делая пару фотографий. –Ты хочешь…? — девушка смотрела на неё широко распахнутыми глазами, не понимая, что сказать на такие решения Этери. –Да. Через минуту на странице Этери Тутберидзе появилась фотография, на которой был запечатлён её поцелуй с некой незнакомкой. tutberidze.eteri: моя сладкая девочка. Через минуту соцсеть взорвалась. Комментарии и лайки летели со скоростью света, и Этери казалось, что телефон взорвется. Женщина ухмыльнулась и убрала телефон обратно в карман, но заметив, что Женя начинает клевать носом, достала обратно, чтобы заказать такси на две точки.

***

Через три дня они лежали в кровати: тяжело дышащие и счастливые. Этери смогла вырвать пару часов после вечерней тренировки и сразу набрала Женю, чтобы та приехала. Этим вечером они исследовали тела друг друга, медленно, но верно доводя друг друга до оргазма, который обеих унёс в космос. Пока Этери вышла на балкон, чтобы покурить: эта привычка вернулась с началом кропотливой работы. Медведева ничего не говорила, прекрасно понимая, насколько все сейчас напряжённо у женщины на катке. Она просто молча уткнулась в телефон. Через несколько минут до тренера донесся громкий смех, и ей пришлось затушить сигарету, не докурив. Тутберидзе плюхнулась рядом и заглянула в телефон. –Чего смеёшься? –Слушай. Этери Тутберидзе опубликовала фото со своей возлюбленной, с целью скрыть свой продолжительный роман с замужним Глейхенгаузом, — после этой строчки Женя ещё громче засмеялась, а из её глаз полились слезы от смеха, — Ой, боже, как же это смешно. –Жень, зачем ты это читаешь? Давай спать, — она попыталась забрать у девушки телефон, но она вскочила и продолжила читать. –Нет, ну ты послушай. Тутберидзе наконец-то подтвердила свою ориентацию, опубликовав фотографию со своей девушкой… — после этой строчки телефон Жени всё-таки отняли, опрокинув её саму на кровать. Женя почувствовала на себе тело, а в ней через мгновение оказались чужие пальцы. Медведева закричала. Крик перешёл в стон, когда пальцы начали двигаться. Им хватило пары движений, чтобы Женя взорвалась, впечатываясь в губы женщины.

***

–Мне кажется, я люблю тебя, — Женя отвела взгляд, когда Тутберидзе подняла на неё голову. –Что? –Я л-люблю тебя, — голос дрогнул, и Этери улыбнулась этому. –Хорошо, потому что я тебя тоже. С визгом девушка накинулась на тренера и придавила её к кровати. Она целовала её лицо быстрыми, невесомыми поцелуями, пока по её щекам текли слезы радости.