Со Вкусом Магии

            Пробуждение было резким. Она практически подскочила на стуле, смахивая с мыслей сонный саван. Спина затекла и совершенно не хотела разгибаться, а из кухни доносились какие – то странные звуки. Настенные часы показывали полчетвертого утра. Похоже, пытаясь понять, что делать с зельем и Дэмианом, который оказался в очередном фильме 18+, она заснула, полностью вымотанная. Снова послышался грохот, и ведьма поспешила на кухню. Уж кого – кого, но этого гостя она точно не ожидала увидеть. Огромный рыжий кот в половину человечного роста, замер, уставившись на нее до невозможности, осмысленными глазами. Рейвен слегка нахмурилась. - Что ты здесь делаешь, Тикл? Кто тебе разрешил зайти? Довольный, растянутый голосок, прозвучал в ее голове: «Мы были неподалеку, и я решили заглянуть». На это Рейвен лишь хмыкнула, чувствуя, как по пальцам пробегает ток магии, готовой вырваться и пожечь хвост наглому фамильяру. - Заглянул, а теперь проваливай. «Не нужно быть такой грубой. Между прочим, я так же пришел сказать, что в городе объявилась парочка кровососов, и мы вполне могли бы помочь.» - Неужели, похоже, что мне нужна помощь. «Ну как знаешь.» Фамильяр махнул хвостом, будто человек пожавший плечами, прежде чем раствориться в воздухе. Рейвен внимательно осмотрела кухню и проверила на наличие посторонней магии. С виду все было нормально и заклинание ничего не обнаружило. Лишь пара капкейков, что она заказывала для завтрашнего дня, лежали около общего блюда. Осмотрев их и убедившись, что все в порядке, ведьма выставила их аккуратной стоечкой и прихватив последний, пошла в свою комнату. Ей нужно нормально выспаться, перед очередным рабочим днем. Легкий аромат ликера, которым было пропитанно тесто, мягко убаюкивал ее, пока она размерено жевала, размышляя о словах Тикла. Ей и правда стоит проверить, все же вампиры не частые гости в Метрополисе.

***

      Аромат благовоний был уже практически удушающим. Веки будто налитые свинцом, медленно приоткрылись, пытаясь дать хоть малейшее представление о ситуации. Она уловила свет свечей, но в остальном комната была погружена во мрак и разглядеть, что – то было крайне проблематично. В отдалении слышались голоса, смутно знакомые. Наконец зрение полностью вернулось и она смогла оценить ситуацию. Скованное тело лежало на чем – то мягком, дышать было трудно из – за густого тумана благовоний. Рядом будто материализовались две фигуры, в одной из которых она безошибочно узнала Дика. Однако он был чрезвычайно бледен, странно одет и аура… аура была пугающей и темной, совершенно не человеческой. - Наконец – то ты очнулась, Рей. Надеюсь, тебя не слишком стесняют данные обстоятельства. Он улыбнулся привычной, лучезарной улыбкой, от которой по спине ведьмы побежали мурашки. Клыки. По – вампирскому вытянутые клыки, поблескивали в свете канделябров. Даже если и правда, был Грейсон то человеком он точно уже не являлся. Вампир, при чем, судя по ауре очень могущественный. - Король… - Да, а ведь Дэми, как только мог, скрывал от тебя правду, просил верить. Прятал, но ты все равно оказалась здесь. Я так рад, что ты настолько дорожишь мной. - Почему… почему, Дик?! - Трудно сказать, но знаешь я жалею лишь о том, что они не присоединились ко мне. Хотя теперь, когда ты здесь Дэми придется прийти и тогда он окажется в моих руках. Грейсон нежно огладил ее щеку, мягко улыбаясь, словно в старые добрые времена, когда они были командой. А теперь… Джейсон и Тим мертвы, а Дэмиан считающий Короля Вампиров своим заклятым врагом, вынужден бороться с тем, кто практически вырастил его в Готэме. И что самое ужасное: она собственными руками загнала, последнего из рода Уэйн в ловушку Короля. - Что тебе нужно? - Ты, твоя сила и Дэмиан. Вы будете главным украшением моей короны и доказательством триумфа. Рейвен забилась в тисках, что представляли из себя розовые лозы, будто птичка, угодившая в терновые заросли. Но это было бесполезно, растения были крепки, а ее силы жалким отголоском звучали где – то в сознании. Дик снова мягко улыбнулся. - Не волнуйся, скоро тебя не будет это волновать. Ты станешь моей королевой и поводком на шее моего маленького охотника.       Двери распахнулись и Охотник ворвался в покои Королевы без особой грации и манер. Он был в ярости, однако это не произвело никакого впечатления на нее. Она все также медленно распивала фруктовый Бейлис, совершенно не обращая внимание на вошедшего. В отличии от слуг, что тут же бросились останавливать наглеца и были бойкотированы быстрее чем успели достигнуть цели. Только тогда она удостоила его взгляда. - С возвращением, Охотник. К сожалению, Его здесь нет, так что свой доклад можешь приберечь на будущее. Охотник молчал, только еле слышно скрежетал клыками. Голоден, значит. Даже утратив все свои чувства к нему, она все еще находила его жажду очень занимательной. Другие вампиры слишком жеманны и теперь владея миром больше не считали нужным опускаться до уровня людей, что уж говорить о животных. Однако он был другим. Охотник не считал нужным скрывать свои человеческое и животные потребности, поэтому он охотился и предпочитает изящным кубкам, еще теплую шею. А еще он до последнего хватается за ее собственное некогда подобие человечности. Сказать по правде это вводило ее в замешательство, ведь даже тогда она была человеком чисто формально. Человеческий образ, словно костюм, был натянут на ее истинный образ Принцессы Преисподней, поэтому хвататься за него было в большей степени глупо. Однако он все еще пытался это сделать. - Мы можем поговорить? - Разве ты не пытался сделать это бесчисленное количество раз? Что ты хочешь услышать от меня, Дэмиан? Признание в любви? Просьбу о побеге? Я не собираюсь сбегать и чувства к тебе давно позади. Я более чем довольна своей нынешней ролью. - Обеда Грейсона? А он уже посвятил тебя в следующая часть своего плана? Ты готовая стать курицей наседкой? - Рождение наследника всегда было важной частью королевской власти и кому как не тебе знать это, Дэмиан. - И ты согласна с этим? - Когда же ты поймешь, что мне все равно. Абсолютно. Война между вампирами и героями меня вообще не касается. Конечно, если бы у меня были прежнее чувства то я бы вероятно не смогла бы простила Дика, но их нет. - Тогда скажи мне, почему я все еще здесь, все еще рядом с тобой? - Это правда, что загнала тебя сюда, но не нужно утверждать, что сейчас тебя держат. Ты сам хватаешься за образ из прошлого и позволяешь Ему дергать себя за поводок. Охотник смотрел в ее безразличные глаза и правда не видел того света, что когда – то пленил его сердце. Холодная, безразличная кукла. Обычная еда для Короля Вампиров, с номинальным званием Королевы, ведь иначе она бы не согласилась, каждое утро добровольно сдавать кровь Владыке кровососов. Может он и правда просто влюбленный идиот, который сам вложил поводок в руку своего врага. Пытаясь собрать мысли и чувства в более – менее логичный ряд Дэмиан совершенно не заметил, как на мгновение дрогнул взгляд Королевы Вампиров. Наконец она беззаботно бросила. - Хотя знаешь, пожалуй, сегодня я и сама была бы не против воспользоваться твоим поводком. Уэйн настороженно взглянул на нее, ожидающий подвоха с любой стороны, что раззадорило ее еще больше. Рейвен довольно ухмыльнулась, поднимаясь с тронных подушек. Охотник не двигался, наблюдая за каждым ее движением. - Ты же голоден, верно? Я могу облегчить тебе задачу сегодня и позволю то чего не позволяла даже Дику. Позволит ему? Ей прекрасно известно, что она позволяла ему раньше, так к чему эта клоунада. Охотник заглянул в темнеющие сумерками глаза, пытаясь отыскать подвох, но его не было. Она действительно была готова на любую прихоть, прекрасно зная, что нужна Грейсону, и он ей это простит, точнее забудет. - Чего ты хочешь? - Все просто, мы с тобой придадимся воспоминаниям так сказать, а ты сможешь насладить чистой демонической кровью. Что скажешь? - А, как же Грейсон? - Ой, брось, неужели ты правда веришь в то, что он рассказывает на публику. Ты же прекрасно знаешь Дика, он, как там говорил Джейсон… ах, да проститутка падкая на внимание. К тому же кто знает, может с моей кровью и убегать будет легче. Она искушала его, как истинная демонесса. Впрочем, это было не нужно, стоило ли говорить, что он, как влюбленный дурак был готов на все ради нее? Да, и Грейсон действительно, не был проблемой. Нет, он слишком дорожил своим ручным Охотником, чтобы прогнать лишь из – за того, что тот посмел прикоснуться к своей бывшей возлюбленной. Так или иначе, все говорило в пользу предложения Рейвен, и он кивнул, давая свое согласие. Королева, что ли не захлопала в ладоши, как ребенок, которому, наконец, преподнесли желанный подарок. - Тогда пойдем. Рейвен подхватила его под руку, ведя тайными тропками к своим покоям. Охотник шел за ней, погруженный в свои мысли, ругая собственную слабость. У него был шанс до ритуала, а сейчас может и правда поздно… Наконец, они подошли к витиеватой двери и Королева на мгновение замерла. - Помни, как только мы войдем в эту дверь игра началась. - Не нужно мне это говорить. - Твоя сообразительность всегда меня возбуждала. Она улыбнулась, распахивая двери и буквально впорхнула в комнату. Охотник вошел за ней прикрывая дверцы, наблюдая, как она останавливается спиной к нему. Он также замер. Секунда, две, королева наконец оборачивается и сердце Дэмиана останавливается. Мягкая улыбка, лёгкая поза и глаза наполненные тёплой, чистым светом и любовью… любовью к нему, к своей названной семье, к этому миру, что стал ей вторым домом. Рейвен… это была его Рейвен. Будто не веря собственным глазам, он подходит ближе, невесомо проводит по щеке, боясь, что она исчезнет словно иллюзия. Но она здесь, обхватывает его руку, прижимая к своей щеке, будто доказывая, что она настоящая. - Хаяти… Одно из тех немногих арабских слов, которые она использовала в обычной жизни, подражая ему и зная, как сильно ему это нравиться. Наверное, это был один из его фетишей, слушать, как она читает и говорит на арабском. Иногда путает ударения или слова, как ребёнок, но продолжает, словно не замечая ошибки. - Хабибти… На придыхании и едва слышно, срывается с его губ, прежде чем он притягивает её к себе, будто заключая в тески из которых невозможно выбраться. Его поцелуи грубые и голодные, удлиненные клыки, оставляют на её губах небольшие ранки с жемчугом крови, что он тут же слизывает, дразня себя. Пальцы одной руки впиваются в талию, где останутся синяки, вторая же зарывается в волосы, сжимая их, не давая отстраниться. Он целует ее до удушения, будто это самый последний поцелуй в их жизни. Только когда ее собственная хватка слабеет на его груди, он, наконец, отпускает ее. Это пытка, знать, что она так близко, совсем рядом, но совершенно ничего к нему не чувствует, впрочем, как и к остальным выжившим. Ее чувства теперь словно перманентная бумага, сколько не пиши все равно остается белой. И он это допустил. Не смог удержать. Не смог защитить. Не смог спасти. И в итоге стал послушной собачонкой Короля Вампиров, чтобы быть рядом и защитить в случаи опасности. Она плотно прижалась к нему, когда он прекратил жалящий поцелуй. - Знаешь, я всегда следила за тобой, когда ты оправлялся на задания Дика. Она снова обхватила его руку, поднимая, целуя мозолистые пальцы. Мягко, совсем, как раньше. С каждым словом ее голос становился все тише, а его тело — все напряжение. Одна из рук все еще сжимала ее талию, причем уже до такой степени, что костяшки пальцев побелели. Охотник сжал зубы. - Для тебя никогда не было ничего не выполнимого, это всегда меня привлекало. Эта сила, что бьет в тебе ключом. Ты завораживаешь меня. Заставляет думать о том, что и как сильно я хочу делать с тобой. И понимать, насколько безумно и сильно мое желание быть твоей… - Рейвен… - Я хочу тебя, Дэмиан. Хочу до одури… Она говорила это настолько тихо, что даже ему было трудно услышать, но каждый слог отдавался гулким биеньем сердца. Ее руки, словно змеи, оплетали его, ведет к огромной кровати и снова прижимаясь к нему в этот раз еще сильнее. Охотник обхватывать ее шею, заставляя посмотреть на него. - Я люблю тебя, амири. Рейвен целует его шею, еле ощутимо проводя язычком по сонной артерии, слыша, как ускоряется его пульс и как он сглатывает. Он чувствует аромат ее крови, она уверена в этом. Чувствует, но держит жажду. Уэйн лишь раз пил ее кровь, предпочитая не вмешивать свою возлюбленную во всю эту грязь. Но это не помешало ему признаться, что ее кровь была самым вкусным, что он пробовал не только будучи вампиром, поэтому сейчас держать себя в руках для него было особенно тяжело. Ее пальцы скользят по его телу, рассеивая его броню и одежду, медленно целуя открывающиеся участки кожи, опускаясь на колени. С чувствами или без, она всегда возбуждала его одним взглядом, самым легким прикосновением. Вот и сейчас ему достаточно было лишь взгляда на нее, стоящей перед ним на коленях. Прохладная ручка легко обхватила основание, начиная медленно ласкать, пока губы, продолжали нежно целовать каждый шрам и ссадину на его животе. Она чувствовала, как он дрожит и это порождало в ней всепоглощающее чувство гордости. Ей всегда нравилось иметь такую власть над этим гордым и непокорным мужчиной. Никто в целом мире не имел такого влияния на Дэмиана Уэйна, как она. Королева крепко сжала его, отпугивая уже почти захватившее его разум наслаждение. Она хотела видеть еще, насладиться данной ей свободой полностью. Ее ехидный взгляд прошелся по нему, давая понять, что она знает, как он тверд и что не даст ему освобождения так просто. Он снова вздрогнул и проглотил собственный стон, когда она нежно, практически невесомо поцеловала головку. Похоже, он мог кончить даже от ее теплого дыхания, которое сейчас чувствовал почти всем телом. Рейвен продолжало невесомо ласкать губами его длину, все также помогая себе руками. Охотник потерял счет времени и ощущение пространства, когда она во второй раз оттянула его от края. А ведь Королева только целовала его даже не пытаясь сделать, что большее. Рык раскатом пронесся комнате, казалось даже стекла задребезжали, когда она, наконец, взяла его в рот. Ни в одном из миров никто не сравниться с ней, он слишком хорошо обучил ее и сейчас это использовалось против него самого. Прыткий язычок ловко скользил из стороны в сторону, хотя сейчас Королева задала средний, можно сказать даже медленный ритм. Аккуратный, маленький рот был горячим и приветливым. Тригон побери, она была его раем и адом одновременно. Сводила с ума даже малейшими движениями. Казалось ему достаточно всего несколько секунд, но словно чувствуя это Рейвен прекращала все свои действия, начиная новый виток пытки. Ласкала языком, полностью или частично вбирая, практически без остановки. Он просто скоро не выдержит, еще пару таких остановок и ему будет достаточно малейшего колебания воздуха. - Рейвен… Грубая рука, сжимает ее волосы на затылке, не давая отстраниться. Впрочем, теперь она и не пытался. Рейвен снова поглотила его, на этот раз, двигаясь довольно быстро, захватывая так много, как могла. В голове было пусто, остались только природные желания и инстинкты. Наконец его тело содрогалось. Она испила его полностью, вытягивая абсолютного зверя. Треск ее шелка казался, оглушительным в тишине помещения. Матрас отпружинил, кровать жалобно заскрипела, когда два тела совершили резкое падение. Охотник припадет к трепещущей жилке, скользя языком. Резкое движение вперед. Он берет ее, одновременно вонзая клыки в тонкую, матовую кожу. Горло обхватывает спазм от чего ее стон обрывается хрипом. Боль и наслаждение все сливаются воедино, заставляя толкнуться бедрами и крепче прижать вампира к себе за шею. На секунду он замирает, и первый глоток крови проникает в его горло, действуя словно наркотик. Дэмиан сразу задет бешеный ритм, продолжая медленно наслаждаться ее вкусом. Рейвен задыхается, стараясь дать ему, как можно больше, вскрикивая и задыхаясь. Наконец он отстраняется от ее шеи, даря кровавый поцелуй, наслаждаясь, как она сжимается, поглощая, каждый раз, когда его язык скользит по небу. Оргазм волнообразными зарядами, сливался между их телами, взрываясь и собираясь воедино вновь. Их крик пронзает пространство и тела, вибрацией провоцируя новые волны. В последний момент он удерживает свой вес, дабы не раздавить ее, пытаясь прийти в себя. В коридоре слышатся гомон и суета. Дэмиан поднимается внимательно рассматривая Королеву. По ее щекам текут слезы, а голоса за дверью становятся все громче. Она беззвучно шепчут: «Беги». Она вернулась… его драгоценная хабибти вернулась… или не уходила… Кажется он сам сейчас заплачет. Короткий, прощальный поцелуй и когда двери комнаты распахиваются, Королева безразличной куклой стоит у окна, полностью собранная.

***

      Что – то определенно было не так. Ведьма резко открывает шкафчик и достает из самого дальнего угла флакончик. Этот чертов фамильяр! Она точно его кастрирует и обреет. Капкейки с ликером отправляются в урну, а Рейвен весь день потирает шею, будто все еще ощущая остроту его клыков и вкус кровавого поцелуя. Чтобы она еще хоть раз взяла роман про вампиров!