Прогулка

Этой ночью писатель все ещё не сомкнул глаз и, видимо, не собирался. Попытки написать что-то гениальное без вдохновения провалились, и сейчас Эдгар-Аллан По просто сидел за письменным столом в своём кабинете и лениво поглаживал Карла, полностью погрузившись в собственные мысли. Роман получался очень даже неплохим, однако, он не мог придумать как же ещё больше запутать читателя. А точнее одного детектива, который станет читателем и даже участником этой истории. Енот, кстати, был очень даже не против такой ласки со стороны хозяина и даже сам ластился к рукам, удобно устроившись у того на коленях и жмуря чёрные глазки. Да, не часто это существо такое тактильное и ласковое. И не факт, что это про енота. Кажется, спустя минут десять, в голове Аллана всё же стала зарождаться идея, как наконец развить сюжет детектива и при этом ввести в заблуждение Эдогаву. Хотя это и казалось невозможным, учитывая «способность» того. Но поток мыслей прервал неожиданно резкий звонок в дверь. Карл быстро спрыгнул с колен хозяина на стол, а после перебрался тому на плечи, что было уже некой привычкой. Сам эспер тихо вздохнул, поднимаясь из-за стола и направляясь к двери. Кого вообще могло принести в три часа ночи в отдаленный район Йокогамы? Впрочем, этот вопрос испарился сразу же, как сероглазый приоткрыл дверь. Он достаточно сильно удивился, увидев перед собой бывшего врага и нынешнего... Друга?.. Да.. Это будет самое.. нейтральное название их взаимоотношений. Писатель только собирался спросить, с какой целью Рампо явился к нему в три часа ночи, и как вообще он дошёл, не заблудившись, когда этот вопрос отпал сам собой. — у меня кончились конфеты, пойдём. Ни здравствуй, ни как дела. Хотя это уже привычно. Конечно, было не редкостью, что Эдогава просил шатена сходить с ним за сладостями, но не в три часа ночи ведь! Да и.. если рампо сам добрался до дома Аллана, разве не сможет сам дойти до кондитерской? — Р-рампо-кун, сейчас три часа ночи.. Парень отошёл от двери, пропуская детектива в дом, пока сам Эдогава недовольно закатил изумрудные глаза, все же заходя внутрь. — небо голубое, трава зелёная, а я величайший детектив. Будем дальше обмениваться очевидностями или уже пойдём?