⚡️Electric⚡️

После этого братья нашли друг в друге поддержку. Даже если от одноклассников они её не получали, Никита и Давид знали, что они не одни. Но это вовсе не означало, что одноклассники и даже учителя оставят их в покое. Роменскому продолжали одевать те чёртовы браслеты. Раны стали глубже, их нужно было как-то скрыть. У Никиты оказались перчатки без пальцев, и он одолжил их Давиду. Это действительно помогало, ведь перчатки скрывали и запястья. Иногда шатена просто обвиняли бездоказательно. Это было ещё обиднее. Но когда рядом оказывается старший брат, который тебя понимает и поддерживает, даже пытки становится пережить чуть легче. Однажды Роменский просто пришёл домой, всё было как обычно. Давид сел на кровать и стал залипать в телефон. Прошло какое-то время и на улице стемнело. — Где Никиту носит? — подумал Давид, хотя тут же вспомнил. — Хотя… это мне кажется, что сейчас поздно, у него же ещё уроки…

Тем временем…

Никита прикован к стене и не может пошевелиться. Те же голубые браслеты сковали его руки, те же браслеты бьют его током. Наконец пытка заканчивается, браслеты отстёгиваются, Берг падает на пол, тяжело дыша. — Надеюсь, ты усвоил свой урок. — в двери стоит директор. — Зачем?Зачем вы это делаете? — шепчет Берг. — Воспитательные цели. Ты не поймёшь, мальчик мой. — Почему именно пытки? — шепчет Берг, глядя на мужчину. Тот лишь повторяет: — Ты этого не поймёшь. Если попытаешься рассказать кому-то, тебе никто не поверит. — Почему же? — скалится ученик. — Сам подумай, кому поверят учителя. Какому-то мальчишке или директору школы? — усмехнулся тот в ответ. Берг промолчал и вышел из кабинета. Через какое-то время замок щёлкнул и в дверях появился Никита. В его голове всё ещё звучали последние слова директора: — Сам подумай, кому поверят учителя. Какому-то мальчишке или директору школы? — Никита? В реальность Берга вернул голос брата. Он стоял посреди коридора. — Да, привет… — ответил старший, кладя рюкзак на тумбочку рядом с рюкзаком Роменского. — Что-то случилось? — спросил младший. — Нет, ничего. — Берг пытался увильнуть, но Роменский смотрел на него так пристально, что даже слов не надо было, чтобы понять: он всё и так понял. — Ладно… Мне одевали браслеты. — Он что, совсем с ума сошёл? — пробормотал Роменский. Он подошёл к брату, закатал рукав его рубашки и увидел рану.