Aves Majesty: Feather For Feather

      Ночью, после визита к Адель, Линда сидела у себя на кровати, обняв подушку и глядя в окно, по которому скатывались капельки, пропускавшие через себя в комнату лунный свет. Она покинула королевство незадолго после беседы с Адель в лазарете, побродив по дворам не много, и прибыла на родину – в Хэйлфор, город Воронов, Ворон и Сизоворонок. Если описать его одним словом, как Кэмпклоу Душевный город, Спайртан – Гордый, то Хэйлфор – Живописный. Здесь нет стен, отделяющий городских жителей от красоты хвойного леса, его можно наблюдать почти с любой крыши дома. Не смотря на отсутствие оборонительных стен, на Хейлфор никто не нападает. От Спайртана он слишком далеко, а затраты на ведение боевых едениц до города бы не окупилось ничем, что они могли бы там получить. Любуясь таким пейзажем, Сизоворонку вдруг осенило, и на следующий же день, Линда отправилась к единственным птицам, которые могли бы помочь вернуть доверие дочери – к её сыновьям и братьям Сапфир... – Воскресенье... Жалобно провыла Адель сидя за своим столом в дневные часы приёма. В последний день недели ни один житель Кэмпклоу не предпочтёт наведаться в кабинет королевы чтобы озвучить свою просьбу, сообщить о чём-либо или, что конечно бывает редко как и в любом государстве, просто напросто поблагодарить юную правительницу и подарить пару добрых слов, более того она, как самая молодая из всех государственных управленцев, более всего нуждается в поддержке и общении. Благо сейчас у неё достаточно свободного времени и с воодушевлением прекрасно справляется её милая Сапфир, любовь которой она, всё таки, не до конца понимает, однако в часы разлуки Адель, зная это, невольно чувствует себя лучше. Приятно знать что тебя любят. Королева уже готовилась искать какой-нибудь журнальчик в своей тумбочке чтобы отвлечься и почитать что-нибудь незамысловатое, как вдруг она услышала приглушённый звон гармонии доносившийся из коридора и становящийся всё громче, приближаясь к кабинету. Наконец в проходе показался молодой Сизоворонец с гитарой, а за ним и второй с той самой гармошкой. Они прошли внутрь не останавливаясь один за другим, всячески уворачиваясь от зрительного контакта с королевой, бросая взгляд в разные углы комнаты, закрывая глаза и продолжая играть. Наконец гитарист подхватил и начал петь: – Небо с каждым днём светлей Когда ты думаешь о ней Милосердья не жалей для королевы голубей Огонёк в глазах прохожих что не веруют глазам То что мимо них проходит белопёрая мадам Даже в суматохе леди не теряет красоты Обоятельная шея гордо смотрит с высотыыы~ На тех кто поддан ей как ты~ Допев, двойня наконец плавно, в каком то смысле артистично, перевела взгляд на Адель. Между ними ненадолго повисла неловкая тишина, которую Адель прервала стеснительными аплодисментами, будучи неуверенной как на это реагировать. – Спасибо, это была очень... Ладная песня, вы двое неплохие артисты – Улыбнувшись пролепетала Королева. – Мы и есть артисты – Ответили они хором – Лазарь и Мунстон – Лазурит и Лунный камень – Пояснил второй, чем его брат, кажется, был не очень доволен. Сизоворонцы... Драгоценные синие камни... Адель сразу подумала что родственники её подруги, но пока не стала опрашивать их об этом. – Думаю вы здесь не только для того чтобы спеть песню, за что конечно спасибо, я ещё ни чем не прославилась чтобы меня восхваляли – Спросила Адель, причесав гребешок. – Что вы, ваше величество, друг нашей сестры – Наш друг! – ответили они, прояснив важную деталь в их визите, заодно как-то необъяснимо сроднившись с королевой. – Не могли бы вы оказать нам услугу увидеться с нашей сестрой, можно сказать, в первый раз – Взволнованно сказал один из них. И действительно, он был наслышан теперь и о том, что их сестра здесь очень даже успешная дама, не утратившая своего детского энтузиазма. Адель, конечно, не хотела отказывать, да и выглядят они куда более дружелюбно чем её мать, с чем даже сравнивать нельзя, хотя ей и так было понятно что прислала их сюда именно Линда. Что ныне казалось ей слегка странным, вы бивающимся. Нет, вовсе не сам факт отправления своих сыновей к Сапфир вполне ожидаем, её смутило иное. Детей она назвала драгоценными синими камнями, а сама зовётся Линдой. Впрочем эта глупость быстро отпала, вероятнее всего при рождении её назвали Линдой, а после у той появилось желание выразить свою любовь, дав им драгоценные имена. Адель знала что звать Сапфир не придётся, ведь скоро она и сама наведается к ней. До тех пор Адель даже разговорилась с братьями, узнала немного о состоянии Хэйлфора, в котором начали процветать развлекательные предприятия, не без помощи этих двух. Разговор с ними протекал весьма живо из-за того что уже привыкшие сохранять улыбку и задорную атмосферу сизоворонцы не уступали своему темпу и на визитно-деловых встречах. Через пару минут подошла Сапфир. Она никогда и минутой не опаздывала если не сталкивалась с какими либо непредвиденными обстоятельствами. Заходила она на сей раз прихмурённой, что было заметно по её приспущенным векам за секунду до того как она заметила двойню у столика Адель. Взгляд её сразу переменился на недопонимающий с ноткой смущения. Братья окликнули её – Сапфир! Оооо, ты такая взрослая и, буду честен очень даже красив– – Давай... Без этого, ладно? – прервала его сестра немного нервно. Она стеснительно прошла к ним с выступившими от неловкости, в первую очередь перед Адель, румянцами. Когда там подошла достаточно близко, Мун внезапно крепко обнял Сапфир. Она хоть и была растеряна, всё же, достигла своего максимума и спокойно обняла того в ответ. Они мило побеседовали о различных государствах, в том числе и о Кэмпклоу, но не забыли и спросить Сапфир о матери. В этот раз она даже не смутилась, и, даже ответила, что возможно погорячилась в тот раз.