Кошки-мышки

Тираниды отступили. Великий магистр Данте, высадившийся на поверхность планеты, тяжело ступал по пружинящей сырой земле; казалось, она никогда не высохнет и не вернет себе плодородие, настолько ее пропитали кровь и ихор. Кровавые Ангелы при виде Данте молодцевато вытягивались во фрунт, уцелевшие гвардейцы полков Астра Милитарум и немногочисленные выжившие бойцы местных СПО опускались на колени. Знаки уважения не радовали магистра — на него навалились всей тяжестью прожитые годы и бесчисленные битвы, а сегодняшние потери делали победу пирровой. Внезапно Данте расслышал какой-то шум и остановился, прислушиваясь. Лейтенант Мист имела некоторые основания полагать, что Великий магистр ее попросту не заметит. Если остальные гвардейцы едва достигали макушками нагрудника космодесантника, то сама Мист, лейтенант полка снайперов-ратлингов, едва доставала до локтя среднему гвардейцу. Но маленький рост не мешал снайперам быть грозной силой — грозной, скрытной и мобильной. И до сегодняшнего дня лейтенант Мист полагала, что не боится ничего и никого — даже тиранид. Им дали два часа отдыха, и она бездумно сидела у полковой «Химеры» прямо на земле, исподтишка наблюдая за величественными союзниками в кроваво-красных доспехах. Какие они могущественные и огромные! И даже теперь, когда их доспехи заляпаны ихором, закопчены и ободраны, — какие они нарядные! Мист знала, что большинство в этой роте составляли молодые бойцы, лишь недавно вознесенные до астартес: из-за нашествия тиранид орден спешно восстанавливали, набирая кандидатов по всем мирам. Но их воинские умения произвели на нее огромное впечатление. Если молодые, едва обстрелянные солдаты так воюют, что же говорить о ветеранах? — думала она. И вдруг один из астартес направился в ее сторону. Мист вжалась в землю. Но зеленые линзы шлема смотрели прямо на нее. Все восхищение и благоговение у Мист испарилось. Ни к селу, ни к городу она вспомнила страшные сказки о том, что Кровавые Ангелы не прочь хлебнуть человеческой крови, что они поедают убитых врагов, а то и союзников. А то и не убитых… Астартес сделал шаг, указывая на нее пальцем, и воскликнул: — Мышка! Поправлять «не мышка, а ратлинг» решился бы только безумец. Мист вскочила и низко поклонилась, а затем попятилась за «Химеру». Слишком поздно! Рука в латной перчатке — словно мягкая кошачья лапа — подхватила ее за плечо и удержала. Подтянула к зеленым линзам шлема. Мист в ужасе затрепыхалась, отчаянно сожалея, что оставила винтовку в «Химере», и в то же время понимая, что от голодного Кровавого Ангела ее не то что винтовка — даже мелта-пушка, и та не спасет. Внутри у нее все оборвалось: астартес подбросил ее и поймал другой рукой. Потом отпустил… Мист упала на землю, подхватилась и бросилась бежать. Космодесантник стоял, будто отпуская ее, — и вдруг сделал резкий шаг и снова удержал Мист рукой. Крутанул, перебросил на другую ладонь… — Мой господин! — задыхаясь, выкрикнула Мист. Голос ее прозвучал тонко и жалко, — дрожащий и плачущий голосок насмерть перепуганного человека ростом вдвое меньше обычного. — Повелитель, я… — Мышка, мышка, не пищи! — прорычали аугмиттерные решетки шлема. — Повелитель! Ответом ей было рычание, и от этого рычания у Мист волосы встали дыбом. Кровавый Ангел смеялся. — Повелитель, ради Императора! Ей удалось извернуться и вырваться из его ручищи. Убежать от него не было никакой возможности, и Мист сделала то единственное, что еще могла: упала на четвереньки и поползла под «Химеру». — Мышка, мышка, вылезай из норки! Ее трясло от этого рычания, от этого веселья и от осознания, что ее жизнь сейчас закончится — и хорошо, если он убьет ее перед тем, как… Рука, слово кошачья лапа, прихлопнула ее ноги, когда она уже залезла под спасительную «Химеру». От ужаса Мист заорала, как перед смертью — и корпус «Химеры» отозвался металлическим гулом. — Брат Дж’Зарго! Рука мгновенно исчезла с ноги Мист. — Слушаю, владыка Данте! Еще один голос — такой же низкий и глубокий, как первый, и очень раздраженный — сердито заметил: — Говорил я, что эти рекруты с Карлос МакКоннел еще дадут нам прикурить! — Чем это ты занят, брат Дж’Зарго? — Лорд владыка Данте, — голос первого космодесантника прозвучал очень почтительно, — лорд капеллан Асторат Мрачный. — Не ешьте меня! — завопила Мист из-под «Химеры», ощутив небольшой проблеск надежды — и запоздало поняла, что еще двое астартес, да еще столь высокопоставленных, преспокойно могут разделить ее жалкую тушку на ужин… — Мы не едим союзников, — строго сказал Асторат. Мист выбралась — вид у нее был, что и говорить, непарадный, локти и колени все в грязи, — и поспешно преклонила колени. — Дж’Зарго, мы ждем объяснений. Мист впервые видела Великого магистра Данте так близко. Величавый, седой, в маске… Ее колотила крупная дрожь, перешедшая в озноб. — Дж’Зарго не хотел есть мышку, — виновато сказал молодой космодесантник, — только поиграть. — Сколько можно повторять, брат Дж’Зарго, — устало сказал Данте, — люди не игрушки. Это не «мышка», а достойный офицер роты снайперов-ратлингов, которые героически сражались плечом к плечу… ну, фигурально выражаясь… короче, вместе с нами. Люди наши союзники, Дж’Зарго, имей к ним уважение! — Епитимья первой степени, — подытожил Асторат Мрачный. — И я хочу поговорить с твоим сержантом,брат Дж’Зарго. — Слушаюсь, — вздохнул космодесантник, всем своим видом выражая раскаяние. Шлем он снял, и от его вида у Мист занялось дыхание. — Приношу извинения за моего подчиненного, лейтенант, — с достоинством произнес Данте, и они с Асторатом отправились дальше — дел у них сегодня было много. Мист осторожно, бочком передвинулась за «Химеру», благоразумно решив не привлекать к себе внимания — или хотя бы привлекать поменьше. А Дж’Зарго, оставшись один, повертел в руках шлем и надел. — А выглядит как мышка, — разочарованно выдохнул через аугмиттеры. — Дж’Зарго не виноват… Больше всего Мист теперь боялась, что увидела что-то недозволенное, когда Дж’Зарго снял шлем. Эти уши, эти усы, эта мордочка, покрытая мягкой рыжеватой шерсткой, эти клыки — эти, Трон их задери и обмотай кишками Императора, повадки! Хотя, если вдуматься, — ведь в Астра Милитарум берут огринов, тоже весьма мало похожих на людей. И ратлингов берут. Отчего бы Кровавым Ангелам, чье благословенное геносемя позволяет возносить до астартес мутантов, и не набирать рекрутов среди фелинидов?