Бесконечно. Навсегда

      Она лежит на животе, подмяв под себя подушку. Одна ее рука — с татуировкой — вытянута на постели. Он тянется к ней кончиком пальца, обводит. Проводит по мягкой коже выше, к плечу. Взгляд цепляется за знакомую россыпь родинок на лопатке. Он, следуя своей привычке, обводит и их. Его взгляд блуждает по ее телу, он знает каждый его миллиметр, каждый изгиб, чувствительные точки. Знает, где нужно прикоснуться, чтобы она переключила все внимание на него. Знает где надавить, чтобы доставить ей удовольствие.       Кей знает о Лу все. О ее мрачных мыслях. Секретах. Мечтах. О чем она думает, лежа в темноте. О чем молчит, когда смотрит на стену. Он знает все — и от этого его сердце сжимается до крошечного атома. Потому что Лу — Лу ничего не знает и ничего не помнит.       Все, через что они прошли за последние несколько лет. Что вместе испытали, увидели, почувствовали. Сотня дней, полных любви, огня и страсти. Все, что он ей когда-либо говорил. Все, что она ему говорила. Лу выжгла это из своего мозга. Она прибегла к помощи, чтобы стереть все воспоминания о них.       И Кею было больно. Каждый раз, когда он видел ее — каждый гребаный раз — он собирался с силами, чтобы признаться ей и все-все рассказать. Заставить ее вспомнить. Умолять ее вернуться к нему. Кей был жалок в том, что не мог быть без Лу.       Она слегка ерзает во сне. Его пальцы продолжают обводить родинки, соединяя их невидимой линией.       — Я сразу в тебя влюбился. Ты приехала одной из последних в лагерь. Мы даже не успели познакомиться, но я тебя заметил в тот же день и в тот же день влюбился. Знаю, звучит сопливо, — шепчет Кей, смотря на умиротворенное лицо спящей Лу, которая его не слышит. — А потом я увидел тебя в «Утконосе», когда ты сидела за столом, смеялась с друзьями. Ты запрокинула голову, неоновый свет танцевал на твоей коже. Ты бросила на меня секундный взгляд, веселый, дерзкий. Мне потребовались сила и упорство, чтобы уговорить тебя на свидание. Ты притворялась такой неприступной, такой смелой. Я смотрел на тебя и думал: «вау, я хочу, чтобы она была со мной всю жизнь». Лу, я все еще этого хочу.       Он позволяет себе прикоснуться губами к ее обнаженной спине. У нее теплая кожа. Мягкая. Нежная. Прикрывает глаза, в памяти всплывает их первый разговор, ее смех, ее взгляд, ее несмелая, робкая и застенчивая улыбка. Его сердце, колотящееся внутри. Его потная ладонь, сжимающая ее такую же.       — Когда я поцеловал тебя в том переулке, пока мы пытались отдышаться после бега под дождем, я думал, что ты оттолкнешь меня. Но ты ответила. И я понял — ты тоже в меня влюблена, Лу. Это был лучший вечер в моей жизни. Пока ты не согласилась жить со мной, — его пальцы скользят по ее спине, в привычном пересчете позвонков. Слова вырываются из него, потому что он устал хранить их в себе. Устал быть единственным, который помнит. — Я все еще пытаюсь понять, почему ты позволила какому-то придурку стереть все, что ты знала обо мне. Годы нашей жизни. Ты устала меня любить? Ты устала быть со мной? Тебе все это надоело?       Он переводит дыхание, вспоминает последние месяцы их жизни. Они ругались из-за каких-то мелочей. Придирались друг к другу. Но это был очередной этап в их отношениях. Кей знал, что они справятся с ним.       В конце концов, он купил кольцо.       — Я знаю, что ты устала из-за ссор. Я тоже устал. Ты нашла легкий путь, удалила меня, как будто ничего между нами не было. Ни твоих признаний в любви, ни нашей квартиры. Ни кольца, которое я тебе подарил за день до того, как ты стерла все. Ты представляешь, как больно это было? Когда ты ушла, забрав свои вещи и мое сердце. Когда мне позвонил Йонас и сказал, что ты почистила свой мозг, Лу, я ощущал себя живым мертвецом. Представь себе, еще прошлым вечером я сделал тебе предложение, а ты ушла следующим утром и удалила воспоминания о нас. Обо мне. Это не разбило мое сердце, это его уничтожило.       Она ворочается в постели. Кей пытается не приближаться слишком близко, чтобы не разбудить ее, но его тело тянется к Лу, будто бы они два магнита. Будто она его положительно заряженное ядро.       Так было всегда. Сначала в лагере для псиоников. Потом в «Утконосе». Ему не потребовалось много времени, чтобы признаться в своих чувствах. Ему потребовалось время, чтобы завоевать ее. Он был готов сравнять мир с землей, если бы это помогло ему быть с Лу. И сейчас — если это может спасти их, вернуть ее — Кей готов на многое. Но воспоминания удалены. И их не вернуть, только создать новые.       Ему потребовалось несколько месяцев, прежде чем он нашел в себе силы найти ее и познакомиться в том же «Утконосе». Кей боялся, и его страх был обоснованным.       — Ты ушла. А я остался жить со всем этим. Я пытался понять тебя, простить и даже отпустить. Но это невозможно, Лу. Я не могу без тебя. Ты можешь называть меня зависимым или психологически нездоровым, но я так сильно тебя люблю, что все вокруг перестает иметь какое-либо значение. Я пытался принять твой выбор. Пытался сказать, что, если была какая-то причина, значит, я должен оставить тебя. Но я не могу это сделать. Я даже не могу спросить у тебя «почему?», потому что эта версия тебя не знает. А ту ты удалила.       Он опускается ниже, прижимается лбом к ее спине и пытается дышать. Все его тело знобит от потребности касаться ее. Каждый его атом настроен на нее. Все, что он хочет — ЛуЛуЛуЛу.       — Помнишь твой День рождения? Когда мы уехали за город, сидели на крыше машины, пытались найти звезды в темном небе, смеялись и целовались? Ты призналась мне в любви, — его губы почти касаются ее кожи, когда он говорит. — Сегодня я весь вечер смотрел на тебя. Потом мы столкнулись. Потом выпили. Потом я решил тебя проводить. Я смотрел на тебя и пытался сдержаться. Я пытался не сказать тебе все сразу. Я просто попробую снова, Лу. Я буду делать это, пока живу. Даже если ты еще раз сотрешь память. Я буду пытаться и пытаться. Потому что ты и я — мы, Лу, идеальная комбинация. Ты мне сама это сказала. Ты знаешь это. И я сделаю все, чтобы тебе напомнить.