Аркан души

      Кошмар пришёл домой лишь под рассвет с лёгкой улыбкой на губах, немало удивив этим рано проснувшегося Даста. Они многое успели обсудить с братом: подробнее выяснить обстоятельства того злополучного дня, узнать кто чем жил после их разлуки, обсудили свои чувства, подумали о том, как снять этот ошейник, руны и просто долго лежали в обнимку. Каждый из них пытался наверстать упущенные прикосновения, хоть и казалось, что это сделать будет просто невозможно.       — Ты видел его хоть раз таким счастливым, что-ли? — Кросс сидел на импровизированном кресле, покручивая в руках какую-то железку. Монохромный хоть и проснулся позже, но и Кошмар не сидел всё время в своей комнате, поэтому заметить его настроение было легко. Даже в комнате ничего не взрывалось от экспериментов над слизью.       — Я видел его злым, недовольным, расстроенным и один раз пьяным. — Пыльный снова ломал правила и сидел на столе, утыкаясь взглядом в стену. — Но с такой улыбкой — впервые.       — А он не говорил тебе, куда именно уходил? — Гетерохромный вопросительно приподнял одну бровь. Найтмер конечно предупредил, что уйдёт, но куда — не сказал.       — Я знаю столько же сколько и ты, Кросс, — Даст неосознанно нахмурился, — да и вообще, если он счастлив, то стоит ли переживать? Ну сходил куда-то, может просто в публичный дом. Я вот, например, когда у меня плохое настроение — тоже туда заглядываю.       — Как тебя туда вообще пускают? — Монохромный скорчил рожу, выбрасывая из рук железку. — И как ещё не вышвырнули ни разу.       — Потому что лучших клиентов — не выгоняют. — Пыльный широко улыбнулся, хитро прищурив глаза. — Ну ты понимаешь о чём я.       — Даже знать не хочу.       — Да ладно тебе, не смущайся. — Даст гоготнул, наконец спрыгивая со стола и уселся на корточки перед Кроссом. — Не маленький уже.       — Я не смущаюсь, просто не хочу знать подробности твоих «попыток» заполучить инфекцию. — Монохромный фыркнул, поджав ноги к себе, когда тот уселся напротив.       — А ты боишься перенять их от меня? — Даст прыснул, прикрывая рот рукой, — если что, это не передаётся воздушно-капельным путём. Тебе всё как маленькому объяснять надо. Но есть другие способы. — Пыльный многозначно приподнял брови, от чего уши Кросса залились красным.       — Я знаю как это происходит! — Гетерохромный насупился, состроив недовольное лицо. — И не боюсь от тебя заразиться потому, что этот «другой способ» мне с тобой не грозит!       — Ну как знать — как знать. — Даст пожал плечами. — Всё возможно. Тем более, что скоро, даже ОЧЕНЬ скоро, ты достигнешь возраста согласия.       — Вот именно что «согласия». — Монохромный отвёл взгляд, придумывая, как перевести тему, но как на зло в голову сейчас ничего не лезло, кроме доставучего друга.       — Я же сказал, что всё возможно. — Пыльный рассматривал Монохрома, пока тот не видит, и даже как-то грустно улыбнулся.       — Слушай, тебе что девушек не хватает в публичном доме? Раз ко мне лезешь с такими разговорами. — С укором проговорил Гетерохромный, снова возвращая взгляд на парня.       — А я говорил что-то про девушек? — выпалил Пыльный, даже сам не поняв, какие «карты» вывалил на стол.       — Что?       — Что?       Оба сейчас смотрели друг на друга. Кросс с удивлением и непониманием, а Даст с перекошенной от волнения рожей. Ситуацию спас Хоррор, который вошёл в кухню с громким зевком, проснувшись далеко после обеда. Вот у кого действительно проблем не было.       — Ну чё как, ребят? — Ужас с ещё заспанным взглядом посмотрел на друзей, заставляя их отпрыгнуть друг от друга, а если точнее, то Монохрома вжаться в мешок с перьями, а Пыльного упасть на пол. — Я чему-то помешал?       — Нет, ты как раз вовремя. — Гетерохромный выдохнул, наблюдая за тем, как Даст неловко поднимает свою пятую точку с пола.       — Если бы я был вовремя, то на столе меня бы уже ждала готовая еда. — Хоррор буркнул, оглядывая запустевшую кухню, где бегало воображаемое перекати поле и пели сверчки. — Опять вся готовка на мне.       — Я могу помочь. — Пыльный пожал плечами, закидывая в рот семечки, которые он достал из кармана.       — Принять от тебя помощь в готовке — это значит принять тот факт, что наша кухня превратится в поле боя и, возможно, сгорит. — Ужас закатал рукава, растянутой до невозможности, синей кофты, и стянул отросшие волосы с правой стороны головы в небрежный пучок, левая сторона же у него была выбрита почти под ноль.       — Эй! Я умею готовить! — вот и перевели тему.       Пока Пыльный из-за своей упёртости и настырности пытался вклиниться в работу, Кросс успел уйти в свою комнату, где смог побыть в тишине. В его голове мелькало много мыслей: от сказанных недавно слов Даста до непонятной радости Кошмара.       Но всё же… куда он ходил? Негатив так и не объяснил, почему спас того светловолосого парня, может это связано с ним? В душу к человеку конечно лезть не очень хорошо, но и интерес никуда не пропадает. Гетерохромный, как и остальные уже знает, что Найтмер до этого жил в Верхнем городе, но подробностей он не рассказывал, всегда либо отмахиваясь от вопросов, либо просто напросто молчал, угрожающе покачивая своими щупальцами. После этого все вопросы неожиданно отпадали.       Перевернувшись на спину и услышав характерный звук прогибания старых пружин в кровати, Гетерохромный громко вздохнул. Нет бы ещё поспать или заняться чем-нибудь полезным, но это ведь слишком тяжело! Проще ведь забить свою голову нескончаемыми вопросами и самобичеванием. Пока он об этом размышлял, не заметил, как уже вот несколько минут крутит у себя в руке, всегда вычищенный до блеска, медальон, и грустно улыбается, поймав себе за этим занятием.       Наконец не выдержав своих же мыслей и урчания живота спустя час или более, Монохромный с громким скрипом в кровати, поднялся на ноги. Нужно будет порыскать в поисках еды и может быть выкопать что-то в душе Кошмара. Протопав к трубе и уже привычно спустившись по ней, Кросс уловил приятный запах чего-то сладкого. Хоррор с Дастом что-то резали на кухне, вмешивая в тарелку с каким-то кремом. На вид, кстати, неплохо, но это не то, что могло бы так пахнуть.       — Что сготовили? Пахнет вкусно. — Гетерохромный облизнулся, пытаясь найти источник запаха.       — О, ты вернулся. — Ужас достал откуда то тарелку с тостами, поверх которых лежали жареные яйца, и поставил на стол. — Мы и тебе порцию оставили.       — Но здесь пахнет чем-то сладким. — Монохром недовольно потыкал вилкой в дрожащий от прикосновения желток.       — Разве? Может у тебя уже галлюцинации пошли от голода? — Даст усмехнулся, пряча что-то за спиной. — Ешь то, что дали и не вредничай, малыш. Игра «самолётик летит тебе в ротик» уже не катит, с ложечки кормить не будем.       — Да ну вас. — Буркнул Кросс, втыкая вилку и размазывая желток по тарелке.       Он, конечно, съел это, ведь голод сам собой не пройдёт, но и источник запаха глазами искать не перестал. А работа на кухне в его присутствие подозрительно остановилась. Хоррор с Дастом о чём-то перешёптывались между собой, изредка поглядывая на него. Впрочем эта неизвестность Монохрому надоела, поэтому он быстро проглотил остатки еды и, убрав за собой посуду, пошёл в сторону комнаты Негатива.       — Можно? — Гетерохромный пару раз постучался в дверь, после слегка приоткрыл её.       — Заходи, Кросс. — Кошмар в это время сидел у себя за столом, вчитываясь в какие-то непонятные формулы. Мешки под глазами и уставший взгляд говорили о том, что он этим занимался уже довольно долгое время, но и остатки радостного огонька в его глазах никуда не пропали. — Ты хотел о чём-то поговорить?       — Ну, вроде бы да. — Монохром начал как-то неуверенно. Он уже подумал, что зря сейчас пришёл, учитывая уставший вид Кошмара.       — Если «вроде бы», то свободен. — Негатив махнул рукой в сторону двери, даже не взглянув на парня.       — Нет, то есть да. Я хотел поговорить. — Гетерохромный прикрыл за собой дверь, уже более уверенно смотря на Негатива. Тот же молча указал рукой на свою кровать. Кросс поняв намёк, присел. Они ещё пару минут сидели в тишине, пока Найтмер дописывал какие-то изменённые формулы в листок бумаги.       — Теперь можем и поговорить. — Кошмар повернулся в сторону Кросса, скрестив руки на груди.       — Я хотел спросить, где вы вчера ночью были. — Монохром скрепил свои руки в замок, исподлобья смотря на собеседника.       — А тебя это как-то волнует? — Найтмер вопросительно изогнул одну бровь.       — Просто вы целый день ходили какой-то счастливый что-ли. — Парень неопределённо пожал плечами, терзая уже давно искусанную нижнюю губу. — Но ничего не рассказываете. Я немного переживаю.       — Говоришь так, будто подозреваешь супругу в измене. — Негатив усмехнулся, слегка улыбнувшись уголками губ. — Лучше у Даста такое спрашивай, когда он ночью на очередную гулянку в публичный дом уходит.       — Да ну причём тут Даст? И… стоп, вы знали, что он туда ходит?! — Кросс удивлённо посмотрел на него.       — Конечно знал. — Найтмер недовольно фыркнул, подправляя спавшую на глаза чёлку. — Ты меня недооцениваешь. И вообще, так плохо, что я счастлив?       — Нет, это хорошо. Просто я раньше не видел вас таким. — Гетерохромный даже как-то обиженно отвёл взгляд. — Вы про нас всё знаете, а сами ничего не рассказываете.       — Всем есть что скрывать, Кросс. И ты это прекрасно знаешь. — Кошмар вздохнул, облокотившись о спинку стула. — Возможно я расскажу о себе немного больше, когда решу свои проблемы.       — Если бы рассказали сейчас, то мы могли бы решить это вместе.       — Не дави на меня. — Негатив на секунду нахмурился, но после улыбнулся, начиная рыться в одном из выдвижных шкафчиков своего стола. — Кстати, у тебя ведь скоро день рождения и по этому поводу у меня есть для тебя маленький подарок. — Наконец вытянув оттуда какой-то мешочек, Найтмер протянул руку и передал его Монохромному.       — Ага, скоро… завтра. — Кросс пожал плечами, не спеша распаковывать подарок. — Спасибо.       — Я понимаю, что ты не любишь праздновать с тех пор как твой брат ум… не вернулся, но я думаю, что пора отпустить прошлое и начать жить настоящим. — Найтмер обратно скрестил руки. — Тем более, что теперь у тебя есть мы.       — Я понимаю. — Гетерохромный обречённо вздохнул, сгорбившись в спине. Если он продолжит такими темпами, то наверняка уткнётся лбом в собственные колени. — Но это сложно.       — Да, это не легко, но постарайся не отталкивать от себя людей. — Кошмар внимательно следил за эмоциями на лице парня. — Ведь кое-кто уже давно пытается привлечь твоё внимание.       — Кто? — вопрос вырвался сам собой, но, кажется, он уже знал ответ — Беспардонный и гиперактивный мальчишка с фиолетовыми волосами, который никогда не умеет вовремя затыкаться… и от которого так вкусно пахнет лавандой.       — Ты сам это поймёшь. — Негатив пожал плечами, устало потерев глаза. Нужно поспать и срочно. — А теперь, если мы всё выяснили, то я бы хотел побыть один.       — Понял. — Монохром вздохнул, ещё раз поблагодарив за подарок и вышел из комнаты, только за дверью поняв, что тот очень умело перевёл тему с его похождения на самого Гетерохромного.       — Кого-то отшлёпали за плохое поведение? — Пыльный выплыл перед ним с широкой улыбкой.       — Тебя сейчас отшлёпают. — Кросс закатил глаза, сунув мешочек к себе в карман.       — Только аккуратней со мной, я люблю понежнее. — Даст гоготнул, облокачиваясь о стену.       — А ты всё за своё. — Гетерохромный вздохнул, засунув руки в карманы и сверху вниз посмотрел на Пыльного, благо рост позволял, после же, спустя пару секунд утопал в направление своей комнаты.       — Эй, да я же шучу! — Даст встрепенулся, когда тот начал уходить. — Да что у тебя с юмором?!       — Всё просто замечательно у меня с юмором. — Вновь сарказм, который сложно определить из-за его каменного лица.       — А мне почему-то так не кажется. — Пыльный буркнул себе под нос, слегка сгорбившись в спине. Он просто молча следовал за другом, а тот его не спешил прогонять. Но когда же молчание затянулось, Даст не выдержал это из-за своей хаотичной натуры. — Ну поговори же со мной!       — Ты хочешь поговорить? — Кросс остановился, через плечо смотря на него. Даст же скривил недовольную рожу.       — Либо ты тупой, либо просто РЕАЛЬНО тупой. — Пыльный уткнул руки в бока. — Я по твоему просто так за тобой хвостиком хожу?! Я тебе Хатико что-ли? Чтобы постоянно ждать, когда до тебя дойдёт?       — Ладно, ладно, не пыжся. — Эта речь собеседника заставила усмехнуться. — Считай, что до меня дошло, поэтому говори. — День разговоров сегодня какой-то…       Даст же наигранно прокашлявшись, встал по «стойке смирно», после галантно вытянув одну свою руку.       — Не соизволите ли вы, дорогой мой… друг, прогуляться со мной сегодня по нашим просто потрясающим районам? — Пыльный выдержал секундную паузу, а после быстро протараторил. — Можем выбрать между улочками с бомжами обоссанными или же алкашами переёбанными. — Гетерохромный же завис на пару секунд с прищуренными глазами.       — «Заманчивое» у тебя предложение всё-таки… Умеешь убеждать. — Монохромный слегка улыбнулся, снова отвернувшись от него, пошёл в сторону комнаты. — Но всё же — нет.       — А то! Я ведь… стоп что?! — Пыльный уже довольно улыбался, думая, что смог выловить этого недотрогу на один вечерок, но услышал донельзя противное слово «нет». — Почему?! Первый раз в жизни тебе такое предлагаю, а ты отказываешься!       — Ну знаешь-ли, перспектива ходить около обоссанных бомжей или переёбанных алкашей — не очень хорошая.       — Ну ладно, хочешь пойдём в поле с ромашками? — добавлять из-за каких удобрений там всё так хорошо растёт — он не стал. Чёрт, а ведь перспективы реально так себе…       — Даст, ну зачем тебе всё это? — Гетерохромный устало выдохнул. Если причина — его день рождение, то лучше сразу повеситься у себя в комнате на воображаемой гирлянде.       — Во-первых, потому, что через несколько часов начнётся твоё день рождение, а во-вторых, после предыдущего нашего разговора я понял, что нужно брать «быка за рога», ведь ты у нас такой тупой тапочек и до тебя дойдёт не раньше, чем улитка успеет переползти весь наш город по кругу три раза.       — Я не такой тупой. — Кросс недовольно прошипел, вновь оборачиваясь и устремляя на друга одну пару недовольных глаз.       — Разве? — Пыльный вопросительно приподнял одну бровь. — Тогда ответь, какая причина того, что я постоянно к тебе лезу и делаю двусмысленные намёки?       — Потому что ты просто придурок? — Монохромный конечно отшутился, но от его вопроса стало не по себе.       Кросс не тупой. Кросс понимает. Просто Кросс не хочет признавать настоящую причину.       — Нет же! — Пыльный отчаянно хлопнул рукой по лбу, бормоча нецензурные слова себе под нос. — Говорю же, что ты тупой как тапочек, у которого IQ ниже, чем у табуретки. — Не совсем связно, но смысл понятен.       — Тогда почему? — Гетерохромный продолжал вести игру и строить из себя придурка. Хотя, в некоторых моментах, даже и притворяться не нужно было.       — Да потому что!.. — Пыльный замялся. Твою мать! Сам до этого говорил, что решил взять быка за рога, а когда дошло до дела — струсил. — Потому что я…       — Ну, говори же. Что ты? — Монохром вошёл во вкус, теперь уже с довольным и издевательским прищуром вглядываясь в друга, этим ещё больше сбивая его с толку. Всё же есть в нём немного садистских ноток. Или же в нём просто жил обиженный на весь мир ребёнок?       — Я… — Пыльный поднял взгляд на Гетерохромного и увидел, что он просто издевается над ним, пока тот пытается признаться хоть как-то в своих чувствах. Сказать что-то важное, над чем Кросс тупо насмехается. Резкая волна обиды заполнила его сердце, заставив болезненно сжаться. — Да пошёл ты! — выкрикнув эти слова, Даст резко развернулся, собираясь уходить как можно дальше, лишь бы больше не видеть этого издевательского лица. Обидно всё-таки… Пыльный ведь так старается! Пытается привлечь его внимание! Даже готовил вместе с Хоррором к его дню рождению, а он так пофигистически к этому относится.       — Пхахах, Даст, ну ладно тебе, я ведь просто шутил. — Кросс засмеялся, но увидев, что Пыльный взаправду обиделся, тут же остепенился. Он ведь не хотел сделать ему больно, а просто… просто шутил? Или же это было слишком жестоко с его стороны? — Даст, подожди! — Теперь уже Монохром пошёл за Пыльным, схватив того за запястье. — Прости, я придурок. Но я не хотел тебя обидеть.       — Ты не только придурок, Кросс! Но ещё и полный идиот и долбоёб в одном лице! — Даст выкрикнул, со злобой смотря на того снизу вверх.       — Ладно, согласен. Прости меня. — Гетерохромный действительно сейчас сожалел о том, что тупо не промолчал и не дал тому высказаться. Хоть и наверное знал, что именно тот хотел сказать. — Что мне нужно сделать, чтобы ты на меня не злился? — На этот вопрос Пыльный лишь недовольно прищурился.       — Вылизать всех обоссанных бомжей и подставить свой зад для алкашей. — Выдохнул он, продолжил. — Ну или же сходить со мной на поле с ромашками.       — Знаешь, вот в такой перспективе полянка звучит очень даже заманчиво. — Кросс нервно улыбнулся, почесав себя по голове. — Сразу бы так.       — Не выводи меня. — Прошипел Пыльный и хотел было что-то добавить, но услышал как кто-то совсем рядом чем-то захрустел. Они оба повернули головы в ту сторону и увидели Ужаса, который с интересом наблюдал за ними и поедал оставшиеся тосты.       — Нет, нет, вы продолжайте, я просто мимо проходил. — Сглотнув очередной кусок, Хоррор опёрся об перилла, явно не собираясь в ближайшее время отсюда уходить. Такое шоу он даже в самых раскрученных драмах не видел. Гетерохромный же после этого неловко выпустил руку Даста из своей, а Пыльный фыркнув, уставился взглядом вниз. У него всегда были такие интересные кроссовки? Надо бы почаще их разглядывать. ***       — Я уж думал, что никогда тебя не вытащу. — Недовольное настроение Даста ушло так же быстро, как и Найтмер убегает от кошек. Нет, ну вы сами видели этих страшных существ, которые так и норовят тебя сожрать?! А вот Негатив видел.       — Ну, у меня стоял выбор между бомжами с алкашами или тобой с полем ромашек. — Монохром усмехнулся, задержав свой взгляд на Пыльном дольше обычного.       — Не начинай. — Даст прошипел сквозь зубы, пошаркивая кроссовками по земле. Они уже почти дошли. Вышли конечно поздно, когда уже начинался закат, из-за всей этой передряги, но и это не должно всё испортить!       — Молчу — молчу. — Кросс поднял руки в сдающемся жесте, после засунув их в карманы. — Но, а всё же, почему именно сюда?       — Ах, мой маленький и наивный Кросс, потому что это единственное красивое место во всём в нижнем городе. — Даст раскинул руки в стороны и натянул широкую улыбку. — Ты, конечно, уже долго живёшь в этой части города, но и всех потаённых мест не видел. Поверь мне, ты не пожалеешь.       — Очень на это надеюсь. — Прошептал Монохром сам себе, а Пыльный, как и ожидалось, этого не услышал.       — Нам туда. — Даст указал пальцем в сторону какой-то горы.       — Ты в этом точно уверен? — Гетерохромный недоверчиво уставился на высокие камни. — Не очень-то это похоже на полянку с цветочками.       — Тц… просто иди за мной. — Гордо выпрямив спину, Пыльный быстрым и уверенным шагом протопал в ту сторону. Остановился лишь около каких-то зарослей лоз, которые забросили свои корни глубоко в камень.       — Ну? — Кросс окинул взглядом эту зелень.       — Баранки гну! Топай за мной. — Сгорбившись, Пыльный аккуратно отодвинул часть растений и вскользнул за них. Монохром же остолбенев, остался стоять снаружи, пока Даст не поманил его пальчиком, словно ребёнка. — Не заставляй мух тухнуть, идём быстрей.       Словно очнувшись, Гетерохромный слегка покачнулся и пошёл вслед за другом, но неаккуратно отодвинул тяжёлые и проросшие лозы, и те ударили его колючими шипами по лицу. Прошипев очередное ругательство, всё же пробрался внутрь, где, как оказалось, была небольшая пещера. А если быть точнее — туннель. Большие и длинные сталактиты, слегка светящиеся на концах, свисали с высокого потолка, которые он только чудом не задевал головой. В пещере конечно было темно, но ситуацию спасали эти неяркие огоньки. Взглядом он тут начал искать Даста, который уже довольно шлёпал дальше по каменному коридору.       — Подожди меня! — Сказал Монохром, слова которого, эхом унеслись дальше по туннелю.       — Догоняй. — Пыльный же лишь махнул рукой, даже не сбавив шаг, поэтому Гетерохромному ничего не оставалось, как начать бежать за ним, лишь бы только не оставаться одному в этом месте. Нет, оно конечно красивое, но всё-таки тёмное и немного жуткое.       По мере их ходьбы, проход становился всё более узким и низким, из-за чего Кроссу приходилось сгибаться в три погибели, а Даст же проворно уворачивался от появлявшихся на пути сталагмитов, не забывая для атмосферы зло посмеиваться. Монохром уже тысячу раз пожалел о том, что не выбрал бомжей и алкашей вместо неизведанного поля с ромашками в какой-то забытой дыре мира!       — Мы почти пришли. — Заговорчески пропел Пыльный, оборачиваясь с хитрой ухмылкой на друга.       — Ты говорил то же самое полчаса назад. — Кросс болезненно прошипел, когда один из острых сталагмитов прошёлся по его бедру, не раня кожу лишь из-за утеплённых штанов, которые он предварительно надел перед прогулкой.       — А теперь просто повторяю. — Даст хмыкнул, уводя их всё дальше по коридорам. Они прошли парочку развилок, спустились в одну из ниш, а после забрались на довольно высокий выступ, чтобы пройти ещё один коридор. Благо, он уже был более просторный.       — Прошло больше десяти минут, Даст. — Монохром прошипел сквозь зубы и чуть ли не валился с ног от усталости, а тому хоть бы хны — продолжал идти.       — Сейчас, уже почти. — Пыльный огляделся по сторонам и удовлетворительно кивнул, указав пальцем на ещё более высокий выступ, на который им конечно же ОПЯТЬ придётся забираться.       — Даст, нет…       — Даст, да! — Сил в парне прибавилось вдвое, словно открылось второе дыхание. Он уверенно схватился за камень, ставя ногу на одну из дыр в стене, начиная проворно взбираться вверх, под уставший, нет даже заёбанный взгляд Гетерохрома. Лучше бы бомжи обоссанные… Тяжело вздохнув, Кросс тоже начал взбираться, повторяя путь и движения друга. Один раз он чуть не сорвался, но вовремя схватился за выступающий камень, выкрикивая очередные проклятия в адрес друга.       — Давай руку. — Пыльный с готовностью протянул свою ладонь, но в Монохроме заговорила его упёртость, и тот фыркнув, попытался сам забраться на поверхность, но камень под его ногой раскрошился, вновь заставив сердце остановиться на пару секунд. Возможно оно бы прекратило свою деятельность навсегда, если бы не Даст, который вовремя потянул его на себя. И они вместе повалились на пол. Парни, один из который в испуге неподвижно уставился в камень, а другой напряжённо кряхтел, когда довольно тяжёлое тельце придавило его сверху, наконец были на месте… ну почти.       — Знаешь, я бы рад оказаться с тобой в таком положении когда-нибудь, но точно не на жёстком камне. — Даст устало разложил свои конечности звёздочкой, высоко вздымая грудную клетку. Силы у него потратились больше не от этого долго похождения, а скорее из-за волнение за Гетерохрома, который чуть ли не сорвался вниз и не превратился в лепёшку.       — За-заткнись. — Кросс шумно выдохнул, уперевшись дрожащими руками в камень, чтобы подняться с тела друга, которого в данный момент хотелось прибить. — Я больше с тобой никогда и никуда не пойду.       — Никогда не говори никогда. — Пыльный усмехнулся, почувствовав свободу, и перевернулся на живот, после уже встав на ноги, попутно оттряхивая с себя пыль и грязь от камней.       — Мы уже пришли? — Монохром забил на слова Даста, пытаясь сглотнуть оставшуюся слюну в пересохшем рту и просто выжить.       — Почти.       — Я тебя прибью. — Гетерохромный выдохнул. Сил даже для злости не осталось, поэтому он просто поднялся на ноги, послушно начиная шагать за «попутчиком».       — Да ладно, не вздыхай так, словно я тебя на повешенье веду. — Даст взмахнул руками, после закинув их за голову, начал насвистывать какую-то весёлую песенку.       И они действительно пришли к какому-то очередному коридору довольно скоро. Этот проход отличался от других хотя бы тем, что через несколько метров после входа он начинал освещаться с другого конца нежно-голубым цветом, переходящим в синеватый по мере продвижения.       — А теперь — вишенка на торте! — Пыльный довольно сложил руки домиком, ускоряя шаг.       — Подожди, у меня не осталось… сил. Вау… — Монохром остановился перед высокой пещерой, больше походящей на кратер вулкана. На самом верху была дыра, через которую в пещеру входил свет луны, освещая довольно большую поляну с ярко-синими цветами, над которыми витали то ли необычного голубого вида светлячки, то ли искорки магии, хаотично метавшиеся от одного цветка к другому. Свет луны отражался от цветов, освещая и саму пещеру в синевато-голубой цвет, который смотрелся воистину волшебно. Слышалось и тихое журчание воды. Это были маленькие ручейки, проходящие через некоторые участки поляны и наполняющие растения такой нужной для них водой. Маленькие же капли воды, стекавшие со сталактитов, иногда падали в крохотные лужицы на поляне, раздавая эхом приятную, но редкую «мелодию».       — Ну как тебе? — Даст улыбнулся во все тридцать два зуба, довольно наблюдая за эмоциями Гетерохрома.       — Волшебно… — Кросс широко распахнул глаза, пытаясь впитать в себя как можно больше этих видов, чтобы никогда не забыть. Но одна капля воды упала на него сверху, заставив проморгаться и встрепенула длинные ресницы. — Так вот какую поляну с «ромашками» ты так упорно хотел мне показать.       — Ну, вообще-то это «Нео-посфит-клатис голубоглазка» — Проговорил Пыльный, поднимая указательный палец вверх. — Но это название слишком долго и сложно выговаривать, поэтому я называю это ромашками!       — Ромашки, так ромашки. — Кросс не мог оторвать взгляд от цветов. Даже спорить не стал, хотя они совсем не были похожи на ромашки. Вообще.       — И в обычной среде обитания, они не светятся. Ну то есть, они и так не светятся, просто в этом пространстве свет словно задерживается, будто бы всё здесь окружено магией. — Даст присел на корточки, рядом с цветами, аккуратно и заботливо оглаживая лепестки.       — Как это возможно? — Гетерохром взглянул на луну, а она отразилась в его глазах. — Как они здесь проросли и выжили?       — Я не знаю. — Пыльный пожал плечами, усаживаясь в центре поляны на свободное от цветов место. — Говорю же, тут словно всё окружено магией. — Мягко улыбнувшись, он похлопал по месту рядом с собой, после сразу предупредил, чтобы тот не затоптал ни одного лепесточка.       — Потрясающее место. — Это стоило всех их похождений и потраченных сил. Казалось даже, словно они вновь возвращались к нему, подпитывая тело энергией. Кросс даже и не думал, что Пыльный мог так долго скрывать от них такое место. — Как ты узнал о нём?       — Мне его показал мой давний друг. Он умер в войне против верхнего и нижнего городов. — Протараторил Даст, чтобы сразу ответить на вопрос «Куда он пропал?». — Он был на восемь лет старше меня, но дружбе это никак не мешало. — Парень подпёр голову руками, утопая в воспоминаниях. — Был слегка грубый, хотя может даже и не слегка, много язвил и прожигал меня взглядом, когда я дурачился. — Пыльный грустно улыбнулся. — Но в тоже время был верным и никогда меня не бросал. Помогал и поддерживал, в своей манере конечно, но это всё же срабатывало.       — Я впервые узнаю о тебе такое. — Монохром сконфуженно отвёл взгляд. Даст всегда казался ему каким-то шкодливым придурком, но… не была ли это всего лишь маска для хрупкой души?       — Конечно впервые, я ведь никогда и не рассказывал. — Пыльный накинул на себя привычную улыбку, скрывая за этим грустные мысли, вновь накинутые на его плечи. — Но мы ведь не грустить сюда пришли, поэтому… — Он начал рыться у себя в многочисленных карманах, пока не выудил оттуда какой-то помятый свёрток. — Не сундучок с золотом, но тоже неплохо.       Гетерохром взял в руки что-то, обёрнутое помятой бумагой, и аккуратно раскрыл его, тут же удивлённо распахивая глаза. Внутри лежало что-то маленькое, гладкое и блестящее. Повнимательнее вглядевшись, он понял, что это проекция памяти — сложная магия, с помощью которой можно перенести «картинки» из головы человека на бумагу, которую в этом случае ещё и залили прозрачной эпоксидной смолой. Очень дорогой и сложный подарок.       — Даст… это ведь мы. — На картинке красиво высвечивались лица всех его друзей и его самого: Даста, Хоррора, Найтмера и его.       — Да, я подумал, что всегда должно что-то оставаться на память, даже если когда-нибудь мы… ну, неважно. — Тихо посмеявшись, Пыльный вновь посмотрел на друга — предмет обожания. — Я хотел сделать картинку побольше, но этот обманщик сильно завысил цену! Сначала я пытался торговаться, но он был очень упёртый, а потом я… — Он не успел договорить, ведь его резко стиснули в крепких объятиях. Пыльный даже растерялся, не привыкший к таким редким, даже можно сказать несуществующим порывам нежности от Монохрома.       — Это лучшее. — Тихо прошептал Кросс, утыкаясь тому в плечо. Сегодня Даст раскрылся для него с новой стороны. Очень неожиданной, которая показалась ему хрупкой и ранимой. Такой, которую хотелось защищать, чтобы та не продолжала скрываться под маской широкой улыбки.       — Я рад, что тебе понравилось. — Спокойной улыбнувшись, Пыльный разрешил себе утонуть в этих таких долгожданных объятиях. Даже если на следующий день тот снова будет его игнорировать, отталкивать и всячески пытаться не замечать. Он всё равно никогда бы не упустил такой возможности прижаться и вдохнуть аромат давно любимого человека.       Пусть будет больно, пусть потом он будет кричать от несправедливости и неразделённой любви, пусть будет страдать и пускать горячие слёзы, но сейчас… он ведь имеет право хоть на секунду почувствовать себя любимым и нужным? ***       Они вернулись домой глубоко заполночь, когда на улице, кроме них, были лишь редкие сверчки, которые напевали свою давно излюбленную песню. И кажется, что Гетерохромный стал немного по-другому смотреть на Пыльного. Даже сам не понимая, какую эмоцию испытывает на самом деле. А Даст наоборот уже давно всё для себя понял и просто наслаждался мимолётным моментом эйфории.       — Спасибо, Даст. — Кросс неожиданно прервал такую приятную тишину, заставляя того устремить на себя удивлённый и словно только очнувшийся взгляд.       — Я просто делал то, что считал нужным. — Пыльный пожал плечами, начиная подниматься по скрипучей лестнице на второй этаж.       — Ты сделал лучшее. — Монохромный улыбнулся, не отрывая взгляда от спины парня. — Это… был мой самый лучший день рождения.       — Правда? Тебе настолько понравилось? — Даст остановился, поворачиваясь к нему лицом.       — Да, правда. — Гетерохром продолжал улыбаться уголками губ, принюхиваясь к аромату, витающему в воздухе. Лаванда? Слегка приблизившись, понял, что пахнет именно от друга. — От тебя всегда так приятно пахло лавандой? — От этого вопроса Пыльный настолько смутился, что вновь попытался глупо отшутиться, накидывая улыбку.       — Просто я такой лакомый кусочек, что от меня не может не пахнуть вкусно. — Но быстро одумавшись, отвёл взгляд вверх, скрещивая руки за спиной. — А если честно, то лакомый кусочек ждёт тебя на кухне. Подарок от Хоррора — шоколадный торт. А лаванда… то это просто цветы, которые ты чаще всего воровал раньше в верхнем городе. Я запомнил это и подумал, что тебе просто понравился запах, поэтому начал складывать засушенные лепестки себе в карманы, чтобы всегда приятно пахнуть… для тебя.       — Ого… — Гетерохромный сильно покраснел, но это всё было скрыто в ночной темноте. Иронично, что цвет этих растений хорошо подходил под волосы Пыльного, а теперь ещё и запах. Кроссу и вправду очень нравился… и нравится запах лаванды. Он и сам не понимал, почему воровал именно эти цветы, ведь полюбил этот запах намного позже.       — Ага, даже как-то неловко. — Даст прикусил нижнюю губу, слегка покачиваясь из сторону в сторону. Наконец осмелев, он хотел сказать было что-то важное для него, но услышал знакомый и уже начинавший раздражать звук чего-то хрустящего. Чуть позади них, на первом этаже стоял Ужас, уминавший оставшиеся после украшения торта безе и, с нескрываемым интересом, глядел на этих двоих. — Хоррор, ебать тебя за ногу, ты можешь хоть раз поесть в своей комнате или хотя бы что-то, что не хрустит?!       — Да вы не отвлекайтесь, я просто мимо проходил. — Ужас ничуть не смутился, продолжая похрустывать ещё одним безе. — И вообще я первый здесь находился, а потом уже вы притопали.       Пыльный от недовольства казалось скрипел зубами и испускал клубы дыма из ушей, но вот Монохромный, оценив всю ситуацию и то, как это выглядело, громко засмеялся, привлекая этим внимание друзей.       — Ребята, как же я вас обожаю. — Кросс еле это выговорил, продолжая отвлекаться на смех — искренний и радостный, впервые за долгое время.       Даст же заметно остыл, теперь тоже улыбаясь, но спокойной и нежной улыбкой, а вот Ужас не понимая, просто продолжал уминать сладость. Это всё продолжалось до тех пор, пока из комнаты Кошмара на послышалось угрожающее шуршание и шипение, вмиг разгонявшее всех по комнатам. Кросс влетел в свою, словно угорелый. На лице всё ещё продолжала растягиваться улыбка, даже боль в теле, из-за чрезмерных нагрузок, не была так заметна. Он просто повалился спиной на свою кровать, растягивая конечности во все стороны. Полежав так немного, поменял позу и услышал, как что-то звякнуло у него в кармане. Точно! Подарок Найтмера! Быстро юркнув рукой за мешочком, открыл его, доставая оттуда блестящую золотую цепочку с медальоном в виде четырёхконечной звезды, на каждом луче которого были написаны их имена: Кросс, Даст, Хоррор и Найтмер, объединявшиеся в середине одним большим словом: «Семья». От такого подарка даже сердце пропустило удар. Это правда ему? Дрожащими руками, он провёл по гладкой поверхности золотого кулона, неожиданно заметив для себя, что тот открывается. Внутри было пусто, но было место, чтобы вложить одну маленькую фотографию. Уже зная, что там будет лежать, Гетерохром порылся в ещё одном кармане, аккуратно выуживая из него проекцию памяти и вложил внутрь. Где она на удивление подошла почти идеально. Теперь всё пазлы сложились. Теперь картинка полноценная.