Аркан души

      Беловолосый парень болезненно приоткрыл глаза. Где он? И что было до этого? Во взоре всё ещё была муть и казалось словно наступила ночь. Всё тело отзывалось протяжной болью и не давало нормально сосредоточиться. Он попытался приподняться, но тут же рухнул обратно. Ладно, сначала надо привести мысли в порядок. С чего всё началось?       Чара, их побег… Нет, слишком далеко.       Найтмер и Зеркальный Фестраж… Уже ближе.       Пропажа Хоррора и… ДАСТ!       Гетерохромный широко распахнул глаза и повернул голову в сторону, пытаясь высмотреть Пыльного. Тот лежал в паре метров от него и не двигался.       — Даст! — Кросс просипел, не отрывая от него напуганного взгляда. Кажется, он вспомнил всё, что было до этого. Судорожно выдохнув, Монохром, хоть и не встал, но попытался подтянуть своё тело ближе, хватаясь за всевозможные вещи.       Наконец, когда Кросс смог подползти вплотную, его глазам открылся вид окровавленной футболки Даста и следы когтей. Цвет лица был болезненно бледный. В панике он даже не смог понять: дышит тот или нет.       — Даст, открой глаза! — Гетерохром забил на собственную боль и присел на колени, в которые тут же словно воткнули тысячи иголок. Резко мысль о том, что он может потерять его, напугала до дрожи. — Даст! — Кросс потряс того за плечи, но тело было всё так же неподвижно. — Прошу тебя, подожди! Ещё не время!       Руки затряслись от предположения, и Монохром зарылся ими в собственные волосы с силой их оттянув. Надо что-то сделать. В голове витали куча мыслей, которые он откидывал, пока не остановился на одной из них.       Быстро приняв решение, Монохром, не проверив из-за паники дыхание и пульс, залез на бёдра Пыльного, а после положил руки на середину грудной клетки, зафиксировав нижнюю в замок. Как это вообще делать?! Ему ведь никогда ещё не приходилось кого-то откачивать!       Совладав с паникой, Гетерохром вздохнул. Тридцать к двум. Руки всё так же продолжали трястись, пока он делал ритмичные надавливания. Кросс полушёпотом отсчитывал нужное количество, пока не достиг заветной цифры «тридцать». Не теряя ни секунды кинулся к его лицу и слегка приподнял подбородок. Два вдоха. Грудная клетка приподнялась два раза, значит хотя бы это он сделал правильно, но Пыльный так и не зашевелился. А мысль проверить дыхание даже не появилась в его голове. Ведь глаза испугались такого вида друга и тут же решили прибегнуть к таким мерам.       — Давай же! — Прошептал Гетерохром, снова начиная ритмично нажимать на грудную клетку. — Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать. — Он вновь приподнял подбородок, прижался к губам и сделай выдох. Грудная клетка вновь поднялась. Сделав вдох, вновь обхватил губы. — Даст, ну очнись же ты! — Кросс прикрикнул и хотел было отодвинуться, чтобы начать снова надавливать на грудь, но его резко обхватили за шею и притянули к телу. Следующее, что Монохромный почувствовал — это тёплые и сухие губы на своих. Сначала тело пробило на дрожь, он так и продолжал пару секунд держать руки на весу, пока медленно не отпустил их и просто прижался к Пыльному, отвечая на поцелуй.       — Ты хотя бы дыхание проверил что-ли, — Даст смог оторваться и откинул голову назад, тихо усмехнувшись. — Придурок. Но мне понравилось.       — Ты… — Монохром распахнул глаза и уставился в, насмешливо улыбающееся, лицо. — Ты разве не умер? — такой глупый вопрос, который он решил задать именно сейчас.       — Хрен тебе, а не моя смерть! Я без сознания был, проснулся, а меня тут чуть-ли не раздевают! Извращенец! Ах, воспользовался моим беззащитный телом! Как так можно, Кросс?! — Даст начал строить из себя жертву, он хотел было ещё что-то добавить, но его просто стиснули в крепких объятиях, заставив заткнуться. Сначала от неожиданности, а после просто не нашёл, что сказать.       — Ты меня бесишь, знаешь это? — Кросс усмехнулся и шмыгнул носом, утыкаясь тому в плечо. — Но если выбирать, то я лучше буду вечность слушать твои глупые шутки, чем тишину. — Он ещё раз вдохнул запах лаванды с его одежды, который даже не перебился запахом строительного мусора. — И, кажется, я кое-что для себя понял.       — Ого, я только что услышал в свою сторону комплимент? — Пыльный засмеялся, но быстро прекратил, почувствовав боль в теле. — И что же ты понял?       — Потом скажу, когда будет удачное время. — Щёки Гетерохрома покраснели, а на лице растянулась улыбка.       — Удачного времени может и не быть, Кросс. — Даст искренне наслаждался этим моментом, откинув все проблемы в сторону. — Но я надеюсь, что ты не решил сбежать от меня, после всего. — Пыльный конечно пошутил, но руки сзади Монохрома скрепил сильнее. Маленький страх всё-таки закрался.       — Нет, точно не это, — Гетерохром усмехнулся и продолжил бы лежать, но у них ещё остались дела. — Даст, нам нужно идти.       — Нееет, ты опять всё испортил. — Пыльный разочарованно вздохнул, но свои руки убрал и дал Кроссу встать. После же сам приподнялся и, с удивлением, оглядел то место, куда они упали. В одном месте мешок был порван и Даст заглянул внутрь. — Повезло нам, упали на минвату.       — На мин… Что? — Монохром с кряхтением поднялся на ноги и теперь помогал Пыльному.       — Не важно, просто думай, что нам повезло. — Даст поднялся и сделал пару вдохов, мысленно пытаясь заглушить боль. После, он взглянул на свою футболку и недовольно цокнул. Кровь уже перестала идти, хоть на этом спасибо. — Это была моя любимая футболка!       — Потом зашьёшь. — Гетерохром пытался стянуть с себя окровавленную кофту, но та упорно не хотела слезать со спины. При каждом движении, что-то больно впивалось в кожу. — Даст, помоги снять.       — Эх, сказал бы ты мне это в другой ситуации, и я был бы очень рад. — Пыльный недовольно надул губы и повернул Кросса к себе спиной. Рубашка местами была окровавлена. Приглядевшись получше, Пыльный заметил маленькие куски стекла, торчащих наружу. Точно, он ведь на стекло спиной упал, когда они в здании были. — Для начала — нужно стекло вытащить. Так ты это не снимешь.       — Сможешь? — Монохром пытался из-за плеча разглядеть ущерб, но это получалось плохо.       — Да не вертись ты! — Пыльный поставил его ровно и продолжил рассматривать впившиеся осколки. — Некоторые из них очень маленькие, я не смогу вытащить их руками, но я видел в здании на столе лежали какие-то инструменты. Может какие-нибудь из них подойдут. — Взгляд тут же стал серьёзным. Им нужно пробраться внутрь, но там лежит… Тело их друга. Проблемы вновь начинают заполнять голову.       — А то существо? — Кросс повернулся к тому лицом, вопросительно вскинув брови.       — Если бы оно было здесь, и до сих пор не ушло, думаешь, мы бы остались в живых? — Даст усмехнулся, начиная пробираться сквозь мешки минваты.       — Это всё равно опасно, — Монохром схватил того за запястье, не желая отпускать. Сердце отбивало неровный ритм, заглушая другие звуки.       — А что нам ещё остаётся? — Пыльный пожал плечами, но увидя в Кроссе сомнение, призадумался, — слушай, я знаю, что мы были на грани, но что нам ещё делать? Мы не можем сидеть сложа руки, а искать что-то другое просто нет времени. Я понимаю, что это опасно. Я всё прекрасно понимаю, Кросс.       — Не подвергай себя опасности, — Гетерохром прикусил губу и отвёл взгляд, — мы зашли слишком далеко.       — Я сама опасность. — Даст улыбнулся, надеюсь, что это разбавить напряжённую обстановку. — И, если бы мы зашли слишком далеко, то умерли бы. Но ведь этого не случилось. — Пыльный пожал плечами.       — Потому что нам повезло, — Гетерохром рыкнул, сильнее сжав запястье Даста.       — Так давай испытаем удачу ещё раз. — Анизокорийные зрачки уставились прямо на Кросса, а Пыльный, в это время, аккуратно выудил свою руку из чужой хватки. — Тем более, что выбора у нас нет. — Вздохнув, Даст пошёл в сторону здания и начал рассматривать обстановку через окно. — Вроде чисто, пошли.       Монохрому ничего не оставалось, кроме как просто следовать за ним. Поэтому, через пару минут, они уже были внутри и пытались хоть что-то отыскать на столе, чтобы помогло им с ранами. Пыльный так и не смог посмотреть в сторону Хоррора и вообще вёл себя так, словно этого ничего и не было. Пытался убрать боль, как можно глубже. Монохром же лишний раз не напоминал ему об этом.       — Тут ничего нормально нет! — терпение Гетерохрома заканчивалось, как и силы. Он зло ударил кулаком об стол, отчего тот протяжно заскрипел.       — Да тихо ты. — Даст прошипел, сам корячась от поверхностных, но болезненный ран на теле. Да и удар конечно смягчился, но тело ощутимо негодовало.       — Да мы тут про… Тц… — Кросс выдохнул и провёл ладонью по лицу. — Ладно.       — Вот и хорошо. — Пыльный ещё раз посмотрел на стол, а после резко дёрнулся и повернул голову в сторону двери, которая находилась с другой стороны комнаты. — Ты слышал это?       — Что? — Кросс непонимающе уставился на друга, но тот лишь шикнул и застыл на месте, пока из той комнаты вновь не раздался чей-то голос.       — Здесь кто-нибудь есть? Выпустите меня!       — Надо проверить, — Пыльный нахмурился и взял со стола что-то из инструментов.       — А вдруг это опять ловушка? — Гетерохром не сдвинулся с места и тупо уставился на ту дверь, в которую уже отчаянно барабанили.       — А вот это мы сейчас и узнаем. — Даст хмыкнул и аккуратно начал подходить к комнате, покручивая в руках железку.       — Пожалуйста, выпустите! — человек уже отчаянно сполз вниз по двери, создавая противный скрипящий звук.       — Да тихо ты! — Пыльный не выдержал такого наказания для ушей и быстрее подошёл к двери, ударив по ней. За ней несколько секунд раздалась тишина, а потом уже затихших голос.       — Здесь кто-то есть? — он, не веря своему «счастью», задал один и тот же вопрос, надеюсь на то, что ему повезёт и его выпустят отсюда.       — Нет, тебе кажется. — Пыльный усмехнулся, разглядывая замок двери.       — Не издевайся. Кто знает, что он нам сделает. — Кросс тоже подошёл к этому месту, и теперь напряжённо поглядывал: то на Даста, то на дверь. — Мы точно его выпустим?       — Не сразу, — Пыльный мельком взглянул на Монохрома, после обратив своё внимание на человека за дверью. — Кто ты?       — Саенс. Я помогал… меня заставили помогать Хейту, — Учёный судорожно вздохнул, дрожащими руками проводя по двери. — Он сказал, что отпустит меня, если я помогу ему.       — И ты ему наивно поверил? — Даст истерично усмехнулся, проводя рукой по лицу. Скольким же ещё людям этот идиот успел испортить жизнь?       — А разве у меня был выбор? Он сказал, что убьёт мою семью, если я не помогу.       — Ладно, если зашёл разговор про доверие, то как мы можем довериться тебе. Как нам понять, что ты не врёшь сейчас? — Кросс очень настороженно относился к идее выпускать этого парня.       — Я… — Саенс неуверенно прикусил нижнюю губу, напрочь забыв про спустившиеся с нос очки, — я знаю, что здесь произошло и то, что случилось с вашими друзьями. Но как мне знать: выпустите ли вы меня, если я прямо сейчас всё вам выложу?       — И что ты предлагаешь? — Даст вздохнул, понимаю, что кажется ситуация будет иметь один конец.       — Договор, — учёный запнулся, прочищая горло. — Вы выпустите меня, а я вам всё расскажу.       — И не убежишь?       — Вас там, судя по голосам, двое. Мои шансы на побег малы. — После этих слов Гетерохромный с Пыльный переглянулись. Они начали жестикулировать руками, активно отстаивая каждый свою позицию. И как итог: Даст молча послал Монохрама и отворил дверь, тут же сжимая в руке инструмент.       — А теперь говори. — Кросс выдохнул, поняв, что видимо не он тут решает.       — Хорошо, но давайте я для начала выйду за пределы этой комнаты. — Саенс поёжился и медленно побрёл вперёд, мимо возможных врагов, которые вновь его запрут. Выдохнул лишь тогда, когда наконец был за пределами комнаты.       — Быстрее, у нас нет времени. — Пыльный фыркнул и для пущего страха поднял железку так, чтобы та была перед глазами Учёного.       — Я помогал Хейту контролировать человека, то есть то существо, в которое он превращался. — Парень скрепил впереди дрожащие руки и отвёл взгляд. — Я был довольно известен в некоторых кругах людей, которые занимаются созданием новых технологий. Хейт узнал про меня и решил, что именно я смогу помочь ему. Сначала он задавал мне какие-то странные вопросы. Потом требовал ответить, хотя я и понятия не имел — зачем ему это. Но когда Хейт всё выяснил, то попросил помочь ему создать такое устройство, которые вы наверное видели на голове у существа. — Учёный резко поднял на тех взгляд. — Я отказался. Тогда он пригрозил, что убьёт мою семью.       — Стоп, стоп, СТОП! — Пыльный развёл руками, едва не задев Кросса железякой. — Ты как я понял — учёный, которому угрожал какой-то там Хейт, чтобы ты сделал для него устройство контролирующее тело другого человека?       — Если быть точнее, то сигналы исходящие от мозга и идущие до тела, но если тебе так понятнее… — Саенс подправил очки. — А вы разве не знаете Хейта?       — Впрочем, нет. — Монохром нахмурился и сложил руки на груди.       — Было бы хорошо, если бы ваше незнание этого человека продлилось дольше. — Учёный грустно усмехнулся, устремив взгляд в пол. — Но, к сожалению, теперь это невозможно. Хейт, человек помешанный на контроле и власти. Насколько мне известно, Найтмер создал препарат, который усиливал человеческие возможности, но что-то пошло не так. А Хейт пожелал заполучить это себе. Он нашёл человека, который смог повторить вещество, но оно ещё не было до конца готово. Поэтому парень, на котором он это испробовал, превратился в то подобие ужаса. — Учёный прокашлялся, нервно перебирая пальцы. — Оно не поддавалось в той оболочке контролю, поэтому Хейт прибегнул к моей «помощи». А я, в свою очередь, создал тот механизм, который… теперь контролирует и вашего друга.       — Ты сделал это с Найтмером?! — Даст вскрикнул, широко распахнув глаза, а Кросс же обернулся в сторону Хоррора. Так значит, Кошмар не сам убил их друга…       — Даст, подожди. — Гетерохром удерживал Пыльного, который так и норовился ударить Учёного посильнее.       — Я не хотел этого делать! Меня заставили! — Саенс испуганно вжался в стену.       — Да мне плевать! — Пыльный прожигал взглядом дыру в Учёном, тело до сих пор ныло от резких движений, но, как тогда, так и сейчас ему было всё равно на это.       — Это можно как-то исправить? Ну, то, что ты сделал с ним? — Кросс был поспокойнее, но перспектива потерять ещё одного друга, не совсем его устраивала.       — Я не уверен. Регенерация у вашего друга намного быстрее, чем у других людей, но вы же видели, что шипы вкручены глубоко в его голову. Если вытащить, то даже регенерация не сможет залечить раны так быстро. Он истечёт кровью. — Саенс взмахнул руками. — Он не бессмертный!       — Ты найдёшь способ исправить это, понял?! — Даст наконец перестал вырываться и сейчас глубоко дышал, чтобы выровнять дыхание. — Ты исправишь то, что сделал с ним!       — Я не знаю как!       — Да мне плевать!       — Успокойтесь оба. — Монохромный, наконец, опустил Даста на пол и выдохнул. — Если переругаемся, то никто не будет в выигрыше. Наша первозадача — это вытащить Найтмера из рук этого урода, поняли? — на этот вопрос оба промолчали. — Значит, поняли. Саенс, что нам нужно для того, чтобы ты смог начать работу?       — Найтмер и мои инструменты. — Учёный фыркнул и недовольно пялил в стену. В то время, как Пыльный чуть-ли руками ему не сжимал горло.       — Хорошо, мы приведём тебе сюда Найтмера. — Гетерохром согласно кивнул. — И ещё вопрос… у тебя есть что-нибудь, чтобы вытащить осколки?       — Есть щипцы, лупа и нож у меня в сумке. Я могу достать. — Учёный ринулся уже было к столу, под который лежала сумка. Её никто не заметил, ведь та лежала далеко под ним. Но его остановил Даст.       — Я сам вытащу!       — Ты случайно можешь вогнать осколки глубже в кожу. А у меня с мелкой работой всё хорошо. — Учёный вздохнул, потирая синяк на запястье, который ему оставило то существо.       — Даст, теперь мы работаем сообща. — Гетерохром сам пошёл за сумкой и порывшись немного, выудил из неё все необходимое.       — Ты только его встретил, а уже готов повернутся к нему спиной! — Пыльный схватил за волосы и с силой их оттянул. — Какой же ты наивный!       — А у нас есть выбор? — Кросс грузно вздохнул, вновь морщась от боли. Пыльный же промолчал, и просто следовал за ними, пока Монохром усаживался на стол, спиной к Саенсу. Учёный же сел на стул.       — Вы можете не переживать на счёт меня. — Вдруг начал Саенс, спустя несколько секунд молчания. — Я как и вы хочу, чтобы Хейт горел в аду.       — Как мило, — Даст фыркнул, — У нас с тобой так много общего. — Он говорил это наигранно противным голосом, на что, тот, просто закатил глаза.       — Дай лучше мне ту верёвку. — Саенс кивнул в сторону оторванного каната.       — Говно вопрос. — Пыльный хмыкнул и быстро притащил верёвку. — На держи, иди повесься, мыла нет.       — Даст! — Кросс недовольно зыркнул на друга.       — А что? Всем можно, а ему нельзя? — Даст скрепил руки на груди и продолжал бормотать себе что-то под нос, пока Учёный проверял нож на остроту. Довольно хмыкнув, принял срезать лишние клочки одежды, которые мешали убирать осколки. И примерно через полчаса работы, последний осколок со звоном упал на пол.       — Готово. — Саенс устало выдохнул и стёр по со лба тыльной стороной ладони.       — Спасибо тебе. — Кросс искренне улыбнулся. Наконец в спине не было этого неприятного ощущения.       — Я бы перевязал рану, но у меня нет с собой бинтов. — Учёный в этот момент копался в сумке, в надежде найти хоть что-то для перевязки.       — Всё в порядке, этого хватит.       — Я мог бы посмотреть ещё раны твоего друга, но не думаю, что он согласится, — Саенс натянуто улыбнулся, упомянув надоедливого парня.       — Я его приведу. — Кросс спрыгнул со стола и начал искать взглядом Пыльного. Тот стоял напротив трупа Ужаса и не двигался. Сначала Гетерохром просто наблюдал за этим, к после медленно начал идти к нему, встав рядом.       — Как думаешь, ему сейчас не больно? — прошептал Пыльный, смотря пустым взглядом вниз.       — Я… Я не знаю. — Монохром решил не врать. Ложью он всё равно не поможет.       Вновь настолько тяжёлое молчание, которое Кросс поспешил прервать.       — Саенс хочет посмотреть и твои раны тоже.       — Мне не нужна его помощь, — Даст сжал кулаки и нахмурился.       — Если тебе станет хуже от ран, то мы не сможем помочь Найтмеру. — Гетерохром прикусил нижнюю губу и хотел было положить руку на тому на плечо, но остановился. Стоит ли это делать? Это ему поможет? Или лучше вообще сейчас не трогать? Да плевать уже!       Наплевав на всё, Монохромный вместо этого аккуратно развернул его лицом и себе и приобнял, мягко поглаживая по спине. Он не знал — какая сейчас будет реакция. Да и сам от себя такого не ожидал. Но бояться не стоило, ведь Даст просто положил ему руки на шею и уткнулся в плечо. Всем нужна поддержка, просто не все об этом говорят.       — Пообещай мне, что ты никогда не умрёшь. — Пыльный проговорил это полушёпотом, никак не желая разрывать объятия.       — Прям «никогда» не получится. — Кросс усмехнулся, и незаметно для себя расслабился, уткнувшись лицом в фиолетовые волосы.       — Тогда только после меня. Пообещай.       — Если тебе от этого станет лучше, то да. Обещаю.       Они простояли так в тишине ещё пару минут, пока Даст не отдалился и шмыгнул носом, тут же отвернувшись от Монохромного к Хоррору. Присев на корточки рядом, он осторожно прикрыл тому глаза.       — Ладно, хватит тут сопли разводить. Пора действовать. — Голос стал твёрже, а Пыльный поднялся на ноги. ***       — Инк, может ты хоть выслушаешь меня наконец? — Эррор, стоял возле стола и сверлил того взглядом. Пока Чернильный подготавливал все для призыва души. — И хватит затыкать уши, когда я хочу объясниться.       — А что тут ещё объяснять, скажи мне на милость?! — Художник наконец взглянул на Глюка и развёл руками. — То, что ты ходячий труп мне уже понятно.       — Почему ты на меня злишься?! Думаешь, я этого всего хотел?! — Ошибка процедил слова сквозь зубы и вздохнул.       — Я злюсь не на тебя, Эррор, а на себя! — Инк отвёл взгляд и истерично усмехнулся. — Какой же я дурак. Надо было сразу понять — в чём тут дело. Ты ведь пытался мне намекнуть.       — Согласен, ты придурок. — Глюк отдёрнулся, когда Чернильный резко посмотрел на него с прищуром. — Но почему тогда ты со мной не хочешь говорить?       — Потому, что каждый раз, когда я говорю или смотрю на тебя, то представляю разложившийся и давно сгнивший труп! — Художник ударил кулаками об стол и шумно дышал, пока между ними была тишина. — Я не хочу, чтобы тот кого я люблю был мёртв.       — Уже ничего не исправить. Я был мёртв ещё до знакомства с тобой. — Эррор прикусил нижнюю губу и понял взгляд вверх. — Мы ничего не можем с этим сделать.       — А если бы могли? Если я смогу сделать тебя своим?! — Художник вздрогнул под прищуренным взглядом Ошибки. — Я имею ввиду, а что если бы я смог оживить тебя снова?       — Ожившее однажды — не оживет дважды, — Глюк пожал плечами, — законы некромантии. Второй раз моё тело уже не оживёт.       — Тц… Чёрт!       — Подготавливай всё. Ты знаешь, что будет если откажешься. Я уже чувствую, что моя рука хочет потянуться за мешочком.       — Что у тебя в нём? — Инк пересилил себя и взял в руки листок с рунами.       — Прах моего сердца.       — Звучит жутко.       — Так и есть. — Ошибка проследил взглядом за Художником, который наконец принялся чертить руны на полу. До этого он просто изучал их, чтобы не допустить ошибки. — Ты разве не знаешь, как это работает?       — Поверхностно. — Чернильный напряжённо вычерчивал ровный круг своей магией. — Никогда не любил такое.       — Как иронично. — Эррор усмехнулся, озорно прищурив глаза, и по хозяйски вновь уселся на стол. — Ты не любишь некромантию, но любишь меня.       — Очень смешно! — Художник мельком зыркнул на это наглое недоразумение. — Прям оборжаться можно! Всю жизнь теперь надо мной подтрунивать будешь? — слова сами выскользнули из его рта, а Чернильный не смог вовремя его прикрыть. Из-за чего покрылся краской от стыда. А вот Ошибку кажется это никак не задело.       — Столько, сколько у меня будет возможности. — Эррор замолк, вглядываясь в склянки, а Инк же задумчиво витал где-то у себя в мыслях.       А действительно, сколько у них обоих будет возможности находиться рядом? Всё может измениться в короткий миг, который они даже не смогут заметить. А когда узнают, будет уже поздно.       — Обычно тебя не заткнуть, а тут сам замолк. — Ошибка вновь устремил взгляд на парня. — Не переживай, ведь ты и сам на эту тему можешь надо мной шутить.       — Да, но будет ли у меня столько времени, сколько я хочу на это? — Чернильный прошептал, но Глюк все равно его услышал.       — А сколько бы ты хотел?       — Всю жизнь. — Художник перестал чертить руны и повернулся к Эррору. На несколько секунд наступила тишина, а после Ошибка сорвался с места, стремительно сокращая расстояние. Остановился лишь тогда, когда стоял вплотную.       — Я не могу тебе этого обещать. И не могу защищать. Ты даже не сможешь мне никогда доверять. — Эррор смотрел прямо в ярко-зелёные глаза. И мог точно сказать, что впервые за всё своё существование — тонул. А желание выплыть на поверхность — не закралась даже в глубине его разума.       — Могу тоже самое сказать про себя. — Инк не отводил взгляд, а сердце отбивало неровный ритм. Эррор же на секунду застыл, а после усмехнулся начиная тянуться вперёд.       — Ну тогда…       — Стой. — Художник выставил перед собой руку и напряжённо улыбнулся. На непонимающе и явно расстроенный таким исходом взгляд Глюка, Чернильный кивнул в сторону Негатива. — Я тоже хочу этого, но он меня пугает.       Кошмар стоял возле одной из стен, ровно и не шелохнувшись, словно искусстно сделанная статуя, смотрел прямо на них пустым взглядом. Ведь, ему приказали присматривать за всем здесь. Ни намёка на хоть какую-нибудь эмоцию.       — Мне неловко.       — Он не может себя контролировать. — Ошибка грустно выдохнул, отдаляясь от Художника. — Он всё понимает, но не может ничего с этим сделать.       — Наши положения от части похожи. — Инк пожал плечами и принялся дальше чертить замысловатые закорючки внутри маленького круга, под предвзятый к этому занятию взгляд Ошибки.       — Это на долго?       — Я довольно хорошо изучил руны, но они сложные. Тут много скрещенной между собой магии. Никогда ещё не видел такой сложной техники. — Художник перевёл осторожный, но заинтересованный взгляд на Негатива. — Хотел бы я с ним пообщаться в нормальной обстановке.       — Не думаю, что он стал бы тебе хоть что-то рассказывать. — Глюк фыркнул и вновь уселся на стол. Инк даже перестал возникать по этому поводу.       — Почему? Эти руны ведь удивительные! Он бы точно занял высокую должность, — Чернильный прищурился и задумчиво промычал, — может даже занял бы место в Золотом ордене. За место другого мага.       — Он перестал заниматься магией, после случившегося, — Эррор перевёл взгляд на Найтмера, — неудавшийся эксперимент, который перечеркнул всё. Но я согласен, что у него было бы большое будущее.       — А что произошло?       — Хейт. — На лице Глюка отразилось презрение, а руки сами собой сжались в кулаки. — Мы по сути все здесь находимся из-за него.       От этих слов Инк лишь вздохнул и молча продолжил вырисовывать руны. А что им ещё говорить? Всё и так понятно. Поэтому, всё оставшееся время, они ничего не говорили, каждый думал о своём. Вот только, ни у кого из них, не было решения проблемы.       Чернильный почти дорисовал призыв души, когда дверь отворилась и в комнату, на их удивление, зашёл Хейт, сзади, на которого, была наставлена острая железка. Хотя, по лицу Ненависти, даже нельзя было сказать, что его это как-то волнует.       — Вот мы и пришли, Дрим. — Хейт усмехнулся и кивнул в сторону Негатива. — Как договаривались.       — Я удивлён, что с тобой ещё хоть кто-то договаривается. — Позитив фыркнул. — И общается. — Он наконец перевёл напряжённый взгляд на брата и тут же поменялся в лице.       — Найтмер… — слова застряли в горле, а Мечтатель забыв обо всём, бросил железку на землю и побежал к Кошмару. Знал ли Хейт что такое произойдёт? Ответ прост — разумеется.       — А ты всё же не умнеешь. — Ненависть ногой отпнул железку к противоположной стороне комнаты. И теперь довольно улыбался, смотря на то, как Дрим пытается докричаться до брата, трясёт за плечи и просто смотрит на его пустой взгляд.       — Что ты с ним сделал?! — Позитив резко развернулся к Хейту, прикрыв собой брата, и зло оскалился, хотя на глаза уже подступали слёзы.       — Постоянно один и тот же вопрос. — Ненависть скучающе закатил глаза и потёр переносицу. — Нет, вас всем серьёзно ничего больше не волнует? — он издевательски улыбнулся, начиная новую игру. — Хоть бы раз спросили: как дела, Хейт? Что ты сегодня делал, Хейт? Может сходим куда-нибудь вместе, Хейт? Но нет же!       — Прекрати, я не играю в твои жалкие игры! — Дрим фыркнул, готовый броситься на него с кулаками. Эррор с Инком же просто молча стояли и наблюдали за происходящим, не желая в это вклиниваться.       — Какая жалость, а я бы поиграл. Хотя, что меня останавливает? — Ненависть отмахнулся и достал пульт из кармана, тут же поднялся его к лицу. — Найтмер, у нас гость. Проведи ему тёплый приём и схвати щупальцами. Как я вижу, подготовка для призыва почти окончена.       — Что ты несёшь?! — прошла секунда и до Дрима наконец дошло, но, к сожалению, руки уже были надёжно прижаты к телу, обвитые векторами. — Найтмер? — Позитив бросил на брата неверующий взгляд и застыл на месте. В голове сразу промелькнуло множество мыслей, и была даже та, что совсем не соответствовала ему: «Убить Хейта».       — Если ты ещё не понял, Дрим, то Найтмер теперь слушается меня. — Ненависть безумно засмеялся, раскинув руки в сторону, прошептав последнюю фразу. — Только меня.       — Как ты мог сделать такое с ним… — Мечта потускнел на глазах и если бы не щупальца, то давно бы упал на колени. Но Хейт даже не обратил внимание на слова.       — Инк, ты закончил? — от вопроса Чернильный дёрнулся и взглянул на Эррора, но там он не сможет найти поддержки в этот момент.       — Почти. — Художник вернулся обратно к начертанию рун, не поднимая взгляд на Хейта. Руки напряжённо трясущиеся, никак не желали совладать с собой. — Осталось ещё парочку полос сделать.       — Вот и хорошо. Видишь, можешь же, когда хочешь. — Хейт вновь поднёс пульт к лицу. — Найтмер, подойди к руне. — Послушавшись приказа, Кошмар побрёл к месту, вектором держа брата над полом, пока тот молчал, переваривая данную ситуацию.       — Ты такой прекрасный, когда покладистый. — Ненависть усмехнулся, вышагивая следом за Негативом, после встал рядом. Под таким напряжением Художник кусал губу и старался не привлекать внимания. Глюк же прожигал дыру в Хейте, не в состоянии даже помочь Чернильному. — Я не соврал, ты вновь увидел своего брата, Найтмер.       — Да пошёл ты! — за Негатива ответил Дрим, пришедший в себя.       — Ругайся — не ругайся, но этим ты не сможешь себе помочь. — Ненависть пожал плечами и бросил короткий взгляд на Мечтателя. Потом же всё его внимание приковал к себе Кошмар. — Скоро у нас будет всё, Найтмер. И ты будешь со мной в этот момент. — Красные глаза блеснули безумием и тот засмеялся, после начав проводить рукой тому по волосам. — Скоро. Очень скоро.       — Всё готово. — Инк прервал монолог Ненависти, поднявшись с пола.       — Тогда можем начинать. Найтмер, поставь его в середину круга. — Проговорил Хейт в пульт, а после повернулся к Дриму. — Лучше тебе не пытаться помешать нам. Ты всё равно не сможешь сбежать, а если тебе это даже каким-то магическим образом удастся, то Найтмер будет страдать за тебя. Понял меня?       На это Позитив промолчал, а когда был аккуратно поставлен на пол, тут же встал в боевую стойку. Нижняя губа задрожала, как и руки, которые вскоре были опущены вниз, скользнули по испачканной в слизи одежде. Что ему сделать? Кинуть в драку? Судя по всему — проиграет. Убежать? — Будет страдать брат.       — Молодец. — Хейт хмыкнул и кивнул Художнику, чтобы тот начал призыв. Инк же дрогнув, сделал заключающую линию, соединив последние два круга. Ничего сначала не происходило, но после руны одна за другой начали светиться зелёным. Когда наконец все руны зажглись, Дрим почувствовал неприятное ощущение в груди. Душу пытались вызвать против его воли.       После ощущение становилось всё более болезненное, заставив осесть на колени и насупиться.       Хейт в это время что-то говорил полушёпотом похожее на: «Скоро, совсем скоро».       Но, что-то пошло не так и Позитив почувствовал как начал нагреваться ошейник на его шее. Он нагревался намного быстрее, чем в любые другие разы. Боль смешалась и крик уже не удалось сдержать. Руна призыва души же начала то гаснуть, то вновь светиться, пока совсем не потухла и не исчезла.       Боль в ошейнике тоже стихла.       — Почему не сработало?! — Хейт вскрикнул, зло уставляясь на Чернильного.       — Я не знаю. Всё было сделано правильно! — Инк попятился, смотря то на Хейта, то на Глюка. Тело Эррора в этот момент вздрогнуло, но дальше ничего не сделало.       — Если оно не работает, то значит ты не сделал это пра… — Ненависть на миг застыл на месте, после перекинув взгляд на пытающегося отдышаться Дрима. — Точно… Контролирующие руны. Как я сразу не догадался?       — У него контролирующие руны? — Художник уставился на Позитива, приоткрыв рот. — Но это ведь ужасно.       — Да, ужасно мешает. — Ненависть рыкнул и за шиворот поднял Мечтателя с пола, кинув в сторону Инка. — Свяжи его.       — Но у меня нет верёвок. — Чернильный придерживал Дрима за плечи, стараясь не навредить ещё больше.       — Магией свяжи, идиот! Из верёвок он сможет выбраться быстрее, чем ты вдохнёшь! — в глазах Хейта метались злые огни. Он так долго ждал этого, и вот так вот всё испортить?! Ну нет, если Ненависть что-то решил, то сделает это. Сделав пару вдохов, он поднёс пульт к лицу.       — Найтмер, убей Герцогиню Фей. *** — Надо было сразу её прикончить! — Негатив давно ушёл, а Ненависть метался туда сюда по комнате. — Без её разрешения, ведь даже душу не вызвать. Это полный контроль!       — Да, тут вы прогадали. — Глюк повёл плечами, даже не смотря в сторону Хейта. Он стоял возле Чернильного, стараясь в этот момент хотя бы так ему помочь. На более у него не было возможности сейчас. Не тогда, когда рядом Ненависть.       — Ты вообще молчи! — по приказу Ошибка больше не смог открыть рот и теперь злостно пилил того взглядом. — Я столького долбился и чтобы так закончить?! Ни за что!       — Как жаль, что мы всё равно все закончим одинаково. — Позитив подал голос, барахтаясь на полу в путах. Он закатил глаза, прыская от возмущения. — В гробу. Вот только последовательность определится позже.       — Ой, смотрите, кого это прорезался голосок, а? Белоснежка? — Ненависть насупился, быстро подлетая к Мечтателю и хватая его за грудки. — Здесь всё определяю только я. Решаю всё ТОЛЬКО я!       — И в итоге сгубишь всех. — Дрим зло оскалился, но был брошен обратно на пол.       — Я делаю только как лучше! — Хейт прокричал и замахнулся ногой, ударяя Позитива в живот, отчего тот скрутился, но не издал и звука. — Я не делаю хуже, лишь улучшаю вашу серую действительность! — удар шёл за ударом, попадая в живот, руки, ноги. Пару раз даже в лице. Кровавые раны саднили, а во рту был привкус крови. — Если вы не можете сделать это, то сделаю я! У вас всех просто кишка тонка!       — Хватит, ты его убьёшь! — Инк воскликнул, в момент создавая защитную руну, которая куполом оградила Мечту. Ненависть же, тяжело дышал, а помутнённое злом сознание постепенно приходило в себя. Сделав пару вдохов, он достал новый, чистый платок и вытер пот со лба, натягивая «добрую» улыбку.       — Вы не понимаете. — Хейт отошёл от Позитива, пока тот пытался хотя бы приподняться с пола. — Этот мир давно устарел, я просто пытаюсь оживить его. Превознести что-то новое, но всегда будет те, кто против. И от них я буду избавляться.       — Дрим, вам ещё нужен. — Художник насупился, аккуратно подходя к ещё не исчезнувшему куполу. — Не стоит доводить его до полуобморочного состояния. — Как только рука Инка коснулась купола, тот исчез и Чернильный кинулся приподнимать Позитива с пола, попутно подтирая подтёки крови с лица.       — Никто не просил его открывать рот. — Хейт усмехнулся, и хотел было ещё что-то добавить, но в комнате раздался щелчок, а после что-то металлическое упало на пол с противным постукиванием. Это сразу привлекло внимание Ненависти. — Значит, Найтмер справился.       В этот момент Мечта испытывал смешанные эмоции. Шею ничего не сжимает? Нет пробирающего до дрожи холодного металла… Волдыри перестали болеть так же сильно, как с ошейником?       Дрим задрожал, не веря тому, что на нём нет этих оков спустя столько лет. Сознание никак не хотело воспринимать этот факт.       — Тащи его в круг! — Ненависть скомандовал, а Чернильный с болью в груди потащил Позитива в центр второго подготовленного призыва души. Магические верёвки исчезли, как только его туда запустили, чтобы другая магия не смешивалась с призывом. Когда же Позитив почувствовал, что руки свободны, то дрогнул и потянулся к шее. Рука сначала дотронулась до кожи, а после отвернулась. У него действительно больше нет контролирующих рун? Это правда?       Осмелев, Мечтатель провёл ладонью по голой коже, дотрагиваясь до старых шрамов и волдырей. Это место пощипывало от прикосновений, но было настолько «удивительно», что парень даже не обращал на это внимание.       Он даже и не заметил как все приготовления были закончены, руны засветились, а в груди вновь появилось неприятное ощущение. __________________ Шуточная зарисовка #1 А — Автор Х — Хейт А: Не подходите к нему близко, мы ведём нового заключённого. Х: *где-то на заднем плане* ВЫ НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕТЕ! Я МОГУ СДЕЛАТЬ ЭТОТ МИР ЛУЧШЕ! Я ТОЛЬКО УЛУЧШАЮ! АРАРАРАРА! *лежит в смирительной рубашке* Шуточная зарисовка #2 Д — Даст К — Кросс Ф — Фреш Д: Так, Кросс, а сегодня мы с тобой потренируем сердечно-лёгочную реанимацию. *ложится на пол* Представь, что я мёртв. К: НЕЕЕЕТ, НЕ УМИРАЙ! *ебашит по грудной клетке кулаком* НЕ УМИРАААЙ! Д: Дыхание надо сначала проверять, придурок! Ф: А сегодня мы можем наблюдать животных в их естественной среде обитания. У них начался период спаааривания.