berry tea and autumn leaves

      Тяжело привалившись к холодной каменной стене, Юнги тихо выдыхает, прикрывая глаза. От усталости у него ломит всё тело. От холода неприятная дрожь прокатывается то и дело, озноб пробирает до самого нутра. Юнги голоден, обессилен, но он знает, что пытаться развести костёр - плохая затея. Тем более когда находишься на территории давно пустующей деревни, где жили раньше маги. Это самое опасное и безопасное место одновременно. Опасное - если по неосторожности привлечёшь к себе внимание королевских патрульных. Безопасное - если будешь соблюдать правила осторожности. Правила простые, в общем-то: не разводить костёр, не шуметь, не колдовать. Юнги бы колдовать и не смог, если честно. У него давно нет на это сил. Долгие дни пути вымотали его так, что он едва мог бы сотворить искорку на кончике пальца, что уж говорить о полноценных заклинаниях. И, наверное, он бы так и помер тут, голодный и замёрзший, но не просто так ведь выбрал эту деревню. Словно ищейка, Юнги замирает и прислушивается. Он слушает не ночные звуки, не боится, что кто-то подкрадётся - патрульные без особой надобности не лезут сюда, они боятся, - он ищет знакомое тепло. Место силы. Оно находится недалеко, в саду у соседнего дома. Очень кстати этот сад разросся так, что Юнги можно было даже не пытаться слиться с ночными тенями. Скинув с себя походный плащ, мужчина опустился на землю, устраиваясь прямо на том месте, где била из-под земли магическая энергия. Животворная, кружащая голову, она беспрепятственно хлынула в измождённое тело путника. Юнги прикусил губу, чтобы не застонать от удовольствия. Всхлипнул тихо, пальцами зарываясь в пожухлую траву и холодную, уже немного промёрзшую землю. Он давно не чувствовал такого насыщения. Давно ему не попадались такие мощные источники магии. Кажется, ещё немного, и она бы уже переполнила его резерв, пошла бы верхом, но нет. Сейчас магия восполняла не только собственный запас в его теле, но и согревала, лечила, усыпляла. Чувство голода на фоне общего значительно улучшившегося состояния притупилось. Юнги только и нашёл силы на то, чтобы накрыть себя собственным же плащом, а потом просто провалился в глубокий сон. * Разбудило его солнце. Не яркое, не греющее, но всё равно пробивающееся сквозь веки слабым светом. Юнги от этого лишь поморщился, накрывая лицо полой плаща. Ему не хотелось просыпаться. Впервые за долгие месяцы ему удалось поспать долго и без кошмаров, которые одолевали постоянно, стоило только закрыть глаза и немного задремать. Терять это чувство комфорта казалось самым невыносимым. К тому же, выдвигаться в дальнейший путь можно будет только с наступлением темноты. Пока слишком большой риск попасться королевским патрульным. Магия продолжает греть его. Осенний холод больше не ощущается, запас сил восстановился за ночь. Так что Юнги садится, тянется к своему походному рюкзаку, достаёт немного еды. Он накидывается на неё, пусть и холодную, с такой жадностью, что самому бы стало неловко в любой другой ситуации. Сейчас же Юнги не до таких мелочей. Чувство собственной беспомощности уничтожало его долгие дни, пока он продолжал путь на чистом упрямстве и знании - он нужен где-то там, его ждут. Сейчас Юнги не ощущал себя беспомощным. Наоборот, казалось, что ему подвластно свернуть горы и изменить русла рек, если того потребует ситуация. Правда, пока ситуация требовала, чтобы он продолжал путь. Продолжал искать. И, желательно, не попадался бы в лапы тех, кто мечтает извести всех магов. Юнги вздыхает. Он хочет уже подняться, чтобы немного размяться, но его останавливает тепло сзади. Не человеческое, тоже магическое, так что он не пугается и не делает резких движений. Оборачивается, не зная, правда, к чему быть готовым. Но то, что видит, выбивает их него позорный тихий скулёж. Намджун сидит рядом. Близко-близко. Родной, знакомый до каждой мелочи. И Юнги приходится закусить щёку до крови, напоминая себе, что это не человек перед ним. Лишь слепок энергии, сотворённый с помощью магии, но... - Ты жив, - хрипит Юнги, тянет к нему руки. Его ловят в объятия, прижимают тесно - Юнги приходится неловко перебраться на чужие колени, но ему всё равно. Хоть на мгновение ощутить бы то, от чего уже почти отвык. - Жив, - звучит в ответ словно издалека. - Ты забрался так далеко, мой прекрасный цветок... здесь очень опасно. Боюсь, в одиночку тебе не пробраться сюда. - Я смогу, - шепчет Юнги, потираясь щекой о щёку Намджуна. Он чувствует, как стискиваются на его спине руки. - Мне страшно за тебя. - А мне - без тебя. Джун, не отговаривай меня, прошу... я не для того проделал весь путь, чтобы сейчас развернуться обратно. Тем более, зная, что ты живой. Намджун тихо вздыхает. - Прости. Я только лишь хочу, чтобы ты был в порядке. - Я буду, - обещает Юнги. - А теперь ты должен мне рассказать всё-всё, что знаешь, потому что я не собираюсь сдаваться. Это Тёмное время должно закончиться, слышишь? Мы должны быть сильными и вернуть мир, в котором маги не преследуются лишь из-за того, что они не такие, как люди. Нас отлавливали поодиночке, словно бродячих псов, похищали, и теперь все думают, что пойманных истребили. - Нет. Они нас не трогают, они боятся, - шепчет Намджун. - Они не могут блокировать нашу магию, но по какой-то причине мы не можем использовать магию на наших клетках и на страже. Клетках. Юнги чувствует, как его тошнотой скручивает внутри. Как зверей каких-то в клетки запихали. Будто за разумных существ не считают вовсе. - Кажется, у них есть собственный маг, которому они всё же доверяют. Лояльный к тому, чтобы вас всех вот так заперли. Впервые рад, что не нашлось никакого средства для возможности блокировать магию. - Это не значит, что они не ищут его, - отвечает Наамджун. - Это дело времени. - Что ж, значит мне нужно быть быстрее. - Есть отряды сопротивления. Тебе нужно найти кого-то из них. Юнги утыкается в плечо Намджуна носом. Согласно угукает. Он тоже слышал про эти отряды. Люди в деревнях шепчутся о них тихо-тихо, но с надеждой в голосе. Мало кто рад тому, что новый правитель ополчился на магов по какой-то, ведомой лишь ему, причине. Юнги думал, что всему виной страх. Паранойя. Мысли, что его свергнут, отнимут драгоценный престол, тёплое хлебное место. - Я сделаю всё, чтобы он подыхал в канаве, никому не нужный и беспомощный, - злость в голосе удержать не получилось, только Юнги и не пытался даже. - Будь осторожен, Юнги, - просит Намджун. - Мне пора. Не хочу, чтобы кто-то понял, что я связывался с тобой. Ищи сопротивление, не суйся сюда в одиночку. Обещай мне. - Обещаю тебе, - говорит Юнги и целует его щёку. - А ты обещай, что чтобы не случилось - дождёшься меня целым и невредимым. - Обещаю, - отвечает Намджун. Что ж. Обычно он не разбрасывается своими обещаниями, значит Юнги может ему верить. Когда магический слепок истаивает в воздухе, оставляя после себя лишь чуть покалывающее чувство на коже, Юнги выдыхает медленно. Итак. Следующая его остановка - любой из отрядов сопротивления. О них можно узнать больше в человеческих поселениях. Тут недалеко должен быть как раз городок, в котором он сможет добыть нужную ему информацию. Решая не ждать ночи, Юнги поднимается с земли. Отряхивается от травинок, накидывает плащ и подхватывает рюкзак. Теперь главное - проскользнуть мимо патруля. Но Юнги не переживает. У него сила бьёт через край. Ему бы и море было по колено, а ради любимого, что ждёт его, он готов совершить всё невозможное разом. Юнги покидает уютное место в заросшем саду. За его спиной плотно переплетаются ветви.