Укрощая ветер

Зайдя в Ауксилиум, Латур увидела на одном из балкончиков Аделайн, что судорожно затянулась сигаретой, содрогаясь от крупной дрожи, будучи совершенно безоружной перед своими проблемами и внутренними страхами. Девушка против воли начала ощущать ее безнадежное отчаяние, настолько сильное, что казалось, словно оно разрывает сердце, и, чтобы хоть как-то помочь, постаралась передать частичку своих положительных эмоций, оставшихся после недавнего знакомства с Климентом. Вскоре Мессаже уловила потустороннее вмешательство и, заметив ее, спустилась вниз, натянув вымученную улыбку, которая на ее припухшем лице смотрелась чужеродно. – Не стоит так подозрительное себя вести, – она смерила Мелинду, скривившуюся от запаха табака, испытывающим взглядом, – мало ли, что мы можем подумать... Но, увидев, как удивленно вытянулось ее лицо, наигранно засмеялась, поманив за собой: – Да шучу я, не бойся. Пойдем, лучше спальню посмотришь. Встретив у нужной комнаты Батиста в строгом деловом костюме, один вид которого наводил тоску, Латур невольно содрогнулась, предвкушая очередные претензии. – Где ты была так долго? – тот не заставил себя ждать, недовольно скрестив руки на груди, и гневно прожигал Мелинду глазами. – Мне захотелось погулять, – честно ответила она, понимая, что любая ложь будет раскрыта благодаря свойству абсорбции и лишь одному мимолетному прикосновению. – Через пару минут я должен идти на собрание, так что сейчас у меня нет времени возиться с тобой, – Лэгранд, сверившись с часами, обратился к взволнованной Аделайн, – проследи, чтобы никаких казусов больше не было. Стоило ему скрыться за углом, как та, недоумевая, всплеснула руками: – Неужели все-таки явился? Поверить в это не могу! – ее черные глаза зажглись в азарте, – Знаешь что, нам нужно попасть туда. Пойдем быстрее! Мессаже нетерпеливо схватила Латур за руку и куда-то повела. – Стой! Потрудись хотя бы объясниться, что ты хочешь сделать! – девушка ощущала себя ужасно вымотанной, и мечтала только о том, чтобы лечь в кровать. – Дорогая, ты все узнаешь, как только мы придем, – прозвучал многообещающий ответ, – Уверяю, тебя ждет увлекательное зрелище! – Придем куда? – только лишь и успела переспросить Мелинда до того, как споткнулась о завернутый угол ковра, растянувшись на полу во весь рост. – Смотри! – Аделайн несколько раз стукнула по стене, и вскоре, словно из ниоткуда, на месте обоев появилась железная дверь, – Жди меня здесь, я быстро. Уверенно шагнув навстречу поверхности, она растворилась, но через пару мгновений с противоположной стороны раздалось какое-то шуршание, а ржавые петли с противным скрипом поддались. – Давно уже пора их смазать... – задумчиво пробормотала Мессаже, выходя в коридор. – Ты можешь проходить сквозь объекты! – Только вот… – восхищение Латур сбило ее с толку, – Мне никогда не были подвластны зеркала, – тяжело вздохнув, она открыла дверь пошире, - Заходи. Не стой столбом. – Что это за место? – девушка замерла на пороге, желая дождаться ответа. – Не знаю, я обнаружила его не так давно, – подтолкнув нерасторопную подопечную, буркнула Аделайн, – но выглядело оно заброшенным. Пришлось долго убираться. Маленькая комнатушка, в которой они оказались, не выделялась ничем необычным: ковер, пара стульев, письменный стол, диван и небольшого размера шкаф. Но в одной из ее стен было маленькое затемненное окошко, с помощью которого, видимо, и можно было наблюдать за происходящим в совещательном зале, оставаясь при этом незамеченными. – И Батист, и мистер Маестус, и господин Сенекс подошли, а этого выскочки до сих пор нет! – присаживаясь на ворсистый ковер, недовольно подметила Мессаже, – О чем он только думает? – Кого ты имеешь в виду? – опускаясь рядом, ненароком уточнила Мелинда. – Постоянно забываю… Его зовут то ли Кломен, то ли Клементс. – Климент! – увидев знакомые очертания вошедшего человека, Латур пораженно вскрикнула, но тут же прикрыла рот рукой, испугавшись, что ее могут услышать. Видимо, больше ждать было некого, поэтому Лэгранд сразу закрыл двустворчатую дверь с позолоченной резьбой. – Наконец-то Вы сами пришли к нам! – по ту сторону стекла низкий мужичок в старомодном белокуро-рыжеватом парике-аллонже от предвкушения чуть ли не облизывался, – Ваши органы, как всегда прекрасны! Теперь явно настала очередь Мессаже поражаться: – Мистер Маестус не опечален? Это просто восьмое чудо света! – О чем он говорит? – недоумевала Мелинда. – В его глазах мы - ходячее пособие по анатомии. – Аделайн брезгливо скривилась. – Свойства хуже точно не придумаешь. – Какой смысл тебе вдруг отвечать на приглашение? – в это время Лэгранд окинул Готье скептичным взглядом. – Чего хочешь добиться? – А я всегда знал, что твой друг одумается и решит оставить нейтралитет, – старик Верус поднялся с обитого бархатом кресла. – Дай я пожму твою руку, мальчик мой. Климент, подавляя в себе раздражение, чтобы поддерживать достойную маску, без особого энтузиазма протянул свою ладонь: – Господа, мне стало интересно, какие еще доводы вы можете привести, чтобы попытаться все же склонить меня на вашу сторону. Сенекс упал на прежнее место, театрально взмолившись: – Объясни! Объясни, почему ты отказываешься? Ты же жил в Аргентуме! – Я родился на Кордисе, – Готье устало потер переносицу, явно сожалея, что отважился на эту авантюру, - Сомневаюсь, что мы придем к компромиссу, поэтому поспешу откланяться. Но Лэгранд, тут же взяв его под локоть, предостерегающе процедил: – Если уйдешь, то… Мелинде Латур не поздоровится. Но ты же хочешь спасти ее опять? – Очень подло поступать так с твоей стороны, – юноша вырвал руку из стальной хватки, машинально смахивая челку. – Подло - противиться долгу, – уверенно парировал Батист, – Не пытайся здесь колдовать - все равно не выйдет. Маестус, пытаясь снизить градус напряжения, решил вмешаться: – Господин Готье, так Вы согласны? Тот, поджав губы, с обреченным видом кивнул. – Вот и славно, мальчик мой, – Верус, опять встал и, ненароком похлопав юношу по плечу, вышел из совещательного зала, - Сразу бы так. Мелинда вся побагровела, не ожидая, что кто-то из настолько достопочтенных людей будет использовать такие грязные трюки. – Я даже не думала, что все может так обернуться, дорогая. – Мессаже потупила взгляд, поднимаясь, – Пожалуй, нам тоже нужно идти. Возвращались обратно они в полной тишине, погруженные в свои мысли. И только после торжественного вручение девушке ключей от спальни, Аделайн, наконец, заговорила: – Наши спальни рядом, так что, если понадоблюсь, искать долго не придется, дорогая. – Скажи, а все, кто работает в Ауксилиуме, живут тут же? – переступая порог выделенных апартаментов, заинтересованно уточнила девушка. – Если бы! – в темноте щелкнул выключатель, сопровождаемый хохотом, а затем загорелась пыльная люстра, – Важные вельможи предпочитают личные апартаменты. – А почему ты - нет? – Латур, мимолетом посмотрев на скромные цветочные обои, открыла свой чемодан, стоящий у кровати, и начала раскладывать вещи в бежевый комод. – Если даже Батист не гонится за роскошью, то мне зачем? – Аделайн, уже поправляя прическу у туалетного столика, лишь пожала плечами. На рассвете, когда с делами было покончено, Мелинда, окончательно выбившись из сил, рухнула на мягкую кровать с балдахином, натянув одеяло до самого носа, а Мессаже, пожелав ей спокойной ночи, отправилась восвояси. Всю ночь девушка проворочалась, видя, как плывет во сне по голубому небу, держась за облака, мягкие, как плюш, пока ноги свободно болтаются в невесомости, а где-то там, скрытый другими тучами, маячит угловатый силуэт, до которого почему-то очень нужно добраться. И вот, когда цель была уже так близка, человек, сидевший на облаке, ссутулившись, вдруг выпрямился и во все горло неистово закричал, умоляя кого-то невидимого о прощении. Мечась, будто в агонии, он то прыгал, размахивая босыми ногами, то вновь падал на колени и, монотонно раскачиваясь из стороны в сторону, крепко обнимал сам себя. Латур тянула к герою своего сна руки, но боялась прикоснуться к вздрагивавшей от рыданий спине с прорезывающимися крыльями, что причиняли неимоверную боль, окрашивая белую льняную рубаху в багровый цвет. Сделав последний вдох, будто перед тем, как прыгнуть со скалы, она собралась с силами, чтобы дотронуться до хрупкого плеча, как вдруг поняла, что начинает падать. Уже через пару мгновений Мелинда смотрела на спокойный океан лазоревого цвета, к которому стремительно приближалась, так и не успев взглянуть в лицо этому ангелу, и от страха зажмурила глаза.