ты — моя удача

      — это утреннее радио и с вами его постоянный ведущий — ким сынмин!! — и с этих слов начинается каждое его утро.       с чашки горячего чая с лимоном, чтобы не простудиться в дождливом сеуле, когда ни один шарф не спасает, с вьющегося под ногами суни и мягкого голоса из радиоприёмника.       минхо никогда не меняет волну и даже не помнит, как на самом деле наткнулся именно на эту. кажется, хотел разбавить свой плейлист чем-то новым, но что-то пошло не так. не то чтобы ему не нравились песни, что включали каждое утро, вовсе нет, иногда ли даже пританцовывал у плиты, готовя на скорую руку завтрак.       на самом деле ведущих радио было двое: один задавал вопросы, что присылали слушатели, озвучивал их пожелания о следующих треках и в принципе много болтал ни о чём. минхо он не нравился. но благодаря странным разговорам между песенными композициями, ли знал маниакально много о человеке, которого никогда не видел. сынмин пьёт холодный американо в любую погоду, мечтает завести собаку, поёт и играет на гитаре, почти никогда не завтракает и любит мешковатую одежду. минхо хмыкает. полная противоположность ему.       радио продолжает работать уже у него в машине, пока парень с русыми волосами укладывает одну руку на руль, а вторую на коробку передач. ведущие радио заканчивают свой утренний эфир ровно в тот момент, когда минхо доезжает до работы. и так каждое утро. иногда ли вскакивает пораньше в воскресенье, включая до странного родную волну, несмотря на то, что его лучший друг — джисон — спит до обеда и ли может не спешить на встречу с сонной белкой. иногда сходство хана с животным старшего действительно поражало.       минхо в принципе любит животных. потому и открывает стеклянную дверь ветклиники, в которой работает. вежливо улыбается остальным сотрудникам и уходит на свою стойку регистрации. работа у него была простая: принимать звонки и регистрировать хозяев питомцев, которым требовалась помощь или осмотр, в очередь, когда их смогут принять.       вообще он сам хотел отучиться на ветеринара, но в какой-то момент что-то пошло не так и образование у парня вообще было педагогическое.       иногда приходилось успокаивать людей на той стороне провода, которые мысленно хоронили своих любимцев, хотя на деле помощь им требовалась минимальная. это немного раздражало. но совсем немного.       после работы обычно следовали тихие, как минхо говорил, в силу возраста, посиделки с друзьями. чан смотрел на него, как на идиота, а ли лишь расплывался в довольной кошачьей улыбке. стебать друга на тему цифр в паспорте — бесценно.       дни тянулись один за одним, но не становились рутиной, что не могло не радовать. всё как всегда: чай, завтрак, кот, радио, голос сынмина, работа, выходные и так по кругу. минхо в глубине души радовался, что не смотря на загруженный график, кучи всяких счетов и бумажек, в которые он забирался с головой, он не становился противным душным взрослым, какими представлял людей своего нынешнего возраста, когда был в начальных классах.       в не менее дождливый вечер пятницы, когда по стеклу барабанил раздражающий дождь, а до конца рабочей смены оставалось минут десять, на пороге клиники появился парень, мокрый до ниточки и, кажется, не только из-за дождя.       — я не хотел, правда, — навзрыд говорил он, держа в руках не менее мокрую собаку, — правда не хотел!       минхо подскакивает со своего места, хлопает глазками и зовёт одну из сотрудниц, чтобы она забрала у юноши потенциального пациента, а сам спешит подойти к тому и выяснить, что же случилось.       — я... я сбил его! я не... не хотел, просто не заметил, пока ехал, — принимая в руки пластиковый стаканчик воды и спотыкаясь на каждом слове, лепетал парень, одетый явно не по погоде.       он сидел в одной лишь серой толстовке и широких штанах, с волос капало, а плечи тряслись.       — я не убийца собак! я бы никогда не сделал такого!       — успокойся, всё в порядке, как ты его сбил? на машине? — минхо садится на корточки перед ним и кладёт руку на колено, чуть морщась от холода мокрой ткани.       — нет-нет... на велосипеде. но он так так громко проскулил, мне кажется, что я... что-то ему сломал. но я правда не хотел, просто не увидел, — нервно сжимая в руках стаканчик, мямлил брюнет, стараясь сморгать слёзы и дышать глубже, но заложенный нос явно ему мешал.       — мы ни в чём тебя не обвиняем, сейчас врачи всё решат... это дворовая собака, получается?       — да...       — хорошо, тогда... когда всё решится, мы сделаем всё возможное, а потом найдём ему дом. ммм, мне нужно подписать некоторые бумаги насчёт поступления пациента к нам, а так как он... ничей, так скажем, я могу записать твоё имя, как клиента? — замечая, что парень начал успокаиваться, ровным тоном произносит минхо, поднимаясь на ноги.       — а, да, хорошо... давайте.       брюнет семенит за ним к стойке регистрации, нервно теребя холодными руками край своей тостовки, которая кажется на пару килограмм тяжелее и темнее на несколько тонов от пропитавшей ткань влаги.       — ваше имя?       — ким сынмин.       минхо зависает, подняв взгляд от нужного бланка на парня и глупо хлопая глазами. ким повторяет за ним, не понимая, в чём успел ошибиться сейчас и на всякий случай уточняет написание своих данных чуть ли не по буквам. ли ловит себя на том, что его руки начинают трястись. просто совпадение, не так ли? он отбрасывает мысли о том, что теперь его голос становится знакомым. это точно самовнушение, не более! а он просто должен продолжать делать свою работу. хотя его смена кончилась примерно двадцать минут назад. он так долго успокаивал этого парня? выдохнув, он всё же заполняет бланк, как раз к моменту, когда, постукивая невысоким каблучком, появляется девушка, сообщая сынмину о том, что с собакой не произошло ничего страшного.       — если захочешь, можешь приходить его навещать, пока он будет идти на поправку или же... забрать к себе, пройдя небольшой тест и оформив все документы.       — я бы хотел...       ответ сынмина сотрудницу не особо интересовал и она удалилась восвояси, кивнув головой, будто даже его слушала.       — если что, я потом помогу тебе с этим, — мягко улыбнувшись, минхо выходит из-за стойки, взглянув на непрекращющийся дождь на улице, — давай я тебя до дома довезу что ли... погода оставляет желать лучшего, а ты только хоть немного перестал напоминать наполненную водой губку.       — мой велосипед...       — у меня есть велокрепление на машине, не беспокойся об этом, — парень накидывает своё пальто, а после поднимает взгляд на сынмина, — или ты боишься меня? что может сделать тебе работник ветклиники?       — нет, я не боюсь, просто... неудобно как-то, — минхо кажется, что парень скоро растянет край своей толстовки окончательно. хотя вещь выглядела новой.       — неудобно на потолке спать, одеяло падает, а остальное очень даже удобно. сам посуди, как часто тебе предлагают прокатиться на машине такие красивые парни, как я?       чужое лицо моментально вспыхивает красным и юноша тупит взгляд в пол, выглядя слишком очаровательным, хо почти тает от такого зрелища.       — пошли уже, щеночек.       — эй, я не щеночек!       — выглядишь именно, как щеночек, поверь мне, я эксперт в сфере щеночков, — обнажив милую улыбку, заканчивает ли, открывая дверь на улицу.       неприятный ветер бьёт по лицу вместе с мелкими каплями дождя и хо семенит к своей машине, пару раз оборачиваясь на парня, чтобы убедиться, что тот последует за ним. сынмин ведёт одной рукой свой велосипед, а второй убирает мокрую чёлку со лба. они вместе прикрепляют транспорт брюнета к крыше, а после усаживаются в машину. киму неловко, он сводит коленки и пристёгивается трясущимися руками. минхо же абсолютно спокоен и младшего немного завораживает сосредоточенное лицо работника ветклиники, пока тот заводил машину.       — диктуй адрес, щеночек, — на губах приевшаяся ухмылочка и юноша слегка краснеет, лепеча название улицы как-то неразборчиво.       ли вводит данные в навигатор и внезапно наступившую в машине тишину разрывает женский электронный голос.       — извиняюсь за вопрос... ты случаем не на радио работаешь? — спрашивает старший на очередном повороте.       — на радио... а вы его слушаете? — чужие глаза наполняются неподдельным восторгом и минхо стоит огромных усилий попытка сосредоточиться на дороге, а не на парне, что уже сидел на пассажирском месте более расслаблено.       — можно на ты. кстати, меня зовут ли минхо. если хочешь, можешь звать своим. и да, я каждое утро слушаю радио.       сынмин появляется на пороге клиники и на следующий день. и приносит кофе, в качестве благодарности за то, что его подвезли до дома. минхо улыбается, хотя кофе не любит совсем. но разве можно что-то сказать этому милому щеночку, что заглядывает за стойку, почти переваливаясь через неё, не утихая с вопросами о собаке? старший лишь умилительно наблюдает, сообщая, что всё в порядке.       — когда последний раз незнакомец делал вам что-то хорошее? такой вопрос задал один из наших слушателей. сынмини, тебе есть что рассказать? — ровный голос второго ведущего звенит в машине. минхо хочется скривиться и убавить звук, но в следующую секунду он слышит, как парень прокашливается перед тем, как начать свой рассказ.       — на самом деле у меня действительно есть история! не так давно со мной приключилось кое-что и один парень меня успокоил и довёз до дома... это было так мило с его стороны, — в голосе слышна улыбка и ли неосознанно копирует её, стараясь не отвлекаться от дороги.       второй ведущий решает не уточнять деталей истории, лишь заканчивает беседу дежурными фразами, после которых включается очередная песня.       минхо совсем не удивляется, когда вновь видит младшего, неловко потирающего лоб из-за того, что стукнулся в стеклянную дверь. ли прячет смешок рукой, а потом салютует парню, сходу интересуясь, не сильно ли тот ударился и не звучит ли его ранение, как повод прогуляться после работы. свежий воздух точно уберёт боль. к его удивлению, ким действительно кивает, а после уточняет, во сколько ему зайти, чтобы застать окончание смены старшего. минхо два раза по-рыбьи открывает рот, чем смешит брюнета, но всё же этим вечером сынмин заходит за ним после восьми.       и заходит каждый день на протяжении месяца, время от времени воруя внимание своего хёна до тех пор, пока минхо не огребает от вышестоящих. а ким неловко трёт затылок и говорит, что зайдёт позже.       в одно из многочисленных "позже", брюнет задерживается и при помощи старшего заполняет важные взрослые бумажки. по факту, так сказать, усыновив ту самую собаку, что привела его в эту клинику.       — как назовёшь? — буднично интересуется ли, наблюдая лёгкую тень смятения на лице юноши.       — думаю... ун?       — ты хочешь назвать собаку "удача"?       — конечно, ведь именно из-за него я познакомился с тобой, хён, — чужое лицо моментально краснеет и сынмин остаётся этим доволен, пока минхо фыркает и тихонько возмущается. как это можно его смущать на рабочем месте?       а ведь удачу самого минхо зовут ким сынмин.