Mine in black, in red, in yellow.

Рико не пугал Нила. Ни капли. И это чертовски разочаровывало. Это не означало, что он не мог заставить Нила бояться. Нил был Вороном на протяжении месяца, и с учетом того свободного времени, которое у них имелось между тренировками и занятиями, было бы довольно жалко, если бы у Рико не получилось напугать Нила хотя бы раз. Конечно, были способы заставить Нила подчиниться. Просто большинство из них касались отца Нила, а не самого Рико. – Ты хотя бы раз задумывался, почему вы с матерью сбежали? – он поинтересовался, когда они, наконец, привезли Нила. Недоверчивый; Нил по-прежнему говорил, что не знал о связи с Морияма, по-прежнему говорил, что их заявление о “владении” им было смехотворным. Он не мог быть неосведомлённым. – Мой отец Балтиморский Мясник, – выпалил Нил. – Мне не нужно было задумываться на этот счет. Рико пришлось рассмеяться. Возможно, Нил действительно был таким невежественным. Мясник обладал большой властью в пределах своей сферы влияния, но Морияма преследовали Натаниэля и Мэри по всему миру — и Нил серьезно верил, что это дело рук Натана Веснински? – Ты убегал не от своего отца, Натаниэль. Ты убегал от его хозяина. Понадобилось целых десять минут, чтобы заверить Нила в том, что он не лгал. Что у Мясника реально был хозяин, и что он продал Натаниэля Морияме, и что Натаниэль (или теперь Нил) был их. Затем Нил осторожно спросил: – Так ты не собираешься отправлять меня к моему отцу? – Будто мы могли, после всего, чего ты нам стоил. Теперь ты будешь одним из Воронов, тебе придется отплатить нам тем же. Так что тебе придется научиться вести себя послушно. – Рико бросил на него красноречивый взгляд. И, после минутного колебания, Нил расслабился. – Тогда ладно. Так.. я обязан играть в экси? С тех пор он всегда был таким расслабленным.

***

Конечно, Рико сначала мог пугать Нила перспективой того, что он, в конце концов, может отправить Нила обратно к его отцу. – Или мы могли бы просто пристрелить тебя, – добавил он, что только заставило Нила закатить глаза. Нил напрягался всякий раз, когда речь заходила о его отце, и он прилагал больше усилий к тренировкам и пытался быть более менее вежливым — его манеры были отвратительны —. Но постепенно он понимал, что очень даже хорошо вписывается в команду, что он был серьёзным вложением Морияма, хоть Рико и угрожал вернуть его, это была всего лишь угроза, которую он мог осуществить только один раз, и, помимо всего, Рико не любит делиться своими игрушками. После, угрозы, касающиеся Натана Веснински, лишь слегка шатали нервы. В общей сложности он стал невыносим. После унижения Рико на глазах у всех остальных Воронов сразу, — упоминание Кевина, что было уже слишком, так как никому не разрешалось упоминать Кевина — Рико решил, что пора применить наказание посерьезней. Избиения Тетсудзи не произвели должного эффекта, дополнительные тренировки, казалось, были чем-то, что ему действительно приносило удовольствие… Рико придется взять дело в свои руки. – Приходи ко мне в комнату после тренировки сегодня вечером, – прошипел он. – Нам нужно поговорить. Нил послушно кивнул, но в его глазах все еще был дразнящий блеск. Тем не менее, он появился, и появился достаточно быстро. Несмотря на то, что он восемь лет провел в бегах от Мориямы, он, судя по всему, считал своим долгом не убегать от Рико. Рико сказал бы, что это на него влияет знание последствий, но небрежность Нила рядом с ним принуждала думать, что даже послушание было вызовом. Он привел Нила в свою комнату и закрыл дверь. Повернулся к нему спиной. Нил склонил голову набок. Обычно Рико не дисциплинирует людей именно здесь. Раньше он почти не приводил сюда кого-то вообще. Потому что раньше это была так же комната и Кевина. Ему было не по нраву то, чем Рико занимался, и тот уступал ему, позволяя по бо́льшей степени избегать просмотра наказаний. Плюсом ко всему, комната, которую он делил с Кевином, казалась несколько... личной. Он нахмурился. Кевин. Его больше не заботил Кевин. Нил, воспитывающий его, был непростителен – и позволять себе зацикливаться на этом сейчас тоже было непростительно. Он улыбнулся. – Снимай свою футболку, Нил. Нил пробормотал что-то вроде: “Извращенец”. Рико прикинулся, что не слышал этого; все же, он снял футболку. Под ней его спина и грудь представляли из себя сложный ландшафт из шрамов. Некоторыми из них Рико чуть-чуть гордился – он был уверен, что шрамы от пуль остались от людей Мориямы, цена, которую Нилу пришлось заплатить за бегство. Некоторые, что являлись старше, раздражали его, несомненно, они пришли от Натана Веснински, который много лет знал, что Нил рано или поздно отправится к Морияме – как он посмел повредить товар до того, как он был доставлен? Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Ничто из этого не имело значения. Все старые шрамы Нила — сказал он себе — он закрасит своими собственными. Он достал нож. Нил замер. – Если ты нанесешь мне слишком большой ущерб, я не смогу играть в экси. У нас скоро игра. – Может, тебе следовало подумать об этом, прежде чем плохо себя вести, – напомнил Рико. – У Воронов достаточно игроков, а ты новичок. Никому не будет дела, если ты окажешься на скамейке запасных. Он приставил лезвие к ключице Нила. У того перехватило дыхание. Когда ему угрожали избиением, он никогда не вел себя так, замирая или оттягивая момент. Значит, ножи были его слабостью? - Так ты действительно напуган, Нил? – Пошел ты – скорее на автомате, чем осознанно съязвил Нил, но, тем не менее, это все равно разозлило Рико. Он надрезал кожу, проведя тонкую, неглубокую линию от ключицы до самого соска. Нил прошипел. Рана кровоточила, и Рико убрал нож назад, чтобы коснуться крови. Он размазал её пальцем; порез оставался тонким, но линия крови стала выразительнее, толще. Люди говорили, что волосы Веснински, волосы Мясника, были кровавого цвета, но на деле это было не совсем так. Они оставались яркими, но были слишком оранжевыми, в то время как кровь была такой яркой, ярко-красной. Кровь не подходила к волосам Нила, но, несмотря на это, хорошо выделяла его бледную кожу. – Ты закончил наслаждаться видом, Рико? – Его голос был слишком дрожащим для его обычного несносного "я". До сих пор. Рико пристально посмотрел на него. – Я думал, ты собираешься наказать меня. Только если ты на самом деле хотел поговорить. – Нил вскинул брови. – Хотя, если бы я думал, что ты действительно хочешь поговорить, я, наверняка, убежал бы. Ты никогда не говоришь того, что заслуживает внимания. Рико вздохнул и рукой закрыл рот Нила. Сделать следующий разрез одной рукой было проблематичнее — обычно он держался одной рукой, другой резал, — но это стоило того, чтобы заткнуть Нила . (Чувствовать сжатую челюсть Нила под своей ладонью, тепло его старательно выровненного дыхания, когда он старался сохранять спокойствие, было почти лучше, чем наблюдать, как из пореза сочится кровь.)

***

Внешне ножи пугали Нила почти так же сильно, как и в действии. Казалось, его не волновала боль; его беспокоили сами ножи, их использование. Какое-то время Рико использовал их в качестве действенного средства запугивания – угрозы ими были более эффективнее, чем угрозы о возвращения Нила к Веснински, и они изредка убеждали Нила вести себя послушнее. Хотя однажды Нил сказал: – Знаешь, Рико, мне иногда кажется, что тебе насрать на дисциплину. Тебе просто нравится поиметь меня. – Рико фыркнул. Обычно, он бы не отрицал подобное, но сейчас Нил ухмылялся. – Как будто в тебе есть то, что может мне нравиться. Нил промычал. – Ты же знаешь, что для того, чтобы я снял футболку, тебе необязательно использовать ножи, да? На мгновение у Рико появилось желание спросить об этом. Но, смотря на Нила, он мог сказать, что перспектива совершенно не пугала его, и по неизвестной, странной причине это пугало Рико. Это чувство не из приятных. Той ночью он не привел Нила обратно в свою комнату, но нашел его после тренировки и бил его, бил, пока Нил насмехался. Он сдерживал свои удары. Но не знал почему.

***

Это чувство было более непонятным. Чувство, которое однажды ночью заставило его сказать: – Спи здесь. Нил замер, уставившись на него. – Жан Моро может прожить без тебя одну ночь, – раздраженно выдохнул Рико. – Вы двое едва ли работаете как партнеры. – Да, но.. – Нил замялся, прикусив нижнюю губу. Он указал на кровать. Была всего одна; Рико вынес кровать Кевина, когда тот сбежал. Он не нуждался в партнере. – Я собираюсь испачкать твои простыни. Что ж, Рико и в правду этим вечером побаловал себя – и грудь, и спина Нила были кровавым месивом. Некоторые порезы покрылись слабой коркой, какие-то просто засохли, но некоторые из них по-прежнему были влажными. Рико вздохнул. – Возвращайся, когда приведешь себя в порядок. Нил неуверенно кивнул. Вернувшись, на нем снова была футболка. По крайней мере, он надел черную — иногда Рико твердит ему не носить другие цвета, но он не всегда слушает — в какой-то степени было жаль. Рико хотел посмотреть, что он сделал с порезами. Он замотал их бинтами? Просто прочистил и оставил их на воздухе, так как они были неглубокими и больше не кровоточили? Он жаждал увидеть следы, оставленные после себя, но с тех пор, как на прошлой неделе его подкололи, — для того, чтобы я снял футболку тебе не обязательно использовать ножи — ему было неуютно при мысли о том, чтобы спросить. У Нила появились идеи о том, как Рико относится к нему. Хуже всего было то, что сам Рико… Ему не нравилось его отношение к Нилу. Он был на грани потери контроля — контроля над Нилом, контроля над самим собой — и этого нельзя было допустить. Он здесь главный. Морияма. Капитан Воронов. Он жестом велел Нилу лечь. – В твоих интересах отдохнуть. Завтрашняя тренировка рано. – Как всегда, – пробубнил Нил. Не колеблясь, он лег рядом с Рико, и тот натянул на них одеяло. На удивление, заснуть было легко. Ночные кошмары Нила разбудили его. Он не кричал, но ворочался, а Рико не привык делить постель. Он проснулся с желанием влепить пощечину тому, кто его разбудил, и почти сделал это, когда осознал ситуацию. Нил что-то беспокойно бормотал, и его руки отчаянно прижимались к тому месту, где Рико прошелся сегодня лезвием. Ему снился Рико? Упомянутый сел и положил руку на плечо Нила. Он хотел увидеть лицо Нила, когда тот проснется, чтобы понять, где он находится. Посмотрит ли он наконец на Рико со страхом, которого он так заслуживал? Почему эта мысль не ощущалась такой заманчивой, какой должна была быть? Но прежде, чем Рико смог разбудить Нила, с его губ сорвалось хриплое: – Отец... Снится Мясник. Рико начал энергично тормошить Нила, пока его глаза, наконец, не распахнулись. Увидев Рико, он на мгновение замер; после медленно расслабился. – Тебе не стоит фантазировать о своем отце. Нил протер глаза. – Почему ты так его боишься? – Это не так – пробормотал Нил. – Черт, который час? Разве я... – Так и есть, – перебил Рико. – Это глупо. Скорее всего, твой отец больше никогда не увидит тебя. И он, естественно, не заберет тебя обратно. Ты мой. – Твое эго - вставил Нил. – Блядский Морияма. – Он принял сидячее положение, встал и направился к двери. – Как ты думаешь, куда ты идёшь? – О, так я должен попросить разрешения, чтобы уйти? - съязвил Нил. – Я больше не смогу уснуть. Думаю пойти потренироваться или, может быть, приму душ. – Останься здесь, – приказал Рико. – Вернись. Рука Нила долго лежала на дверной ручке, прежде чем он вернулся. Он снова сел на кровать. – Почему ты хотел, чтобы я был здесь сегодня вечером? – Я буквально только что говорил об этом. Ты мой. – Он погладил Нила по волосам, пытаясь успокоить его — может быть —, для него было глупо бояться своего отца. (кстати, волосы Нила были мягкими.) – Ты пытаешься казаться милым? – Если и так, разве ты не должен ценить это? Нил закрыл глаза. – Не будь милым, Рико. Ты должен снова резать меня, раз я твой. Вот почему ты это делаешь, верно? Но моё тело никогда не поймёт этого сообщения. Всё, что оно будет делать, это думать, что ты мой отец. – Его улыбка дрогнула – Ты, полагаю, считаешь это неприятным. Рико безусловно так считал. Его огорчало, что Нил боялся этой ночью, боялся кошмара так, как никогда не боялся Рико. Его огорчало, что приходилось делить Нила с фантомами. Его огорчало, что сейчас Нил был далеко. И да, его разочаровал обратный эффект, который был получен методом пометки Нила. Но.. – И что? – спросил он. – Ты всё равно мой. Если твое тело не понимает моих ножей.. – Он реально думал, что они действенны, но как бы то ни было, это была лишь временная неудача. – ...Я могу научить по-другому. Он поцеловал его. Он примкнул к губам Нила и ждал, пока Нил застынет или ответит на поцелуй. В основном Нил казался потрясенным — он не напрягся и не ответил взаимностью — поэтому он продолжил целовать, ожидая бо́льшей реакции. Через мгновение дыхание Нила участилось. Когда Рико отстранился от него, он прошептал: – Я так и знал. – Я и не пытался скрывать это, – презрительно буркнул Рико. – О, правда? – А почему должен? Я могу делать с тобой все, что хочу. Если я хочу сделать... это, кто собирается остановить меня? Смех Нила был похож на хриплое дыхание. Хотя это звучало так, будто у него некий припадок или он мог просто задыхаться. Рико заткнул ему рот одной рукой, другую прижал к его затылку и стал ждать, когда он успокоится. Дыхание пришло в норму, и он заговорил, когда Рико позволил ему. – Ладно. Ты можешь. – И тогда Рико поцеловал его. Его губы, а после и шею, всасывая пот от кошмара, солено-сладкий. Руки забрались под футболку Нила, обводя картину из шрамов, новых порезов и свежих повязок. Не глядя, он мог понять какие из меток принадлежали ему. Но даже те, которые были оставлены Мясником, так же принадлежали ему. Нил всецело принадлежал ему.

***

На следующий день после этого, оставшиеся следы на шее Нила потемнели. В течение недели они приобрели желтоватый оттенок. Рико прислонил к ним пальцы и надавил. – Болят? – Болят, если надавить достаточно сильно. Поэтому ты хочешь оставить ещё? – Поэтому? – не понял Рико. – А ты хочешь, чтобы я оставил еще? – Хочешь? – тупо переспросил Нил. – Разве мое мнение учитывается? – Нет. – парировал Рико. – Конечно нет. В любом случае, я знаю, что тебе понравилось. Нил усмехнулся, но лицо покраснело. Всё таки были и другие способы вызвать кровь, кроме рассечения кожи. Рико не произносил этого вслух, но он думал об этом всю неделю или, возможно, чуть дольше. И он не должен бояться сказать это, не должен вообще бояться сказать что-либо. – Я люблю тебя, Нил. – Ты шутишь. – Нет. Я люблю тебя. Хотя такого непокорного и глупого, как ты, лучше не следовало бы. Но я люблю тебя. Так что ты должен принять тот факт, что ты мой и наслаждаться этим, не беспокоясь ни о ком другом. Нил медленно кивнул. Однако он старался не встречаться со взглядом Рико, и стоило тому отвлечься, он дал дёру. Рико вздохнул. Похоже, он наконец-то нашел способ напугать Нила.