kinda cringe

      Квакити ковырялся в сумке, перебирая объективы и запасные аккумуляторы, что-то выкладывал на стол, а что-то наоборот убирал, распихивая по отделениям. Когда он протянул руку за камерой, в ладонь внезапно ткнулся тёплый и шершавый, обёрнутый салфеткой край стаканчика с кофе. Квакити поднял голову, улыбнулся, взял стаканчик, сдвинув «ушко». Сделал глоток и понял, что Карл принёс его не со стола, где был приготовлен перекус для всех, а сбегал до кофейни, чтобы там какой-то очень умелый человечек приготовил кофе так, как ему нравится.       — Спасибо, котёночек.       Карл тоже улыбнулся, приблизился, мимоходом слегка приобняв за талию и коснувшись щекой плеча, потёршись, будто настоящий кот, клянчащий ласку и внимание. Настроение Квакити сразу же поползло вверх, сдвинувшись с отметки «паршивое» до «удовлетворительное», и он подумал, что всё не так уж и плохо, а после будет ещё лучше… потом, когда они закончат. Что примечательно, он давно заметил, что само присутствие Карла действует на него как хороший энергетик, то есть, снимает усталость и раздражение и вызывает желание. Желание пошалить в том числе. Во всех смыслах.       Стоящий рядом Уилбур скептически хмыкнул, оторвав взгляд от коммуникатора.       — А мне?       — А ты обойдёшься, — фыркнул Квакити, делая ещё один глоток. Кофе был горячий, согревающий и вкусный, притворное возмущение на лице Уилбура — тоже.       — На столе ещё остался в пакетиках, только воду снова вскипятить надо, — самым невинным тоном добавил Карл, глядя на Уилбура честными-пречестными глазами. Тот усмехнулся и действительно пошёл, но не к столу и не за чайником, а в поисках какого-нибудь бездельничающего ассистента, чтобы турнуть того за кофе. Учитывая, что к съёмкам они так и не приступили, свободных принеси-подай-подержи было предостаточно. Визажист со стилистом, устроившись на высоких складных стульях, увлечённо обсуждали содержимое глянцевых журналов, ибо больше заняться было нечем. Каллахан, давным-давно закончив настраивать аппаратуру, доедал виноград.       Прошло больше часа, а работа с места так и не сдвинулась.       Было слышно, как за ширмой спорят, оттуда донеслось раздосадованное и кислое «брууууххххххх». Техно растянул указательными пальцами резинку трусов джоки и запульнул ими в ширму.       — Нет. Я не буду этого делать.       — Ну, знаешь ли, уже несколько поздно сдавать назад. Ты не можешь просто взять и уйти. Так не получится.       — Смотри, я покажу, как.       Уилбур, сунувшийся проверить, как продвигается процесс уговоров, получил от обоих.       — Помочь? — поинтересовался он, заглядывая за ширму.       — Нет.       — Да. Верни мне мои штаны.       — В чём проблема?       Дрим раздражённо вздохнул, потирая переносицу. Техно опёрся бедром на тумбу и скрестил руки на груди, всем своим видом выражая невозмутимое и непоколебимое несогласие с этакой несправедливостью.       Уилбур поднял с пола трусы, ни разу не ношенные, с них ещё даже бирку не срезали, а повалять успели. На бирке крупным стилизованным шрифтом значилось название брэнда: «DreamXD». Что называется, почувствуй себя богом.       Дрим запахнул халат, но затягивать пояс не стал. В студии было достаточно тепло, чтобы даже ходить босиком, его не особенно беспокоило. То есть, он, конечно, нервничал, и оттого был слегка на взводе, но не так уж сильно, скорее был взволнован, чем напуган. На нём было весьма обтягивающее бельё с такой же красноречивой надписью на резинке.       — Что, размер не тот?       — Не знаю. Это в принципе как-то стрёмно, — Техно раздражённо повёл плечами. — Я просто не хочу этого делать.       — Обсудим, что тебя беспокоит?       — Тут нечего обсуждать. Попросите кого-нибудь другого, кто способен кривляться перед камерой в любом виде и не испытывать при том испанского стыда… как Томми, например.       — Ты издеваешься? — вспылил Дрим. — Во-первых, он несовершеннолетний…       — Какая проблема, господи боже мой. Он вполне себе совершенновесенний.       — Во-вторых… он же дрищ! А у нас совсем другая концепция, нужен кто-то, на кого смотришь — и думаешь о звёздах американского футбола… — Техно скептически наморщил нос, и Дрим поправился: — Ну или о полуголых фигурах древнегреческих героев… — Выражение скепсиса на лице Техно стало ещё сочнее. — Не говоря уже о том, что я сомневаюсь в его способности продать сколько-нибудь нижнего белья…       — О, да ладно, — хихикнул Уилбур. — У него купят что угодно, лишь бы он отстал.       — Я образно, для примера, — хехекнув, пояснил Техно. — Позови Сапнапа, думаю, он будет только за. Или сам давай, я смотрю, ты прямо-таки пышешь энтузиазмом.       — А что тебе мешает? — спросил Уилбур, снял очки, подышал на них и принялся протирать стекла, благо трусы были сделаны из натуральных тканей, с добавлением эластана для поддержания формы, превосходного, прямо-таки божественного качества, за которое владелец бренда мог поручиться головой. Чужой, правда, но это можно не уточнять в рекламных слоганах.       Техно замялся, но потом всё же нехотя, шёпотом ответил:       — Меня как будто на показ выставляют. Я не привык стоять перед всеми с голой задницей. Для тебя, может, это и нормально, но я не собираюсь приобретать такой опыт.       — Но когда ты, допустим, идёшь на пляж, ты же надеваешь плавки, чем это отличается?       — То пляж, там все в плавках!       — То есть, — задумчиво протянул Дрим, — тебе будет проще, если все будут в трусах?       — Не знаю. Может быть.       Дрим схватил Уилбура за ворот и потянул за собой.       — Пошли. А ты — переодевайся!       Когда они вышли из-за ширмы, Техно услышал, как Дрим хлопает в ладоши, привлекая всеобщее внимание, а затем громко, преувеличенно бодро и уверенно объявляет:       — Эй, ребята! Все слушайте сюда! У нас новое правило на площадке!       Уж в чём, в чём, а в его креативности, находчивости и умении найти выход из затруднительного положения можно не сомневаться.       Некоторое время спустя, когда всеобщими усилиями Техно привели в нужный для съёмок вид, Уилбур, стоя в одних носках и в трусах и на пару шагов позади Квакити, который менял объектив камеры, в очередной раз задумчиво хмыкнул, прищёлкнув языком.       — Знаешь, у тебя отличная…       — Знаешь, завали хлебало, Уилбур! Скажешь хоть слово, и я вставлю объектив тебе в зубы, будешь им щелкать!       Уилбур глупо захихикал. Студия в кратчайшие сроки превратилась в раздевалку с лёгким привкусом шоурума, потому что одежда была развешана на всех свободных стульях, на диване, аккуратно сложенная лежала даже на столе. А среди участников съёмки расползлось то самое пикантное и смущающее настроение, какое возникает за игрой в покер на раздевание, когда весь смысл заключается не в том, чтобы выиграть, а чтобы посмотреть друг на друга. И держать покер-фэйс, а тем более блефовать, когда одежды всё меньше и меньше, становится непростой задачей, ведь нужно ещё и не отвлекаться. А то ведь интересно. Интересно, например, почему смущённый и взволнованный Карл прикрывает ладошками пластыри на сосках и зачем они ему вообще там нужны?..       — Я хотел сказать, отличная татуировка.       Квакити стиснул губы в тонкую линию и презрительно сощурил глаза, накрутил ремень камеры на руку, чтобы не мешался, и резким движением снял крышку с объектива, с большим трудом подавив желание бросить её в кого-нибудь. Татуировка в виде распахнутой пары крыльев имелась у него на пояснице, но Квакити был уверен — Уилбур смотрел ниже. На обтянутые чёрной тканью, обрисованные эластичными волокнами и благодаря им соблазнительно приподнятые ягодицы, при должном воображении составляющие форму сердечка…       В гробу он видал подобный профессионализм, в белых тапочках и с могильной свечой в заднице!       — Маску не забудь! — продолжая ухмыляться, Уилбур бросил упомянутый предмет Дриму. Тот поймал за край ремня и повернулся к Техно, который стоял, всё так же заложив руки на груди. Он выглядел недовольным, в такой закрытой позе, хотя в действительности покатывался со смеху с абсурдности происходящего. Героя греческих мифов он и правда напоминал, картина а-ля «Геракл идёт выяснять отношения с Олимпийцами», и все ну пусть не двенадцать, а минимум половина подвигов вполне себе чёткими кубиками проступила на его животе от усилий сдержать рвущийся наружу хохот. Хотя, под маской в виде черепа вепря с большими такими клыками выражения его лица не было видно.       — Техно! Ну что ты как деревяшка, встань как-то пораскованней!       — Например? — буркнул тот.       — Не знаю, руку на бедро положи… и встань поближе! Давай, покажи свои легендарные горячие локти! — командовал Уилбур на правах фото-продюсера.       Дрим фыркнул и встал спиной, опершись на плечо Техно.       — Ладно, давай просто побыстрее покончим с этим…       — Куда-то торопишься?       — Нет. Просто не хочу торчать здесь без дела и дальше…       — Ох, ну нет. Если уж мы собираемся наделать шума, — хохотнул Техно, повинуясь жестам Квакити и придвигаясь ближе. И внезапно приобнял Дрима за талию, рывком привлекая к себе: — По крайней мере, давай сделаем это стильно!