Дневник Астр. Самогонно-бесогонные мероприятия.

      Привычный толчок об упругую волну воздуха сигнализировал, что мы уже в Изнанке. Синистрая представляла собой аномальную зону вне времени и пространства. Это изолированный куб, где ты дышишь только тогда, когда вспоминаешь об этом процессе. Наши исследователи до сих пор бьются над загадкой этого места. И за столько тысячелетий мы смогли узнать только, как материализоваться по своему желанию и то, что это место, где можно увидеть демонов. Здесь всегда царила темнота, но даже она была не такой, как мы привыкли. Тьма Изнанки была выжигающей и осязаемой. Желания и мысли притуплялись. Собственный голос становился чужим. Ты мог говорить шепотом, а слышался крик. И, наоборот, издавая рев, получалась тишина. В академии учат только базовым основам нахождения в Синистраи. Остальное ты уже сможешь узнавать на стажировке и на собственном болезненном опыте. Тайной оставалось и действие магии в искажённом пространстве. Здесь любое заклинание выходило с гораздо большей силой, нежели на Земле. При всем этом, мы знали, что Изнанка - это не местообитание демонов. Иначе, мы вообще не появлялись бы здесь. Изнанка - это ринг. Столкновение между силами света, - нет, я бы конечно поспорила, что мы свет, - и черной массой ненависти, питающейся людскими страстями.       Появились мы также, как и исчезли: я продолжала закрывать своими руками парней. Спонтанное попадание в Синистраю возможно только в нескольких случаях: самое первое в возрасте семи-десяти лет и если внутри сидит очень сильный демон, жаждущий смерти надоедливых полицейских. Вообще, я иногда размышляла об абсолютной бесполезности своей профессии. Демоны возникали в нашем мире каждую секунду: на одного уничтоженного приходилось три новых. Мы всегда будем проигрывать эту войну и также будем продолжать безропотно уничтожать угрозу. Так ведь и в наших рядах появлялись бреши - рано или поздно ты закончишь свою жизнь в Изнанке. Тебя сожрут собственные демоны.       Я зажгла сферу и отпустила её вверх, чтобы та летела над нашими головами. Магического сияния от одного шарика хватало лишь на то, чтобы осветить нашу компанию и на полметра вперёд, но не более. Передвигаться в Изнанке можно только полагаясь на интуицию и слух. На логичный вопрос всех первокурсников: «А почему нельзя зажечь очень много сфер и пустить их, как дорожку?» - уже давно был ответ. Во-первых, любое действие от заклинания поддерживается собственными силами, а во-вторых, когда в Синистраи шар света уходит дальше, чем на метр - он моментально гаснет. Ещё одна загадка этого места.       - Все живы? - спросила я, осматривая своих стажёров. Все трое были перепуганы и бледны. Я их понимала, меня саму не радовал внезапный залет в Изнанку. Но нельзя поддаваться панике и надо сохранять самообладание. К тому же, я лелеяла надежду, что коллег тоже сюда затянуло. - Слушаем инструктаж. Не разделяться, орудие призвать, но в ход не пускать, не даём страху завладеть нами. Потеря спокойствия - смерть. Всё ясно? - мой голос звучал очень сухо, как будто я каждый день бывала в таких ситуациях.       Тревога заполняла меня. Я аккуратно втянула воздух носом и закашлялась. Вонь была нестерпимой и заполнила всё пространство. Но демон прятался и не нападал. Почему? Все не так, все неправильно… Я быстро перебирала в памяти все собственные спонтанные забросы в Синистраю. Их было чертовски мало, но все они проходили по одному сценарию: на меня набрасывались моментально, как только я оказывалась в пространстве. Удивлены, что я все ещё жива? Я тоже. Не слышно было даже скрежета и шипения. Как будто мы были тут одни. Но так не бывает!       Я внимательно смотрела на студентов, которые пытались вызвать орудие. Уверена, что это их второй или третий раз за все время. В академии после первого призыва строго запрещали проделывать это вплоть до выхода на стажировку, так как орудие - это не просто средство обороны. В нем было много своенравной силы, которая могла захватить разум хозяина и это обычно оборачивалось плачевным результатом. Своё орудие я впервые призвала, когда мне было двенадцать и укрощала его на протяжении трёх лет под чутким руководством отца. Вообще, это всегда очень волнительный момент - первый призыв. Я так хотела меч! Чтобы с широким основанием, двуручный, с интересной гардой, словно вышедший с экрана компьютерных игр. Но выбравшее меня орудие было под стать Астрид Стопик - нетипичное, с ужасным характером, абсолютно несбалансированное и без возможности красивого боя.       Я раскрыла ладонь и мысленно позвала: «Дирста, приди!». Руку наполнила привычная тяжесть. Никакого шума, лязга и щелчков. Мы давно нашли взаимопонимание и были командой. Рассекающая, смертоносная для демонов, с металлическими отблесками светлой стали коса материализовалась. Рукоятка была оплетена кожаным шнуром. Узор плетения был очень своеобразным с ромбовидными углублениями и утолщениями по краям. Косовище[1] инкрустировано россыпью мелких чёрных кристаллов. Основание косы было длинным и уходило выше моего пояса. Полотно широкое и заканчивалось остриём, по которому пробегали волны голубоватой энергии. Это означало, что Дирста уже готова к бою и ей не терпится встретиться с противником. Лезвие было испещрено многими зарубками и царапинами, но оставалось острым и опасным. Цевье[2] косы раздваивалось, образовывая одинаковые части, которые сужались до двух шипов на концах, а вместо стандартного кольца с клином было монолитное соединение с полотном. Моя коса была создана единым порывом из белого металла, без составных частей. Такая конструкция должна весить свыше центнера, но, напротив, Дирста была легкой и хорошо лежала в моей руке.       - Охереть… Это ненормальная ещё и с косой, - пробормотал высокий писклявый голос. На лице Павлина возникло искреннее недоумение. Он открыл рот, чтобы что-то ещё сказать, но сразу же передумал, боясь снова услышать непривычный тембр.       - Чтобы голос в Изнанке не изменялся - сконцентрируйтесь, - посоветовала я. За столько времени, уже вошло в привычку видеть удивленные взгляды на мое орудие. Коса не встречалась ещё ни у кого из ныне живущих. - Как дела с призывом? - спросила я. Возможно, момент не самый подходящий для обучения, но я же, в случае непредвиденных обстоятельств, не всегда буду рядом. Мы до сих не знаем, кто прячется в тьме Синистраи.       Успехи у парней были так себе. Алексей пыжился и краснел, пытаясь призвать своё орудие, но оно, будто издеваясь, даже не собиралась показываться. У Шкета получалось лучше, его огромные кулаки были охвачены магическим сиянием, однако орудие так и не появлялось.       - Что, тренировался, несмотря на запрет? - усмехнувшись, я задала вопрос. Пётр утвердительно кивнул. Молодец парень! Нравится мне все больше и больше. Хоть запрет и существовал, но многие студенты старательно, под впечатлением от первого призыва, вызывали своё орудие в комнатах общежития. Орудие вызывалось впервые на втором курсе. Ректор провозглашал длиннющее заклинание, пробуждающее силу предназначенного орудия. Тогда же, обычно, раздавались радостные возгласы удивленных студентов академии. После чего, орудия исчезали, а бедные учащиеся оставались в неведении, как им быть дальше.       - Эй, Павлин, что там у тебя? - поинтересовалась я, поворачиваясь на него.       У меня даже рот приоткрылся от удивления! В руках Данилы блестела катана с длинной рукоятью и гардой в виде головы барса с раскрытой пастью. Оплётка рукояти была выполнена красной и чёрной шелковой тесьмой внахлест, не образуя промежутков в плетение. На конце цуки[3] через касиру[4] свободно повисли края лент, украшенных красными и зелёными крупными переливающимися бусинами. Длина лезвия поражала! Даня взвесил катану в руке, с трепетом рассматривая её.       - Я вас поздравляю, - или сочувствую, - ваша защита теперь дело Павлина!       - Я даже не знаю, что с ней делать! - с толикой испуга сказал парень. Я с горечью посмотрела на человека, от которого ждала успеха в последнюю очередь.       - Создай щит на всех троих, - приказала я, обращаясь к Алексею.       - Товарищ лейтенант, а как же вы? - сглотнув, произнёс Белоглазов. Я? Такой заботливый, я умилилась.       - Я под защитой, - ответила я, качнув косой. Когда защитное поле было создано, я махнула рукой, обозначая маршрут вглубь. Наш маленький отряд, состоящий из старшего опера с устрашающим орудием сельскохозяйственного производства и три напуганных стажёра, выдвинулись на встречу с неизвестным, ступая маленькими аккуратными шагами. По-прежнему было тихо.       Даня растерянно смотрел на катану, не понимая, как ему удалось. Когда они призывали орудие, он просто от всего своего большого сердца хотел быстрее отсюда убраться и не находиться в опасном месте. Видимо, именно такой призыв и нужен был катане. Была ли это трусость? Вряд ли. Скорее рациональный страх, уместный в данных условиях. Шкет продолжал взвывать к своим кулакам, которые до сих пор были окутаны сиянием. На мгновение, ему показалось, что сияние стало ярче. Алексей сменил пунцовый цвет лица на благородную бледность. Защитный барьер забирал много сил у недоученного академиста, тем более, что это поле надо растягивать на троих. Поэтому он просто сконцентрировался на удержании щита и шёл вперёд, ориентируясь на мою световую сферу и спину. На плече подрагивала коса. Она чувствовала демона и подсказывала нам направление.       Из Изнанки нельзя было выбраться по желанию. Синистрая сама решала, когда пришла пора отпустить вторженцев. Обычно это происходило в случае победы над демоном, что ещё раз говорило о том, что это пространство - поле боя. У Изнанки не было разума, но мы все чувствовали её влияние, её волю. Эх, хоть бы это был просто системный сбой, и мы сейчас наткнёмся на мелкого домового, а не на первородного или ещё что-нибудь похуже. Хотя, что могло быть хуже, пока не представлялось.       В непроглядной тьме раздался свист и я быстро вскинула косу. Что-то хлёсткое опутало полотно Дирсты. Я почувствовала, что кто-то из темноты натягивает что-то похоже на жгут, пытаясь избавить меня от орудия. Я покрепче ухватила рукоятку и свободной рукой перехватила косовище ближе к основанию. Резким движением и поворотом корпуса я увела косу вниз. Натянувшийся жгут резко ослаб, выдергивая из темноты под свет сферы существо с женским телом и маленькими рожками на голове. Демон был фиолетово-чёрного окраса, её пасть оскалилась, показывая клыки.       - Суккуб с плетью… Так стереотипно, что аж скучно, - проговорила я, отталкивая ногой бич, который был выпущен из лап, подальше от косы. Но я была удивлена. Демона-соблазнителя вживую я видела впервые.       Суккуб, продолжая скалиться, подобрала плеть и встала в боевую стойку. Следующий щёлчок бича был неожиданным. Он заставил меня уйти резко в сторону, оставив стажёров без света. Давно бы уже додумались наколдовать себе свою сферу! Я находилась в растерянности. Никогда прежде я не слышала о демонах с орудием. Действия суккуба казались осмысленными, её разум не был затоплен голой ненавистью и инстинктами. Решив, что пора переходить в нападение, я перехватила косу, вскидывая Дирсту остриём вверх. Я потеряла демона в темноте, но орудие продолжало подрагивать, указывая местоположение оной. Мой отчаянный прыжок в тьму, и коса рассекает воздух и прорезает что-то мягкое наподобие желе. Слышится крик, похожий на птичий. Я заставила сферу подлететь ближе. Суккуб лежала, держась за плечевой сустав. Рядом валялась отсечённая рука. Достала! Из-под лапы сочилась чёрная слизь, служившая демонам заместо крови. Времени думать не было. Надо было её добить. Я занесла орудие для последнего удара.       - Эта коса… Я чувствую в тебе его кровь, - шипящий, хриплый голос остановил меня. Это демон? Они же не говорят! Даже первородные!       Замешательство мне дорого обошлось. Плеть в мгновение опутала мою ногу, словно змея, заструилась по голени, сжимая её. Я скривилась от боли. Суккуб оскалилась и быстрым движением отвела руку, держащую рукоять, к себе. Я упала, неприятно ударившись лопатками, но косу из руки не выпустила. Чувствуя победу, демон сипло расхохотался. Курс молодого бойца, урок первый: не смейся над противником, пока его голова присоединена к телу. Я вскочила на ноги и развернула косу остриём за спину. Голень была все ещё опутана бичем и отдавала пульсирующей болью. Крутящим ударом я рассекла бич и освободила свою ногу, а, благодаря тому, что коса была развёрнута раздвоенным цевьём вперёд, я вогнала шипы в грудь суккуба, приблизительно там, где у людей сердце, прижимая ту книзу. Убить демона было возможно только банальным отсечением головы. Я зашептала слова обездвиживающего заклинания, в упор смотря в красные глаза демона. Суккуб зарычала и подняла когтистую лапу, и мне прилетел рассекающий кожу удар по щеке, хотя показалось, что в последний момент я успела увернуться. Я почувствовала, как в район шеи начали стекать горячие капли. Зацепила, дрянь клыкастая! Заклинание было произнесено и, уже не опасаясь, я выдернула косу из одеревеневшего тела. Занеся орудие для финального удара, до меня снова донесся шипяще-хрипящий голос:       - Король найдёт тебя! - но я больше не позволила себя смутить и закончила начатое. Голова демона съехала с шеи с мерзким, чавкающим звуком.       Я опустилась на колени перед упавшим телом, думая, что делать дальше. Пробирок с собой не было, но этот экземпляр был очень интересным и точно должен быть исследован! Я схватила отрубленную ранее руку и заставила сферу взметнуться вверх, чтобы найти своих стажёров. Те стояли в отдалении и все-таки додумались наколдовать себе свой источник света. На Алексее уже не было лица, только проступающий пот. Шкет абсолютно восторженными глазами смотрел на меня. Вот только этого мне не надо! Сейчас ещё влюбится ненароком. Я бы влюбилась после увиденного. Надо же! Я одолела высшего демона в одиночку, даже не сильно пострадав! Как только эта мысль пронеслась в сознании, в голове всплыла последняя фраза суккуба про Короля. Какой Король? О чем она? Ноги резко подкосились, раненая голень заныла с удвоенной силой. Собирая остатки сил, я опёрлась на косу, чтобы не упасть.       - Должен признать, был не прав на твой счёт, - произнёс Павлин. Ого, какая честь! Его величество снизошло.       - Челюсть подбери, - добродушно ответила я. - Детишки, собираем цветные карандаши и альбомы. Валим отсюда, пока ещё кто-нибудь не явился, - произнесено было с опаской. Сил на ещё один бой у меня не было. Нам очень повезло, что суккуб либо не заметила, либо не заинтересовалась стажёрами. - Идем, не хочу быть клоуном.       - Каким клоуном? - не понял Алексей. Бледность лица постепенно проходила. Защитный барьер удерживать больше не требовалось. Его слегка пошатывало. В общем-то он молодец! Мало того, что смог создать щит, так ещё получилось растянуть его на троих и держать долгое время.       - Который остался, когда цирк уехал, - огрызнулась я. Усталость начала давить на меня. Откаты… Когда мы вернёмся - меня вообще распластает.       Щека словно пылала. Я ожидала, что посмотревшись в зеркало по возвращению, увижу развороченное мясо. Боль в ноге нарастала с каждым шагом. В Изнанке чувства были притуплены, значит, когда мы окажемся на родной земле, я буду кататься по полу от нестерпимых мук. Это ничего. Главное, я справилась и эти чубзики живы.       На своём опыте я знала, чтобы Синистрая выкинула обратно нас в мир людей, надо было просто бесцельно пошататься по темноте. Странно работающий механизм, согласна. Возможно, это время дано на принятие решения - выиграла ли я эту битву или нет. Наконец, шагов через тридцать, я почувствовала толчок и оказалась на барном стуле. Изнанка приняла мою честную победу. В изоляции для нас могли пройти годы, а в мире людей мы возникли ровно в то же мгновение, когда исчезли.       Как и ожидалось, голень прожгло резью. На глазах выступили слезы, а из груди вырвался сдавленный крик. Парни в количестве трёх человек подскочили ко мне, стали хватать меня, пытаясь понять, что лучше сделать. Алексей настойчиво предлагал уложить меня прямо на пол, Шкет хотел водрузить все мои семьдесят четыре с половиной килограмма на себя и донести до больницы, а пижон просто носился вокруг меня дёргая за рукав кофты. От их действий у меня появились мушки перед глазами, а нога показалось, будто горит заживо. Я зарычала.       - А ну, брысь отсюда, - знакомый голос разогнал стажёров, и ко мне подошёл Костров. Костров?! Только его сейчас не хватало. - Эй, бармен, водки налей. Соточку, - да неужели мне? Вот это забота, вот это я понимаю. - Что случилось? Где зацепило? - я была сейчас очень благодарна ему за четкие вопросы.       - Нога. Правая, - коротко ответила я. Заглядывать сейчас под ткань джинс было неразумным решением. Я боясь увидеть там обугленную голень. Плюс, показательный стриптиз не входил в мои планы.       - Сыворотка есть? На тебя слизь попала, - произнёс второй подскочивший ко мне голос. Никита. Он указал рукой на мою щеку. Боже, я же выгляжу сейчас как чучело.       Я кивнула на сумку, где была ампула с противоядием. Передо мной опустились две стопки по пятьдесят грамм и блюдце с аккуратно нарезанным лимоном. Не обращая внимание на происходящую шумиху вокруг меня, я выпила, оставив закуску без внимания. Горло обожгло, а по телу протекла волна тепла. Жить стало сразу легче. Даже боль в ноге немного притупилась. Вспомнив о барышне, которая привела суккуба, я обернулась, ища её глазами. Женщины нигде не было, только шлейф цветочных духов все ещё стоял в воздухе. Я обратила внимание на растерянного Лаврентия. Бедняга. Наверное, его мозг сейчас придумывает невозможные теории по поводу произошедшего. Пожалел его, я дернула рукой, собираясь прикрыть завесу памяти бармена о сегодняшнем вечере, но тут что-то зацепилось за стул. Я все ещё цепко держала конечность суккуба.       - Блин… Шкет, иди сюда, - подозвала я стажёра и протянула ему демоническую лапу. - Головой отвечаешь! - сами демонами в нашем мире остаются невидимыми, но почему-то их части могут быть материальными и пугать общественность.       Дальше я позволила себе расслабиться и отдаться в заботливые руки старших товарищей. Меня перенесли на диванчик и уложили на него, отодвинув стол. Надеюсь, Костров заработал грыжу, пока нес меня. Хотя я бы, конечно, предпочла оказаться в Никитиных руках. Мне ввели сыворотку, которая холодной змейкой проникала в кровь. Я выдохнула и нестерпимо захотелось спать. Чертовы побочные эффекты! На этом я решила, что все, что будет дальше со мной - проблема парней и провалилась в сон.

***

      Солнечный свет резал по глазам. Я же всегда задвигаю шторы на ночь! В голове был кавардак. Сонный мозг сразу же попытался восстановить минувшие события, но получалась не стройная склейка кадров. Не согласившись терпеть яркое солнце, я перевернулась лицом в подушку. И тут в голень как будто вогнали раскалённые спицы, и я резко села на кровати, шипя от боли. Сдернув с себя одеяло, наконец пришло осознание, что нахожусь в своей квартире в собственной постели. Занятно… Я посмотрела на свою ногу. Внешне все было не так страшно, только красный след повторял узор обвившей меня плети.       Дверь в комнату распахнулась и в неё, мешая друг другу, протиснулись пять парней. Нет, у меня, конечно, в жизни всякое бывало, но не сразу же пятеро! Я почувствовала себя героиней порно-ролика.       - Ты! Шизанутая! Кретинка! Почему сигнал не послала? Зачем сама полезла? - на меня налетел Костров, тряса за плечи.       - Эй ты, озабоченный, культяпки убрал! Это ты мне так доброго утра желаешь и спрашиваешь, как мое самочувствие? - огрызнулась без усердия, и правда понимая, что я идиотка. Я просто-напросто забыла про сигнал подмоги, беспокоясь о стажёрах. - Который час? - зевая, спросила я. По ощущениям было около двенадцати дня.       - Половина первого, - услужливо ответил Алексей. - Следующего дня, - добавил вскользь парень. Я была в отключке больше суток? Да ладно? Вот это жесть. Почему же я в таком случае не в госпитале, а у себя на кровати? Я только раскрыла рот, чтобы задать вопрос.       - Врач приходил. Сказал, что опасности нет и тебе надо просто выспаться. Но посоветовал кому-нибудь находиться рядом на всякий случай, - наконец сказал Никита. Он подошёл ко мне и протянул кружку. И когда только успел? Такой милый! Я таю, помогите. Кофе в постель мне ещё не приносили. - Как ты себя чувствуешь?       - Вроде в порядке, только голень побаливает, - улыбнулась я и тут же сморщилась. Щека заныла. Я попыталась соскочить с кровати, но меня тут же усадили обратно, вновь вручив чашку с напитком. - Дайте зеркало! - скомандовала я. Ну что ж, пять пажей, среди которых есть Никита, это очень неплохой расклад.       - Лейтенант, может не надо? - с сомнением произнёс Даня.       Внутри все похолодело от ужаса. Я представила изуродованное лицо. Без слов, я требовательно протянула руку. Вздохнув, Алексей взял с рядом стоящего трюмо зеркало на подставке и протянул мне. Схватив его, я забыла про кофе. Горячий напиток выплеснулся мне на колени, а чашка упала на пол, грустно издав глухой звук разочарования от встречи с паркетом. Я зашипела и сразу же засмеялась. Только ожогов мне не хватает.       - И этот пигмей зарубила суккуба? - с сомнением произнёс Костров, поднимая кружку с пола. Мне уже успели подать влажное, прохладное полотенце. Какие они шустрые! И чего все так стараются?       Я с опаской заглянула в зеркало. Фух… Все было не так страшно. Три ровные широкие полосы пересекали левую половину лица. Удивительно, как глаз остался незадетым. Отложив зеркало, я осмотрела ещё раз лица парней. Никита удалился в сторону кухни, видимо, хотел ещё раз сделать кофе. Костров смотрел на меня одновременно с презрением и…восхищением? Я опустила взгляд вниз и поняла, что почти не одета. Но прятаться под одеяло было уже поздно. Я сидела на кровати в коротких пижамных шортах и кружевном топе. Взъерошенные волосы падали на лицо, щекоча раненую щеку. Возможно, со стороны я выглядела даже умилительно.       - А теперь ты расскажешь все по порядку. Твои стажёры на редкость глупы и не смогли внятно поделиться с нами произошедшим, - Костров раздраженно взглянул в сторону студентов.       Никита вернулся и, передав мне кофе, присел рядом на постель. От него пахло свежим парфюмом. Волосы были забраны в небрежный пучок, а васильковые глаза с ожиданием смотрели на меня. Отпив кофе, я тяжело вздохнула. Придётся выложить всю историю и несколько собственных секретов.